СЕНТЯБРЬ 5

ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСБ? иТЕРАТУРНАЯ B. Петрова, аот

noluton

ОРГАН ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ СССР

1939 год ＿

№ 49 (828)

Цена 30 коп.

Внеочередная Четвертая Сессия Верховног0 Совета СССР 1-10 созыва О РАТИФИКАЦИИ СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОГО ДОГОВОРА О НЕНАПАДЕНИИ  Товарищи! Со времени третьей Сессии Верховного Совета международное положе­не не изменилось к лучшему. Наоборот, оно стало еще более напряженным.   Принимавшиеся со стороны отдельных правительств шаги к устранению этой напряженности показали свою явнуюю недостаточность. Они оказались безрезуль­чатными. Это относится к Европе, Не про­изошло изменений в лучшую сторону и в восточной Азии. Япония, как и прежде, занимает своими войсками главные города.  и значительную часть территории Китая, не отказываясь также от враждебных актов в отношении СССР. И здесь поло­жение изменилось в сторону дальнейшего обострения обстановки. В этой обстановке громадное положи­тельное значение имеет заключение до­говора о ненападении между СССР и Гер­манней, устраняющего угрозу войны меж­ду Германией и Советским Союзом. Чтобы полнее определить значение этого договора, мне придется предварительно остановиться натех переговорах, которые в последние месяцы велись в Москве с представите­лями Англии и Франции. Вы знаете, что англо-франко-советские переговоры о заключении пакта взаимо­помощи против агрессии в Европе нача­лись еще в апреле месяце. Правда, пер­вые предложения английского правитель­ства были, как известно, совершенно неприемлемы. Они игнорировали основные предпосылки таких переговоров - игно­рировали принцип взаимности и равных обязательств. Несмотря на это, советское правительство не отказалось от перегово­ров и, в свою очередь, выдвинуло свои предложения. Мы считались с тем, что правительствам Антлии и Франции трудно было круто поворачивать курс своей по­ики от недружелюбного отношения Советскому Союзу, как это было еще совсм недавно, к серьезным переговорам еСССР на условиях равных обязательств, Однако, последующие переговоры не оправ­дали себя. Англо-франко-советские переговоры про­олжались в течение четырех месяцев. . ни помогли выяснить ряд вопросов Они нете с тем, показали представителям Анлии и Франции, что в международных делах с Советским Союзом пужно серьез­но считаться. Но эти переговоры натолк­нуаись на непреодолимые препятствия. Дело, разумеется, не в отдельных «фор­кулировках» и не в тех или иных пупк­тах проекта договора (пакта). Нет, дело заключалось в более существенных вещах. Заключение пакта взаимопомощи про­тив агрессии имело смысл только в том случае, если бы Англия, Франция и Со­ветский Союз договорились об определен­ных военных мерах против нападения аг­рессора. Поэтому, в течение определенного срока, в Москве происходили не только политические, но и военные переговоры с представителями английской и француз­ской армий. Однако, из военных пере­товоров ничего не вышло. Эти переговоры натолкнулись на то, что Польша, которую длжны были совместно гарантировать Англия, Франция и СССР, отказалась от венной помощи со стороны Советского Со­вза. Преодолеть эти возражения Польши так и не удалось. Больше того, перегово­ры показали, что Англия и не стремится преодолеть эти возражения Польши, а, на­оборот, поддерживает их. Понятно, что при такой позиции польского правительства и его главного союзника к делу оказания во­енной помощи со стороны Советского Сою­за на случай агрессии, англо-франко-со­ветские переговоры не могли дать хоро­ших результатов. После этого нам стало ано, что англо-франко-советские пере­говоры обречены на провал. Что показали переговоры с Англией и Францией? Англо-франко-советские переговоры по­казали, что позипия Англии и Франции пронизана насквозь вопиющими противо­речиями. Судите сами. Сообщение тов. МОЛОТОВА на заседании Верховного Совета Союза ССР 31-го августа 1939 года по той же Англией. Однако, это - не нашей вине. C 1926 года политической основой на­ших отношений с Германией стал договор о нейтралитете, который был продлен уже нынешним германским правительством в 1933 году. Этот договор о нейтралитете действует и в настоящее время. Советское правительство и раньше счи­тало желательным сделать дальнейший шаг вперед в улучшении политических отношений с Германией, но обстоятельства сложились так, что это стало возможным только теперь. Дело, правда, идет в дан­ном случае не о пакте взаимопомощи, как это было в англо-франко-советских переговорах, а только о договоре ненапа­дения. Тем не менее, в современных усло­виях трудно переоценить международное значение советско-германского договора. Вот почему мы положительно отнеслись к приезду терманского министра иностран­ных дел г. фон Риббентропа в Москву. 23 августа 1939 года, когда был под­писан советско-германский договор о нена­падении, надо считать датой большой исто­рической важности. Договор о ненападе­нии между СССР и Германией является поворотным пунктом в истории Европы, да и не только Европы. Вчера еще фашисты Германии прово­дили в отношении СССР враждебную нам внешнюю политику. Да, вчера еще в обла­сти внешних отношений мы были врага­ми. Сегодня, однако, обстановка измени­лась и мы перестали быть врагами, Поли­тическое искусство в области внешних отношений заключается не в том, чтобы увеличивать количество врагов для своей страны. Наоборот, политическое искусство заключается здесь в том, чтобы умень­шить число таких врагов и добиться того, чтобы вчерашние враги стали добрыми соседями, поддерживающими между собою мирные отношения. (Аплодисменты). История показала, что вражда и войны между нашей страной и Германией были не на пользу, а во вред нашим странам. Самыми пострадавшими из войны 1914- 18 годов вышли Россия и Германия. (Голос: «Правильно»). Поэтому интересы народов Советского Союза и Германии ле­жат не на пути вражды между собою. Напротив, народы Советского Союзаи Германии нуждаются в мирных отношени­ях друг с другом. Советско-германский до­говор ненападении кладет конец вражде между Германией и СССР, а это в инте­ресах обеих стран. Различие в мировоз­зрениях и в политических системах не должно и неможет быть препятствием для установления хороших политических отно­шений между обоими государствами, подобное же различие не препятствует хо­рошим политическим отношениям СССР с другими несоветскими, капиталистически­ми странами. Только враги Германии, и СССР могут стремиться к созданию и раз­дуванию вражды между народами этих стран. Мы стояли и стоим за дружбу народов СССР и Германии, за развитие и расцвет дружбы между народами Совет­ского Союза и германским народом. (Бур­ные, продолжительные аплодисменты). позицииГлавное значение советско-германского договора о ненападении заключается втом, что два самых больших государства Евро­пы договорились о том, чтобы положить конец вражде между ними, устранить угрозу войны и жить в мире между собой. Тем самым, поле возможных военных столкновений в Европе суживается. Если даже не удастся избежать военных столк­новений в Европе, масштаб этих военных действий теперь будет ограничен. Недо­вольными таким положением дел могут быть только поджигатели всеобщей войны в Европе, те, кто под маской миролюбия хотят зажечь всеевропейский военный жар. Советско-германский договор подвергся многочисленным нападкам в англо-фран­цузской и американской прессе. Особенно старалотсна этот счет неко стараются на этот счет некот некоторые «социа­листические» газеты, услужающие «сво­ему» национальному капитализму, услу­жающие тем из господ, кто им прилично платит. (Смех в зале). Понятно, что от таких господ нельзя ждать настоящей правды. КакПытаются распространять неправду, что буо бы заключение советско-германско­го договора о ненападении помешало пере­говорам с Англией и францией о пакте взаимопомощи. Эта пожь уже заклеймена в интервью т. Ворошилова. В действитель­ности, как известно, дело обстоит паобо­рот. Советский Союз заключил пакт о ненападении с Германией, между прочим, в силу. того обстоятельства, что перего­воры с Францией и Англией натолкнулисьЗдесь на непреодолимые разногласия и кончи­лись неудачей по вине англо-французских правящих кругов. Доходят, дальше, до того, что ставят нам в вину, что, видите ли, в договоре нет пункта о том, что он денонсируетсяСовет в случае, если одна из договаривающихся сторон окажется вовлеченной в войну при условиях, которые могут дать кое-кому внешний повод квалифицировать ее напа­Германией целиком в интересах народного хозяйства и в интересах обороны Совет­ского Союза. Такое соглашение полностью соответствует решениям XVIII с езда на­партии, одобрившего указание т. Сталина на необходимость «укрепления деловых связей со всеми странами». Когда же германское правительство вы­разило желание улучшить также и поли­тические отношения, у советского прави­тельства не было оснований отказываться от этого. Тогда и встал вопрос о заклю­чении договора о ненападении. Теперь раздаются голоса, в которых сквозит непонимание самых простых ос­политиче­ских отношений между Советским Союзом и Германией. Например, с наивным видом спрашива­ют: как Советский Союз мог пойти на улучшение политических отношений с государством фашистского типа? Разве то возможно? Но забывают при этом, что дело идет не о нашем отношении к впутренним порядкам другой страны, а о внешних от­ношениях между двумя государствами. За­бывают о том, что мы стоим на невмешательства во внутренние дела других стран и соответственно этому сто­им за недопущение какого-либо вмеша­тельства в наши собственные внутренние дела. Забывают также о важном принципе нашей внешней политики, который еще на XVIII с езде партии т. Сталин форму­лировал так: «Мы стоим за мир и укрепле репление де­ловых связей со всеми странами, стоим и будем стоять на этой позиции, по­скольку эти страны будут держаться таких же отношений с Советским Сою­поскольку они не попытаются на­рушить интересы нашей страны». Смысл этих слов совершенно ясен: со всеми несоветскими странами Совет­ский Союз стремится иметь добрососедские отношения, поскольку эти страны при­держиваются той же позиции в отноше­нии Советского Союза. В нашей внешней политике с несовет­скими странами мы стояли и стоим на базе известного ленинского принципа мирном сосуществовании советского госу­дарства и капиталистических стран. проводился этот принцип на практике, можно было бы показать на большом ко­личестве примеров. Но ограничусь немно­гими. У нас, например, с 1933 года су­ществует договор о ненападении и нейтра­литете с фашистской Италией. Никому до сих пор не приходило в голову высказы­ваться против этого договора. И это по­нятно. Поскольку такой договор отвечает интересам СССР, он соответствует и наше­му принципу мирного сосуществования СССР и калиталистических стра. У нас имеются договора о ненападении также с Польшей и некоторыми другими странами, полуфашистский строй которых всем из­вестен. Но и эти договора не вызывали никаких сомнений. Может быть, не лиш­ним будет напомнить и о том, что у нас нетдаже такого рода договоров с некото­рыми другими, нефашистскими, буржуаз­Как видите, в этих выводах т. Сталин говорил отом, что Советский Союз стоит за укрепление деловых связей со всеми странами. Но, вместе с тем, т. Сталин предупреждал против провокаторов войны, желающих в своих интересах втянуть на­шу страну в конфликты с другими стра­нами. отличить подобный «пакт взаимопомощи» от пакта более или менее замаскирован­ного надувательства. (Веселое оживление в зале). Дальше. С одной стороны, Англия и Франция подчеркивали важность и серьез­ность переговоров о пакте взаимопомощи, требуя от СССР серьезнейшего отношения к этому делу и быстрейшего разрешения вопросов, связанных с пактом. С другой стороны, они сами проявляли крайнюю медлительность и совершенно несерьезное отношение к переговорам, поручая это де­ло второстепенным лицам, не облеченным достаточными полномочиями. Достаточно сказать, что военные миссии Англии и Франции прибыли в Москву без опреде­ленных полномочий и без права подписа­ния какой-либо военной конвенции. (Оживление в зале). Больше того, военная миссия Англии прибыла в Москву вообще без всякого мандата (общий смех) и лишь по требованию нашей военной миссии она, уже перед самым перерывом переговоров, представила свои письменные полномочия. Но и это были полномочия только самого неопределенного характера, то-есть не пол­новесные полномочия. Попробуйте-ка отли­чить подобное несерьезное отношение к переговорам со стороны Антлии и Фран­ции от легкомысленной игры в перегово­ры, рассчитанной на дискредитацию дела переговоров. Таковы внутренние противоречия пози­ции Англии и Франции в переговорах с соср, приведшие к срыву переговоров. Где же корень этих противоречий в по­зиции Англии и Франции? В немногих словах дело заключается следующем. С одной стороны, антлийское и французское правительства боятся агрес­сии и ввиду этого хотели бы иметь пакт взаимопомощи с Советским Союзом, по­скольку это усиливает их самих, посколь­ку это усиливает Англию и Францию. Но, с другой стороны, английское и француз­ское правительства имеют опасения, что заключение серьезного пакта взаимопомо­щи с СССР может усилить нашу стралу, может усилить Советский Союз, что, ока­зывается, не отвечает их позиции. Прихо­дится признать, что эти опасения у них взяли верх над другими соображениями. Только в этой связи и можно понять по­зицию Польши, действующей по указани­ям Англии и Франции. Перехожу к советско-германскому до­говору о ненападении.

забывают, что такого пункта и такой оговорки нет ни в польско-германском до­говоре о ненападении, подписанном в 1934 г. и аннулированном Германией в 1 1939 году вопреки желанию Польши, ни в англо-германской декларации о ненапа­дении, подписанной всего несколько меся­цев тому назад. Спрашивается. почему Р не может позволить себе того, что давно уже позволили себе и Польша и Англия? Наконец. есть любители вычитывания в договоре большего, чем то что там на­писано. (Смех). Для этого пускаются в ход всякого рода догадки и намеки, что­бы породить недоверие к договору в тех или других странах Но все это говорит лишь о безнадежном бессилии врагов до­говора, которые все больше разоблачают себя, как враги и Советского Союза и Германии, стремящиеся спровоцировать войну между этими странами. Во всем этом мы видим новое подтверж­дение правильности указания т. Сталина на то, что необходимо соблюдать особую осторожность насчет провокаторов войны, привыкших загребать жар чужими рука­ми. Мы должны быть на-чеку в отноше­нии тех, кто видит для себя выгоду в плохих отношениях между СССР и Гер­манией, в их вражде между собою, кто не хочет мира и добрососедских отноше­ний между Германией и Советским Сою­зом. Нам понятно, когда эту линию ведут матерые империалисты. Но нельзя пройти мимо таких фактов, что особым усердием в этом деле отличились в последнее время некоторые лидеры социалистических пар­тий Франции и Англии. А эти господа действительно настолько засуетились, что лезут из кожи, да и только. (Смех). Эти люди требуют, чтобы СССР обязательно втянулся в войну на стороне Англии против Германии. Уж не с ума ли сошли эти зарвавшиеся поджигатели войны? (Смех). Разве трудно понять этим госпо­дам смысл советско-германского договора о ненападении, в силу которого СССР не обязан втягиваться в войну ни на сто­роне Англии против Германии. ни на сто­роне Германии против Англии? Разве трудно понять, что СССР проводит и бу­дет проводить свою собственную. само­стоятельную политику, ориентируюшуюся на интересы народов СССР. и только на эти интересы? (Продолжительные аплодис­менты). Если у этих госпол имеется уж такое неулержимое желание воевать, пусть повоюют сами, без Советского Союза. (Смех. Аплодисменты). Мы бы посмотрели. что это за вояки. (Смех. Аплодисменты). какВ наших глазах, в глазах всего совет­ского народа, это такие же враги мира, как и все другие поджитатели войны в Европе. Только те, кто хочет нового ве­ликого кровопролития, новой бойни наро­дов, только они хотят столкнуть лбами Советский Союз и Германию. только они хотят сорвать начало восстановления доб­рососедских отношений между народами СССР и Германии. Советский Союз пришел к договору с Германией, уверенный в том, что мир между народами Советского Союза и Гер­мании соответствует интересам всех наро­дов, интересам всеобщего мира В этом убедился каждый искренний сторонник мира. Этот договор отвечает коренным интере­сам трудящихся Советского Союза и не может ослабить нашей бдительности в за­щите этих интересов. Этот договор под­креплен твердой уверенностью в наших реальных силах, в их полной готовности на случай любой агрессии против СССР. (Бурные аплодисменты). по-Этот договор (равно как кончившиеся неудачей англо-франко-советские перегово­ры) показывает, что теперь нельзя решать важные вопросы международных отноше­ний тем более вопросы восточной Ев­ропы -- без активного участия Советского цСоюза, что всякие потуги обойти Совет­ский Союз и решить подобные вопросы за спиной Советского Союза, должны окон­читься провалом. (Аплодисменты). Советско-германский договор о ненападе­нии означает поворот в развитии Европы, поворот в сторону улучшения отношений между двумя самыми большими государ­ствами Европы. Этот договор не только дает нам устранение угрозы войны с Гер­манией, суживает поле возможных воен­ных столкновений в Европе, и служит, таким образом, делу всеобщего мира, он должен обеспечить нам новые возмож­пости роста сил, укрепление наших по­ии тальнейший рост влияния Совет­нет необходимости останавливать­ся на отдельных пунктах договора. Сов­нарком имеет основание надеяться, что до­говор встретит ваше одобрение, как один из первостепенных для СССР политических документов. (Аплодисменты). Народных Комиссаров вносит со­ветско-германский договор о ненападении на рассмотрение Верховного Совета и пред­лагает ратифицировать его. (Бурные, про­почему-тодолжительные аплодисменты. Все встають.





Разоблачая шум, поднятый англо-фран­пузской и северо-американской прессой по поводу германских «планов» захвата Со­ветской Украины, т. Сталин говорил тог­да: «Похоже на то, что этот подозритель­ный шум имел своей целью поднять ярость Советского Союза против Герма­нии, отравить атмосферу и спровоциро­вать конфликт с Германией без види­мых на то оспований». Как видите, т. Сталин бил в самую точку, разоблачая происки западно-евро­пейских политиков, стремящи ся столк­нуть лбами Германию и Советский Союз. Надо признать, что и в нашей стране были некоторые близорукие люди, кото­рые, увлекшись упрощенной антифашист­ской агитацией, забывали об этой прово­каторской работе наших врагов. Тов. Сталин, учитывая это обстоятельство, еще тотда поставил вопрос о возможности дру­гих, невраждебных, добрососедских отно­шений между Германией и СССР. Теперь видно, что в Германии в общем правильно поняли эти заявления т. Сталина и сделали из этого практические выводы. (Смех). Заключение советско-германского догово­ра о ненападении свидетельствует о том, что историческое предвидение т. Сталиназом, блестяще оправдалось. (Бурная овация в честь тов. Сталина). Уже весной этого года германское пра­вительство предложило восстановить тор­гово-кредитные переговоры. Переговоры были вскоре возобновлены. Путем взаим­ных уступок удалось притти к соглаше­нию. Это соглашение, как известно, 19 августа было подписано.

Решение заключении договора о непападении между СССР и Германией бы­ло принято после того, как военные пере­говоры с Францией и Англией зашли в тупик в силу указанных непреодолимых разногласий. Поскольку эти переговоры показали, что на заключение пакта взаи­мопомощи нет основания рассчитывать, мы не могли не поставить перед собою вопро­са о других возможностях обеспечить мир и устранить угрозу войны между Герма­нией и СССР. Если правительства Англин и Франции не хотели с этим считаться, это уж их дело. Наша обязанность - ду­мать об интересах советского народа, об интересах Союза Советских Социалисти­ческих Республик. (Продолжительные ап­подисменты). Тем более, что мы твердо убеждены в том, что интересысов­падают с коренными интересами народов других стран. (Аплодисменты). Но это лишь одна сторона дела. Должно было произойти еще другов об­стоятельство, чтобы советско-германский договор о ненападении стал существовать. Нужно было, чтобы во внешней политике Германии произошел поворот в сторону добрососедских отношений с Советским Союзом. Только при наличии этого второго условия, только когда нам стало ясным желание германского правительства измо­нить свою внешнюю политику в сторону улучшения отношений с СССР, была найдена основа для заключения советско­германского договора о ненападении. Всем известно, что на протяжении по­следних шести лет, с приходом национал­социалистов к власти, политические отно­шения между Германией и СССР были на­тянутыми. Известно также, что несмотря на различие мировоззрений и политиче­ских систем, советское правительство стре­милось поддерживать нормальные деловые и политические отношения с Германией. Сейчас нет нужды возвращаться к отдель­ным моментам этих отношений за послед­ние годы, да они вам. товарищи лепута­ты, и без того хорошо известны. Следует, однако, напомнить о том раз яснении на­шей внешней политики, которое было сде­лано несколько м месяцев тому назад на XVIII партийном с езде.

С одной стороны, Англия и Франция требовали от СССР военной помощи про­нав агрессии для Польши. СССР, как из­востно, был готов пойти этому навстречу при условии получения соответствующей ощи для себя от Англиг Франции. другой стороны, те же Антлия и Фран­цля тут же выпускали на сцену Поль­шу, которая решительно отказывалась от военной помощи со стороны СССР. По­пробуйте-ка при этих условиях догово­риться о взаимопомощи, когда помощь со стороны СССР заранее об является не­нужной и навязанной. далее. С одной стороны, Англия и Зранция гарантировали Советскому Сою­зу военную помощь против агрессии в обмен на соответствующую помощь со стороны СССР. С другой стороны, они обставляли свою помощь такими оговор­ками насчет косвенной агрессии, которые могли превратить эту помощь в фикцию и давали им формально-юридическое ос­нование увильнуть от оказания помощи и поставить СССР в состояние изоляции церед лицом агрессора. Попробуйте-ка

Это было не первое торгово-кредитное соглашение с Германией ири существую­щем правительстве. Но это сотлашение от­личается в лучшую сторону не только от соглашения 1935 года, но и от всех пре­дыдущих, не говоря уже о том, что у нас не было ни одного столь же выгодно­го экономического соглашения с Англией, Францией или какой-либо другой страной. Соглашение выгодно для нас по своим кредитным условиям (семилетний кредит) и оно дает нам возможность дополнитель­но заказать значительное количество нуж­ного нам оборудования. По этому соглаше­нию СССР обеспечивает продажу Германии определенного количества наших излиш­ков сырья для ее промышленности, что вполне в интересах СССР. Почему же нам отказываться от такого выгодного эконо­мического соглашения? Не в угоду ли тем, кто вообще не хотел бы, чтобы Советский Союз имел выгодные экопомические со­глашения с другими странами? Между тем

Говоря о наших задачах в области внешней политики, т. Сталин так опре­делял тогда наши отношения с другими странами: «1. Проводить и впредь политику ми­ра и укрепления деловых связей со всеми странами; 2. Соблюдать осторожность и не да­вать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загре­бать жар чужими руками». (Оживле­ние в зале).

но-демократическими странами, скажем, ясно, что торгово-кредитное соглашение с сдающей стороной. Но при этом