Письма в редакцию 

У детских писателей Один из последних декадников секции детской литературы был посвящен твор­честву трех молодых шоэтесо: Н. Найдено­вой, A. Кардашовой и В. Осеевой, рабо­тающих под руководством А. Барто, Для Н. Найделовой характерны разно­образие сюжетов, наблюдательность. Но автор не всегда знает, что хорошо и что плохо в ее стихах, и это, повидимо­му, тормозит ее творческий рост. К тому же сюжеты ее вещей не выходят за пре­делы маленьких, обыденных интересов ре­бепка. A. Кардашова обнаруживает стремление к стихам «познавательното» характера, же­лание заставить работать ум ребенка («Мой конь» и отчасти «Туман»), но она не нашла еще достаточно простого и яс­ного поэтического выражения своих за­мыслов. B. Осеева недавно работает с A. Бар­то. Два прочитанных ею стихотворения «Ноги» и «Ручей» полны живой и своеоб­разной интонации, звучат мужественно. Осеева умеет видеть вещи по-своему. Таково было мнение тт. A. Барто, E. Благининой Б. Ивантера, Л. Кассиля, Л. Лагина, H. Еремушкина, М. Клоко­вой, Н. Саконской о прочитанных на де­каднике стихаҳ. К сожалению, как всегда на декадни­ках детских писателей, обсуждение и литературыоиеоько ный характер и часто слово «талантли­вый» произносилось с излишней щед­дростью. Б. Ивантер отметил, что А. Барто ведет большую и интересную работу. * Около 4 лет работает при Детиздате ли­тературный кружок под руководством пи­сательницы A. Чумаченко. Кружок этот, в котором сейчас больше 25 прозаиков и поэтов, создался самотеком, стихийно. О его существовании не хотело знать преж­нее руководство Детиздата, не очень ин­тересовались им и писатели. Но кружок оказался жизнеспособным. На декаднике детской секции (10 мая) с чтением своих произведений выступили 19 молодых авторов. По мнению И. Рахтанова, среди прочи­танных есть вещи, которые должны быть напечатаны. Это уже готовые художествен­ные произведения (рассказы Баркова «Забор», Осеевой -«Бабка», стихи Артю­ховой-«Маляры», «Лягушки» и др.). Са­мое интересное,сказал он, это то, что частушки на перелет Громова: «Сан-Франциско далеко, если ехать низко, Если ехать высоко - Сан-Франциско близко» ходят по Москве безыменными, так как автор мало кому известен. По мнению других выступавших, стихи Ровинской «Затадки на снегу», «Кошка в клетке», «В переулке» также должны быть напечатаны в журналах. Положительные отзывы получили и сти­хи Раисы Гинцбург, Карелинской, Донни­ковой, рассказы Крачковской «Лаванда», Шервадзе-«Катитан команды» и другие произведения. Выступающие на декаднике члены бю­ро детской секции и присутствующие пи­сатели и поэты тт. В. Ивантер, О. Перов­ская, И. Рахтанов, Н. Саконская, С. За­речная, E. Тараховская отметили полез­ную работу А. Чумаченко, давшей детской литературе новых прозаиков и поэтов. ЗАКОНЧЕНО ИЗДАНИЕ ной НОЧИ» «Ки Десять лет назад, вв 1929 г. вышел пер­вый том, а сейчас вышел из печати вось­мой и последний том «Книги тысячи и одной ночи». В предисловии к первому тому М. Горький писал, что «Среди ве­ликолепных памятников устного народного творчества «Сказки Шахразады» являют­ся памятником самым монументальным. Эти сказки с изумительным совершенством выражают стремление трудового народа отдаться «чарованью сладких вымыслов», свободной итре слов,-выражают буйную силу цветистой фантазии народов Востока -арабов, персов, индусов». Это издание, начатое «Академней» и за­конченное Гослитиздатом, в отличие от прежних русоких изданий, которые пред­ставляли собой сокращенный перевод либо с английского, либо с французского, яв­ляется первым полным переводом с араб­ского подлинника.

По советской  с т р н е БЕЛОРУССИЯ

День

поэта

Ата Салиха Руководители района бешено гонят по дороге свои газики; верховые аг­рономы, почтальоны, ветеринарные врачи скачут в какие-то колхозы и фермы; древние старики верхом на осликах транспортируют на базар хурджуны со свежими овощами; арбы аульного потребительского общества везут за Мургаб бочки с керосином и всяческие промтовары, Много еще и других путешествённи­ков едут и идут по аульному трак­ту, но кто бы ни шел и кто бы ни ехал навстречу Ата Салиху, все ему знакомы, всякий остановится и пере­бросится с поэтом парой деловых или дружеских слов. И у него к каждо­му путнику есть свое особое нужное слово. К аулу дорога подходит вдоль Мур­габа, затем она сворачивает чуть вле­во к правлению колхова, а прямо над водой, на высоком обрывистом берегу, стоит дом Ата Салиха. Возвратившись о поля, шахир от­дыхает. Он сидит с друзьями на ков­ре за чайником, рассказывает ашха­бадцам о замечательных хлопкоробах и животноводах - людях своего кол­хоза, затем делится своими лите­ратурными планами на ближайшее ле­- К 15-летию Туркменской респуб­лики, - говорит поэт,которое будет праздноваться в конце этого года, я собираюсь сдать поэму о счастливом советском ауле, о новых людях Турк­мении, живущих в великую сталин­скую эпоху. В этом произведении, говорит Ата, - я намерен показать отчасти и старый феодальный Турк­менистан. День клонится к вечеру. В дом к поэту приходят соседи и товарищи, Здесь двое хлопкоробов, учитель исто­рии из местной школы, кузнец Ходжа Мурад. Вот еще кто-то под ехал вер­хом к дверям дома. Это председатель колхоза «Ленинград». Он привязывает у дувала коня и входит в комнату с камчей в руках. Беджит Аппа, пред­седатель колхоза, заглянул сюда на минутку, он прямо с поля и еще не заходил домой. Он выпивает несколь­ко глотков зеленого чая, говорит об отличном трактористе-комсомольце Яш. шек Курбане и о бригадирше Огуль Герек. Председатель колхоза спешит домой, колхозники, потолковав еще немного и послушав радио, тоже рас­ходятся. Дружно наступившая весна вадер­жалась на время дождями, прошед­шими в Примургабьи в первые дни апреля. Теперь погода установилась в полдень припекает жаркое солнце, но по обочинам дорог видны кое-где ши­рокие озерца воды. В степи утром пахнет чалычеркезом - степным ку­стом, урюковым цветом и влажной землей, не просохшей после дождя. В Туркмении посевная в разгаре Колхоз «Ленинград», где живет Ата Салих, рано выезжает на свои хлоп­ковые поля Поэт в эти дни, как и все аульчане, рано выходит из дома. Сегодня в по­ловине девятого его можно встретить в колхозной кузнице. Ата Салих присел на плужную раму, они с кузнецом Ходжа Мурадом обсуждают что-то на­счет запасных частей к машинам. Ходжа Мурад, уже пожилой, бога­тырского сложения мужчина, любит побеседовать между дел со своим вем­ляком шахиром От кузницы тропинка ведет мимо пчельника к садам и выходит в поле. При выходе из сада Ата Салиха привет. ствует колхозный счетовод. Он сообщщает новость: шестая бригада, руководимая комсомолкой Огуль Герек Исмаиловой, закончила сев. Ата Салих приятно поражен, даже он, шахир и великий знаток колхозных секретов, не ожи­дал такой оперативности от бригады Огуль Герек. Египетские карты шестой

«БЕЗДОМНАЯ АКАДЕМИЯ» или БЕЗНАДЗОРНЫЕ ПЕРЕВОДЫ В номере 3 журнала «Звезда» напеч тан, в переводе с украинского, мой ра сказ «Художник». Перевод тов. А. жур свидетельствует прежде всего о знании переводчиком как украинског так и русского языков, а затем - вершенно недопустимой беззаботности р дакции относительно качества перевода. Можно было бы привести десятки пра меров непонимания украинского текор и неумения передать его по-русски, Д статочно, однако, отметить лишь нескод. ко «перлов», чтобы составить представл ние о качестве перевода. Украинский текст: Потріскують мость ни, ніби ступае бессонний час… Верный перевод: Потрескивают полощ цы, точно ступает бессонное время, Перевод Дежур: Задребезжит мостов наступает бессонница. Украинский текст; Світло грало на лоті… Верный перевод: Свет играл (лился). Перевод Дежур: Солнце сияло, Чтобы вполне оценить вначение эт действие происходит в сырой, туманн­происходят в сырой, тумана­петербургский вечер! Украинский текст: Безлюдна у ночі Ав демія. Верный перевод: Безлюдная и т. д Перевод Дежур: Бездомная ночью демия. После бездомной Академии пустки кажутся такие «несоответствия»; Украинский текст: з відразою сказ голова хитаеться, жалував, десь, и Верный перевод: с отвращением… г ва качается, жаловал (хорошо относилее где-то. Перевод Дежур: со злобой… голова бо­тается, жалел, кое-где. десяткам искажений переводчик бавил от себя несколько немотивиров ных сокращений и без того сжатого те ста. В пелом перевод - брак! Автор вынужден довести до всеобщен сведения, что все недоумения и препе зии по поводу бездомных Академий солнца, сияющего ночью, должны быт обращены к редакции «Звезды» ивв реводчику А. Дежур. H. ПИЧУГИН *

В Доме Красной Армии им Ворошилова в Минске огромным успехом пользуется выставка «А, М. Горький», которую за месяц посетило свыше 13000 рабочих, студентов, школьников, бойцов, команди­ров Библиотека Дома организует три пере­движных выставки: «Пушкин», «Горький» и «Николай Островский». ГРУЗИЯ

В издании «Сахелгами» вышел сборник произведений поэта A. Машашвили и сборник стихов рабочего-поэта Г. Хечуа­швили. Обе книги поступили в продажу. КАЗАХСТАН

Казгослитиздат готовит к печати на русском языке однотомник избранных произведений Джамбула, в котором впер­вые будет опубликована поэма «Суранши батыр». В однотомнике будут помещены лучшие поэмы акына - «Моя родина», «Вооруженный народ», «Поэма о Вороши­лове». Одновременно издательство готовит ака­демическое издание произведений акына на казахском и русском языках,  овязи с во-летнем со дня рождения ооновоноложника осетинской тябре 1939 г., создан юбилейный комитет. На предприятиях, в вузах и колхозах Осетии проводятся беседы о писателе. В Орджоникидзе К Хетагурову будет уста… новлен памятник Впервые на русском языке готовится издание сборника сти­хов «Осетинская лира», конфискованного в свое время царской цензурой, «ЗАБЫТЫЕ РАССКАЗЫ» M. ГОРЬКОГО Ленгослитиздат выпускает сборник «За­бытых рассказов» М. Горького, в который вошли рассказы, очерки и отрывки из не­оконченных повестей 1893-1918 гг., не включенные Горьким в собрание сочине­ний и оставшиеся неизвестными широко­му кругу читателей. Часть этих расска­зов была опубликована в периодической печати и сборниках, посвященных самар­скому периоду деятельности А. М. Горь­кого; значительная часть их публикуется впервые. Все тексты воспроизводятся по тем газетам, журналам и сборникам, где они были впервые напечатаны. Редакция текстов и вступительная статья С. Д. Ба­лухатого. Комментарии написаны E. B. Суховым. 15 ЛЕт сО дня Смерти M. G. РИВЕСМАНА 15 лет тому назад, 9 мая 1924 года, умер еврейский писатель Марк Семенович Ривесман. Сын еврейской «черты оседлости», испы­тавший на себе все «прелести» еврейского бесправия при царизме, Ривесман в своем творчестве сочетал скорбь еврейского на­рода, переживавшего один погром за дру­гим, с жизнерадостностью и оптимизмом верившего в победу революции писателя. После Ривесмана осталось немалое лите­ратурное наследство, пока, к сожалению, еще не полностью увидевшее свет. Мелкие рассказы, очерки, пьесы Ривес­характеризуют мана характеризуют ав­тора как великолепного знатока еврейского языка и фольклора еврейского народа. Ривесман занимался широкой общест­венной деятельностью. Он был одним из активнейших работников Общества еврей­ской народной музыки, Еврейского теат­рального общества и т. д. С величайшей радостью Ривесман встре­тил Октябрьскую революцию и все свои силы отдал организации нового, народного еврейского театра. M. С. Ривесман был одним нз первых преподавателей тогда еще студии Еврей­ского государственного театра (Госет) в Ленинграде - до переезда студии-театра в Москву.



На строительстве Всесоюзной сельско­хозяйственной выставки. На снимке: комплиментар-турнй ссвдействие на Таджикской ССР.

Встреча критиков Вопросы, поднятые в статье тов, A Фадеева в «Правде», встретили живейший отклик в литературных кругах братских республик, Об этом свидетельствовало со­вещание критиков, состоявшееся в дни пленума в союзе писателей УССР. B. Гоффеншефер и И. Стебун призы­вали писателей и критиков установитьК более тесную связь между собой и с кри­тическими журналами, на страницах кото­рых должны систематически печататься статьи о литературе братских республик. -Тов. К. Зелинский кратко информировал собравшихся о схеме и общем состоянии работы над «Историей советокой литера­туры», подготовляемой институтом миро­вой литературы им. А. М. Горького. Выступивщие в прениях тт. М. Клим­кович, A. Кучар (БССР), E. Адельгейм (Киев), т. Недзведский (Одесса) и др., со­общив об участии писателей, критиков и литературоведов в создании «Истории», одновременно подняли ряд общих вопро­сов, связанных с работой критики, ли о ее недостатках и о тех нездоровых явлениях, которые мешают ее развитию, М. Климкович и Е, Адельгейм указыварт. ли на то, что критики очень мало занима­ются современной литературой и конкрет… ным анализом отдельных произведений, E Адельгейм подчеркивает, что условия работы критиков до последнего времени были неблагоприятны, Часто в редакциях литературных журналов и газет при на­печатании критических статей руковод­ствовались побочными соображениями. Попытка украинских критиков наладитьВ связь с московскими журналами и газе… тами не дала особых результатов. О беспримерном проявлении бюрокра­тического отношения со стороны одесско­союза рассказал го писателей рассказал в Недзведский. Одессе, - говорит он, - существовала довольно большая группа театральных критиков, сотрудничавшая в меру своих сил во многих газетах и журналах. Но одесский союз писателей нашел, что су­ществование такой секции вне его «ведом­ства» - недозволительно. Двухмесячная тяжба, ревизия и обследование, к вящше­му удовольствию союза писателей, в ко­нец развалили работу группы, а двум чле­нам ССП, входившим в эту «крамольную» секцию… были вынесены вытоворы. Выступления критиков со всей очевид­ностью показали, в какой степени пов­семестно назрела потребность для боль­шого и серьезного разговора о критике, В ближайшее время в Киеве и Минске состоятся широкие совещания критиков, посвященные обсуждению вопросов кри­тики

легкий, веселый путь. В бригаде - приветствия, короткие беседы колхозников с поэтом. Поэт интересуется качеством сева и потом, по установившейся традиции, колхоз­ники просят его читать стихи. Ата стоит в середине группы. Внят­но и задушевно он читает одно задру. гим замечательные стихотворения. Вдесь короткие, меткие произведения из цикла колхозных дестанов, сти­хи и песни о советских женщинах. В конце слушатели просят своего лю­бимца прочесть известное его стихот­ворение «Хеммемыз» («Все мы»), пос­вященное героическим бойцам Хаса­на. И снова над полем «Ленинграда» звучит бодрый, взволнованный голос народного певца, голос, прославляю­щий храбрость советских кызыл-аске­ров. Немного спустя, поблагодарив ауль­чан за встречу и пошутив с комсомол­кой-бригадиршой, шахир возвращает­ся в аул. Обратный путь Ата реко­мендует спутникам пройти по доро­ге. Там, говорит он, будут встречать­ся люди. И действительно, глядя на дорогу, можно подумать, что люди аулов побросали дома и поля, что весь район вышел на тракт.

Прошу редакцию «Литературной ты» передать мою сердечную благодар. ность всем учреждениям и лицам, поздрь вившим меня с тридцатилетием моейнь учной деятельности, а также певцам, мт. зыкантам и рассказчикам Г. В Адерка говоАндреевой-Рябовой, проф, Бутославскому, проф. А. Л. Доливо, засд арт, Ф. Лебедеву, М Мирзоевой, зас Д. Н. Орлову, Е. Б. Сенкевич, А. Е Третьяковой, В. И. Фунтиковой и Б В Шергину, своими художественными вы ступлениями украсившими концертну часть юбилейного вечера Акад, ЮРИЙ соколов «Гвалтай»

На дворе уже ночь. В поле попреж­нему гудят машины. Трактористы третьей смены, поднимая тяжелые пласты земли, закладывают фунда­мент будущего урожая. A. АБОРСКИЙ Аул Шор-Тепе Сталинский район ТССР.

ПО СТРАНИЦАМ ЖУРНАЛОВ «Лисичкин хлеб» В выходящем на-днях из печати № мир» книга рассказов М. Пришвина «Лисичкин хлеб». «Все эти рассказы, - заявляет автор в своем вступлении, - явились на свет в поисках идеального рассказа для детей. А идеальным рассказом я считаю оди­наково интересный рассказ для всех поко­лений. В своих поисках я исходил не от русской сказки и не от Льва Толстого в его рассказах о природе. Близости к детям я достигал, стараясь рассказывать им не о чем-нибудь поучительном, а о собствен­ных своих играх взрослого человека». Путь к созданию идеальной сказки М. Пришвин характеризует следующими сло­вами: «Сказать все проще, мне хотелось бы рано или поздно достигнуть в своих рас­сказах прелести фольклора - вадача не очень скромная, но, я верю, возможная в своем разрешении». В этом же номере «Нового мира» печа­таются «Волк» Л. Леонова, окончание романов Н. Чертовой «Разрыв-трава» и Б. Вадецкого «Возвращение», рассказы дальнем плавании Евгения Юнга «На­ше море», продолжение очерков А. Дер­мана о биографии А. I. Чехова. «Новые слова»

издательстве «Федерация» в Тбили вышла новая книта грузинского писател Константина Гамсахурдия сборник «Твы тай». Название книги взято из трактп Эпифана Кипрского «Твалтай» - описе ние 12 благородных камней. В сборнике опубликован большой нозы роман К. Гамсахурдия госш стера Константина». В основу роман ложена известная грузинская легенда строителе Мцхетского собора, архитекто Константинэ Арсажидзе, у которого и приказу паря Георгия I (мстившего арп тектору ва любовь к нему своей фаворн ки) была отрублена правая рука. Вр мане изображена героическая борьба гру зинского народа во II столетии противс рацинов и византийцев и распростран­ние насаждавшегося крестом и мечом хри стианства в горных районах Грузии, В книту включены также 12 новёл «Мудрость лжи», «Разбитый чонгурі, «Встреча с мертвецом», «Порцелан», «Ко­локола в буре», «Медведь», «Лиль…» локо женщины», «Безбородый Гаху» «В ликий Йосиф», «Табу» «Хогаис Миндиа». Некоторые из этих новелл публикую впервые. 

К сожалению, значительная часть произ­ведений Ривесмана не издана, а его «Де­душкины притчи» стали библиографиче­ской редкостью. Их необходимо переиздать. Л. Л.



Дупевский фарфоровый завод (Москов­ская область) выпустил статуэтки «Белорусска» и «Кубанский казак».

НОВЫЕ КНИГИ B Гослитиздате вышли из печати и ближайшие дни поступят в продажу кн ги: A. Чапыгин. «Разин Степан», Иллюсть И. Шабанова. Манн, «Юность короля Генрии четвертото». Перевод с немецкото Е Садовского, Иллюстрации художника Когана.

МАТЭ ЗАЛКА В ГОСТЯХ У ШЕВЧЕНКО ник, поэт, солдат, - натянутая гневная струна, под упрямые звуки которой запел целый народ о своей трудовой судьбе. Народность этого поэта бесспорна, понят­на и ощутима. Зазвучали минорные строки первой строфы «Заповіта»: Як умру, то поховайте Мене… Да, Тарас Григорьевич просил похоро­нить его на видном месте, среди степи, откуда можно далеко видеть, куда можно притти издалека, и, постояв на могиле ве­ликого сына своего народа, задуматься о судьбе, о прошлом и будущем. Тарас Гри­горьевич хотел, чтобы после его смерти могила его стала символом судьбы укра­инского народа. Тарас Григорьевич сил похоронить его на высоком месте, от­куда, как с великой трибуны, далеко был бы слышен наполненный народными сле­зами, гневом и мужеством голос его поэ­зии. Выбор пал на Канев. Крутые днепров­ские берега высятся над полтавской рав­ниной, здесь «і Дніпро, і кручі», а у подножья течет могучая река и несет воды «з України у синее море». Я достиг вершины под ема. Лестницы кончились. Иду по подметенной дорожке, и вдруг… наталкиваюсь на рельсы… да, на самые обыкновенные рельсы, бегущие вниз по склону, на металлический канат и тесовую будку. В будке знакомое ши­сво-пение пара. Приоткрываю дверь и вижу: истопник возится около локомобиля. - Доброе утро, товарищ… Что это здесь у вас?спрашиваю я в полном недоуме­нии. - Этосиловая станция нашего строи­тельства, уважаемый гражданин. Локомо­биль, а вот дальше и лебедка, и канат… Это как бы фуникулер… для строймате­риалов… Вот, глядите, какое здание вы­строено. Среди деревьев мелькает красная чере­пичная крыша, большие окна, свежевы­крашенные стены и строительный мусор на дороге. - Так… это что же будет? - Это будет музей, постоянная выстав­ка, архив Тараса Шевченко, галлерея его картин. Истопник превращается в словоохотли­вого гида и тоном знающего человека, не гордости строителя, об ясняет: Я сошел по трапу и очутился на пес­чаном берегу Канева. По высокому берегу полосами шли оползни, изборожденные недавними весенними ручейками. Не обращая внимания на услужливые предложения старика извозчика, я повер­нул на тропинку, ведущую вдоль берега к мотиле поэта. Я шел один. Кругом ни души. Все живое спит, только неустан­но струится река. Звезды утасают… и там наверху, на круче гигантской могилы, бодрствует дух Тараса, народного певца Украины. Я иду к нему, хочу побыть с ним нае­дине. Хочу встретить восход солнца пред­стоящего лучезарного дня в тихом обще­стве Тараса Григорьевича, чудесного пов­та своего народа, народа, ставшего мне родным. Я иду в этот предутренний час к Та­расу Григорьевичу, чтобы постигнуть ис­тинный смысл бессмертия. Тропинка ведет вдоль берета к скромной арке входа. Я все смотрю украдкой на во­сток: не занимается ли уже заря? Нет, солнца еще нет. Темнеет вода. Привезший меня пароход, всплеснув спицами коле тихо плывет вниз, к юту. Все опустело. Тишина становится ощутимой, как вещь… Я поднимаюсь по крутой деревянной лест­нице с террасы на террасу. Где же моги­ла? спрашиваю я… И вдруг такое ясное, такое реальное ощущение: да ведь вся эта многотеррасная гора и есть могила Тараса. Гигантская могила, курган, насыпанный шапками всего народа, похоронившего его звонкоголосого сына, согласно его ва­вещания «серед степу широкого»… Степь можно видеть через широкую реку. Днепр островами и отмелями струится здесь по двум руслам, по ту сторону-полтав­ская равнина, родная степь Тараса Гри­горьевича. Сейчас степь еще окутана утренней мглой. Ее только чувствуешь за хмарой, но еще не видишь. …Крепостной мальчик, дворовый худож­поНастоящий очерк написан в сентябре 1936 г., когда венгерский писатель Матэ Залка был на Украине и посетил могилу великого поэта. В октябре 1936 г. товарищ M. Залка уехал в Испанию, где и погиб за дело испанското народа. Очерк «В гостях у Шевченко» предо­ставлен редакции «Литературной газеты» женой покойного писателя В. И. Залка.без - Вот видите избушку? (Действительно, ли показалось пылающее, как расплавлен­из-за кустов выглядывает самая обыкно­венная крестьянская хата, выстроенная в характерной, подчеркнутой полтавской ма­нере. Хата стара, покосилась на бок, со­ломенная крыша почернела, на дощатой двери надпись: «Музей»). Вот тут был раньше музей, тут жил и сторож, А те­перь мы построим трехэтажный музей, Вы потом зайдите, посмотрите. Хоромы! И памятник на могилу готовим. Четырнад­цать метров высоты, чтобы издали было видно. Пожалуйте сюда, направо. Вот дорожка к самой могиле. Когда вернетесь оттуда, покличьте меня, я покажу вам музей, В этом году мы закончим тут всю работу. Я сел на скамью и тихо про себя чи­таю строки «Заповіта». внизу,Кайдани порвіте… пра-Последняя терраса, и я у могилы. Скромный, даже чересчур скромный па­мятник. Задумчивый облик Тараса. По бо­кам обелиска три барельефа, сцены из жизни поэта: детство-мальчик и монах, Шевченко-солдат, гневный кобзарь. Поховайте та вставайте, Да, Тарас Гриторьевич, это уже случи­лось. Цеци рабства сброшены. Вражьей кровью воля народа богато окроплена… Прошли те времена, и Украина милая из­менила свое лицо, народ стал другим, об­новленным, крепким, проснувшимся бо­гатырем, творящим чудеса не только на полях твоей родины, но и на заводах, шахтах, мастерских, кафедрах, в воздухе, на суше и на воде. И Украина теперь не просто Украина, она вступила в могу­чую семьюнародов и стала Советской Украиной, И народ этой Советской Укра­ины, Тарас Григорьевич, сильнее и креп­че того народа, который ты знал. Он лю­бит, знает и чтит тебя, твою поэзию, твои заветы. Твой голос, Тарас Григорьевич, только сейчас прозвучал с полной силой, с полной мощью в сердцах этого народа, оценившего тебя и увенчавшего высоким званием народного поэта. Рассветало, На полтавской стороне заго­релось небо. В глубокой тишине мысли ощущались, как громкая речь, Но как только блеснул первый луч еще непоявив­шегося солица, я  почувствовал, что я здесь далеко не один. Сначала тихо, потом все отчетливей, все звонче послышались птичьи голоса. Про­буждалась роща, и, когда над краем зем­ная медь, светило, вокруг раздался такой изумительный концерт весенней любви, что я невольно затаил дыхание. На секунду мне показалось, что задумчи­вое лицо Тараса Григорьевича озаряется тихой улыбкой: это на его бровях заигра­ли первые лучи солнца. птичьейГенрих Птицы запели азартно, неистово, сча­стливо. Особенно заливался соловей, то щелкая чечоткой, то разливаясь флейтой, бренча балалайкой, играя скрипкой свои радостные вариащии, Кукушка методичноСтепан вставляла свои летоисчисления. Сколько еще лет? Ку-ку, ку-ку! Чего сколько лет? Жить? Ого, нет… На-В шу жизнь не кукушка накуковала. Нет, у нас совсем другое исчисление. Я сижу здесь на могиле после того, как об ехал Украину. Я говорил с колхозника­ми, рабочими, летчиками, моряками, дентами… Страна в цвету. Цветут акации, Киев, Днепродзержинск, Днепропетровск,A. Запорожье, заводы, университеты, фабри­ки, колхозы, электростанции, доки, пор­ты… Длинными проводами высоковольт­ной энергии связаны области и округа, заводы, шахты, города, села. В 1920 г. тут шли друг на друта полки, дивизии и армии. В лесах шныряли бан­диты, эти черные рыцари, цепляющиеся за последние выступы прошлого. В 1936 идутракторные колонны, высоковольт­ные провода, завершая «последний и ре­шительный бой». Не забыли тебя, Тарас Гриторьевич, этой семье, великой и вольной, новой мощной советской семье. Ты один из са­мых больших и любимых народных сы­нов. То дело, за которое ты боролся, те мечты, над которыми ты проливал горь­кие слезы, превратились в действитель­ность. Цветет страна. И тебя, Тарас Григорье­вич, «В сім і великій, в сім і вольній, новій, не забудут пом янути незлим, ти­хим словом». Локомобиль издал резкий протяжный свист, завертелся маховик, зашумела ле­бедка, Послышались голоса. Это шли ра­первый груз по под емной машине. От шума машины на секунду умолкли птицы, но только на секунду, чтобы потом еще радостнее приветствовать утро и вес­ну нашей родины. Б. Гнездниковский, 10.

В печатающемся сейчас № 4 «Красной нови» помещена интересная статья Л. Борового об вволюции нашего литератур­ного языка «Новые слова». Автор пока­вывает всю несостоятельность опасений васорения нашего литературното языка. На самом деле происходившая в годы ре­волюции бурная языковая революция при­вела к очищению от церковно-славяниз­мов и дальнейшей руссификации русско­го языка. «Несмотря на неумеренное и часто бес­емысленное применение иностранных слов вместо равнозначащих русских в газетах, книгах и в живой разговорной речи, пишет Л. Боровой, - происходит именно дальнейшая руссификация русского язы­ка. Глубочайший демократизм, ставший основным законом нашего общественного развития, вызывает повседневное стремле­ние быть понятцым, говорить по-русски, и поэтому даже наши неологизмы в по­давляющем большинстве - не переводы воды и не новые позаимствования, а новые русские слова. (Например, ударник, от. личник, избач, безотрывник, вузовка, обезличка, предельщик, облучение, право­ваступник, подкулачник, загибщик, летун, настроенчество и т. д. и т. п.). Четвертый номер «Красной нови» от­крывается стихотворной повестью A. Бе­выменского «Петербургский кузнец», в нем печатаются окончание романа М. Ле­видова «Путешествие Джонатана Свифта», рассказы В. Кожевникова, Л. Славина, В. Лапина и Н. Атарова, статья Д. Бергель­сона о творчестве Шолом-Алейхема и поминания о нем В. Чаговца. В критичес­ком отделе напечатано начало работы В. Ермилова «Горький и Достоевский». 6 Литературная газета № 28

старого летчика… Рисунки К. Арцеулова.  Николай Шкляр, Повесть о воопарк. Издание переработанное и дополненное Сергей Беляев, Истребитель 27, Науча фантастический роман. C. Маршак, Усатый-полосатый. Рисуны B. Лебедева. г.Стихи детей. Сборник Ленинградов дома литературного воспитания школы ков. РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ В. СТАВСКИЙ, Е, ПЕТРОВ, В, ЛЕБЕДЕВ вКУМАЧ, Н. ПОГОДИН, О. ВОйтинская

Жена и сын с глубоким прискор­бием извещают о смерти торячо любимого отца и мужа, заслужен. ного артиста Республики, ордено­носца Виталия Ефимовича ЛАЗАРЕНКО последовавшей 18 мая, в 4 ч. утра после продолжительной и тяжкой болезни, О выносе тела звонить Д 1-36-22

РЕДАКЦИЯ: Москва, Последний пер., д. 26, тел, К 4-46-19 и К 4-34-60 , ИЗДАТЕЛЬ: издательство «Советский писатель», Москва,

  Уноли. Главлита Б-3351. Тапография газ, «Индустрия», Москва, Дветной бульвар, 30,