Я. РЫКАЧЕВ

A. РаГозин



«ЗНАМЯ» № ского и «реального», в научного труда; власть штампа, мешаю­щего писателю добраться до психологи­ческой «глубины глубин» героя-ученого. «- Послушайте, Николай Семеныч, - сказал я немного смущенно, не зная, как бы помягче сформулировать свой вопрос, скажите мне, что вы почувствовали, когда увидели, что кусты замерзли? Обиду? До­саду? Вам было­горько? Горечь и боль? Но вы полны решимости. Неудачи закали­ли вас. Вы чувствуете огромпый прилив и непоколебим. И после минутной печали вы твердо тесь по избранному пути? … Я вынул записну книжку. - Так, что ли, запи. сать?… Интересуюсь как бытописатель. Знаете что, - ответил Бобакин, - давайте лучшше кушать яичницу. Вам нра­вится эта яичница?» Легкой ценой досталась Габриловичу «идея» рассказа: ценой непомерного ог­степеятисателя» Нельзя до такой степени облегчать себе задачу; нельзя разрешеноые жом! Между тем Габрилович стремился в обобщению. Тот самый «писатель», кото­рый произносит упомянутую тираду, на­ходит зачастую прекрасные слова и с большой силой воздействует на читателя: гибель кустов воспринимаешь, как резкую боль. Поэма Конст. Симонова «Суворов» - отличная стилизация, сделанная опытным из мастером. Приведем несколько строк из главы, чтобы дать читателю ставление о стихе Симонова: воцарение кото-мощи Павла. Перед дворцом помост сосновый, На Невском ледяном ветру, Здесь второпях возводят новый, Холодный памятник Петру. Должно быть, в пику Фальконету В нем будет все наоборот: В проекте памятника нету Руки, протянутой вперед, Ни змея, ни скалы отвесной; Он прочно станет на плите, Казенный и тяжеловесный. Да, времена теперь не те, Чтоб царь, раздетый, необутый, Скакал в опор бог весть куда… Из всех петровских атрибутов Мы палку взяли, господа… За каждой строкой - немалый труд, строгий и точный отбор строгий и точный отбор, тщательное ус­воение классики. Но таков закон искусст­ва: стилизация всегда лишена подтекста и рождает уже отработанные литературой амоции. Образы Симонова обитают не в его собственном «петербургском мире», а в «петербургском мире» Пушкина; и чем лучше симоновская строка, тем менее спо­собна она отвратить читателя от привыч­ной ассоциации, которую автор сам не­избежно исторгает у него размером, ладом и наполнением своей строки. Классика по­работала наславу: у нее ничего нельзя отнять, у нее можно только учиться. Сказанное относится и к образу Суворо-

ПОВЕСТИ А. ГАИДАРА которая медленно выползала из-зз уже недалеких Синих гор». А вот впечатления из вагонного окна: «Проносились навстречу поезда, гру­женные рудой, углем и громадными, тол­щиной в полвагопа, бревнами. Нагнали они эшелон с быками и коро­вами. Паровозишко у этого эшелона был невзрачный, и гудок у него топкий, пи­склявый, а тут так один бык рявкнул му-у!… что машинист обернулся и на­верное подумал, что это его большой па­ровоз нагоняет. А на одном раз езде бок-о-бок остано­вились они рядом с могучим бронепоез­дОМ. Грозно торчали из башен укутанные брезентом орудия. Красноармейцы весело топали по спе­гу, смеялись… Но один человек в кожанке стоял возле бронепоезда молчалив и задумчив. И Чук с Геком порешили, что это, конечно, командир, который стоит и ожилает, не придет ли приказ от Ворошилова открыть какого-нибудь врага бой». Мальчики видят из окна все то, что видят взрослые, но впечатления их со­вершенно иные. Любой пустяк, любая мелочь полны для них глубокого смысла и интереса. Все ново, все удивительно, все тут же ассоциируется с накопленным ранее житейским опытом. И чем меньше этот опыт, тем интенсивнее переживается каждое впечатление, тем богаче оно не­ожиданными и глубокими эмоциями. обрашался детским телям: «Пишите, пишите для детей, но только так, чтобы вашу книгу с удоволь­ствием прочел и взрослый и, прочтя, пе­ренесся бы легкой мечтой в светлые го­ды своего младенчества». Последние кни­гиГайдара несомненно отвечают этому требованию. «Голубая чашка» - казалось бы, са­мая будничная по материалу из всех книт Гайдара. Писатель обращается в ней примитивному и неблагодарному ма­териалу. В самом деле, какие впечатления может принести прогулка вокруг подмо­сковной дачи? Ну, можно увидеть деревню, лошадь, кладбище, живописную полянку, или увлека­ворону. Что здесь необычного тельного? В разговорах и спорах о детской ли-не, тературе неизменно принято подчеркивать, что детская книга должна быть интерес­ной и занимательной. Можно было бы пожалеть, что столь справедливые требования не пред являют­ся так же часто и к литературе для взрослых. Наверное, нет поколения чита­телей, которое считало бы скучные кни­ги привилегией своего возраста. Но в устах теоретиков детской книги занимательность большей частью означает лишь острый сюжет и затейливо запу­танную фабулу. Недавно в «Пионерской правде» и в «Красной нови» напечатан его расеказ «Телеграмма». И в этом рассказе нет ни­чего, потрясающего воображение. воз-оащковоборасниеапротив мальчика, Чук и Гек, едут в тайгу, в гости к отцу. С ними не происходит ни­каких приключений, им даже не удается Последние книги Гайдара нарушают эту традицию. Три года назад вышла его повесть «Го­лубая чашка». Это была не обычная дет­ская книжка. В ней не было ни занима тельной фабулы, ни приключений. Весь ее сюжет сводился к дачной прогулке семилетней девочки Светланы. увидеть медведя или волка. Самым зна­чительным событием поездки остается встречас отцом. Можно ли придумать для детской книжки сюжет более простой и бесхитростный? литературе.лиский и все же эти элементарно простые по сюжету произведения представляют собой событие в нашей детской Писателю удалось создать новый жанр увлекательной лирической повести, обра­щенной не к любопытству читателя, а к его настроениям и чувствам. Секрет поэтического обаяния последних книг Гайдара в том, что мир показан в них сквозь призму детского восприятия. «Для детей предметы те же, что и для взрослых, - говорил Белинский, - толь­ко их должно излагать сообразно с дет­ским понятием, а в этом-то и заключает­ся одна из важнейших сторон этого де­ла». Именно этим важнейшим качеством детского писателя - умением изображать мир, не упрощая и не обедняя его, а только в своеобразном, свежем восприя­тии ребенка, - обладает Гайдар. И бла­годаря этому, оказывается, что путеше­ствие в поезде, поездка в лес, прогулка в поле и на речку могут быть замена­тельно интересными, даже если при этом не случается никаких особых приключе­ний. Вот как описывает он путь Чука и Ге-ну ка к отцу: «… тут ямщик ударил кнутом по ко­иям, и рванули кони. Выскочили на до­рогу и затанцовали два белых пушистых зайца. мщик закричал: «әй, эй Ого-го…  Берегись, задавим!»

5-6



1935 году несколько сот самолетов, звернувшись за 200 километров от Крас­ной площади, в строго выверенном строю, по расчету абсолютно точного времени, ле­тели на первомайский парад. Флагманско­мукораблю надлежало показаться над пло­шадью в тот самый миг, когда стрелки часов Спасской башни сольются воедино на цифре двенадцать. За 100 километров от Москвы неожиданно обнаружилось, что часы флагмана расходятся с часами Спас­ской башни на полторы минуты. Это мог­до означать лишь одно: старинные ба­шенные часы ушли вперед. Если бы ле­тлодин или несколько самолетов, то ни­тегоне стоило бы прибавить скорость и нагиать эти полторы минуты; но игра скоростями в такой большой колонне мог­да привести к серьезным последствиям. С пугой стороны, опоздать на полторы ми­нуты также нельзя. Флагман прямой свя­зью по радио снесся с Красной площадью и потребовал исправить показания старин­ных часов. Когда на площади командование убеди­исъчто башенные часы действительно ли вперед, колонне было притти на площадь с опозданием на пол­поры минуты. И вот в 12 часов 00 ми­нут по московскому времени, а по часам Сласской башни в 12 часов 1,5 минуты вад Красной площадью показался флагман­ский корабль. За ним двенадцатикиломет­ровой колонной с гулом, рокотом и ревом вбезукоризненном строю летели сотни и сотни самолетов. «Трудно забыть эти полторы минуты, ишет вопервой Советского Союза И. Спирип. Есего оы минуты. И это в стране, рая два десятка лет тому назад вставала по петухам, определяла время года по за­норозкам, осень по отлету, весну по прилету птиц, начинала и кончала ра­боту с зарей…» «Записки» И. Спирина проникнуты глу­боким и подлинным чувством истории, за­печатленным в живых и будто бы случай­ных эпизодах лётного быта. И дело здесь не только в том, что предметом его пове­ствования является развитие - в данном случае - советской авиации. Ведь мы знаем немало романов и повестей, охваты­вающих тот же двадцатилетний период от гражданской войны до третьей пятилет­ки-либо ту или иную его часть. Но сколь часто подменяют иные писатели подлин­ный ход вещей - многосложную и мно­гзначную советскую историю - ложным и вычурным историзмом! У таких писате­лей образ утрачивает самодовлеющую цен­нсть и является всего лишь иллюстраци­айдоказательством какой-либо предвзятой схемы, наложенной на живую действитель­воть, корни его не идут в глубь жизни, а стелются по поверхности. В литературе создается затся вторая, поверхностная, ложная гействительность, отличающаяся от первой так же разительно, как протез от живого органа. И такой писатель - трехмерный члек-ухитряется многие годы жить в ной ложной действительности, не заме­чая, что живет лишь параллельно дей­ствительности подлинной, подражая ее го­досу, движениям, жестам. «Записки» ИI. Спирипа написаны сдер­жанно - результат умного и целомудрен­ного отбора слов. Отчетливое чувство ис­тории, высокая патриотическая настроен­ность, широта государственного мышления в области, где И. Спирин является не только профессионалом, но и творцом, на­конец, глубокая увлекательность повество­вания - вот черты, характеризующие «Записки». Быть может, это еще не ис­кусство, но это материал, организованный для искусства и лежащий у самого его порога. «Сентиментальный рассказ» Е. Габрило­вича совершенно незначителен, хотя и по­зволяет догадаться о глубине лирического замысла автора. Так нередко бывает в ли­тературе: большая эмоция рождает глухие слова, и читателю, из уважения к благо­му намерению автора, приходится напря­тать всю силу воображения, чтобы встать в уровень с авторским замыслом. Второй рассказ «Розовые поля» - о растениево­де, который в течение шести лет выращи­вл лекарственный куст, стремясь придать у холодоустойчивость; но неожиданно жестокий крымский мороз за несколько часов погубил все его многолетние уси­лия. Идея рассказа, поданная читателю с ожной и неуклюжей тонкостью, весьма омнительна: неравноценность писатель-

данном случае, ва, он вполне традиционен и иным быть не мог: и в опале, и в торжестве, и дома, и в бою. Да где ж он сам? В дому Хвостова Живет, молвою окружен, Держась обычая простого, С утра больную ногу он Оденет в туфель крымский красный, А на здоровую - сапог, Камзол натяпет канифасный, Чтоб не простыл пробитый бок. Эти и подобные строки, при всей вирту­озности симоновской стилизации, наглухо закрывают живой - в современном по­нимании - образ Суворова. Между тем нам, с нашим огромным социальным и ду­шевным опытом, в гораздо большей мере дано постичь образ великого народного полковолна, чем его современникам. Симо­нов сам преградил себе доступ к художе­ственному постижению эпохи. В кратком газетном обзоре не место тьбщомопоых одного нз наиболоспи отлич­веши, У Симонова много сил и воз­ные вещи. У Симонова много сил и можностей; надо думать, что поэма «Су­воров» возникла именно как проявление игры этих молодых сил и носит характер экспериментальный. Значительный интерес представляет кри­тико-публицистический раздел номера. Здесь продолжение работы Савича «Борьба русского народа с иностранными агрессо­рами»; изучение русской истории под этим углом зрения лишний раз ут­пред-вреааля в сознании непобелимой и неиссякаемой моральной и физической родного народа. Интересен очерк Ха­вина об адмирале Невельском, пионере ос­воения Приамурья; Рогова - о погранич­ном районе Китая; Миллер-Будницкой - o писателях-антифашистах, «названных братьях испанского народа»; статья по­строена в форме словаря и содержит боль­шой фактический материал. «Критическое письмо» Данина о стихах Долматовского несколько претенциозно, но отличается точностью анализа и бесспор­ной убедительностью; неприятна лишь его затаенная едкость. Добросовестна статья Асмуса о Томасе Манне, но ее портит со­вершенно неудобоваримая фразеология: пе­реводишь дух только на цитатах. Статья Шкловского о «Щорсе» Довженко учит хорошему лаконизму: на трех страницах дан подробный анализ фильма, приведено множество аналогий, привлечено множест­во имен и названий: и все это живет ар­гументирует, участвует в создании образа, - именнобраза - фильма. В этом тайна лаконизма Шкловского: он оперирует не столько «отвлеченными» понятиями, сколь­ко понятиями-образами. Не к чему гово­рить о стилистических недостатках статьи Шкловского … они входят в его стилевой комплекс, и не столько являются недо­статками, сколько признаками его стиля. В заключение следует отдать должное редакции: номер весьма содержательный и значительный.

комый летчик, и они долго сидели в са­ду, под вишнями. А с утра мама собра­лась в город, да еще понапрасну обвини­ла Светлану, будто та разбила чашку. Может быть, это была и не только обида. Повесть написана в первом лице, и рассказ ведет отец Светланы. И нам кажется, что обижены они не столько за голубую чашку, сколько за то, что мама предпочла им летчика. Очень тонко, поч­ти неуловимо проходит через книгу едва ощутимая тема обиды-ревности. Скорее это даже не ревность, а безотчетное тре­вожное настроение. Но впечатления чу­десного дня рассеяли горечь обиды и тревоги. Вот и вся тема этого великолепного рас­сказа, Так же кончается и «Телеграмма»: «И тогда все люди встали. Поздравили другасовым годом всем счастья. писадруг «А потом был вечер. И луна и звезды. Долго втроем сидели мы в саду, под спелой вишней, и Маруся нам рассказы­вала, где была, что делала и что видела. A у Светланки рассказ затянулся бы, вероятно, до полуночи, если бы Маруся не спохватилась и не погнала ее спать - Ну что?! - забирая с собой сонного котенка, спросила меня хитрая Светланка. А разве теперь у нас жизнь плохая? g Поднялись и мы. Золотая луна сияла над нашим садом. Прогремел на север далекий поезд. Прогудел и скрылся в тучах полуноч­ный летчик. - А жизнь, товарищи… была совсем хорошая!». Что такое счастье, это каждый пони­мал по-своему. Но все вместе люди знали и понимали, что надо честно жить, много трудиться и крепко любить и беречь эту огромную, счастливую землю, которая зовется Совет­ской страной». И так каждый рассказ Гайдара посвя­щен его неизменной лирической теме: как хороша наша жизнь! По-разному подходит он к этой теме, пишет ее разными крас­ками, возбуждает в читателе разные чув­ства. Но жизнь всегда полна у него по­этического обаяния. И это не лакировка, не мечта романтика, не фантазия, а толь­ко огромная наблюдательность и отзывчи­вость писателя и подлинно поэтический, лирический строй его души. Гайдар воспитывает в своих читателях не страсть к приключениям, не болезнен­ную мочтательность, а вкус к реальной жизни, любовь к родине, людям. Все ста­новится живым и увлекательно ин­тересным в его книгах. В них нет ниче­го невозможного и несбыточного, ничего далекого и недоступного. В них все по­этично и красиво не потому, что необыч­но и ново, а потому, что каждое впечатле­ние, каждый даже самый невзрачшый апизод глубоко перечувствованы, потому, что писатель ни к чему не относится без­различно. B своих ранних книгах Гайдар отдал некоторую дань приключенческой романти­кeОднако приключения его героев остав­ляли читателя большей частью спокойным. Передавать драматизм событий Гайдар не умел, и в его книгах всегда побеждала ли­рика, поэтическая пропицательность й бо­гатство жизнеощущений писателя. Разумеется, лирические повести Гайдара, как, впрочем, и всякую удачную детскую книгу, не следует возводить в канон, кото­рому должна подражать вся детская ли­тература. В детской литературе необходимо не меньшее разнообразие жанров, чем в литературе для взрослых. Никто не будет спорить и против того, чтобы наряду с юмором, лирикой и научно-познавательны­ми произведениями выходили и приклю­ченческие книги с острым сюжетом сложной фабулой. Но видеть в сюжетной интриге важней­ший критерий занимательности детской книжки -- значит снижать уровень наших требований к детской литературе. Все-таки лучшие и самые популярные в стране дет­ские книги принадлежат не приклю­ченческому жанру, Это прежде всего юмор (Маршак, Михалков), научно-позна­вательная книга (Ильин, Житков), ли­рическая повесть (Гайдар). Может быть, авторы, работающие в приключенческом жанре, поймут, наконец, что одного нагро­мождения приключений, даже самых голо­воломных, недостаточно, чтобы сделать книгу интересной и увлекательной.

Но у Гайдара все оказывается необык­повенно интересным, потому что каждое новое впечатление и ярко ирадостпо пе­реживается, вызывает воспоминания и комментарии, превращается в миниатюр­повеллу. Вот встретилась Светлане полянка. И полянка оказалась такой небывалой кра­соты, что «не каждому попадается на свете». Разноцветные пветы рассыпались по полянке совсем кав флаги в Первое мая. Цветы стояли, не шелохнувшись, во­круг елки, и «даже птицы не пели над той поляной, - так было тихо». Па та­кой полянке жить бы и жить!… День начался с обиды на маму. Еще накануне вечером приходил к маме зна­

Умчались в лес веселые зайцы. Дул в лицо свежий ветер. И, поневоле прижав­шись друг к другу, Чук и Гек помчались в санях под гору навстречу тайге и лу-

Всесоюзный день физкультурника в Москве. Парад на Красной площади. На снимках: слева - акробатическая дома перед выходом на Красную площадь. В центре - прохождение физкультурни­ков спортивного общества «Стрела» по Красной площади. Справа - альпини­сты спортивного общества «Молния» на Красной площади. Фото Б. Федосеева (ТАСО), А. Грибовского (ТАОО) и Н. Волкова.

О РАБОТЕ С ПИСАТЕЛЯМИ И. СЕДИН Інбовью и вниманием окружает наша партия советскую литературу, повседнев­следя за ее ростом. Ярким примером такого заботливого отношения к творче­ству писателей, к художественной интел­шенции служат наши вожди - Ленин Сталин, Сталинский Дентральный Ко­китет ВКП(б). вот один очень красноречивый факт, шеющий прямое отношение к теме этой татьи. понец января 1921 года, Еще продол­ется гражданская война. Владимир Ныч Ленин после беселы с А. М. Горь­поредает своему секретарю служебную ку. Она адресована библиотекарю. Вот что писал в ней Ленин: Прошу достать (комплект) «Рабо­чий край» в Иваново-Вознесенске. (Кружок НАСТОЯЩИХ пролетарских поэтов). Хвалит Горький  Жижин  Артамонов Семеновский 28-1-1921 г.».

зультатом наших бесед с ними. Во время ями. За последние годы, например, в эко­Москве. Не так давно приезжал, например, в Иваново писатель Фадеев, чтобы позна­комиться с материалами о Фрунзе, побе­седовать с людьми, знавшими Фрунзе как большевика-подпольщика. Несколько слов о нашем областном из­дательстве. Оно, увлекаясь переизданием писателей-народников(выпущен трехтом­ник произведений Ф. Нефедова, избранные произведения А. Потехина), обнаружило не­поворотливость и медлительность в выпус­ке нашей, советской литературы. Бюро об­кома ВКП(б) отметило это в своем реше­нии. Однако дело еще не улучшилось. Так, попрежнему задерживается выпуск «Ива­новского альманаха». Издательство плохо работало с авторами. Больше того, за пос­ледние годы не выпущено ни одной книж­ки молодых писателей. Между тем област­ное совещание показало, что у нас есть способные растущие беллетристы и поэты. былСделано пока очень мало, и то, что уже осуществлено, - это только начало боль­шой и вдумчивой работы, которую мы должны повседневно вести среди художест­венной интеллигенции. Большое значение имеют материально-бытовые условия в ра­боте литератора, которым мы еще не уде­лили достаточного внимания. Мне хотелось бы закончить эту статью пожеланием президиуму союза советских писателей и «Литературной газете»: пусть московские литераторы не забывают, что в каждой области живут и работают писа­тели и поэты, особенно нуждающиеся в критическом разборе своего творчества. Или почему бы, например, «Литератур­ной газете» не выступить инициатором творческих встреч писателей, живущих в областях, с выдающимися мастерами со­ветской литературы? последней встречи, состоявшейся в нача­ле мая, мы поинтересовались, над чем сей­час работают наши писатели, Нам пока­номике области произошли значительные изменения. Совершенно неузнаваемым ста­ло лицо многих городов, сел и целых райо­нов. Текстильная промышленность, долгое время не выполнявшая планы, сейчас ус­пешно справляется со своей задачей. Вичу­га один из районных центров области явилась родиной стахановского движения в текстиле. На вичужских фабриках тка­чихи Евдокия и Мария Виноградовы по­ставили мировой рекорд производительности труда. Недавно правительство наградито 154 наших текстильщиков орденами и медалями Союза ССР.

- все это для нас представляет такой же залось, что они обходят большие и важные темы. интерес, как, скажем, выполнение планов в нашей промышленности или состояние урожаев на колхозных полях. В мае бюро обкома вынесло специаль­ное постановление о работе областного от­деления союза советских писателей. Мы нашли, что в работе ивановских писате­лей было немало серьезных недостатков: замкнутость, групповщина, отсутствие здоровой критики, и самокритики, проти­вопоставление старых писателей моло­дым, очень слабый рост и т. д. Партийная организация областного издательства, ку­да входили писатели, никакой политико­воспитательной работы среди них не ве­ла. Бюро обкома ВКП(б) помогло писатель­ской организации построить свою работу иначе, более плодотворно. Вместо уполномоченного, избрано об­ластное бюро союза советских писателей из товарищей, авторитетных в среде ли­тераторов, Чаще стали обсуждаться новые произведения, В областном Доме партий­ного просвещения проведено два литера­турных вечера. Состоялось несколько бе­сед о творчестве с начинающими автора­ми. Организуется литературная консуль­тация.

За последнее время наши писатели из­дали ряд книг. Назову некоторые из них: «А. М. Горький» - Д. Семеновского, «Избранные стихи» - A. Благова, «Под небом родины» -- В. Полторацкого, «Боль­шая семья» - М. Шошина. Сейчас Шо­шин работает над романом, в котором хо­чет показать колхозную деревню сегод­няшнего дня. Семеновский сделал перевод «Слова о полку Игореве». Прокофьев канчивает повесть «Алексей Шкаров», Васильев работает над пьесой «Арсений». Но все это далеко не удовлетворяет растущих требований, пред являемых на­шими читателями к литературе. Харак­терно, что большинство из наших писате­лей не затрагивает тем, связанных с историей, революционными традициями и замечательными делами новых людей на­шей области. Между тем Ивановская область бога­та событиями, способными глубоко взвол­новать художника, Историческое прошлое ее связано с ростом могущества русского народа, с ростом его национального само­сознания. Уже в 1611 году лухские и шуйские крестьяне во главе с выбран­ным крестьянским полководцем Лалшой успешно воевали против польских интер­вентов.

Секретарь Ивановского обкома ВКП(б). веденное в конце июня по инициативе обкома ВКП(б) областное совещание начи­нающих литераторов собрало около пя­тидесяти наиболее способных молодых пи­сателей, поэтов, очеркистов, живущих и работающих в городах и районах нашей области: Владимире, Вязниках, Коврове, Александрове, Кинешме, Кольчугине ит. д. XVIII с езд нашей партии выдвинул на первый план задачи коммунистического воспитания, Мне кажется, что нет особой надобности доказывать литераторам, ка­кую важную роль призваны сыграть со­ветская литература, художественное сло­во в этой благородной работе. Творчество советских писателей должно быть пог­чинено одной идее - построению ком­мунизма, освобождению людей от пережит­ков прошлого, от пережитков капитализ­ма. После XVIII с езда ВКП(б) Ивановский обком партии осуществил несколько ме­роприятий, которые способствовали актив­ному участию художественной интеллиген­ции в нашей общей работе. Специально для работников искусств мы провели цикл теоретических лекций. Те­мы этих лекций разные, Вступительная «Постановление ЦК ВКП(б) о пропа­ганде», затем «Об утопическом и науч­ном социализме», «Маркс - Энгельс - Ленин - Сталин об искусстве», «О на­турализме и формализме в искусстве». Кроме того, прочитано несколько докладов о международном положении и лекции об отдельных работах В. И. Ленина. Театр и его репертуар, художественная самодеятельность, работа наших писателей  

за-Все эти люди - подлинные герои соци­алистического труда, героинашего вре­мени. Или взять, например, такое чрезвычай­но интересное явление. На предприятиях нашей области теперь работает подавляю­щее большинство женщин. Когда-то очень распространен термин «ивановские ткачи». Действительно, всюду на ткацких станках работали мужчины. Женщины бы­ли забиты, бесправны и всегда выполняли самую низкооплачиваемую и малоквали­фицированную работу. Выбиться в ткачихи было делом не легким. А как гордо звучат сейчас слова: «ива­новские ткачихи»! Ведь на наших пред­приятиях женщины работают сейчас ди­ректорами, начальниками цехов, инженера­ми и техниками, мастерами, не говоря уже о такой распространенной квалификации, как ткачихи. Вся страна знает наших государствен­ных деятелей, депутатов Верховных Сове­тов СССР и РСФСР Елизавету Гонобоблеву, Клавдию Сахарову, Евдокию Виноградову, Марию Виноградову и Ефросинью Ерцеву. сожалению, революционная история и те великие изменения, которые произошли в нашей жизни, пока очень слабо отраже­ны в творчестве ивановских писателей, в то время как эти темы постоянно привле­кают внимание писателей, живущих в

Даже в самые трудные для страны го­тениальный вождь трудящихся всего шра находил время, чтобы поинтересо­ваться стихами мало кому известных ива­Еовских поэтов. С тех пор прошло много лет. Иваново советской литературе такого талант­аго писателя, как Дмитрий Фурманов. Весто небольшого поэтического кружка нас создано областное отделение союза тских писателей. Издано несколько де­аов книг ивановских писателей. Совсем кавно одна из этих книг («А. М. Горь­Письма и встречи». Д. Семеновско­)получила хорошую оценку на страни­дах «Правды». Ивановский поэт А. Бла­в удостоен первой премии на всесоюз­кошкурсе песен текстильщиков. А про-

Броме того, обком дал указания рай­комам партии о более заботливом отноше­нии к начинающим писателям, живущим и работающим в районах, о выпуске ли­тературных страниц в районных газетах и т. д. Областному совещанию молодых писателей, о котором я говорил выше, предшествовала подготовительная работа на местах. Так, во Владимире, Кольчугине, Кинешме и Александрове районные газе­ты провели специальные совещания с мо­лодыми литераторами. Постановление обкома ВКП(б) о работе отделения союза писателей явилось ре-

История Ивановской области особенно богата революционными событиями. В Иванове и Шуе работал Михаил Василье­вич Фрунзе. революционной борьбе ивановских рабочих ярко говорится в «Кратком курсе истории ВКП(б)». Иванов-К ский 220-й полк чапаевской дивизии сыг­рал значительную роль в разгроме колча­ковских банд. Сегодняшние дни наших городов и сел богаты замечательными людьми и событи-

Литературная газета № 40