Письмо в редакцию В двенадцати километрах от Алексине, Тульской области, на правом берегу реч ки Мышеги, находится деревня Богимо во. На противоположном берегу среди лени высится большой двухэтажный дом «Я познакомился с неким помещико К. (т. е. Б. Колосовским) и нанял в ем ваброшенной поэтической усадьбе верх­ний этаж большого каменного дома сообщал в письме Суворину Антон ловичЧто за прелесть, если бы зпали! комналя продалы как в благо, родном собрании, парк дивный, с так ми аллеями, каких я никогда не видел река, пруд, церковь для моих стариков все, все удобства. Цветет сирень, ябли ни, одним словом - табак!» Два ряда могучих стройных лип, сплетенными верхушками, отделяю рый парк, находящийся позади от Фруктового сада. В этой усадьба да-то принадлежавшей помещику Колосовскому, провел лето 1891 годя вместе со своей семьеА, I. Чехов. имB Богимове Чехов работал над рядой своих эначительнейших произведений повестью «Дуэль», расоказом «Бабы» Для описания имения Волчаниновых рассказе Чеховым использованы две ом седние с Вогимовым усадьбы: дом с находился в дер. Спешиловке, аллеи, которые вели к нему, и осталь ная обстановка -- в дер. Даньково. чуткостьзонином книгой о Сахалине. «Дом с мезонином» (1896 г.) - рас сказ, на котором сказалось пребывани Чехова в Богимове. Некоторых жителей этого имения Чехов изобразил в расска зе (например, Былим-Колосовский изом бражен помещиком Белокуровым, худож­ник A. A. Киселев - пейзажистом, от лица которото ведется рассказ). пода-Теперь дом этот уже давно разруше от аллей тоже осталось немного. Вместе с ними гибнет единственное, что напо минает в Вогимове о А, II. Чехове. В этих местах, где Чехов так упорно плодотворно работал, нет ничего, что гоч ворило бы о пребывании здесь великог писателя. Лишь старые колхозники поц нят Чехова. Чеховские места в Ботимове надо сохра нить. К. ТАРНОВСкиЙ

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ ЭНТУЗИАСТА НАУКИ Вместе со всей страной я переживаю глубокую скорбь по поводу смерти ака­демика Ивана Михайловича Губкина, стра­стного ученого, всегда молодого энтузиа­ста строительства социализма в нашей стране. Не могу сейчас не вспомнить без вол­нения ту радушную товарищескую встре­чу, которую он оказал мне в 1936 г., ко­гда я, совершенно неизвестный ему писа­тель, впервые выступая в трудном жанре обратился к нему, можно сказать, с улицы, за помощью и советом. Я работал тогда над первым моим на­учно-фантастическим романом «Победите­посвященным проблеме ис­ли недр», пользования подаемной теплоты и другим проблемам геологии. С необыкновенным сердечной теплотой отнесся к мо­ей перечитывал рукопись, вносил мной разра­батывал новые варианты эпизодов рома­на в связи с новыми подсказанными геологическими ситуациями, набрасывал земляных недр на неизведанных еще больших глу­бинах. Забота о новых юных кадрах в его лю­бимой науке - геологии, oбудущих строителях нашей счастливой социалисти­ческой родины заставляла его с радостью отдавать моей рукописи короткие часы для рабо­ты со мной. своего отдыха, находить время Не могу сейчас передать той атмосферы задушевности, того обаяния большого, светлого человека, которые я чувствовал в часы общения с Иваном Михайловичем. Поражала его необыкновенная чи­к особенностям восприятия детского тателя, его постоянная забота о ясной и в то же время точности чи детям научного материала. Необыкно­венный талант настоящего педагога (пе­ред поступлением на 32-м году жизни в горное училище Иван Михайлович окон­чил учительскую семинарию и несколько лет был сельским учителем) раскрывался передо мною вс время этих незабываемых встреч. Гр. АДАМОВ. в Светлый, всегда молодой обрав учено­го, страстного большевика, энтузиаста на­уки, большого, обаятельного человека все­гда будет стоять передо мною, советским писателем, в моей творческой работе. 

j

«О смелости подлинной и мнимой» Обсуждение статьи Н. Вирта в Ленинграде Статьи H. Вирты «О смелости под­линной и мнимой» («Правда» от 6 апре­ля) и Ю. Германа «0 театральных пере­страховщиках» («Лит. газета» от 5 ап­реля) вызвали оживленные отклики в сре­де театральных ых работников и драматургов, почемуНа-днях ленинградское отделение Все­российското театрального общества и драм­секция ЛенССП провели обсуждение во­просов, связанных со «смелостью подлин­ной и мнимой» в театре и драматургии. Председательствовал на собрании народный артист РСФСР Вс МейерхольтВстули тельное слово сделал А. Бурлаченко (Уп­Уп­равление по делам искусств). Прения открыл засл. деятель искусств H. Акимов.

Открытое письмо тов. Ф. Левину  (См. «Литературный критик» № 12  ф. Левин, «Четвертая повесть A. Манаренко»). Игорю шли две девушки, настоящие де­вушки, чорт возьми, хорошенькие и на­рядные…». Между нами говоря, даже по литератур­ным канонам я мог бы это и выдумать: что же тут особенного: цветы и золотые дорожки, две девушки, которые показались Игорю хорошенькими. Но мне не нужно было выдумывать: в колонии, которую я описываю, был гектар замечательного цветника, лучшая в Харькове оранжерея, и были хорошенькие девушки. Мне и в голову не могло притти, что для хоро­шеньких девушек в литературе существует какая-нибудь зверская процентная норма, ибо в жизни, допустим в советской жиз­ни, такие девушки довольно распростра­ненное явление. и жили мон колонисты, представьте себе, во дворце, в специаль­ном здании, нарочно для них выстроенном хорошим архитектором, светлом, красивом, удобном. Это могут подтвердить товарищи Юдин, Гладков, Безыменский, которые в этом здании были и все видели. вот не знаю, можно ли по литера­турным канонам представлять список сви­детелей, но что же мне делать, если вы не верите. В этом и есть главный момент нашего расхождения: вы не верите, что это воз­можно, а я утверждаю, что это сущест­вует, возможно и необходимо. И чувствуем мы с вами по-разному. Я утверждаю по­тому, что я знаю, хочу и требую от дру­гих. Вы не верите потому, что это не со­ответствует вашим литературным вкусам. Вы разбираете мою книгу исключитель­но с точки зрения литературного профес­сионала. А я бы хотел, чтобы вы посмот­рели на нее и с точки зрения советского гражданина. Ибо в последнем счете ямо­гу поставить далеко не лишний вопрос: если вы изображенный мною хотя бы и фактографически кусок нашей жизни обли­ваете презрительным сомнением и посы­лаете меня с таким изображением к клас­сным дамам, то во что же вы сами вери­те? И какое значение в таком случае име­ют литературные каноны, которые поль­зуются и моим некоторым уважением. Например, такой «канон», как тема. Вы, профессиональный критик, не заин­тересовались такими важными «канона­ми», как тема, содержание книги, система идейной нагрузки повести, авторское ут­верждение, авторское требование. На какую тему написана моя, книга? По странному недоразумению, вы не за­нялись этим вопросом. Без какого бы то ни было анализа вместо моей темы вы подставляете свою и с точки зрения своей темы требуете от меня экзотических под­робностей «перековки», а я и не думал о такой теме. Вот сравнение: ВАША ТЕМА: чае я останусь фактографом, а чем вы останетесь, если забудете нормальную кри­тическую технику? Недостаток места не позволяет мне оста­новиться на других «канонах», упущен­ных вами. Но еще два-три замечания. 1) Вы уклоняетесь от истины, когда говорите, что я изображаю «неестественно­сладкое счастье». Вы приводите абзац, в котором прямо товорится о счастье, но в кните 24 печатных листа, итаких стро­чек очень немного. А кроме того, бы мне не говорить о счастье, если тема всей книги-счастье и поэзия детской жиз­ни? Только это не то счастье, которое мо­жет понравиться классным дамам. Вы ду­маете об этих дамах лучше, чем они зас­луживают. Я хотел изобразить счастье в борьбе, в коллективных напряжениях, в требовательной и даже суровой дисципли­не, в труде, в тесной связанности с роди­ной, со всей страной. 3) Я пишу для того, чтобы в меру моих сил содействовать росту нашей социали­стической культуры, Как умею, я пропа­2) Я не принимаю вашего упрека в том, что в моей повести много красивых. Я такими вижу детей-это мое право. чему вы не упрекаете Льва Толстого за то, что у него так много красивых в «Войне и мире»? Он любил свой класс, я люблю мое общество, многие люди кажутся мне красивыми. Докажите, что я ошибаюсь. гандирую эту культуру в художественной форме. Я был бы вам очень благодарен, если бы вы разобрали мои художественные приемы и доказали, что они не ведут к цели. Но вы этого не делаете. Вас не интересуют мои цели. Вы меня в эстетическую лупу и доказываете, что я не профессиональный писатель, по­тому что у меня не выходят «синтетиче­ские» образы. Откуда вы знаете, какие образы у меня синтетические.a. какие списаны с натуры? Вам было бы прият­нее, если бы я изображал «исковеркан­ных» детей с той экзотической терпкостью, которая для меня является признаком дур­ного вкуса, ибо я больше, чем кто-нибуль другой, имею право утверждать, что дет­ская «исковерканность» - в значитель­ной мере выдумка неудовлетворенных ро­мантиков: вы отстали от меня, товариш Левин, и поэтому, если и в дальнейшем вы будете именовать меня «фактографом», а не литератором, - я страдать не буду. 4) Не кажется ли вам, что некоторые «каноны», при помощи которых те вы и еще кое-кто из критиков, несколь­ко устарели требуют пересмотра. «Син­тетический образ», «характер», «типиза­пия», «конфликт», «коллизия» все это, может быть, и хорошо, но к этому следо­вало бы кое-что и добавить, принимая ва внимание те категорические изменения, торые произошли в пошем обществе. Со­ских взаимоотношений не только выше но и сложнее, и тоньше старого общества. Впервые в истории родился настоящий че­ловеческий коллектив, свободный от венства и эксплоатации. В настоящее время понятие «образа», особенно в том смысле, в каком оно обычно употребляет­ся, не вполне покрывает требования жиз­ни, в нем инотда чувствуется некоторый избыток индивидуализма. Гораздо важнее,C. чем раньше, стали категории связи, един­ства, солидарности, сочувствия, координи­рования, понимания, зависимости внутрен­ней и многие другие, которые в отличие от образа можно назвать «междуобразны­ми» категориями. Коллектив­это не про­стая сумма, личностей, в нашем коллек­тиве всегда что-то родится новое, живое, только коллективу присущее, органичное, то, что всегда будет и принципиально со­циалистическим. Я позволю себе употребить сравнение из области музыкального творчества. Вопросы мелодики, даже камерной тармонии, даже гармонии более пирокой нас уже не мо­гут удовлетворить в своем охвате. Нас уже должны особенно интересовать вопросы ор­кестровки, - созвучания разных и коли­чественно значительных тембров, колори­тов, сложных красок коллектива. Я, как автор, в особенности заинтересо­ван в этом вопросе, ибо мой терой всегда коллектив, и ваши измерители для меня уже недостаточны. Но и во многих про­изведениях советских писателей я вижу эту линию потребности. «Разгром», «Ча­паев», «Поднятая целина» заключают очень большие коллективные образы икол­лективные явления, Есть и критики, кото­рые чувствуют это. Но есть и друтие критики. Они не за­мечают новых требований социалистиче­ской литературной эстетики. У них в ру­ках закостенелые критические каноны, и они пользуются ими, как шаманы своими инструментами: шумят, стучат, кричат, пугают - устрашают «злых духов». И смотришь, находятся нервные люди - побаиваются. A. МАКАРЕНКО

В Уважаемый товарищ Левин! статье своей вы вспоминаете: «Наша критика -- и автор ор этих строк в том числе - приветствовали появление «Педагогической поэмы». Давайте уточним. Вы и другие критики «приветствовали» мою первую книгу… че­рез два-три года после ее появления. Меж­ду прочим, в вашей статье было и такое выражение: «…материал, столь несовершенный по своему художественному мастерству…». Признавая некоторые достоинства моей книги, вы тогда довольно решительно на­стаивали: «…профессиональные писатели имеют гораздо больше возможности создать иск­лючительные, замечательные книги». Вы упомянули о некоторых правилах и канонах, якобы известных профессиональ­ным писателям и неизвестных мне. Несмотря на общую хвалебность вашей тогдашней статьи, я почувствовал, что вы относитесь ко мне с высокомерным снис­хождением «профессионала». Между делом у вас промелькнули довольно выразитель­ные, намекающие словечки: «фактогра­фия», «материал вывозит». Подобное к себе отношение я встречал и со стороны других «профессионалов» и уже начал привыкать к своему положе­нию «фактографа». Совсем недавно в журнале «Литературный современник» бы­ла напечатана эпиграмма (не помию авто­ра), в которой была такая строка: «Сна­чала брал он факты только…». Можно привыкнуть, не правда ли? Теперь вы выступили со статьей по по­воду «Флагов на башнях». В этой статье, даже не приступив к разбору моей пове сти, вы более или менее деликатно припо­минаете, что «некоторые молодые авто­ры плохо учатся и плохо растут», что «одну неплохую книгу может паписать почти всякий человек», что «даже весь­ма удачная книга, описывающая яркий период жизни самого автора, еще не делает его литератором» и т. п. Одним словом, вы продолжаете свою ли­нию, намеченную еще в 1936 году, линию исключения меня из литературы. Я хочу знать, с достаточным ли осно­ванием вы это делаете? Ликвидация меня, как писателя, - де­по, конечно, серьезное, и я в качестве за­интересованного лица могу требовать, что­бы вы сделали это солидно, с профессио­нальным мастерством, опираясь на те «правила и каноны», о которых вы упо­минали два года назад. В известной мере в этих «правилах и канонах» и я могу разобраться, ибо еще пушкинский Вар­лаам, попавший в положение, подобное мо­ему, сказал: «…худо разбераю, & тут уж разберу, как дело до петли доходит». В моей повести «Флаги на башнях» вы указываете, собственно говоря, один по­рок. но чрезвычайно крупный: повесть это «сказка, рассказанная добрым дядей Макаренко». Все в ней прикрашено, раз­бавлено розовой водой, подправлено пато­кой и сахарином, все это способно «… привести в умиление и священный восторг самую закоренелую классную да­му института благородных девиц, самую строгую «цирлих-манирлих». Если отбросить все эти ваши «крити­ческие» словечки: «сахарин», «патока», «классная дама», «священный восторг» (удивительно, как это вы не вспомнили Чарскую, - по некоторым «канонам» это полагается), то остается чистое обвинение меня в прикрашивании действительности. Все это страшно возмущает. Вы не до­пускаете мысли, что такая счастливая дет­ская жизнь возможна в Советском Союзе. Вы думаете, что рассказанное мною - сказка (Лоскутов в «Литературной газе­те» думает, что это моя мечта). Приходится мне раскрыть карты,с опасностью на всю жизнь остаться «фак­тографом». «Флаги на башнях» это не сказка и не мечта, - это наша действи­тельность. В повести я описал коммуну имени Дзержинского, которой руководил восемь лет. В повести нет ни одной вы­думанной ситуации, очень мало сведен­ных образов, нет ни одного пятна, искус­ственно созданного колорита. С некоторым расчетом на смертельный удар вы пишете и цитируете: «Ведь он и в самом деле попал во дво­рец из сказки, рассказанной добрым дядей Макаренко». Сказка начинает развертываться сразу. «Между цветами проходили яркие золотые дорожки, на одной из них поближе ОТ РЕДАКЦИИ: Выше мы публикуем посмертную статью вину». Статья эта предоставлена нам на-днях тов. А. Тубиным.

- В печати, - говорит он, - мно­го писалось о препятствиях, которые при­По-схемы становке пьесы Ю. Германа «Сын наро­да». Но вот другой эпизод из жизни на­шего же театра. Молодой драматург Вс. Вальде написал, на мой взгляд, веселую и интересную комелию. Действие комедии происходит в краснофлотской среде, неко­тоаперсоажейпьы молодые ом командиры ＿влюбляюте - влюбляются, ухаживают за девушками. … Нельзя! - говорят работники ре­перткома. - Если автор показывает кра­снофлотцев, они должны охранять морские рубежи, а не ухаживать за девушками… Мы часто говорим «о работе с авто­рассматриваетепростоте ся эта работа? У автора оказывается бес­численное количество советчиков и кон­сультантов, и все они начинают переделы­вать и исправлять пьесу. После всех этих «переделок» мы редко говорим, что пьеса стала лучше, обычно говорят, что пьеса стала «правильнее», исходя, конечно, из внусов, соображений, понимания искусства тех или иных работников реперткома и т. д. На самом деле пьеса обезличивается, Выступивший на собрании директор Те­ат комедии т. Курганов рассказал, что за постановку «Сына народа» Комитет по делам искусств вынес ему строгий вы­говор. Характерно, что выговор этот до сих пор не снят. - Николай Вирта, - заявил в своей речи народный артиот РСФОР Б. Бабоч­действуе-рсмело заявил о томи что волнует каждого из нас.



РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ В. СТАВСКИЙ, Е, ПЕТРОВ, В, ЛЕБЕДЕВ, КУМАЧ, Н. ПОГОДИН, О. ВОЙТИНСкАЯ,  О ТКРЫВАЕТ ДОМА ОТДЫХА ДЛЯ ПИСАТЕЛЕЙ И ЧЛЕНОВ ИХ СЕМЕЙ: 1. В ГАГРАХ (Абхазия) с 15/Vc.r. 2. В КОКТЕБЕЛЕ (Крым) с 1/VI c. г. Справки по телефону: К 0-49-18 Санаторный отдел Литфонда. центральные курсы обучения иностранным языкам

ХРОН И КА Калининский театр юного зрителя показал пьесу М. Данизля сизсбсталенФ комедиант в постановке Н. С. Градов­ского. На спектакле присутствовал автор пьесы. После просмотра спектакля состоя­лась творческая беседа М. Даниэля с кол­лективом Калининского тюза. ОнПри Государственном Литературном музее организована комиссия по изучению жизни и творчества Д. H.Мамина-Сиби­и ворчества Д. 1. Мамина…Сиби­ствие исследовательской работе по Мами… ну-Сибиряку и пропаганда творчества пи­сателя. Состоялось уже два заседания ко­миссии. В мае предполагается устроить вечер памяти Мамина-Сибиряка. Свердловское областное издательство отправило в специальном оформлении на Нью-Йоркскую выставку книгу II. Бажова «Малахитовая шкатулка». * Винницкий Литературный музей приобрел интереоные документы, иллю­стрирующие отношение царского прави тельства к М. М. Коцюбинскому. * В Иркутске во Дворце труда состо­ялся очередной литературный вечер ир… кутского отделения ССП. На вечере с творческим отчетом выступил писатель г. Марков, автор романа «Строговы». *Работниками Рязанской областной библиотеки им. А. М. Горького при раз­боре книжного фонда обнаружены редкие экземпляры газеты «Московскиеведомо­сти» за 1798 год. Газеты переплетены в одну большую книту, представляющую годовой комплект, содержащий 103 номера (более 2000 стра­ниц). * К 70-летию рождения народного поэ­та Дагестана Сулеймана Стальского союз писателей Дагестана выпускает избран­ные произведения дагестанского ашуга на аварском, лакском, кумыкском, татском и даргинском языках. Научно исследовательский институт ис­тории, языка и литературы составил и сдал в печать «Сборник материалов и до­кументов о жизни и деятельности Сулей­мана Стальского». В сегодняшнем номере «Литературной газеты» 4 стр.

Анекдотические факты о перестрахов­шикахиз реперткома привел драматург Г Матвеев, Один автор написал скетч, начинался так: девушка спрыгнула на хо­ду с трамвая, ее оштрафовал милиционер… ко-и се оштрафоват милиционер… коме, … Скетч запрещается! За наруше­ние правил уличного движения у нас не штрафуют…» (7). Автору ничего более не оставалось, как выйти из реперткома, на­нера-рушить правила уличного движения, упла­тить штраф и, горячо поблагодарив изу­мленного милиционера, спрятать квитан­дию в бумажник, Квитанция, приколотая к скетчу, была внимательно изучена и лишь тогда скетч разрешили. Дрейден и Б. Бродянский останови­лись на положении театральной критики в Ленинграде, критике, в большинстве слу­чаев весьма «почтительной» Большую речь произнео Вс.М Мейер­хольд. Драматурги, - товорит он. при­носят сейчас в театр не пьесы, а сырье. «Зачем я буду приводить пьесу в образ­цовый вид, - рассуждают они, - если местный репертком, Главрепертком, Упра­вление по делам искусств - любая из этих инстанций - будут пьесу «поправ­лять». И драматург лишь приблизительно намечает свое произведение. Оно в окон­чательном виде приходит, наконец, к ре­жиссеру, и тот… начинает переделывать пьесу!… Говоря о смелости художника, о нова­торстве, Вс. Мейерхольд называет кино­картину А. Довженко «Щорс». Довженко, - говорит Вс. Мейерхольд, - писатель, поэт, художник, воин, который борется за новую, социалистическую культуру. - Мы много говорим об оборонной те­матике в драматургии, Но некоторые то­варищи полагают, что, показав на сцене пюграничников, они решают проблему обо­ронной пьесы, Есть ли у нас пьесы, в которых выражен тот величественный па­фос, который мы ощущаем в довженков­ском «Щорсе», пьесы, которые, подобно «Щорсу», звали бы нас итти в гря­дущие бои бесстрашно, с гордыми лицами. Вс. Мейерхольд, останавливаясь затем на вопросах учебы драматурга, считает необ­ходимым постоянное творческое общение драматургов и режиссеров.

Колония, в которой живут дети, «изу­родованные и искалеченные беспризорно­нию», и педагоги, с опасностью для жиз­ни, с нечеловеческим напряжением совер­шающие свой педагогический подвиг. Ко­лония растет мучительно от катастрофы к катастрофе, от провала к провалу, Пе­дагогика здесь еще не уверена в себе и технически несовершенна. МОЯ ТЕМА: Образцовый воспитательный советский коллектив, давно сложившийся, растущий материально и духовно на основе больших концентрированных коллективных сил, об­ладающий традицией и совершенной фор­мой, вооруженный тончайшей педагогиче­ской техникойсоциалистический детский коллектив, в котором срывы и катастрофы невозможны (и не желательны, хотя бы это и правилось литературным критикам). Товарищ Левин! Ваша тема уже прошла десять лет тому назад, - это тема «Пе­дагогической поэмы». Тема нашего време­ни, вполне назревшая, оправданная жизнью, а для меня и моим опытом, - счастливый детский коллектив, свободный от антагонизмов и настолько могучий, что любой ребенок, в том числе и правонару­шитель, легко и быстро занимает правиль­ную позицию в коллективе. Тема «Флатов на башне» ничего общего не имеет с те­мой «Педагогической поэмы». Между про­чим, вы и сами кое-что заметили в этом направлении, когда написали; «…конечно, эта система замечательна». Отсюда уже нетрудно было бы сделать заключение, что замечательная система должна иметь и какие-то более или ме­нее счастливые последствия. Если вы так слабо разобрались в теме, то еще слабее разобрались в идейной наг­рузке повести, но об этом товорить долго. В общем, вы не доказали своего профес­сионального уменья орудовать канонами и правилами, а для вас это, пожалуй, более внеобходимо, чем для меня: в крайнем слу-

ПР И Е М НА ОТДЕЛЕНИЯ АНГЛИИСКОГО и НЕМЕЦКОГО Я З Ы К О В.

КУРСЫ ВЫПУСКАЮТ НА ГРАММПЛАСТИНКАХ ФОНЕТИЧЕСКОЕ ПОСОБИЕ ПО АНГЛИЙСКОМУ ЯЗЫКУ. C заказами обращаться в обла­стные базы Культторга. Цена комплекта из шести двухсто­ронних пластинок вместе с учебни. ком - 30 рублей. Оправки ежедневно, кроме общевыход­ных, с 10 до 17 час. за 50 коп, почто­20-копеечного до­МОСКВА, Кувнец­Проспект высылается выми марками 10- и стоинства. АДРЕС ИНСТИТУТА: кий мост, 3.

Ленинградское отделение: ЛЕНИНГРАД, Апракоин пер., 2.

U 9. СПИрОЙА СПИРОЙАb XOPOШEE АЛЯ УКРЕПЛЕНИЯ для сухой и Т Р Е Б 

А. Макаренко «Открытое письмо Ф. Ле­воспитанником A. C. Макаренко

На собрании выступили также заслу­женный артист Сергей Радлов, Д. Щеглов, В. Голичников и Л. Малюгин.

советских писателей Грузии, свидетельст­Во время торжественного открытия клу­вует и тот факт, что ни один из органов печати союза: газета «Литературули са­картвело» («Литературная Грузия») и журналы «Мнатоби» («Светоч») и «Чвени таоба» («Наше поколение») не имеют ре­дакционных коллегий. Работа этих орга­нов печати всецело строится на основе личных вкусов ивзглядов их ответствен­ных редакторов. Сильно отстающим участком в работе союза является руководство молодыми на­чинающими писателями. Президиум и се­кретариат союза фактически устранились от этой важнейшей задачи, переложив всю воспитательную работу с молодыми кад­рами на редалцию журнала «Чвени тао­ба». Молодые писатели Грузии лишены квалифицированной консультации и твор­ческой помощи. Плохо или, вернее, совсем не руководит союз писателей своими пе­риферийными организадиями: союзами пи­сателей Абхазии, Аджарии, Юго-Осетии и немалочисленной писательской организа­цией г. Кутаиси. За последнее время с ними ослабла связь даже в письменной форме, не говоря ужэ о живом руковод­стве и творческой помоши.   В результате негодных методов руко.- водства литературные дискуссии, творче­ские вечера, обсуждение актуальных ли­тературных проблем стали в союзе со­ветских писателей Грузии редким явле­нием. ба писателей, четыре месяца тому назад, декларировались большие программы твор­ческой и идейно-воспитательной работы среди писателей. Но из этих хороших пла­нов и пожеланий осуществлено пока очень и очень мало, хотя казалось бы, что именно сейчас можно было ожидать боль­шого оживления и активизации в работе союза писателей. Ведь нет сомнения, что в связи с XVIII с ездом ВКП(б) у тако­го значительного отряда советской интел­лигенции, каким являются советские пи­сатели Грузии, есть немало давно назрев­ших волнующих творческих вопросов, ко­торые требуют внимания всей писатель­ской организации. Следует сказать, что и партийная ор­танизация СОП Грузии (секретарь т. С. Эули) работает без всякой инициа­тивы. Достаточно привести такой факт: пропагандистская работа передоверена… клубу. Отсутствие товарищеской самокритики и особая нелюбовь к критике в аппарате союза советских писателей Грузии мешают плодотворной творческой работе союза. B. ГОЛУБЕВА.

НЕГОДНЫЕ МЕТОДЫ РУКОВОДСТВА

он в последний раз… в декабре прошлого года. А ведь союз советских писателей Гру­зии имеет в своем составе большой отряд выдающихся мастеров слова, пользующих­ся законным признанием и популярностью в нашей стране. И грузинская литература обогатилась за последние годы не малым числом новых крупных и интересных про­изведений поэтов, прозаиков, драматургов. Творческие же вопросы, живые явления грузинской советской литературы остают­ся вне поля зрения президиума. Как пра­вило, он занимается рассмотрением и ут­верждением квартальных планов работы секций союза, которые, увы, как прави­ло, никогда не выполняются и с малень­кими поправками вновь утверждаются на очередном квартальном заседании прези­диума. Таковы факты. Это положение отра­жается и на работе секций, бюро которых также собираются только для утверждения планов. за выполнением же их никто из членов бюро не следит и никакой ответст­венности не несет. О том, что практика «единоличного хо­зяйничанья» в большом почете в союзе

Семь лет тому назад, в июне 1932 г.,  на чрезвычайном с езде писателей Грузии, созванном после исторического решения ЦК ВКП(б) о перестройке литературно-ху­дожественных организаций (от 23 апреля 1932 г.), было избрано правление с вну­шительным числом членов чуть ли не в 50 человек. Но это правление ни в какой мере на судьбу литературной жизни Гру­зии не влияет. Писатели, да и сами ра­ботники аппарата союза с трудом припо­минают, когда и по какому поводу соби­ралось это правление в последний раз. И удивляться этому не приходится, так как тех пор прошло уже почти два года! Семь лет тому назад был избран также и президиум союза советских писателей Грузии. За этот длительный срок он ни разу не переизбирался. зато широко про­водилась давно осужденная практика кооп­тации, которая привела к тому, что в ны­нешнем составе президиума избранные уже составляют меньшинство. О деятельности президиума можно судить хотя бы по та­кому красноречивому факту, что созывался Литературная газета 4 № 23

СРЕДСТВО ВОЛОС И ОТ ПЕРХОТИ жирной кожи

У И Т Е ВО ВСЕХ МАГАЗИНАХ ГЛАВПАРФЮМЕРА И АПТЕКАХ. … Гнездниковский, 10.

ТБИЛИСИ. (От нашего специального корреспондента).

РЕДАКЦИЯ: Москва, Последний пер., д. 26, тел. К 4-46-19 и К 4-34-60 , ИЗДАТЕЛЬ: издательство «Советский писатель», Москва,

Уполи. Главлита Б-1445 Типография газ, «Индустрия», Москва, Цветной бульвар, 80,