Активно участвовать в подіотовке выборов!   БОЛЬШАЯ ШКОЛА Недавно на открытом партийном собра­нии харьковской организации ССПУ ши­роко обсуждался вопрос об участии писателей в предстоящей избирательной кампании. Работы предстоит много, Уже сейчас многие писатели приступили к написанию ряда очерков с знатной молодежи Кагано­вичского района Харькова для издания от­дельным сборником. Писатели обязались всячески помогать районным и городско­му комитетам КП(б)У в выпуске листовок, брошюр к выборам. Областной Радиокоми­тет организует ряд выступлений писателей у микрофона. B ближайшее время писатели заслу­шают отчеты своих допутатов о их дея­тельности в горсовете и райсоветах и нач­нут готовиться к выдвижению кандидатов в местные Советы депутатов трудящихся. * На этом же партийном собрании были переведены из кандидатов в члены КП(б)У поэт Степан Крижанивский и молодой пи­Д. ВИШНЕВСКИЙ сатель Марк Черняков. Харьков.

Агитационные бригады писателей Предстоящие выборы в местные Советы депутатов трудящихся - серьезная и большая проверка боевой работы каждой партийной организации, каждого коммуни­ста. Партийная организация правления союза советских писателей возглавляет агитационно-массовую работу по восьми избирательным округам: в шести по выбо­гам в Краснопресненский районный Совет и в двух - по выборам в Московский городской и областной Советы депутатов трудящихся. Используя опыт прошлых выборов в Верховные Советы СССР и РСФСР, парт­организация ССП для предвыборной агита­ционно-массовой работы среди избирателей иривлекла большую группу писателей. Созданы агитационные бригады для не­окольких домов. При парторганизации об­разован агитколлектив, который возглав­ляет тов. Хмара, Среди писателей, выделенных для ра­боты в качестве агитаторов в 40 домах, 70 коммунистов, 14 комсомольцев и 76 беспартийных товарищей. Все агитаторы входят в 20 бригад, во главе которых по­ставлены товарищи, имеющие опыт работы на избирательных участках. Большинство агитаторов не прекращало своей деятельности со времени последних выборов. Но не все агитбригады с тех пор работали бесперебойно. Некоторые имели длительный перерыв после окончания выборов в Верховные Советы СССР и РСФСР. В последнее время почти во всех домах работа оживилась, а в некоторых из них поставлена образцово. В доме № 8 по Б. Ржевскому переулку проживает 721 человек. Здесь деятель но работает агитбригада, руководимая тов. Аузгиным. Большинство членов бритады работает среди населения дома без переры­ва с 1937 г. Все жильцы прекрасно знают своих агитаторов, с большой охотой и регулярно посещают занятия в кружке по изучению «Положения о выборах». Ча­сто на занятиях кружков читаются от­рывки из художественных произведений, и бесеты проходят очень оживленно, при большой активности слушателей. Периоди чески устраиваются доклады на между­народные темы, силами домашних хозяек выпускается стенная газета. Уже вышло восемь номеров. Свою деятельность агитаторы вынесли за пределы кружка. Они провели инте­ресную экскурсию на Всесоюзную сельско­хозяйственную выставку для 75 домо­хозяек. После экскурсии участники простыми, но яркими словами рассказали в стенной газете о могучем росте нашей страны, сравнивая виденное с тем, что было на сельскохозяйственной выставке 1923 года. Массовость всех мероприятий обеспечи­вается тем, что писатели-агитаторы этой бригады тт. Чалая, Фонье, Бершадский и другие умело строят свою работу, регуляр­но общаются с избирателями, отвечая каж­дый за работу в 8--10 квартирах. Хорошо работает и агитационная брига­да комсомолки-поэтессы E. Шевелевой в доме № 15/2 по Большой Молчановке, где проживают 700 человек. В краспом уголке дома агитбригада про­водит ежедневно какое-либо массовое ме­роприятие: беседы, встречи, доклады; ре­гулярно занимается санитарный кружок домохозяек. Не ограничивая свою деятель­ность только подготовкой к избирательной кампании, т. Шевелева с бригадой создала актив и с его помощью организовала художественную самодеятельность. По ини­циативе бритады при доме создан родитель­ский комитет, ведется борьба с безнадзор­ностью ребят. Благодаря этим мероприя­тиям прекратились случаи хулиганства. Теперь ребята увлечены драмкружком и своими силами готовят спектакль «Конь­ки», помогают выпускать стенгазету со­бирают для нее материал и вообще всяче­ски стараются проявлять свою активность, оказывают помощь агитбритаде. Большинство писателей - агитаторов относится к порученному им делу с энту­эиазмом, активно работает на избиратель­ных участках. Таковы бригады тт. Гибет, Корабельникова, Петрашкевича, Митрофа­нова, Важса. Хорошо работает по В. Ржев­скому пер., д. № 13, агитбригада тов. Пасынка. Бригаде помогает созданный еще с 1937 года актив домохозяек, часть из которых регулярно посещает районный лекторий, работает в редколлегии стенной газеты. Некоторые из агитаторов, выделенных на заседании партбюро, работают еще сла­бо. Так, агитбригада тт. Платошкина и Аплетина должна вести работу в доме № 19/12 по Борисоглебскому переулку. Однако беседы проводятся здесь случай­но, актив вокруг бригады не создан. Так же слабо работают выделенные агитато­рами тт. Безыменский, Шведов, Аврущеп­ко и, что удивительно, т. Санников, хо­рошо работавший в прошлую избиратель­ную кампанию. Совершенно безответственно относятся к порученному делу тт. А. Коган и А. Сит­ковский. Последний считает, что ему когда заниматься работой среди населе­ния, так как он «перегружен собственной творческой работой». На состоявшемся недавно партийном собрании писателей эти товарищи были справедливо подвергнуты резкой критике и, надо надеяться, теперь по-большевистски возьмутся за порученную им большую и важную работу. Партийное бюро должно организовать социалистическое соревнование между агитбригадами. Пока только бригады Куда­шова-Петрашкевича и Шевелевой - Гибет соревнуются между собой. Писатели, работающие на избиратель­ных участках, творчески и политически растут. Наиболее активно проявившие себя на этой работе тт. Шевелева и Петрашке­вич подали заявления о желании вступить в партию и уже приняты в кандидаты ВКП(б). Бюро парторганизации ССП должно так улучшить работу агитколлектива, чтобы писатели-агитаторы повседневно чувствова­ли четкое руководство, еще глубже обо­гащали себя знанием и опытом, Надо ши ре организовать цикл квалифицированных докладов для агитаторов, лекций, консуль­таций, провести вечера обмена опытом. В Москву приезжают советские писате­ли, побывавшие в Западной Украине и Западной Белоруссии. Совершенно правиль­но поэтому решил агитколлектив по мере приезда этих товарищей привлекать их для бесед с избирателями о впечатлениях от поездок. Подготовка к выборам в местные Сов депутатов трулищихся яылнется дан раторов хорошей большевистской школой. Активно и плодотворно работая на изби­рательных участках, они помогают доби­ваться новых побет спалитокого пока ваться новых побед сталинского блока коммунистов и беспартийных. Б. БАСС

A. Владимиров закончил картину «Крестьяне Западной Белоруссии ведут под Фотоклише ТАСС,

Ленинградский художник-баталист И.

конвоем польских офицеров», На снимке: картина художника И. А. Владимирова. Замечательная «Вот вам, любезный барон, Пир во время чумы из Вильсоновой трагедии à effet»,- писал Пушкин в октябре ноябре 1831 г. бар. Е. Ф. Розену, посылая ему рукопись драмы для публикации ее в альманахе Розена «Альциона». По копии с этой ру­кописи «Пир» и был напечатан в альма­нахе, самая же рукопись считалась утра­ченной до 1910 г., когда в московской га­зете «Раннее утро» (№ 16 от 21 января) появилась заметка Д. С. Соколова «На­ходка рукописи А. С. Пушкина «Пир во время чумы» с факсимильным воспроизве­дением первой страницы рукописи (24 стиха из общего числа 239), В заметке со­стика из общего риналяе­жавшая Розену, «найдена» артистом те­атра Корша А. И. Чариным, по словам ко­торого, «рукопись переходила из поколе­ния в поколение». На листе, в который была заключена рукопись, Д. С. Соколов прочел; «Подлинная руконись поета А. С. либретто оперы «Жизнь за царя»… «За­тем, - сообщал Соколов, - следует под­пись владельца - начальная буква име­ни «Ф» и фамилия, неразборчиво подпи­санная, повидимому, «Горохин». На полях листов рукописи та же подпись, ужерас­члененная по слогам. Здесь уже можно прочитать «Федор Иванович». «Теперь эти рукопись продается»,указывалось в заметке. Через несколько дней после поя­вления заметки Соколова в газете «Утро России» сообщалось, что Румянцевский музей предлагал за рукопись пятьсот руб­лей, но Чарин не согласился продать ее за эту цену. В 1919 г. Чарин умер, и что сталось с ценнейшим автографом Пуш­кина, единственной рукописью «Пира», оставалось неизвестным. В 1984 г. Л. Б. Модзалевский в статье «Исчезнувшая рукопись Пушкина» («Зве­нья», кн. III--IV) на основании заметки Соколова, сообщившего несколько перво­начальных вариантов, «реконструировал» небольшую часть рукописного текста, ре­дактору же драмы в академическом изда­нии собрания сочинений Пушкина при­плось ограничиться лишь воспроизведе­нием факсимильного снимка из «Раннего утра» и теми сведениями о тексте, кото­рые имеются в заметке Соколова. И вот на днях совершенно неожиданно рукопись, принадлежавшая Розену и бывшая у Ча­рина, снова «нашлась». Владеницей ее оказалась вдова врача Т. И. Горянского, племянника того самого Фед. Ив. Горян­ского (а не Горохина, как предположи­тельно прочел в 1910 г. Д. С. Соколов),

ПИСАТЕЛИ НА ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ УЧАСТКАХ (От наших корреспондентов) ВОРОНЕЖ

находка

(Рукопись «Пира во время чумы») которому рукопись подарил в 1858 г. вен. Рукопись 17 октября приобретена, при энергичном содействии К. О. Шмидта и A. Т. Полэцкой, Государственным музеем Пушкина. Прежде всего рукопись дает возмож­ность внести некоторые мелкие уточнения в основной текст «Пира», как теперь ясняется, напечатанный при жизни Пуш­кина не вполне исправно. Особенно по­хстрадала пунктуация: в печатном тексте появился ряд произвольных восклица­тельных знаков, точек с запятой и т. п., отсутствующих в рукописи и подчас яв­но нарушающих ритмический и интона­ционный рисунки «Пира», Кроме того, в рукописи имеются в двух местах тексто­вые исправления, относительно которых может быть вопрос, пушкинской -укопись «Пира во время чумы» зна­чительна не только как новый автограф Пушкина - текст, налисанный его рукой, хотя и известный уже в печати, Значение этой рукописи повышается тем, что она носит на себе довольно аначительные сле­ды творческой работы поэта. РукописьСт. представляет собой не черновик, а дает перебеленный текст с многочисленными поправками, т. е. отражает только послед­нюю стадию работы Пушкина над «Ни­ром», непосредственно предшествующую окончательной редакции, Однако, посколь­ку ни одной черновой рукописи «Пира» теринотоыВ поставлен ни рукой они сделаны. Однако наиболее значительной и инте­ресной частью рукописи являются те до­вольно многочисленные первоначальные варианты, которые давались и тут же от­менялись Пушкиным в процессе выра­ботки им белового текста. В рукописи имеется свыше пятидесяти таких вариан­тов. Как известно, «Пир во время чумы» представляет собой перевод одной сцены из пространной, трехактной «драматиче­ской поэмы» английского поэта Джона Вильсона «Город чумы» (The city of the plague»). Перевод в большей своей части сделан весьма близко к подлиннику (местами он почти подстрочен), но сделан он Пушни­ным. Из всей весьма растянутой пьесы Вильсона Пушкин останавливает свое творческое внимание на одномтолько фабульном моменте. Однако момент этот выбран и дан Пушкиным таким образом, что представляет собой наивысшую пси­хологическую кульминацию всей пьесы. Самый текст Вильсона подвергается в «Пире» замечательной, поистине «пушкин­ской» чеканке и шлифовке, в основном направленной к предельной лаконизации. Наконец, в двух узловых местах сцены - песне Мери и знаменитом гимне предсе­дателя «Пира» - Пушкин настолько дале­ко отходит от подлинника, что обе песни могут с полным правом считаться вполне самобытным его созданием, В результате «Пир» представляет собой, помимо всего остального, единственное в своем роде по­этическое чудо. Внешне почти во всем (за. исключением «Песни» и «Гимна») следуя английскому подлиннику, Пушкин в своей переработке возносит отрывок из ничем особенно не выдающегося произведения Вильсона на высоту одного из изумитель­нейших творений мировой литературы. емуНе показывая, в силу своего белового характера, всего процесса работы Пушки­на над «Пиром», рукопись, дает, однако, ряд очень интересных примеров и образ­Наибольшая часть вариантов (двадцать шесть, т. е. половина всего числа их) па дает на самые самобытные части сцены: девять вариантов в песне Мери и всего в тридцати шести стихах гимна чуме - целых семнадцать варкантов. Ряд отмен первоначальных вариантов связан с чисто стилистической обработкой «Пира» стремлением к максимальной отшлифовке формы. Однако наиболее ин­тересными являются те замены, которые вызваны стремлением Пушкина придать тексту наибольшую психологическую ос­троту, выразительность, соответствие C общей тональностью и колоритом вещи, замысла



Ро-Так, первоначально стихи 15-31 песне Мери) читались: Поминутно мертвых носят При рыдании живых, Поминутно бога просят Упокоить души их. Боязливо бога просят. «Боязливо» - потому что «живые ужасе от чумы, в частности, боятся зарз­зиться от своих же мертвецов. 60-61 читались: Два средние стиха Пушкин переделывает; И стенания живых Я молю, не приближайся K гробу Дженни ты своей. Исправление Пушкина вносит гораздо большую психологическую остроту «к те­лу Дженни ты своей», что непосредствен­но связано и с последующим «Уст умер­ших не касайся». стихах 70-71 уничтожается ненуж­Сперва было: А Әдмонда не покинет вы-Дженни в вечных небесах. Последний стих иоправлен: сперва - «Дженни в самых небесах» и окончатель­но - «Дженни даже в небесах». Интересно в той же «Песне Мери» пер­воначальное чтение ст. 36-37: Ребятишек в сельской школе Раздавались голоса. Первый стих исправляется: «Ребятишек в шумной школе» (веселый шум детских голосов контрастирует с последующим мертвым молчанием в той же школе во время чумы). Наконец следует новое, окончательное чтение: «Наших деток в шумной школе» (написано явно позднее). В ст. 162 (в «Гимне Чуме») замена пер­воначального: «И все, что гибелью грозит» на «Все, все, что гибелью грозит» - сооб­щает и стиху и смыслу особую энергию. Следующий стих первоначально читал­ся: «Нам наслаждения таит», затем Пуш­кин исправляет: «Для сердца смелого тант неиз яснимы наслажденья» и, наконеп, «Для сердца смертного», что перекликает­ся с последующим: «Бессмертья, можег быть, залог». Следующие два стиха сперва читались; И тот блажен, кто средь волненья Их обрести мгновенно мог. Исправлено: И счастлив тот, кто средь волненья Их обретать и ведать мог. Стих 172: «И юной девы пьем дыханье» (сперва он был начат: «И пьем…) неправ­ляется на «И девы-розы пьем дыханье». Отметим еще два варианта из остальной части «Пира». Переведя сначала (ст. 30-31) буквально из Вильсона - тот, кто от земли Был отлучен каким-то сном небес­ным, - Пушкин исправляет это выражение, не очень уместное в устах «безбожного» пред­седателя: Был отлучен каким-нибудь видень­ем. Характерны поиски Пушкиным менее напыщенных, более простых и в то же время поэтических интонаций. В стихах 229-231 : О, если б от очей ее бессмертных Скрыть этот вид. О, некогда меня Она считала чистым - он меняет вторую строку: Скрыть это зрелище! Меня когда-то Она считала и т. д. Находка автографа «Пира во время чу­мы большая радость для науки,- кописи Пушкина после его смерти разин шлись по частным рукам и иопытали са­мую различную судьбу: многие рассеялись по разным городам и странам, немалое число было затеряно. Затем начался процесс медленного и под час весьма трудного собирания рукопи­сей в государственных хранилищах. Осо­бенно усилился этот процесс в годы после Октябрьской революции. Ныне он может считаться почти завершенным. Постановс лением правитесо все пушкинские ру-н кописи сосредоточиваются в Государстия ном музее Пушкина, что создает наплун шие условия для их научного изучения Д. БЛАГОЙ, C. БОНДИ, Г. ВИ­НОКУР, О. ПОПОВА, У, ФОХТ, м. цявловский

В Воронеже писательская общественность начала готовиться к выборам в местные Советы депутатов трудящихся. Писатели не-ерснкоталт агитаторами на бывших избирательных участках. II. Прудковский руководит се­минаром пропатандистов. Коллектив воронежских писателей за­явил о своем желании работать над агит­плакатами, посвященными кандидатам в депутаты местных Советов. Областное книтоиздательство выпускает мизданием отдельные расскаа массовым изданием отдельные рассказы воронежски писателейкоторые смогут служить подсобным материалом для агита­торов. Памечены к выпуску: «Сын ро­дины» M. Булавина, «Дальневосточная поэма» Б. Дальнего, «Линия жизни» B Петрова стаой зяин» М. Сертеенка, очерь М. Амелистова «Острогожск». ЯРОСЛАВЛЬ

Прославское литературное об единение деятельно готовится к избирательной кам­пании. Секретарь об единения т. В. Смир­нов руководит семинаром агитаторов редак­ции областной газеты «Северный рабочий», Поэт М. Лисянский и член литоб единения т. Быстров работают агитаторами среди из­бирателей города. Члены литературного об единения тт. Лосев и Бондарев привле­чены к агитационной работе в качестве докладчиков по вопросам международного положения. К концу октября сдается в набор лите­ратурно-художественный сборник, посвя­щенный выборам. В сборнике будут напе­чатаны рассказы А. Кузнецова - «Спор о медицине», «По Шекспе», «В гостях у соседа», отрывок из повести В. Смирнова «Сыновья», очерк учителя Н. Головина «Выборы волостного старшины», стихи: М. Лисянского, B. Немцевича, С. Сергеева, B. Шульдешова, Е. Старшинова, А. Груз­дева и H. Михайлова, а также очерки М. Хардина, Д. Бондарева, С. Колосницы­на, А. Черток, А. Сурова, А. Флягина - о передовых людях Ярославской области. Кроме того, члены литоб единения под­готовили к печати книги по истории и современному состоянию городов области: Лосев … Ярославле, С. Рейполь­ский - об Угличе, А. Голубев - о Ры­бинске и К. Абатуров - Галиче.

C. КРЖИЖАНОВСКИЙ

Эдгар Аллан ПО Писатель раскрывает причину новелли­стической формы своего творчества в эпи­графе к одному из своих малословных произведений: Кому осталось жить одно итновенье, Тому уж нечего скрывать. Э. По -- мастер повеллистического сти­ля. Особенность его техники заключается в том, что произведения его очень кратки, но словарь их необычайно широк. Э. По нехватает английского языка, он изобре­тает неологизмы, мало того, - берет гор­стями из превних и новых языков сотни новых звучаний. Нужно сделать все, что­бы новелла, прежде чем кончится ее трех­страничная жизнь, успела высказаться конца. Нью-Йорк, столица Нового Света, был расчерчен, как шахматная доска, и ули-дам Американец Э. А. По жил в стране и в эпоху, мало сооожизни. настроению. Америка тяготела к автори­тетам Франклина и Бентама. Франклин тщательно изготовил ряд формул и стан­дартов «умеренной жизни»; Бентам, соз­датель «утилитаризма», исчислял правиль­ное действие как результат сложения и вычитания мотивов поведения.меется, цы его обозначались не именами, а циф­рами. Эдгару По все это было чуждо­Прав­да, в своем ироническом трактате «Мошен­ничество как одна из точных наук» признает, что масштабы «финансовых опе­раций» какого-нибудь банкира и очеред­ной кражи мелкого карманного соотносятся между собой, «как квост ко­меты к хвосту свиньи», но в остальных признаках он считает и финансиста и охотника за чужими кошельками людьми одного пелеустремления. Бентамл Э. По - это «большой человек на малые дела» (Маркс определял его как болтли­вого оракула ограниченного сознания бур­жуа), а родина представляется ему стра­ной, которой правит «аристократия дол­лара», приптедшая на смену «аристокра­тии крови». Теодор Банвиль, который был лишь не­Ангел необычности представлен читате­лю в виде фантастического существа на бочкообразных ногах с длинными бутыл­ками вместо рук; существо это наполнено септенциями и киршвассером; говорит булькающими словами, выпрыгивающими из стеклянной глотки вперемежку с пу­зырями напитка. Этот бескрылый «ангел» воплощает, по замыслу По, озорство чело­веческой фантазии, противопоставляющей теории вероятности своего рода поэтиче­скую «теорию невероятности». Так или иначе, 9. По всегда у края возможности, у предельной черты. У него нет стихов на обычную тему «сон»но есть стихотворение: «Сон во сне». Анг­лийская пословица говорит: «Никогда (Never) - это очень долгий день»; но «никогла» ((Nevermore), которым заканчи­вает почти все строфы известной пьесы По каркающий ворон, … это не долгий день, а черная вечная ночь. В одном из своих остроумнейших рас­сказов мастер парадокса разрывает закон­ченный цикл «1001-й почи», пробуя дать тысячу вторую ночь Шехерезады. В замечательном рассказе о «Рукописи, найденной в бутылке», описан рейд стран­ного корабля, уносимого южным полярным течением и фантазией автора к полюсу, достигнуть которого в те времена было вне возможности навигационной техники, Но, выйдя за пределы возможности, 3. По уже на пятой странице повествования вы­ходит и за пределы образов, первоначаль­но им намеченных: страшным ударом вол­ны герой рассказа переброшен на палу­бу еще более странного приходится сказать чудесного - корабля, который идет не к полюсу, а к истине. Деревян­ные ребра его пористы, они дышат, как тело усталого, по живого пловца; трюм корабля полон старых и новых карт и ло­ций. Курс его держит седоволосый капи­тан, вот уже тысячи и тысячи лет ищу­щий полюса истины. Но надо прямо признать, что в помощь Они выходили параллельно во времени: романы Фенимора Купера и рассказы и повести Эдгара Аллана По. Купер расска­зывал о необыкновенных приключениях белых среди красных (индейцев). Эд­гар По говорил о психологических при­ключениях, о необычайных авантюрах мысли. В одном из романов Ф. Купера дается образ «Кожаного Чулка», рыцаря, ничего не страшащегося и никого не упрекаю­щего, который и говорит и стреляет без промаха. Дана сцена перелета птиц, когда над прорией пролетают сплошным живым потоком птицы. Все охотники бьют, не пелясь, в миллионнокрылую тучу. Кожа­ный Чулок стоит, не снимая с плеча ружья; затем, когда «любимая девушка» спра­шивает почему он брезгует участием в общей охоте, Кожаный Чулок говорит: «Вот тот, крайний, отставший от стаи». Выстрел - и отделившаяся от стаи пти­ца падает на землю. Так охотится за сю­жетами и гениальный Эдгар По. Он бьет всегда только по крайнему, отделившемуся от стал сюжету. И всегда без промаха. В молодой по тому времени (3. По пи­сал в тридцатых и сороковых годах про­шлого века) американской литературе 9. По принадлежит почин почти во всех жанрах. Основные: фантастическая по­весть, новелла (здесь он. он особенно силен), баллада. Напомню два его рассказа, в которых автор сам вскрывает основные элементы своей поэтики: это - «Ангел необычно­сти» и «Бес извращенности». Бесом из­вращенности он называет ту силу, кото­рая подводит человека к самому краю про­пасти и заставляет заглянуть в нее, дья­вольское любопытство, которое может тол­кнуть на преступление, чтобы посмо­треть, «как это получится», страсть к вксперихенту, не останавлявающуюся ни перед чем. 2 Литературная газета № 59

F c p c I б H B К п B

90 ЛЕТ СО ДНЯ СМЕРТИ



трамплина, окруженный любопытной тол­пой, делает свой первый прыжок. Пружи­на трамплина бросает его выше кровель всех домов, выше всех рекордных цифр, и толпа, рукоплеща, кричит «браво». Но мастеру прыжка этого мало, и среди шума зрителей он обращается к своему старому верному трамплину, прося его дать такую высоту, где бы он мог не видеть всех этих «бакалейщиков и нотариусов». Второй прыжок: пестрое тело взлетает над домами, сгрудившимис вокруг площади, скользит сквозь облака - и толпа, под­няв головы вверх, тщетно ждет возвраще­ния исчезнувшего мастера прыжков. доПервый прыжок был для современни­ков: Э. По написал довольно много расска­зов, пользовавшихся успехом еще при его Это были «акстраватанцы», как он их сам называл, легкая и небрежная игра с образами и абстракциями, не слишком расходящимися с американским вкусом ко всему эксцентрическому, разрывающему, но не слишком резко, привычные орбиты мнений и событий, не слишком, разу­важныхдухом меется, важных, Но второй прыжок - от крыш к звез­-- был сделан не для них, а для нас, людей грядущей эпохи. И первое, что мы должны сделать, - это точно и об ектив­но изучить кривую этого прыжка. онВель дгар По был единственным бел­летристом 40-х гг., который ставил перед воришкиаСиньсырал сто научные и философские проблемы. Самый метод его изложения математически точен, алгебраичен. «Эксперимент в уме» (термин проф. Кельвина) проводится почти всегда с необычайной последовательно­отью. Его лаборанты - «демон» и «ангел не­обычности» подают ему как раз те слова, которые нужны. Наша советская литература, чужлая «развлекательнну спераеноскушате дыхание, дать ее читателю в образах, точных, как формула, не может пройтиЛу мимо изумительной писательской техники Э. По.

п

Л

B

ха ис E бь Де B0 вр

Памяти Лу Синя сделал для ознакомления Китая с нашей культурой и литературой, В Китае был образован Международный по увековечению памяти Лур ня, в котором СССР представлен А. ия, в котором СССР представлен А. году комитет выпустил полное собрание сочинений Лу Синя на китайском языка в 20 томах. В настоящее время выпускается на рус­ском языке однотомник избранных проп ведений Лу Синя, состоящий в основном из переводов двух его сборников «Каич и «Блуждания». Память Лу Синя блатоговейно талскии варол. В третью голани циональное траурное собрание, на котором выступили с речами представитель Гоминдана Бань Кун-шань и предск Ми тель ЦК китайской компартии Ван 19 октября исполнилась трехлетняя го­довщина со дня смерти великого китай­ского писателя Лу Синя, огромркомитет Синь сытрал огромную роль в освободи­тельной борьбе и культурной жизни сво­его дарода. Лу Синь оставил громадное литератур­ное наследство, Его художественная проза (два сборника рассказов - «Клич» и «Блуждания») принадлежит к лучшим страницам современной китайской лите­ратуры. Но, кроме того, Лу Синь боевой публицист, автор страстных и глубоких по мысли памфлетов. В последний период овоей жлони Лу Оинь твердо стал на по­траваалным ружовдителом пролетарекого литературного движения в Китае. Синь был пламенным другом СССР, хорошо знал и любил русскую класси­ческую и советскую литературу и много

ру

пр

ее бы не не ше

себе Э. По берет зачастую (возьмем, на­пример, его философские рассказы-диало­многим старше Э. По, в своем стихотворе­нии «Прыжок с трамплина» говорит о ги) плохого спутника: мистику. клоуне в пестром наряде, который, стоя у