B. шкловский

План

Детиздата передельщик будет менее талантлив,бота получится стыдная вещь, будут доставать настоящего Серебряного» и сравнивать тексты, Милославским» дело может этом романе основная удача Запорожна, в изображении шишей, в народных характерах, и, быть, здесь простое сокращение из­бавит роман от ошибок и скучных мест. интересно, кто это делать, и надо было бы поговорить, стоит ли это делать. С переделками вообще надо быть осто­рожными. Мы ставим часто посредствен­ного человека между читателем и гениаль­ным человеком. А если даже и талантли­вого, то и тогда он может переделать только определенную книгу. Мы переделываем русские сказки, ли­шая детей возможности узнать народный язык. Переделываем сказки Перро, сказки ночь». Переде­греческие мифы, раз обсуж­что пе­про­по­Гримма, «Тысяча и одну лываем Марка Твэна, Мюнхгаузена, Свифта, Рабле. Вопрос о переделках много и почти стоит. было всегда не дался,



Новый план Детиздата - это целая брошюра в 63 страницы с Если со списком опечаток. Первое впечатление от плана - благо­приятное. Видишь знакомые, хорошие име­писатели приблизительно с равными именами пред­быть легче. В в изображении ставлены прибливительно равным назва­слуг, может Бонечно, удачей издательства является Во всяком случае, будет пявление книг, налисанных Героями Со­ветского Союза. Недостатки плана отчасти об ясняются тем, что он составлен из переходящих книг. Книги не осуществленные в прош­лых годах, переходят в следующий год. Может быть, поэтому издательский план отражает никаким образом того, что присходит в мире. Например, у ребят есть интерес к Западной Украине, к За­падной Белоруссии, к Финляндии. Но в ми теографической серии Детиздата таких кЕнг нет. Наши детские писатели, к сожалению, принимают мало участия в делах редак­ши, Чуковский представлен переиздания­и как тем редактор он мог классиков. руководите­английских бы быть

в повседневной жизни и в боевой обстановке на войне». Из этой формулировки ничето нельзя понять. Мы знаем, как вытлядела редакция пушкинского «Современника», как Пуш­кин создавал статьи, как незадолго 10 дуэли ночью, на балу он заказывал ста­тью о паровых машинах. Мы знаем его работу над книгой Дуровой, его попытку заставить Нащекина написать мемуары. Великие писатели и просто крупные писатели обычно хорошие редакторы, и у них есть жажда к литературе, жажда к ежедневной литературной работе , они хо­тят организовывать литературу. Мы знаем советских авторов, которые помогали молодежи, - Всеволода Ивано­ва. Огнева. Не нужно думать, что мы, писатели, не уважаем редакторов или что работа редакторов расценивается нами как какая­то низшая работа. Был писатель Серебров, писатель ниже среднего. Был и существует крупный редактор Александр Николаевич Тихонов. Сравнительно недавно Александр Нико­лаевич выступил с воспоминаниями о Че­хове и Толстом. Многие из нас считают эти книги классическими. Этот Александр Николае­вич Тихонов - бывший Серебров. Он продолжал свою творческую работу в ре­дактуре и вырос в большого писателя. Мы в Детиздате уважаем и любим мно­гих редакторов, но дело идет не об отдель­ных редакторах, а о редакции. При всех неудачах издательства детской литературы, книги пишутся все лучше и лучше. И в этом году появились прекрас­ные повести Гайдара. Фраермана, но из­дательства не видно, не видно организую­щей работы и не видно, что делают пи­сатели. Лет двадцать тому назад в Доме исжус­ства работала студия всемирной литерату­ры. Там преподавал Чуковский, читал Блок и многие другие. Я знаю учеников Маршака, знаю лю­дей, которых вырастил Житков, но я не знаю, к кому сейчас должен пойти мо­лодой детский писатель, кто ему помо­жет, как он свяжется со своим опытным товарищем. Мы об этом мало думаем. Мы мало, недостаточно твердо и терпе­няться ее общими вопросами, не рецензи­ровать книти от случая к случаю, а по­смотреть, как развивается, как двитается детская литература в целом, ливо помогали издательству, слишком ско­ро на него сердились. В результате мы наказаны чтением хаотического плана. Та­кой плап нето, что выполнить, а даже связно прорецензировать невозможно, его надо было бы разрезать на куски, пере­составить наново, да еще по дороте про­верить содержание отдельных произведе­ний, так невнимательно записалных в плане. «Историяукраинской 

говорили, Но переделки создать

Слева направо: сказитель Горьковской области И. Ф. Ковалев, В. П. Чкалов и поэт-колхозник, письмоносец Болдинского района Горьковской области А. П. Новиков. ВСЕУКРАИНСКОЕ СОВЕЩАНИЕ КРИТИКОВ взаимного обогащения идеями, чувствами, материалом. Принципиальный спор и взаимная не­удовлетворенность, вытекающие не из об - ективных и случайных побуждений, а из глубокой заинтересованности в развитии советского искусства, полезнее, чем идил­лическое «содружество» на основе замал­чивания недостатков, Тов. Гоффеншефер приводит примеры примитивно-вульгарного подхода критиков к анализу произведений иностранной ху­дожественной литературы, когда свалива­ют в одну кучу «антикапиталистической литературы» и произведения, критикую­щие калитализм с буржуазных позиций, и произведения, резко отрицающие мир экс­плоатации. Докладчик говорит о путанице в понятиях «романтика» и «романтизм», о необходимости борьбы с вульгарным со­циологизмом во всех его проявлениях, о конкретизации понятия социалистического реализма и т. д. Прения заняли более трех заседаний, и, несмотря на это, полемики на совещании почти не было. Выступающие чаще всего были не оппонентами, а докладчиками на самостоятельные не связанные или мало связаные с основными докладами темы. Такими были выступления: т. - о развитии украинской новеллы и от­ражении этого процесса в критике, т. Кирилюка - необходимости издания литературного наследства Панаса Мирного, Боцюбинского, Грабовского, Сковороды и других крупнейших писателей Украины. Некоторые выступления были эмпиричны, неглубоки, авторы их ограничивались разбором случайно прочтенных ими кри­мтических работ, не ставя перед совеща­нием ни одной проблемы. Было несколько выступлений непродуманных, нетактич­ных по форме, например выступления тт. Прицкера и Герасименко, которые совер­понно правильно раскритиковал в своем заключительном слове председатель сове­щания т. Адельгейм. В совещании приняли участие и моло­дые критики, и критики, имеющие за пле­чами большой опыт литературоведческой работы. В этом есть положительная сто­рона, но это же обстоятельство, естест­венно, придало совещанию известную ие­ровность. Наряду с продуманным выступ­лепием молодого критика Л. Новиченко по вопросу о том, какими путями идет обычно наша критика к определению на­родности писателя-классика, собравшиеся слушали застенчивый лепет тоже моло­дого Липовича, заботящегося не столько о содержании своей речи, сколько «красивости» фраз. И на этом же совеща­нии произнесли интересные речи про­фессор Киевского университета Радзе­вич, сделавший обзор украинского журна­ла «Титературный критик» за год, за­падноукраинский писатель профессор C. Тудор - литературной жизни За­падной Украины за последние 20 лет, польский критик Ю. Борейша - о поль­ской литературе за это же время. Тов. Кобский поднял серьезный вопрос освоения критического наследства Украины. Он говорил: Если в русской литературе совре­менная критика много работает над изу­чением наследства Белинского, Чернышев­ского, Добролюбова и др., то украинская юритика и до сегодняшнего дня еще не поставила как следует вопроса об изуче­нии прямых своих предшественников Франко, Леси Украинки, Грабовского, Ко­цюбинского. Руководитель секции критиков союза писателей Украины т. Адельгейм обращает внимание совещания на одну из важней­ших задач - подбор и воспитание кадров молодых критиков. МартичаКритики тт. Шаховской и Кобский вы­ступают против снисходительного отноше­ния некоторых русских критиков к произ­ведениям украинских писателей. Русская критика XIX века в лице ее лучших представителей всегда говорила об украинской литературе полным голо­сом, без всяких скидок, понимая ее, под­держивая или критикуя ее,говорит т. Кобский, - К сожалению, в последнее время в русской прессе появляются ста­тьи, которые не могут удовлетворить нас. Мы требуем серьезной критики, a не такой, которая бы благосклонно хлопала нас по плечу, подходя к оценке произве­дений украинских писателей с понижен­ными критериями. Наконец, т. Перцов, призывая крити­ков к развертыванию творческой худо­жественной дискуссии, говорил о необхо­димости работать над воспитанием крити­ка-художника, который раскрывал бы ин­дивидуальный облик писателя и, что осо­бенно важно, умел бы проследить своеоб­разие движения художника к искусству социализма и рост его в социалистиче­ском искусстве, Хочется отметить некоторые сущест­венные педостатки совещания. Прежде всего - недостаток организа­ционный. Все три доклада поставлены сразу, один за другим. Думается, что было бы полезней обсудить каждый доклад в отдельности. Тогда прения прошли бы бо­дее организованно. Но еще более огорчает недостаток дру­гого рода. некоторых выступающих критика была легковесной, построенной на эффек­тах, глубокая мысль заменялась «удач­но» приведенным хлестким примером из критической практики того или иного ли­тератора. Анекдоты такие слушать весе­ло, но не они помогают делу. самое главное, большинство высту­павших товарищей говорили озадачах критики, но почти ничего не говорили о задачах литературы, о литературной судь­бе писателя и того или иного литератур­ного произведения. Можно полумать, что молодая украинская критика существует сама по себе, а больпая прекрасная в своем прошлом и настоящем украинская литература - сама по себе. Не это ли явилось причиной того, что писатели Украины не приняли почти ни­какого участия в этом совещании? ИН. КРОТОВА книги TEATPE Государственное издательство «Искус­ство» в ближайшие дни выпускает «За­писки» (1872-1893) Юр. Юрьева. «Публикуемые «Записки» народного ар­тиста СССР Юрия Михайловича Юрьева, говорится в предисловии Евг. Кузнецова, представляют собой своего рода пролог к предпринятому им большому литературно­му труду, посвященному жизни нашей драматической сцены». * К пятнадцатилетию театра под руковод­ством Ю. А. Завадского, юбилей которого отмечается в декабре, Ростовское изда­тельство выпустило книгу М. Незнамова «Творческий путь театра», В книге собран большой фактический материал о работе театра в Москве и в Ростове. Всеукраинское критическое совещание продолжалось три дня. Это - первое широкое республикан­ское совещание критиков и литературо­ведов Украины. И созыв такого совеща­ния и постановка доклада тов. Стебуна на такую конкретную тему, как «Украин­ская критика в 1938-1939 годах», сви­детельствуют о росте и возмужании ук­раинской советской критики. Характерна в этом смысле и тема до­клада А. Белецкого «Основные вопро­сы изучения украинской литературы». Как и т. Стебун, академик Белецкий го­ворит о фактах литературной жизни Укра­ины и анализирует явления, наблюдаемые в украинской критикә. Еще в 20-х годах в украинском ли­тературоведении хозяйничали буржуазные националисты, которые в блоке с троцки­стами и меньшевиками принесли немало вреда делу науки, - говорит т. Белец­кий. Историей литературы эти «ученые» пользовались для пропаганды нациопаль­ной вражды, особенно между литературами и русской. Они замазывали революционное значение даже такого ги­ташта украинской поэзии, как Шевченко, отодвитали на задний план Грабовского, об являли Лесю Украинку глашатаем их националистических идей, а Коцюбинско­го - импрессионистом-идеалистом. Время это, к счастью, безвозвратно ушло и ушло вместе со своими деятеля­ге-Далее докладчик говорит о том большом вреде, который нанесен был украинской литературе и критике вульгарными социо­логами, и о необходимости окончательного искоренения остатков этоговредительского наследия в области теории украинской литературы. ми, говорит т. Белепкий. - Остались тексты украинских писателей, которые необходимо тщательно выверить и пере­издать. Во второй части доклада академик Бе­лецкий говорил об оценке критикой худо­жественных достоинств украинской литературы. Третий доклад был сделан В. Гоффен­шефером - о задачах советской критики. - На разном материале и разными ме­тодами писатель и критик разрабатывают одни и те же явления и вопросы нашей действительности, говорит докладчик. Критика и художественная литература могут существовать только в процессе 

ределывать должаются. стоянное классиков. Уточняю:

Надо

бы за

Между

наблюдение возможны

сохранностью На

лем целого ряда книг, потому что это живой человек живой литературы. Непонятно, как не использовать огром­ный опыт Маршака, его широкий круго­зор, изобретательность и настойчивость. Руководство в плане вообще обезличено. Неизвестно, кто за что отвечает. Есть одни только разделы. Так перевозят книги, когда владелец библиотеки перебирается из помещения в помещение. Кнги веревками вяжутся в пачки, но такая работа никогда не называлась ре­дакционным планом. План хаотичен. Непонятно, почему, на­пример, именно в этом году надо издать сборник, состоящий из сказок Андерсена, Гриммз, Гауфа, и в этот же сборник вста­вить рассказы русских классиков - Тол­стого, Чехова и Горького, и все это сде­лать под руководством т. Н. Шер. А под руководством т. Покровской составить в том же году сборник из сказок Гримма, Перро и др. И ни в тот, ни в другой сборник не поставить прекрасные бело­русские сказки из сборника Романова? Вообще с фольклором неблагополучно. Совершенно не используется старая рус­ская лубочная сказка, а между тем Пуш­кин ссылался на сказку о Бове, как на образеп языка. Не используются и сбор­ники Худякова, Зеленина, Соколова и т. д. Случаен и отдел истории. Он дается в разделе «История» просто, и в разден «История СССР», и в отделе «Всеобщая история», и, наконец, в разделе народов СССР». Любопытно, что книта Пригорвева «Суворов» есть и в разделе «История на­родов СССР», и в отделе «Маленькая ис­торическая библиотека». Универсальность авторов иногда удивля­ет. У т. Езерского повесть Дмитрии Донском, и исторический роман «Гракхи», и рассказ «Каменотес Нугри», из жизни древного Египта. Мы ничего не можем сказать против этого автора, но хотели бы иметь боль­пе авторов. Все это, вероятно, об ясняется тем, что план не создавался, а сводился из остат­ков. Книги растыкивались по отделам, отделы придумывались невнимательно. аВрий Мидославокий» и «Князь Серо­Минине и Пожарском. Я заинтересован соседями. Соседство лестное. Кто соседей будет редактировать - не сказано. А жаль. В «Князе Серебряном» Иван Грозный противопоставлен героическому боярину Морозову, опричники - просто злодеи. Есть в романе разбойничья линия, не­плохо придуманная и имевшая успех во всех лубочных переделках. Взгляд Алек­сея Толстого на эпоху Ивана Грозного не совпалает с нашим представлением о зна­чении борьбы самодержавия с феодализ­мом. Как это переделать - неизвестно.

сокращения.

них иногда приходится итти, но переделка, изменение стиля, образа, вписывание куска, пересказ - всегда плохи. B работе Детиздата есть удачи, есть добрые намерения. Хорошо была задумана «Маленькая историческая библиотека», интересна «Биографическая серия». Но биографическая серия трудна. Ее надо организовать. Титературу организовывать можно, в нашу эпоху даже нужно орга­низовывать литературу. Литературное про­изведение создается в результате общей работы, общей потребности народа. Больше всего надо привлекать людей для создания познавательной книги. Нам известно, откуда брать авторов. Надо использовать бывалых людей, ученых. Но для них тоже нужна редактура. Надо рас­сказать им. как пишутся книги. Надо су­меть выслушать у них расоказ. Мы не знаем, как шишут те допенты и профессора, которые привлечены для того, чтобы написать книгу о наших ре­ках и горах. Но знаем, например, профес­сора Зубова. Он научился писать и пишет очень интересно. Из плана не видно, как книти приду­маны. Например, я знаю профессора Ю. Н. И здесь план случаен. Мы имеем две книги о Колумбе. Может быть, обе будут удачны, особенно можно быть уверенным в книге Ирвинга, но можно было добиться большего разнообразия тем. Фродова по его рассказам. Рассказывает вышли на многих языках. В плане это вытлядит так: «Органы чувств человека, учение Павлова о высшей нервной дея­тельности, зрение, слух, осязание, их ра-

НА СОВЕЩАНИИ В ЦК ВЛКСМ лялась сталь» Островского и много других произведений, горячо любимых детьми, - Вообще, - отметил C. Маршак, - тематически план разработан слабо, Руко. водители Детиздата не очитаются с ниальными замечаниями М. Горького о детской литературе и, в частности, с его предложениями в статье «О темах». Не всана уолят они необходимое внимание учно-популярной литературе. Критику плана, данную С. Маршаком, поддержали все выступавшие. Я. Рыка­чев, B. Шкловский, В. Ивантер, педагог 10 декабря в ЦК ВЛКСМ под предсе­дательством т. О. Мишаковой состоялось обсуждение тематическото плана издатель­ства детской литературы на 1940 год. Докладчик т. Г. Куклио, главным обра­зом, говорил о количественных показате… лях плана, не об ясняя, почему в него включена та или иная книга. План был подвергнут суровой критике.  подбор литературы в плане случаен. В значительной степени это об яс­няется тем,-говорил С. Маршак,что на

т. Струмилина и Г. Эль-Регистан отмети­издательство тяжелым грузом давит мно­ли, что в план мало включено общест­венно-политической, научно-фантастичес­кой, географической литературы, книт о советском, быте, о семье, о школе, о пио­нерской работе. C. Михалков предложил составлять план совместно с активом писателей. голетний портфель, где скопились малоцен­ные и просто негодные книги и рукописи, Издательство, затратившее на них опре­деленные средства, включило их в план 1940 года из финансовых соображений. В то же время не предусмотрено издание та­ких книг, как «Дон Кихот» Сервантеса,

«Путешествие Гуливера» Свифта, «ТильA. Уленшпитель» Валь­Барто говорила о необходимости соз­датьв Детиздате крепкий творческий кол­лектив. A. КРОН



Огульное отрицание «специфики» уже нашло свое практическое отражение в за­метной тенденции детских театров к «ов­врослению». Большинство спектаклей те­атры ставят для учащихся старших клас­сов, т. е. той категории своих зрителей, которая является наименее специфичной. III Вопрос о «специфике» вплотную подво­дит нас к вопросу о тематике, От полно­го отрицания специфичности детского те­атра - один шаг до утверждения, что не существует тематики, присущей цели­ком или в большей мере именно детскому театру. Если задуматься над репертуаром детских театров, то приходит мысль, что часто пишут пьесы и верстают планы лю­ди, которые сами никогда не были роди­телями, Мы думаем о том, как воспитать в ребенке волю, мужество, уважение к труду и культуре. Нам хочется дать ему высокие образцы поведения человека и гражданина, которым бы он мог и хотел подражать. Мы хотим научить ребенка са­мостоятельно мыслить, разбираться в дю­дях и обстановке, развить в нем дух кол­лективизма, сделать ему близкими социа­листические нормы общежития. Иногла мы сетуем. Мы говорим, что родители не име­ют права пеликом передоверять школе во­просы воспитания ребенка и формирова­ния его характера. Нам кажется умест­ным поговорить о манерах наших детей. Потому что, оказывается, на смену уста­ревшим нормам поведения ребенка в семье и быту мы не всетда позаботились создать новые. Мы говорим об уважении к стар­шим. Ибо блатодарность родине за заботу о детстве не может исключать чувства простой сыновней (или дочерней) благо­дарности к родителям, которые немало слелали и продолжают делать для того, чтобы обеспечить детям хорошую жизць. Наконец мы замечаем, что у некоторых детей проскальзывают черты бездушной потребительской психологии, своеобразного барства, идущего от ощущения, что в этом мире вое всетда будет к их услугам. вос-Звучат ли все эти насущные вопросы со сцены театра для детей? Очень глухо и педостаточно. Особенно слабо представле­ны на летском театре пьесы о семье и школе. Театр не умеет дать отпора чуж-

дым, растлевающим влияниям, которые иногда проникают в школу с улицы, Чего стоит такой факт: из современной детской пьесы начисто изгнано амплуа «плохого мальчика». Дети знают, что они бывают плохие и хорошие, но на сцене все совет-У ские дети хороши и всегда верны себе. Если же драматург или театр показыва­ют ребенка с какими-нибудь отрицатель­ными качествами, то они тут же счита­ют необходимым об яснить происхождение этих качеств, обвинив в недостаточном внимании его воспитателей, школу,A семью, пионеротряд. Можно подумать, что ребенок не имеет своего, пусть несложив­шегося, характера, а представляет собой некую абстрактную сумму признаков. Это кустарное социологизирование ничего не приносит, кроме вреда, и достаточно быть грамотным воспитателем, чтоб это видеть. IV И последнее замечание. Прав ли был E. C. Станиславский, когда говорил, что «для детей надо играть так же как и для взрослых, только гораздо лучше, тоньше, культурнее и совершеннее»? Да, тысячу раз прав, Более того, он очень ясно под­черкнул специфическую сторону детской аудитории. Ребенку свойственно, B большей мере, чем взрослому, отождест­влять театральное зрелище с подлинной жизнью, непосредственно учиться жизни у театра. Любая фальшь, неправда, даже не осознанная им до конца, разрушает это пеное свойство. Из «властителя дум» те­атр превращается в приятную забаву, и только. Примитив, пошлятина оказывают гибельное влияние на формирование ху­дожественных вкусов зрителя, который че­рез несколько лет будет заполнять залы театра для взрослых. Поэтому не будет преувеличением, если мы будем утвер­ждать, что лучше не показывать ребен­ку ничего, чем плохой спектакль. Посе­щение театра для ребенка должно быть торжественнымактом, источником тум, разговоров и новых интересов. Искусству. которое скользит по поверхности, Не ос­тавляя после себя никакото следа в душе ребенка, не место на сцене театра для те­тей. Старая пословица «Лучше меньше, да лучше» вырастает в детском театре до значения лозунга.

«СПЕЦИФИКА» Заметки о театре для детей Каким должен быть детский театр? Су­ществует ли пресловутая «специфика» дет­скопо театра и в чем она заключается? В свое время педологи, окопавшиеся в детских театрах и их окрестностях, уста­навливали эту «специфику» весьма слож­ным путем. Они бомбардировали юных зрителей анкетами, которые приходилось заполнять именно в тот момент, когда нор­мальному ребенку меньше всего хочется алализировать свои ощущения столь бю­рократическим способом. Они фиксировали реажции зрительного зала по своей, им одним известной, номенклатуре. Они зани­сывали колебания кровяного давления ре­бенка во время спектакля и составляли диаграммы.

ют в присутствии детей то одному бокалу вина. Немало есть пьес и спектаклей, в которых каждая мысль разжевана до та­кой степени, что ребенку не приходится самому ничего додумывать. Нам кажется, что опасность быть неверно понятым гро­зит только тому, кто сам не обладает не­обходимой ясностью мысли. На смену ложной «специфике» явилась точка зрения, вообще отрицающая какую бы то ни было специфичность детского те­атра. Носители этой теории говорят: «Ни­какой детской пьесы нет и не может быть. Детскому театру нужна просто хорошая пьеса. Детский спектакль ничем сущест­венным не отличается от спектакля для взрослых». И при этом ссылаются на из­вестное замечание К. C. Станиславского: «Для детей надо играть так же, как и для взрослых, только гораздо лучше, тонь­ше, культурнее и совершеннее», делая упор, преимущественно, на первую часть. Правильна ли такая точка зрения. Перестанем на минуту быть работника­ми детских театров, а поговорим просто как родители интересующиеся духовным развитием своих детей. Пошлем ли мы с вами ребенка, скажем, десяти лет смотреть пьесу, затрагивающую в острой форме во­просы пола? На «Опасный поворот», на «Мольбу о жизни»? Нет? Пошлем ли мы его смотреть пьесу, которая в силу огра­ниченности жизненного опыта ребенка бу­дет ему непонятна и неинтересна? На­пример, «У врат царства», «Половчанские сады»? Нет? А на пьесу, которая иожет травмировать ребенка, из-за которой он будет плохо спать ночью? Тоже нет? Повидимому, «спепифика» все-таки су­ществует, Она заключается в относитель­ной (для разных возрастов) ограниченно­сти жизненного опыта, в повышенной им­пульсивности и активности детского приятия. Причем эти свойства детского восприятия, сами по себе очень, ценные и положительные, таят в себе и опасные стороны.

Вскоре старейшему из детских театров нашей страны исполнится двадцать лет. Возраст вполне зрелый. За двадцать лет выдвинулись талантливые коллективы и настоящие мастера-режиссеры, актеры, ли­тераторы. Созданы спектакли, заслужива­ющие не только внимания, но и серьезного газбора. Театры накоцили опыт, который, как всякий опыт, нуждается в обобще­мы, советские люди, знаем силу тео­рии. И нельзя мириться с тем, что в обла­сти детского театра почти не работает ис­кусствоведческая мысль. Может ли кри­тик, не изучавший всерьез детского теат­ра, быть по-настоящему требовательным в вих оценках вскрывать корни ошибок, ставить новые залачи? Его взоры обра­щены не столько на спену, сколько в эрительный зал. Его пленяет, как экзо­тика, шумная и экспансивная аулитория. Он с восторгом пишет в своей статье о детях, которые кричат во время действия, одобряя или предостерегая героев пьесы. Он любовно воспроизволит беседу со своии наленьким соседом, который признается ему, что смотрит пьесу в седьмой раз. Критику это внове. Работнику детского театра это известно. Более того, иногда ему кажется, что было бы лучше, если де­ти вели себя в зале менее шумно. Тиши­на в зале - самая пенная зрительская реакция. И мальчик, смотрящий пьесу в седьмой раз, - не самый лучший из зри­телей. Очень часто бывает так, что этот мальчик очень мало читает. И, может быть, стоит посоветовать его родителям не давать ему так часто денег на театры и кино, а записать в библиотеку. Ибо театр призван развивать интерес к книге, до­полнять, а не заменять ее. Детскому театру до-зарезу нужна кри­тика в полном смысле слова профессио­нальная. Бедность теории в детском театре становится серьезным препятствием для его дальнейшето роста.

Эта псевдонаучная лаборатория породи­ла на свет представление о некоем гомун­кулюсе, умственно неполноценном и пси­хически неустойчивом, который якобы по­сещает наши тюзы, Для этого алгебраи­ческого зрителя, ничего общего не имею­с обычным советским ребенком, не­щего

редко писались пьесы и ставились спек­такли. Для него со спены старательно убиралось все то, что окружает нормаль­ного ребенка в действительности. Для него сюсюкала «добрая Негра», и со сцены го­ворили тем самым «специальным» тончи­ком, которым и до сих пор иногда гово­рят по радио в часы детских передач. рам Разгром педологии помог детским теат­от два прел­груза ложных Но освободиться о

кое-какие одна назад

ребенке-зрителе. Года после была живы.

ставлений предрассудки советская не один

длившихся только

споров,

пьеса месяц,

Литературная газета № 69 3

разрешена

для старшего возраста на том основании, что в последнем акте взрослые выпива-