СООБЩЕНИЕ ТАСС М. ЖИВОВ

Награждение орденами и медалями СGGP командного, политического, начальствующего состава, красноармейцев Рабоче­Крестьянской Красной Армии и работников госпиталей. Окончание

О литературно­художественных журналах Если просмотреть комплекты наших «Что же поделать, - говорят иные «редакторы», - если писатели мало пишут на современные темы!» это не верно - особенно в отношении писатель­ской молодежи, которая сформировалась в условиях советской действительно­сти. И это совсем неверно в устах лю­дей, от деятельности которых во многом зависят направление и содержание писа­тельского труда. Пассивное регистрирование рукописей самотек, отсутствие идейной и организаци­онной помощи писателю, а отсюда - по­такание кослости и лености мысли из­вестной части советских литераторов, - вот что характеризует работу большинства наших литературно-художественных жур­налов, среди которых старейшие - «Крас­ная новь», «Октябрь», «Звезда» - не не явлиются исключением, а ско­рее - дурным примером. Что дело об­стоит именно так, можно видеть по со­стоянию отлелов публицистики и критики наших журналов. Мало того, в иных журналах находят себе трибуну враждебные голоса, пытаю­щиеся подорвать чувство советского пат­риотизма и отвести советского писателя от этой благородной темы: Чем иным, как не враждебной вылазкой, можно назвать утверждения передовой редакционной статьи в № 56 журнала «Октябрь»: «Иные писатели из чувства нетерпеливой любви к родине… из желания дать чита­телю то что диктует обстановка прежле­временно принимают за свою органическую тему то, что еще не вызрело по-настоя­щему в душе…» В этой наглой фразе «о нетерпеливой любви к родине», о том, им-что советокипрона. является для советского писателя органи­ческой темой, а эту тему «диктует ему обстановка», за версту видны вражеские Если не считать так пазываемых «ито­говых» статей, статей юбилейных и раз­личных формальных «откликов»,по публицистическим отдем литературно-ху­дожественных журналов нельзя ничего узнать о жизни страны: нет статей по марксистско-ленинской теории и истории партии, по вопросам коммунистического воспитания, по научным и техническим вопросам, по вопросам образования и жиз­ни молодежи, по международному положе­нию, по проблемам, связанным с задачей догнать и перегнать капиталистические страны в экономическом отношении. Дале­ко не достаточно разрабатываются в жур­налах вопросы советского патрнотизма. Не лучше поставлены отделы критикл «толстых» журналов, Не говоря уже о том, что статьи в этих отделах в большип­стве случаев никула не вовут только уши констатируют плохое и хорошее, мы почти не можем назвать статей, которые вскры­вали бы и разоблачали идеологически вред­ные тенденции, точно их вовсе нет в на­шей литературной действительности, По этим отделам нельзя даже составить себе представление о том, какие книги вышли в свет за истекший месяц, а тем более какие новые явления наблюдались в смеж­ных областях искусств, - настолько эти отделы избегают писать о современном, настолько они беззубы и настолько слу­чайно подобраны. Отсутствие руководства и организации, печальные плоды самотека наглядно де­монстрирует такой журнал, как «Литера­турная учеба», специально призванный воспитывать начинающих писателей. Странные афоризмы, вроде «искусство пи­сатьо прежд всего некусснко жить», или «невежество имеет все преиму­щества перед «полузнанием», преподносит литературно-художественных журналов за последний год, даже рядовому читателю бросится в глаза то странное обстоятель­ство, что эти журналы, в подавляющем большинстве, живут какой-то своей, кос­ной жизнью, не похожей на жизнь нормального советского гражданина в на­шей богатой событиями действительности. В советской действительности был XVIII с езд партии, подведший итоги величест­венному и славному труду миллионов ра­бочих, колхозников и интеллитенции, раз­вернувший реальную программу построе­ния коммунистического общества - того справедливого общества, о котором могли только мечтать многие и многие поколе-о ния тружеников. В советской действитель­ности происходили исключительной важ­пости и значения процессы: в колхозах борьба общественного и личного, собст­веннического начала, удивительный по размаху рост новых людей - крестьян, воспитанных на колхозном труде и ему беззаветно преданных, и в то же время рецидивы частнособственнического ин­стинкта, сказавшиеся в явлениях разба­заривания общественной земли путем ис­кусственного увеличения приусадебных участков колхозников. В советской действительности подводи­лись итоги всесоюзной переписи населе­совершались героические перелеты, научные открытия и изобретения, готови­лась и открылась сельскохозяйственная выставка - величественный плод социа­листического труда и науки, строились но­вые предприятия и в процессе стройки Формировались новые люди и новые отно­шения. В советской действительности были опу­бликованы шисьма Ленина к Инессе Ар­манд (журнал «Большевик», № 13), поста­вившие с ленинской чистотой, глубиной и принципиальностью вопросы семьи и брака, вопросы, приобретшие новое жиз­ненное значение сейчас, в период борьбы за коммунистическую мораль нового обще­ства. В советской действительности происхо­дили хасанские бои против японских периалистов, когда прекрасную действи­тельность нашу с оружием в руках ге­роически отстаивали и отстояли верные сыны социалистического отечества. Совет­ские граждане с одухотворенным волне­нием следили и следят за освободитель­ной борьбой великого китайского народа. Советская страна отстаивала и успешно отстаивает дело мира, и сталинское руко­водство страной вновь являет примеры ге­ниальной стратегии и тактики социалисти­ческого государства в условиях капитали­стического окружения. Все это было и есть в советской дейст­вительности. Это является истинным ее содержанием. Но ничего этого нет в наших литера­турно-художественных журналах, призван­ных вести и учить читателя, призванных организовать работу писателя и дать ей нужное направление. Современные темы, глубоко жизнен­ные и реальные, темы подлинной новизны и великого исторического значения, мало интересуют наши литературно-художест­венные журналы. Можно, конечно, на­звать несколько появившихся за последние годы на страницах журналов произведений о нашей современной жизни. Но как мало среди них таких, которые брали бы эту жизнь глубоко и сильно, в жестоком бо­рении нового и старого, в кипении мыс­лей и страстей, в полнокровной радости нового, социалистического бытия, во всем богатстве мыслей и чувствований людей нового общества.

всти. В компетентных кругах утверждаю наоборот, что в виду обострения полсжа ния в восточных районах Европы и виду возможности всяких неожиданностей советское командование решило усилить численный состав гарнизонов западных границ СССР.

В ряде иностранных газет, особенно «Нейе Цюрихе Цайтунг», сообщается, что советское военное командование будто бы отвело от западных советских границ 200-300 тысяч войск на Восток, для усиления восточных границ. ТACU упол­номочен заявить, что это сообщение со­вершенно не соответствует действительно-

этот журнал молодым авторам вместо того, чтобы учить их, как воплотить в полню­пенных художественных образах нашу со­циалистическую жизнь. Чем об яснить талое ненормальное по­ложение в нашихлитературно-художест­венных журналах? Тем, что в большинст­ве из них нет, по существу, лиц, ответст­венных за идейно-политическое и художе­ственное руководство журналом. Редакторы и члены редакционных коллетий в боль­шинстве случаев перевели себя на положе­ние «почетных» редакторов. Забыв свою ответственность перед писателем и читате­лем, они штампуют поступающий мате­риал, иногда даже не читая его. Редак­ционные коллогии редко где работают, как кивые, коллективные органы, а больше числятся на бумаге. А президиум сотоза советских писателей вместо того, чтобы во-время исправить это положение, вместо того, чтобы повседневно руководить жур­налами - этими основными звеньями подпинного руководства литераттрой, от­странился от этой обязанности, предоста­вив журналы самотеку, в иных случа­ях -- отдав их в распоряжение случай­ных, иногла политически не проверен­ных людей. Чему же удивляться, если в работе на­ших журналов, наряду с отставанием от жизни страны и запросов советского чита­теля, имеют место и грубые политические ошибки, и протаскивание идеологически сомнительных и вредных тенденций, и идейные провалы. Совершенно справедливо критиковала, например, «Правда» антиху­дожествешные и вредные стихи И. Сель­винского (№ 5-6 журнала «Октябрь»). Президиум союза советских писателей вынужден был признать справодливой и ту критику, которой «Комсомольская правда» подвергла так называемый «Свисток» (№ 5-6 журнала «Красная новь»), где в ряде «пародий» преподносилась чита­телю махровая пошлость, В том же но­мере этого журнала допущено безграмотное и политически-ошибочное редакционное примечание к одному из рассказов Кози­Немало ошибочных тем более не­точных формулировок можно было бы ука­зать в статьях и других журналов. Само собой разумеется, что при таком положении вещей на страницах журналов находят себе мосто и произведения мало художественные, часто плохо отредактиро­ванные. С другой стороны, известен ряд случаев, когда талантливые молодые авто­ры с трудом пробиваются на страницы журпалов сквозь равнодушие редакционно­го аппарата. Все сказанное выше справедливо не только в отношении центральных журна­лов, но в еще большей степени относится к журналам, выходящим на периферии, к журналам союзных и автономных респуб­лик и к альманахам краев и областей РСФСР. Этому нетерпимому положению в журна­лах пора положить конец. Во главе каждо­го журнала должен стоять квалифициро­ваншый работник, отвечающий за идейно­политическое и художественное лицо жур­нала. Редколлегии должны быть обновле­ны - они должны стать подлинно деловы­ми, регулярно работающими коллективны­ми органами. Президиуму союза советских писателей надлежит решительно улучшить руководство литературно-художественными журналами. Наши литературно-художественные жур налы должны стать и станут подлинными воспитателями социалистических дум и чувств советского читателя, подлинными собирателями и воспитателями литератур­ных сил народов Советского Союза.

«ЗЕМЛЯ-КОРМИЛИЦА» ляющего родился сын, Моника должна би ла оставить собственного ребенка в мить барского последыша. вЮрас не хотел сдаваться. Он пыта обнаружить причины несчастий и найи выход из тяжелых бед. Может быть, всему виною то, что т рали в сейм не тех, кого следовало? рас Цвирка рисует картину новых вы ров, вновь пробудивших надежды в Юа Конечно, ести послать в сейм Дивониа са Петроноса, дело пойдет иначе. Он - местный кузнец, во время борьбы за н­зависимость чинил оружие и точил штыа повстанцам и партизанам, а год наза осадил агитировавшего в церкви пола тронос кричал на митингах: «Если пони бится, мы снова возьмем оружие. Из са ников выкуем. В Литве не будет бур­жуев!» Крестьяне кричали: «Гражине выставим Дивонизаса в сейм!» II дру­гие поддерживали: «В сейм! Пускай заступится за нас и наши земли». Юрас уже с новым пылом говорилен «Мы Литву ведем в лучшее будущее… Петронос сидел в сейме, но буржу остались, не только остались, - они, не Петронос вершили дела. Новой жин не было, Все шло, по-старому. Осень собирали урожай до зернышка, но онп­реходил в закрома барина, кредиторов, ро­стовщиков, попа, звонаря, а сеятелюоста­валась мякина. Из нее пекли хлеб. А пес­ною еще сдирали с крыш солому, рубил из нее сечку и кормили скотину. И когда в деревню, где жил Юрас, пришло известие, что за Неманом прои­ходят волнения, что крестьяне поднялись на борьбу за свои права, что все дороги ведущие в уездные города и базары месте­чек, охраняются стражей из самих кресть­ян-забастовщиков, Юрас собрал крестьн, об яснил им, что там люди подают примед как нужно разговаривать с господами, сам вызвался первым сторожить швосе, которое ведет в Каунас… клочки,Петрас Цвирка написал высокохудож­ственное, реалистическое произведение, привлекающее своей простотой, трогающе своей правдивостью, волнующее внутрен­ней трагической напряженностью. Это одно из лучших произведений литовекой литературы последнего времени, и совт скому читателю оно открыло новую сра­ницуо жизни крестьянства сосепней Алт Петрасу Цвирке, как и его герою, не вполне ясны еще подлинные пути органи­зованной революционной борьбы. Но ему, как и Юрасу, ясно, что так дольше жиь невозможно, что надо бороться за новув, лучшую жизнь. вы. Среди первых иностранцев, посетивших Всесоюзную сельскохозяйственную выстав­ку, был литовокий писатель Петрас Цвир­ка. В отзыве о выставке, напечатанном «Литературной газете», он выражает свое восхищение изумительными павильонами акспонатами, которые «говорят о нео­бычайном материальном и культурном под еме советской деревни». Неподдельным восторгом дышат слова его, когда он на­зывает выставку «сказочной Шехерезадой победившего социализма» Но чувства литовского писателя станут нам еще понятнее, когда мы перечитаем его роман «Земля-кормилица», * вышед­ший у нас на русском языке около года назад и, к сожалению, не привлекший внимания критики, которого он по праву заслуживает.

ОРДЕНОМ «КРАСНОЕ ЗНАМЯ» награж­дены 595 человек, Среди них -- младший командир Аверкин Д. С., майор Агафонов B. С., старший лейтенант Агафонов П. В., красноармеец Агеев Т. Я., красноармеец Азимбаев Н. Л. капитан Алексеев Б. И., младший командир Арбузов П. Д., батальон­ный комиссар Бабийчук Р. П., лейтенант Бакаев В. А., сержант государственной безопасности Басалаев Н. Г., заместитель политрука Белик В. В., старший политрук Бибик Н. Ф., старший лейтенант Блаж­ко A. В., красноармеец Блинков ф. Н. младший политрук Богатырев Н. А. лей­тенант Борвиченко И. М., старший майор государственной безопасности Бочков B. М., младший командир Бродецкий И. П., красноармеец Бурдуковский И. Е… майор Бурмистров М. Ф., младший лей­тенант Бурченко В. Т., капитан Волошин A. И., красноармеец Воробьев А. М., стар­ший политрук Ворожейкин A. В., млад­ший командир Воронов А. И., лейтенант Воротилов Н. П., красноармеец Голышав И. С., старший лейтенант Голяко В. М., воентехник 1 ранга Григораш И. С., пол­ковник Гусев, А. И., комдив Денисов С. П., лейтенант Дерябин E. А., красноармеец Долгов В. Г., полковник Душкин И. И., майор Егоров С. А., младший командир Емельянов К. Д., лейтенант Заикин Н. Ф., красноармеец Зайцев И. С., капитан Зай­цев Н. С., красноармеец Закусилов П. м., полковой комиссар Зацаринский .ния, красноармеец Карпов В. А., лейтенант Карпов Н. А., младший командир Карчев­ский С. Д., красноармеец Квасов А. А., младший командир Квачев И. А., комбриг Корзин ф. Ф., калитан Коробко Г. А., стар­ший лейтенант Котиков Н. ф., лейтенант Кулешов А. Я., красноармеец Кутахов A. А., полковник Лакеев И. А., полковой комиссар Лестов Д. А., младший коман­дир Лузин Н. И., капитан Лукин М. А., лейтенант Лубовцев В. А. красноармеец В., заместитель политрука Манаров В. Ф., майор Манаров М. Г., ка­питан Матюшин П. П., красноармеец Машихин И. А., майор Меньшов В. В., младший лейтенант Мишенев С. Я., стар­ший лейтенант Митягин П. Г. старший политрук Михайлов К. М., полковник Мишулин В. А., красноармеец Мусатов B. И., капитан Мухин Ф. С., лейтенант Напалков A. С., старший лейтенант На­ровский П. С., полковник Нестерцев В. Е., майор Николаев А. П., политрук Николаев Д. М., младший командир Новиков Г. ., младший политрук Новиков С. С. капи­тан государственной безопасности Панин A. А., красноармеец Панин Б. К., млад­ший лейтенант Паксютов В. Г., младший командир Панфилов М. Р., капитан Пар­фенов И. Н., старший лейтенант Парфе­нов С. Г., старший политрук Перевалов И. П., лейтенант Подобед М. П., майор Подолякин И. Е., политрук Поз А. Б., красноармеец Попов Н. А., лейтенант По­пов П. В., младший командир Попов ф. комбриг Пось Ф. Ф., полковник Потапов M. И., старший лейтенант Просняков И. Ф., красноармеец Рогачев Н. К., лей­тенант Родионов И. Ф., старший лейте­нант Росляков И. И., старший политрук Рудев П. И., интендант 3 ранга Рыжов C. Д., капитан Сидоров Т. И., красно­армееп Силаев А. Н., майор Слуцков А. Д., лейтенант Сударев К. Е., старший лейте­напт Супрун Н. У., красноармеец Сусин A. Н., майор Терехин Н. В., военинженер 3 ранга Тихонов Г. К., батальонный ко­миссар Туласов С. Ф. младший командир Хорольский М. В., старший политрук Хох­лов Д. В., красноармеец Червяков А. М., полковой комиссар Чернышев И. Т., пол­ковник Шевченко В. И., младший командир Шеклип С. А., красноармеец Юдин В. А. ОРДЕНОМ «КРАСНАЯ ЗВЕЗДА» награж­дены 134 человека. Среди них воентехник 2 ранга Акентьев С. И., старший лейте­нант Акимушкин М. С., младший коман­дир Ананин П. А., красноармеец Анен­ков П. Н., корпусной комиссар Бирюков H. И., воентехник 1 ранга Бакулин С. Г., майор Баранов А. И., военинженер 3 ранга Белоусов А. А., лейтенант Болдырев П. Ф., младший воентехник Верба В. П., старший политрук Глазырин С. К., младший коман­дир Гусев Е. Л., красноармеец Дурнин П. Ф., старший лейтенант Жмуров Ф, А., военинженер 3 ранта Назминский политрук Калугин И.., красноармесц Кириков М. И., лейтенант Нудряшев Б. . красноармеец Куляев Н.. майор ур­красноармеец Петров В. военврач 2 ранга Ребров А. Ф., красноармееп ба­вельев Т. И., младший командир Салдаев М. М., лейтенант Самардак Г. М., воен­техник 1 ранга Свистунов В. П., интен­дант 3 ранга Семенов д. А., красноармесп Семин Г. М., воентехник 2 ранга Сибирко П. И., военинженер 3 ранга Сидоров И. А., красноармеец Слышкин Н. В., лейтенант Солодилов А. младший командар Сто­гин А. М., красноармеец Сысоев В. техник - интендант 1 ранга Торопов B. Е., младший командир Трегуб П. Т., капитан Трегубов А. В., младший коман­дир Трещов Д. Г., красноармеец Тенишев X. А., политрук Юксеев м. 0., красноар­меец Шлапак М. И., младший командир Шкуренко Г. М., красноармеец Шаманов A. Н., старший лейтенант Чугуновден красноармеец Чугункин В. младший командир Чернобай И. Г., красноармеец Чернышев Г. И. МЕДАЛЬЮ «ЗА ОТВАГУ» награждены 33 человека. МЕДАЛЬЮ «ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ» … 58 человек. (ТАС) 2 Литературная газета № 48

«Земля-кормилица» - это повесть о литовском крестьянстве, о его борьбе за самостоятельность Литвы, о его стремле­нии к свободному существованию о кру­шении его иллюзий. В небольшой кните, волнующей своей правдивостью, Цвирка показал историю литовского крестьянства с тех дней, ког­да оно было охвачено радостью утверж­дения самостоятельности Литвы, до наше­го времени, Легко и безропотно переносил народ тяготы борьбы: его подстегивала ре­ра в будущее. С трепетной тревогой жда­ли крестьяне выборов в первый литовский сейм, связывая с ним свои чаяния и на­дежды. Главный герой повести Цвирки Юрас -олон глубокой веры в торже­ство нового, справедливого порядка. Он нелавно вернул с фронта, женился на красивой Монике и теперь ждет сына и земли. Он поддался общему возбуждению, сдирал со стен и столбов плакаты и об - явления христианских демократов, бегал по деревням с ворохом прокламаций. Петрас Цвирка показывает дни под ема и как под ем этот был подавлен новыми правителями Литвы. Петрас Цвирка вскры­вает политику обмана крестьянских масс, вытившуюся в куцую и жалкую «земель­ную реформу». От огромных барских зе­мель землемеры отделили жалкие и крестьяне понастроили там убогие лачуги. Цвирка показывает также, почему удалось обмануть крестьян; он не сюрывает их не­подготовленности к подлинной револю­ционной борьбе. Пусть хоть клочок гли­ны, но зато свой, - утешали они себя и продолжали верить, что своими крепкими руками им удастся создать что-нибудь на глине, отпущенной «сердобольными» ба­рами Многострадальным Иовом предстает пе­ред нами герой романа Юрас. Он убедился уже, что новая жизнь хуже старой бар­щины. Управляющий Ярмала умудрился превратить имение в «показательное» хо­зяйство, а фактически - в свою вотчину. Крестьяне, потеряв вчерашнюю смелость, «стягивали с головы шапку перед новым господином, сгибаясь до самой отвоеванной ими земли». К Ярмале шли на поклон и вымаливали в долт немного зерна или несколько грошей, чтобы не умереть с го­лоду. Ярмала охотно давал деньги, зака­баляя крестьян: долги с каждым годом увеличивались за счет процентов. B конце концов пришлось и Юрасу пойти на поклон к управляющему, а вес­ной отрабатывать долг на помешичьем огороде, в саду, в питомнике, забросив собственное хозяйство, А когда у управ­* Петрас Цвирка - «Земля-кормилица». Роман. Перевод с литовского по авторской рукописи А. Бауже. М.«Всемирная биб­лиотека».

Когда мы вспоминаем этот роман Пе­раса Цвирки, нам становятся понятныте чувства, с которыми он осматривал В­союзную сельскохозяйственную выставку. Патриот, горячо любящий свою родину свой народ, Петрас Цвирка не мог не ду­мать о многострадальном литовском кре стьянстве, когда восхищался у нас на вы­ставке замечательными рисунками пот­ков, мозаичными паркетами, фрескн, панно, скульптурами или «еще более ве­ликолепными плодами, овощами, фрукта ми - золотыми дарами колхозных полей». Выставка нагляднейшим и убедительней­шим образом показала писателю, какихс ромных успехов достигло колхозное кро­стьянство страны Советов на путях своег социалистического развития, Именно поэт­му так глубоко и неподлельно было восхищение, так искренно было его зая­ление: «Это грандиозное зрелище рау друзей Советского Союза, оно должно ва зывать чувство зависти и смущения уп врагов».  мирового единства, которое он нарис в «Форменном ужасе». Где же выход? «Бодрый оптимизи» н ходит выход. Он заключается в «перезе­спитании», в «переориентировке челоз ческого ума», в «систематической орган­зации знания», в создании «Мировоо Мозга». раз-Мы не беремся следить за этими тум постями уэллсовской «социологии». пре ставим слово английским критикам, ви рым по штату надлежит понимать свн Уэллса и все его химеры. Они, однап, Но котда он переходит к изложению нений, необходимых для создания миров го мозга, он решительно проваливаетс В «Нью Стейтсмен энд Пейшен», стоящ ближе к Уэллсу, в рецензии на «Суды рода человеческого» вопрос ставится пр мее: «Чего же хочет Уэлле? Неизвестви вообще неизвестно, что же за всю жи сказал Уэллс? Что, собственно, он гов рил? К чему это в конечном счете са дится? Я не знало другого крупного сатоля, который доставлял бы столько за­труднений тому, кто пожелал бы сость­вить краткое резюме его воззрений, Вче­му оно все-таки в конце концов сводится. Необходимо переориентировать мозг че веческой расы; современный человек до­жен приобрести мировую перспективу, сомненно, Но как? Об этом нам рят. Уэллс сделал для этого все, что мог и, как он сам признает, провали О двух крупных государственных д­телях Франции-Бриане и Пуанкарегово рили, что отличие их состоит в т Бриан ничего не знает, но все по Пуанкаре же все знает и ничего не нимает. Есть, в самом деле, крупные тели, ученые, писатели с большим талантом, с обширными познаниями к не понимают самого основного развитии общества, в движении ческих сил. Это не мешает им делать большими людьми, но в конце концов эм приводит их к моральному краху. Тер Уэллс является одним из самых б щих и талантливых представителен категории больших писателе

основное в развитии общества - законы этого развития. Его утопии проектируются в безвоздушное, нереальное, неисторическое будущее. Писатель большой фантазии, Уэллс ли­шен исторической интуиции. Он не только разумом не знает (потому что не желает знать), но и чутьем не угадывает (а это он желал бы) действительных путей вития человечества. В этом - пределы его крупного таланта. Большой писатель напего времени силой своей интуиции и воображения должен предугадывать и ликты, которые ожидают его на этих пу­тах, те вероятные препятствия мирового характера, которые ему придется преодо­левать. Движение мира в будущее - это цепь конфликтов, реальных столкновений, сорьбы, в процессе которых и будет скла­дываться живое лицо будущего, будут ре­шаться вопросы будущего общества. Бу­дущее мира возникнет не из грязных нра­вов буржуазного настоящего, а из вели­толькокололиктов идей, сил, классов. Но этого Уаллсу не дано понять. «Я не верю в превосходство неполно­пенных», - писал Уэлле в своей авто­биографии, разумея под «неполноценны­ми» пролетариат. Ему поэтому пе в кэго верить, кроме нелепых «исключительных людей», возникающих из ничего. Он по­этому не может видеть ничего сильного, великого, полноцепного в настоящем. И оп поэтому всегда оставляет нас, да и анг­лийских читателей, неудовлетворенными. Уэллс и сам должен был наконец по­чувствовать, что не все обстоит благопо­лучно с его мировоззрением. Нотки явно­го пессимизма чувствуются в его послед­нем произведении «Судьба рода человече­ского», вышедшем в начале августа, Это попытка подвести итог и изложить в крат­кой форме наблюдения и воззрения, рые Уэллс развивал на протяжении пяти­десяти лет в восьмидесяти с лишним кни­гах. которые ли-Узлтс предсказывает всемирную ката­строфу (он в этом далеко не оригинален: в Англии, Франции нынче много пессими­стов). Уэллс уже не верит в возможность обширной

М. САПИР

Судьба Герберта Уэллса сырья исчезали. Распространялся голод. Начались восстания. Еще хуже шла вой­на на море, где главная задача адмирал­тейств в конце концов свелась к тому, чтобы не выпускать судов из их убе­власть в Голландии, создала «мировую полицию», затем «мировую авиацию», по­давила лишенные руководства, распавшие­ся на отдельные части военные единицы, уже потерявшие к тому времени предста­влешие о том, кло враг и кто друг, и создала мировой порядок с Рудом Уитлом во главе, как первым мировым диктато­ром. Но новый, уаллсовский, мировой порядок продержался недолго. Руд слушал льстецов и подозревал друзей, все кончи­лось тем, что он сам погибсекончи­Такова повесть о бездарном и бессмыс­ленном первом мировом диктаторе. В «Форменном ужасе» большие достоин­ства и крупные недостатки бэллса распре­делены в характерной для него давно уста­новившейся пропорции. Все, что Уэлле пишет о действительной жизни, о хорошо знакомой ему Англии, о ее людях, ее ха­рактерах, ее учреждениях, ее нравах, - все это чрезвычайно инторесно, остроумно, все это возбуждает мысль и воображение, Все, что Улле пишет о будущем обще­сттенном строе, лишено всякого интереса, воображения и ума и вызывает лишь чув­ство досады. Уэллс впитал в себя склонность к со­циальной критике и социальным утопиям, которыми английский средний класс об­ладает в высокой степени и которые очень сильно проявляются у многих беральных писателей и мыслителей. Но, подобно всем либеральным мыслителям.   Уэллс лишен способности понимать самое Весь мир должен представлять собою, по  Уэллсу, научно организовашный средний класс, к которому писатель причисляет и себя образцового мелкого буржуа, как он сам говорит. И Руд Уитлоу пытается Онуждается в порядке. Руд против­ник каких бы то ни было идей. Организация новой партии, как и но­вого общества, облегчалась и затруднялась в одно и то же время тем, что, по сло­вам Уэллса, «нормальное человеческое су­щество по своей натуре не питает ника­кого интереса к общественным делам». Во­преки Аристотелю, человек, как уверяет Уэллс, не общественное животное. Это от­личает его от муравья. По этой-то причи­не кего коллективные операщия нуллают ся в руководстве» И так как и либералам, и консерваторам, и лейбористам все идеи безразличны и никто из них не знает, что делать и куда направить стопы, то все пришли к Руду. Между тем в мире назрела катастрофа, В пятидесятых годах двадцатого века раз­разилась мировая война. Но новая война кое в чем отличалась от старой. «Первые шесть или семь ме­сяцев все были на фронте, вся планета была под огнем», Но в отличие от войны 1914-18 годов противники быстро ис­черпали свои силы. «Сухопутная война завяла, стихла раньше чем кончился год. прежнюю мировую войну было нако­пленное материальное ботатство, от начала до конца снабжение людьми и материала­ми увеличивалось. Но эта война началась с максимальным вооружением, население было неспособно на дальнейшие усилия и жертвы. Вооружения быстро износились. Вместо возрастающих темпов 1914-18 годов происходило все более заметное Гуменьшение темпов. Важнейшие виды Последняя фантастическая повесть Гер­берта. Уэллса «Форменный ужас» («Holy Тerror») рассказывает о жизни и смерти «Первого Лорда Человечества» Руда Уитлоу, Корда будущему первому лорду ко время, в которое он родился, было не­обыкновенным. Когда Руд вступил в Кәм­фордский университет, его поразила «бо­лезнь его мира» - разочарование и со­мнения, «Разложение цивилизации продол­жалось безостановочно». Человеческое об­щество «прогресспровало слишком быстро, его классовая дисциплина и традиции расстроились», мир нуждался «в крупной опорации». Поток времени увлек Руда в политику. Уэдле не снабдил своего героя ни выдаю­шимся умом, ни обширными познаниями, ни большими способностями. Он выхватил из толпы ординарных, неуравновешенных, возбужденных, озлобленных, честолюбивых английских юношей случайно попавшегося парня и наделил его качеством «лидера», сознанием своей способности владеть тол­пой. Итак, лидер был найден. Руд Уитлоу скоро нашел друзей или скоро был най­ими, У них были опыт, разум, зна­ния, - все, чего недоставало лидеру, Партия, группы, связи, программа, лозун­ГИ все это пришло своим чередом. Здесь Уэллс с обычным сарказмом рисует нравы современной Англии. В своей автобиографии Уэлле писал: «Моя мысль всегда была направлена в сторону научно организованного бесклас­сового общества, которое (в отличие от коммунистического бесклассового общества) представляло бы собою расширенный средний класс, включивший в себя ари­стократию и плутократию вверху и кре­стьян, пролетариев, пауперов - внизу».