На партийном собрании союза писателей   пев все время работал под руководст иашей парторганизации, был борцом ам ло партии. Характеризуя т. Н. А. Петрашкевича Ваграмов и К. Малахов говорят о нем о человеке скромном, с большой пол ческой целеустремленностью, Тов. Петра кевич - непартийный большевик, ун но работающий над повышением С теоретического уровня. В результате обсуждений и голосова собрание постановило принять в кант партии тт. Л. Никулина, B. Голь Н. Петрашкевича, На этом же собра были приняты в кандидаты партии рабо, ники аппарата правления ССП и да тт. В. М. Кашинцева, Е. М. Колою II. И. Тимофеев, А. В. Симаков и перевве из кандидатов в члены ВКП(б) т. Дмитриев. 26 апреля на открытом партийном соб­рании ССП в повестке дня стоял один воп­рос: прием в кандидаты и перевод из кан­дидатов в члены ВКП(б). Первыми обсуж­даются заявления Л. В. Никулина, В. В. Гольцева и драматурга Н. А. Петрашкеви­ча, Писатель Никулин политически рос на наших глазах, - говорит Б. Левин, - его работа в «Рабочей Москве», «Крокоди­ле» и в «Правде» широко известна. Ряд его хороших книг получил весьма положи­тельный отзыв М. Горького, который оце­нил Л. Никулина как оперативного боево­го литератора. Выступавшие товарищи также положи­тельно высказались и о т. В. В. Голь­цеве. Будучи несколько лет сочувствую­щим, - говорит Ф. Гладков, - т. Голь­

Академику Ю. М. Соколову Президиум союза советских писателей поздравляет вас, дорогой Юрий Матвеевич, с тридцатилетием вашей научно-литера­турной деятельности. Работа, когорую вы проделали за эти тридцать лег, значительна. Неутомимый исследователь и собиратель фольклора, организатор, вы на протяжении многих лет стремились выявлять народные та­ланты, оказывать им помощь и поддерж­ку, доносить все самое лучшее, что они создавали, до широких кругов читателей. По вашей инициативе лучшие мастера народного искусства М. С. Крюкова, М. М. Коргуев, Ф. И. Конашков, И. Ф. Ковалев и А. К. Барышникова, награжденные ны­не орденами Союза, были приняты в чле­ны союза советских писателей. По вашей же инициативе была организована в ССП секция народного творчества, куда стека­ются кадры молодых фольклористов. Крупнейший знаток не только русского фольклора, но и фольклора братских на­родов СССР, вы провели большую работу с писателями по созданию художественных переводов произведений народного твор­чества братских республик. Желаем вам, Юрий Матвеевич, дальней­ших успехов в вашей большой и нужной  работе. ПРЕЗИДИУМ СОЮЗА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ СССР.

А

Л

К

Р





СТЕПАН ЩИПАЧЕВ Зерно Друзьям-поэтам В гробнице найдено зерно сухой египетской пшеницы. Тысячелетия оно лежало в каменной гробнице. На солнце вынесли его и в землю бросили и вот поднялся колос золотой, зерном тяжелым налитой. Нас время судит без уловок. Что будет через сотню лет, когда отыщут наше слово и так же вынесут на свет? E. ЦИГАЛЬНИЦКИЙ Весна в горах Весна рождается от гула летящих с крутизны павин. Как птицы, тучи у вершин, потоком вод и треском льдин их мартовская ночь вспугнула. И от кавказских гор до Волги пойдет теперь вода шуметь. Сбегут в глухую чащу волки на пасеку придет медведь. Дождь перекошенный весенний Ударит в почерневший снег. Лесная тварь придет в смятенье, о детстве вспомнит человек. И дни былые вспоминая, увидит вдруг во тьме ночной: один Эльбрус, весны не зная, сверкает вечной сединой. ЛЕВ ОШАНИН мудрости Старик помолчал, попросил огня, Трубку медленно раскурил. Сталине спрашиваешь меня? Я никогда с ним не говорил. Но в тундре, которая далека, Где олень в снегах выбивался из сил, Я встретил Кирова ученика Того, о ком ты меня спросил. Здесь время несчитанное текло. Пурга мела поперек и вкось. Он улыбнулся - и стало тепло, И солние в полярной ночи зажглось. Старик помолчал, попросил огня, Трубку потухшую раскурил. Сталине спрашиваешь меня? Я никогда с ним не говорил. О мудрости не узнать из книг, Не тронуть ее рукой, Но если такой его ученик, То сам он тогда какой? Евг. ДОЛМАТОВСКИЙ *

ПАВЕЛ АНТОКОЛЬСКИЙ 





Линкоров стальная броня. А в Лондоне дождь зарядил, и свинцов Горизонт за грядою дворцов. Никак не узнать по туманам и тучам, По угольной пыли застав Веселую Англию с дроком цветущим, Где пьянствовал рыцарь Фальстаф. Но выхвачен фарами, вырастет вдруг Из тумана бывалый твой друг. Вот плаш его пляшет над Лондоном черным, Раздувшись, как парусный тент. И снова дождями он смыт и зачеркнут Забит в перебранки антенн, Ищи его! Гений - не стертый пятак, Чтобы смыться неведомо как. Вот хохот райка или шторм, как бывало, Достиг джентльменских ушей. Ищи под мостами, в отребьях подвалов, За гнилостной глиной траншей. Ищи, джентльмен! Но не рядом с собой, Ибо он - океанский прибой, Владыка пиров, сокрушитель унынья, Певец, агитатор, силач, Быть может гуляет он с докером ныне И докеру шепчет: не плачь! Быть может, усталую девушку ту Провожает иль ждет на мосту. Но ты берегись, ибо столько терпенья Ни в чьей не бывает судьбе. Он вытряхнул все, до последнего пенни На грязную стойку тебе. И если ты располагаешь опять Сытно ужинать в замке и спать, Найми лесника, прикажи ему твердо, Чтоб цепкий капкан укрепил: Гуляет в лесу браконьер из Стретфорда, Веселый голодный Шекспир!

Пустынная черная сцена. Провал, Где когда-то Шекспир пировал,- В картонных лесах, у досчатого взгорья, Сводя мирозданье на-нет, Ломал он в метафорах счастье и горе За несколько медных монет. Хорошая сцена, - но как же она Безнадежна и обнажена! Все на пол повалено в огненной драке. Все маски с шутов сметены. Все пусто. И еле мерцает во мраке Кирпичная кладка стены. И ты запропал, краснощекий буян. Ты держал в кулаке океан. Ты, первый читатель и зритель Шекспира, Главарь забубенных гуляк. Высоко, в разгар трехсотлетнего пира, Взвился корабельный твой флаг. Ты ставил на карту в начале игры Исполинских деяний дары. Не раз у Вестминстера время звонило, Когда загребал ты взамен Немалую прибыль от Ганга до Нила. - Где ставка твоя, джентльмен? Потом за решетки банкирских контор Ты припрятал добытый простор, Сжал тонкие губы, нахохлился зорко, Соборы и верфи воздвиг, Соперник Ланкастера, ставленник Йорка, Торгаш и парламентский виг, Я вижу тебя и в другие года: Все огромней твои города. Все злей и надменней лицо джентльмена. И вот - перед самым концом - Такая жестокая с ним перемена, Как с Йорика мертвым лицом. Все ходы разведок, все шифры Пятернею костлявою сжав, держав Ты видишь, что мало и в стерлингах прока, Что мало и в топках огня. Что в доках твоих не заклепана Не ф.п к сроку





Украинские писатели вступают в партию Недавно состоялось партийное собрание харьковской организации союза советских писателей. Это было первое собрание, когда прием в партию производился по вому уставу ВКП(б). Ряды партийной группы постепенно пополняются за счет лучших писателей, чьи произведения по­могают коммунистически воспитывать тру­дящихся, но-Кандидатом в члены партии поэт Валентин Бычко, известный ш никам и пронерам Украины многими ми произведениями, автор многих пе ставших народными, автор поэмы ипибр то оперы «Перекоп», которая с успеви Партийное собрание единогласно по новило принять Наталию Забилу канда том в члены партии. щики тии, закрывали двери перед теми людьми, особенно из среды советской ин­которые стремились в пар­тию, для которых быть в партии являлось самой горячей мечтой и желанием. Именно так говорила о себе писательница Ната­лия Забила, когда ее принимали па этом партию. Я всю жизнь считала себя непар­Автобиографию писателя-комсомль Николая Трублаини собрание выслушал какинтересный рассказ. Путешественник, участник почти дел. ка первых далеких райсов на ледоковал Арктику, т. Трублаини был и матрои кочегаром, видел много стран и людей, чт и запечатлено им в довольно большом личестве его книг, в повестях, романат рассказах. В рядах ленинского комсомола т. Ту блаини состоит 15 лет. Здесь он получ большевистскую закалку. Собрание еш гласно принимает т. Трублаини канш том в члены партии.  В партию принят также поэт-комеом­лец Николай Нагнибеда. Партийное собрание писателей Харьм ва еще раз наглядно показало всю му рость решений XVIII с езда ВКП(б). Д. ВИШНЕВСКИЯ. тийной большевичкой. И если я больше­вик, то почему же мне не быть в партии, чтобы вместе с ней, в ее рядах бороться за коммунизм. Выступавшие писатели - коммунисты и беспартийные ＿ характеризуют Ната­лию Забилу, как политически активного, преданного делу коммунизма человека, как даровитую писательницу. Наталия Забила пришла в партию, имея оольшой опыт общественно-литературной работы, Вышло 50 названий ее детских конижек, несколько книг стихов и пове­стей.

Томорскии K 30-летию литературной деятельности На-днях исполнилось 30 лет литератур­ной деятельности А. Н. Поморского. В свя­зи с этим я хочу рассказать, как наша партия воспитывала мужество в больше­вике-поэте. Я хочу рассказать, как поэт был вынужден уничтожать свои стихи. Я говорю о поэте-большевике Александре Поморском. Юношей, почти мальчиком, в годы реакции, Александр Поморский был одним из любимых поэтов в рабочих прос­ветительных клубах, в глубоком подполье. В то страшное время поэтов у больше­виков было немного. Партия Ленина - Сталина сумела сплотить вокруг «Правды» не только профессионалов-революционеров, но и воспитать своих поэтов, отражающих чувства и чаяния своего класса, h таким поэтам принадлежал поэт Алек­сандр Поморский, поэт «Правды». За свою литературную и партийную дея­тельность поэт Александр Поморский летом 1914 г. был выслан в Харьков. Административно высланный из столи­цы, будучи безработным и живя впрого­лодь, зимой 1914--1915 гг. Поморский писал революционные стихи, но печатать их тогда было негде. Как сейчас помню: просмотрев в январе 1915 г. в рукописи несколько его стихотворений на военные темы и зная, что напечатать их будет нег­де, но попадись они при обыске, Помор­ский получит 3-5 лет тюрьмы «по 129 статье», с болью в сердце я советовал поэ­ту: или спрятать стихи подальше, или уничтожить. И Поморский в расцвете своего поэти­ческого дарования вместо того, чтобы соби­рать свои стихи, вынужден был писать… и уничтожать их. Осенью 1915 г. в Харьковском рабочем доме, у паровозного завода, проходило боль­шое рабочее собрание. И вдруг после ораторов социал-оборон­цев выступает поэт Поморский, смело раз­бертывая взгляды большевиков на войну. За это выступление А. Поморский был арестован, осужден и заключен в крепость. …Прошли годы империалистической вой­ны. После февральской революции поэт из тюрьмы возвращается в Ленинтрад и уча­ствует в организации первых отрядов Красной гвардии; принимает затем участие в октябрьском перевороте. Мужество большевика-позта дало ому возможность служить делу Ленина - то-писателей, B 1919 г. отступает от Харькова с частями Красной Армии к Киеву. ЦК КП(б)У мобилизует его и посылает в Одес­су. за время существования советской вла­сти в Одессе поэт успел написать книгу отихов ноложки жна была выйти в свет, армия Деникина входила в город, Поэту пришлось снова ви­деть, как уничтожают его стихи. и понятны нассам. Пожелаем же Александру Поморскому плодотворной творческой работы. Г. БАКЛАЕВ. 

НИКОЛАЙ БЕРЕНДГОФ не-сет грозою Е С Н Я ю Не мо­Вихрь покрыть

Муз. Ю. Богословского. спо­песню пес-ки ту-чею

Умеренно

зыбу-чие

Второй с езд писателей Узбекистана речью на с езде выступил секретарь КП(б) Узбекистана т. Усман Юсупов. состав нового правления союза со­ветских писателей Узбекистана тайны голосовачием избраны: старейший писа­тель Садретдин Айни, писатели Гафур Гү- лям, Хамид Алимджан, Абдулла Кал, соЭмильджан Аббасов, В. Липко, Сулейин Азимов, Умарджан Исмаилов и секретаь союза советских писателей Кара-Калпкн Нажим Давкараев. Кандидатами в член правления избраны: Амин Умари, Абдулла, Уйгун, В ревизионную комиоса вошли: Зинат Фатхуллин, Султан Джура Сафаров. ТАШКЕНТ. (Наш корр.). 27 апреля, ве­чером, закончил свою работу 2-й с езд советских писателей Узбекистана. ЧетыреВ дня продолжалась работа с езда. Писатели заслушали доклады С. Д. Мстиславского - о задачах советской литературы в связи с решениями XYIII с езда партии, Э. Аб­басова и В. Захида - об узбекской ветской литературе, т. Шарафутдинова … Навои и проблема литературного наслед­ства, Гафур Гуляма - об узбекском Фоль­клоре. В прениях по докладам выступили 30 писателей - делегатов с езда. С большой

Сколько дум передумаешь ты в ночах От одной весны до другой весны. Ты находишь в комоде, в старых вещах Пионерский галстук своей жены. Полинял треугольник из кумача, Он средь маек на полке лежит один. Детство входит в дверь серебром луча, Задевая мерцанье твоих седин. Сколько раз ты пытался его вернуть, На полях стадионов искал и звал, Чтоб сначала начать свой нелегкий путь, В лагерях покидая ночной привал. А зачем вспоминать? Ведь всегда с тобой Первозданный мир соловьев и гроз. Пусть идет он рядом с твоей судьбой, До далеких побед, до седых волос. Красный галстук рукой расправляешь ты… И еще слаба, и еще бледна, Над сияньем предутренней чистоты, Над коляской склонилась твоя жена. А в глазах-пионерских костров огни. Золотое наследство-костры, костры. Пусть же к детям твоим перейдут они Вместе с галстуком - памятью той поры.

мо-ю.

родм-ну

родину

ту-чею

покрыть

грозо-ю

1.

f

Белкой голубой в проталинах Лед грызи, весна! О великой жизни Сталина Пой, моя страна! Кинь на все четыре стороны Свой лучистый взгляд! Не взовьются злые вороны Выше соколят!

Вихрь несет пески зыбучие, Песню я спою! Не покрыть грозою-тучею Родину мою! Вон цветут поля колхозные, Улетела мгла И одна у нас дороженька Светлая легла. 

ШЕКСПИРОВСКАЯ ВЫСТАВКА В Московской библиотеке иностранных языков открылась шекспировская вы­ставка. B разделе, посвященном Шекспиру в Англии и Америке, выставлено представ­ляющее большую редкость американское­издание полного собрания сочинений Шекспира, под редакцией Фернеса, Изда­ние начало выходить в 1871 году. Только на-днях библиотека получила том «Соне­тов» Шекспира, изданных в XVIII веке. Здесь же выставлено и лондонское изда­ние Шекспира, так называемое критичес­кое издание Джонсона и Стивенса. Фотографии показывают посетителям об прижизненных Шекспиру изданий его двух поэм «Венера и Адонис» и «Лу­креция», вышедших в 1594 году. В отделе «Шекспир в России» выставка показывает переводы на иностранные языки тех произведений крупных русских в которых заметно художест­венное или только сюжетно-тематическое влияние Шекспира. Здесь французский перевод «Смерти Иоанна Грозного» А. К. Толстого, немецкое издание «Ләди Макбет Мценского уезда» Лескова, «Степного ко­роля Лира» Тургенева, «Бориса Годуно­ва» Пушкина и др. Выставлена также книга французского исследователя Андрэ Лиронделя «Шекспир в России», охваты­вающая эпоху от 1748 до 1840 года. 

МАЙСКИЕ ПРЕМЬЕРЫ ТЕАТРОВ МОСкВЫ В мае театры Моссовета покажут ра премьер: в театре им, Немировича-Данче­ко пойдет опера «В бурю» Хренникова, в цыганском театре «Ромэн» - «Макар Чудра» по Горькому, в театре Ленсоветь «Волк» Леонова, в драматическом теат. ре … «Горцы» Р. Фатуева. В театре нм Баумана - «Павел Греков» Войтехова Ленча, в Московском театре для детей­«Воспитанница» А. Островского. Редакция и коллектив сотрудникв тературной газеты» выражают свою глуб­кую благодарность артистам, принявши участие в вечере, посвященном 10-летнему юбилею «Литературной газеты» 26 апен 1939 года: Народному артисту СССР М. М. Тарп­нову, заслуженным артистам РСФСРА Грибову, Д. В. Зеркаловой, С. И. Калши­ну, Д. Л. Кара-Дмитриеву, В. Я. Хенкн, С. Г. Ярову и артистам Б. И. Александг ву, Н. ПI. Асланову, Л Ф. Геоли и Ран Зеленой, РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ: В. СТАВСКИЙ, Е. ПЕТРОВ, В. ЛЕБЕДЕВ. КУМАЧ, н. пОГОдИН, о, войтиНСКАЯ.

саранки-лесные Это было удивительно, но цветы, кото­рые Таня высадила на грядку, еще жили в то утро, когда должен был приехать отец. Сердитый ли ручеек, вылившийся из бочки, так хорошо омыл их корни, или они просто были живучи, как многие цветы на севере, который не дает им запаха, хо­тя и оставляет долго жить, но во всяком случае они держались на своих высоких ножках, когда Таня взглянула на них. Она решила их никому не отдавать. Она прогнала утку, усевшуюся среди цветов на грядке, и посмотрела вверх на каланчу. Деревянная, она царила над этим городом, где во дворах на заре распевали лесные птицы. На ней еще не поднимали ситнального флага. Значит, парохода еще не было видно. Он мот и опоздать. Но Тане было мало дела до флага, Она вовсе не собиралась итти на пристань. А если она и перехватила свои тонкие во­лосы лентой и сменила платье, надев са­мое лучшее, то это могло быть и потому, что сегодня в самом деле праздник, Начи­нается новый учебный год. Но до школы еще долго ждать. Зачем же она поднялась так рано? - Что же делать, если не спится, - сказала бы она матери, если бы та про­снулась от скрипа двери в доме, Что же я могу поделать, - повторила б она, если сегодня я вовсе не могу заснуть.ка Но придет ли когда-нибудь пароход? Су­ществует ли он на самом деле? Или это призрак, для которого вовсе нет никакого места, никакого срока, и который плывет сейчас, может быть, по друтой реке, и другой туман стоит за его кормой. Здесь во дворе тоже туманно немного. Еще ветви березы блестят от капель ноч­ного тумана, ствол влажен, дерево еще не очнулось от сна. Слишком рано вышла Таня из дому, очень рано! Однако слышны уже в пе­реулке шати. Они стучат по земле, они звенят по камням. Кто-то спешит на при­стань. Брат ли идет встречать сестру, или отеп спешит обнять сына, или просто ры­бак ждет с пароходом вестей. А может быть это и Филька торопится в послед­ний раз перед школой половить у приста­ни ершей. Таня присела на скамью у ворот. Она слушала. И слух Тани чутко бодр­ствовал среди сонной травы, дремлющей под ее ногами, и сонных ветвей, дремлю­щих над ее головой. Отрывок из повести, Полностью будет напечатана в журнапе «Красная новь». Упоян. Главлита Б-1448.

цветы



тами возле бочек, и старая собака лижет ее ноги, не в силах ей ничем помочь. И прохожие проходят мимо. Может быть, вот они - их трое: он в шляпе, блестящей от ворса, женщина ста­ра, а мальчик высок и худ, и в доста­точной мере противен. Но нет, они проходят мимо, никуда не глядя, никого не ожидая встретить. Или, может быть, вот они - их тоже трое: он толст в кепке из толстого сук­на, она молода и некрасива, а мальчик же толст и противен еще в большей ме­ре. … Да, кажется они. Таня шагнула вперед. Но взгляд чело­века был сух и недолог, а толстый маль­чик показал рукой на цветы и спросил: - Ты продаешь их? Дрожа от обиды, Таня отошла в Оне вскрикнула, Она только спряталась за бочки и здесь простояла до самого кон­ца. Никого уже не было на пристани. Не гремели доски под шатами. Все ушли, чего стоять? Они просто не приехали сегодня. Таня вышла из-за бочек. Уже матросы отправились в город, и мимо прошли са­нитары с носилками. Они всегда уходили последними. Таня пошла с ними рядом. На носилках под суконным одеялом, вытянув ноги, лежал мальчик. Липо его было багрово от жара. Однако он был в сознании и, боясь вывалиться, крепко дер­жался за края носилок. От этого усилия или, может быть, от страха, смущенная улыбка бродила на его губах. - Что с ним? - спросила Таня. На пароходе заболел. Малярия, коротко ответил санитар. Заметив Таню, идущую рядом, мальчик подзвил свой страх, лег прямо и долгим, немпого воспаленным взглядом посмотрел на Танино лицо. - Ты плакала недавно? - спросил он вдруг. Таня закрыла цветами свой рот. Она прижала их к лицу, словно эти несчаст­ные саранки имели когда-нибудь прият­ный запах. Но что может знать этот боль­ной мальчик о запахе северных цветов? - Ты плакала, - твердо повторил он снова. - Что ты, мальчик, - ответила Таня, кладя к нему на носилки цветы, - Я не плакала. Это какая-то толстая шельма ткнула мне пальцем в глаза. И человек, последним сбежавший с тра­па на пристань, уже никого не увидел на ней, кроме одинокой девочки, печально поднимающейся в гору.

Р. ФРАЕРМАН 

И далекий свисток, такой далекий, что только в ожидании может сердце услы­шать его, коснулся слуха Тани. Это сви­стел пароход за Черным мысом у маяка. Таня открыла калитку и вышла, и сно­ва вошла во двор, постояв неподвижно у пветов. Не сорвать ли их все-таки, пока они еще живы и могут доставить радость отцу. Ведь в конце концов это лишь то немногое, что у нее есть. и таня сорвала цветы - саранки и ирисы, еще прежде выращенные ею с за­ботой. Затем она позвала собаку. Тигр охотно вышел с ней на улицу, И они прошли через весь город, который еще не совсем проснулся. Только одна каланча никогда не знала сна. Ее крошечная дверь, похо­жая, на бойницу, была открыта навстре­чу ветру. И флаг был поднят и тянулся все в одну сторону - к реке. реке направлялись и прохожие, спе­шившие на пристань. Таня на секунду остановилась у спуска, чтобы сверху посмотреть на родную реку. 0, какая светлая она, хотя темные от хвой горы рядами стоят на берогу, б,ка­боьшая, даже тонь от этих горне может ее зак закрыть. Не по ней ли хотелось плыть Тане далеко, в иные страны, где обитает дикая собака динго: не плывет ли она к ней сама? A пароход подходил уже близко, Чер­ный, кряжистый, точно скала, он все же казался малым для этой реки, терялся в ее светлой равнине, хотя рев его, подобно урагану, сотрясал кедры на горах. Таня стремглав бросилась по спуску вниз. Пароход уже отдавал причалы, чуть колебля пристань, полную народу. А на пристани тесно от бочек. Они повсюду - и лежат, и стоят, точно кубики лото, в которое только что играли великаны. С парохода махали платками. Не ей ли это? Она побледнела. Она тоже помахала рукой, через силу подняв ее кверху. Ах, это просто забавно! Как в толпе она уз­нает отца, которого никогда в своей жиз­ни не видала? И как он узнает ее, если так давно ушел от них, покинул их семью? Она совсем не подумала об этом, когда бежала на пристань. Зачем подда­лась она невольному желанию сердца, ко­торое теперь так стучит и не знает, что ему делать: умереть от обиды или стучать еше сильней, И вот стоит она теперь с жалкими цве-

Пятьдесят лет сторону.3Федорченко Исполнилось пятьдесят лет со дня рож­дения писательницы Софьи Захаровны Федорченко. В литературу т. Федорченко вошла яркой, волнующей книгой «Народ на войне». С первого же дня империали­стической войны Софья Захаровна ушла на фронт, желая во что бы то ни стало разделить участь своего народа. Работая на холере, на перевязках и о тифозными, она провела на фронте около двух лет и серьезно заболевшей была от­правлена в тыл. В тылу она была потря­сена тем махровым ура-шовинизмом, ко­торым полна была тогдашняя печать. От­ветом на него и была книга «Народ на войне», составленная по записям и наблю­дениям автора над антиимпериалистиче­скими, хотя подчас и стихийными, на­строениями солдатских масс. Своеобразная как по содержанию, так и по форме, она нашла сочувственные от­клики и крупнейших наших писателей Алексея Максимовича Горького, Алексан­дра Блока, который пишет о ней в сво­ем дневнике. «Народ на войне» выдер­жала целый ряд изданий. В годы гражданской войны т. Федор­ченко, работая все время с советской вла­стью, подготовила II том «Народа на вой­не» - «Керенщина», и третий том - «Гражданская война». Отрывки из «Гра­жданской войны» в свое время печата­лись в «Новом мире». Любовно и благотворно работала Софья Захаровна в области детской литературы. До последнего времени Софья Захаров­на, несмотря на свои недуги, много, пло­дотворно работает. Желаем нашему дорогому товарищу здоровья и долгой плодотворной работы. П. АНТОКОЛЬСКИЙ, Н. АСЕЕВ, В. ГЕРАСИМОВА, А. ДЕРМАН, М. ЗЕН­КЕВИЧ, В. КАТАЕВ, Л, ЛЕОНОВ, В. лидИН, И. НОВИКОВ, Б. ПАСТЕРНАК, К. ТРЕНЕВ, А, ФАЙКО, К. ФЕДИН, Т. ЩЕПНИНА-КУПЕРНИК, В. ВЕРЕСАЕВ.

 в nанское Продажа новых магазине домов, а

Главвино

Далпанск

освежающее о в и н

Главвино-Москва, также во всех магазинах Райпищеторгов в и

ул. Горького, корпус «А» «Гастроном», «Бакалея», ресторанах.

Типография газ, «Индустрия», Москва, Цветной бульвар, 30,