Четверт, 21 февраля 1946 г., № 24 (563).

московския КОМСОМОЛЕЦ 



Семинар вожаков сельской молодежи   Вчера в помещении районного парт­кабинета собрались секретари сельских комсомольских организаций Загорского района, вожаки сельской молодежи, вместе со своим активом принимавшие участие в подготовке и проведении вы­боров в Верховный Совет СССР. Клава Савельева, секретарь комсомольской ор­ганизации села Наугольное, и Катя Ду­наева, секретарь комсомольской органи­зации села Воздвиженское, работа­ли секретарями участковых избиратель­ных комиссий. Их участки лучшие в районе. Хорошо работала агитатором молодой агроном села Мишутино тов. Рапопорт. За месяц до выборов в Вер­ховный Совет СССР комсомольцы села избрали ее секретарем организации. За время выборной кампании сель­ские комсомольские организации района накопили немалый опыт агитационно­пропагандистской работы, значительно вырос комсомольский актив. Понимая, какое огромное значение в распростра­нении и закреплении этого опыта, повышении политических и практиче­ских знаный вожаков колхозной моло­дежи имеет семинар, Загорский райком ВЛКСМ долго и серьезно готовился к нему. Подробный план проведения се­минара и мероприятий по подготовке K нему обсуждались на бюро РК ВЛКСМ и РК ВКП(б). К выполнению его был привлечен весь районный ком­сомольский актив. Каждому активисту был поручен конкретный участок. Под руководством члена пленума райкома ВЛКСМ, секретаря комсомольской эр­ганизации Абрамцевской профтехшко­лы тов. Спиридоновой комсомольцы подготовили фотомонтажи, посвященные 28-й годовшине Краеной Армии и тру­довым подвигам лучших комсомольцев района. Комсомольская организация за­вода, где секретарем тов. Путинцев, изготовила для слушателей семинара блокноты. Активисты помогли райкому В.ЛКСМ подобрать литературу, учеб­ные пособия. С помощью райкома ВКП(б) райком комсомола привлек работе семинара в качестве лектороврому партийный актив и интеллигенцию райо­на. Не забыли подумать о и питании. Теплые, светлые, уютные комнаты приготовлены для участников семинара. Здесь они будут отдыхать после учебы. Желающие смогут полу­чить художественную, политическую, сельскохозяйственную , литературу в библиотечке-передвижке здесь же в общежитии. Заботливыми руками комсомольского актива помещение для учебной работы хорошо оборудовано. Организован уго­лок комсомольской работы, в котором слушатель семинара сможет ознако­миться с примерным планом первичной организации, дневником секретаря, об­разцом протокола собрания и с дру­гими документами комсомольского хо­зяйства, На видном месте висит образец хо­рошо сделанной стенной газеты, рас­сказывающей о жизни комсомольской организации села Наугольное. Для того. чтобы секретари комсо­мольских организаций лучше уяснили раздел учебной программы семинара «Беседы об уставе ВЛКСМ и организа­ции работы сельских комсомольских организаций», райком ВЛКСМ решил создать на время работы семинара пер­вичную комсомольскую организацию из   работы, райкома регу­помещениистенгазеты. примут участие соревнова­новые пеени «Ком­войне». г. лилина. Алек­исто­жен­семинар. (Ми­Екате­Чер­комсо­мола), Савельева Клава (колхоз села На­угольное), Лисовская Камилла (кол­хоз деревни Гальнево), Кириллова Га­лина (колхоз села Варавино) и Гераси­мова Клава (колхоз деревни Кобыли­но). 

комсомольскАя ПЛОЩАДЬ Вокзальная площадь, Сплетенье дорог. Здесь шумно и людно всегда. На север, на запад, на юг и восток Отсюда летят поезда. Растает в тумане московский перрон, И в памяти сразу встает Теплушка-подружка-армейский вагон, Еще необстрелянный взвод, А справа и слева леса в синеве Летят вдоль вагонов назад. И песню простую поет о Москве Обнявший винтовку солдат. «Откуда, куда вы?», «откуда, куда вы?»- Колесный раздробленный стук… Так юность в огонь уносили составы На север, на запад; на юг. Другим и не снились такие походы, В каких нам пришлось побывать. Крутые дороги, тяжелые годы… И схваток не сосчитать. Но слово «Победа» тобой, мой ровесник, Отныне считается самым родным. И крылья расправила добрая песня Над полем, над гаем, над плёсом речным, А в песне поется: «до дому, до хаты». И в мирном вагоне везешь ты домой Маньчжурские ветры, чужие закаты, Балтийского моря прибой. Мелькают в окне подмосковные рощи, По рыжим откосам ласкается дым. И вот она вновь Комсомольская площадь С приветливым шумом своим. Вокзальная площадь. Сплетенье дорог. Откуда, мой друг, и куда?… На север, на запад, на юг и восток Отсюда летят поезда. Яков КОЗЛОВСКИй.



ретьяковскАЯ

вдруг, здравствуйте пожалуйста, не со­брался! Дядя разгневался и хотел было сказать племяннику еще несколько не особенно ласковых слов, но в эту минуту дверь распахнулась и вошли гости - товарищи Николая Сережа Власов и Надя Котова. Разговор носил весьма приятный характер до тех пор, пока друзья вспоминали дет­ские годы, но едва заговорили о нынеш­ней жизни, Николай почувствовал, как почва ускользает из-под его ног. Дело в том, что Надя работала в местном крае­ведческом музее, которым очень горди­лась Она, естественно, ожидала, что Ни­Коколай расскажет о московских музеях и выставках, но он упорно переводил раз­говор на другие темы. Несмотря на это, вскоре был подведен весьма конфузный для приезжего гостя баланс. Оказалось, что столичный житель Николай Тимофеев не был в Музее революции, Историческом музее. Музее A. М. Горького. Но уж в планетарии, надеюсь, ты был? - осведомилась Надя. Коля отрицательно покачал головой. -A в Палеонтологическом музее? спросил Сережа. Там, я читал, есть очень интересные экземпляры древних ис ископаемых дна: Коле пришлось испить горькую чашу до 

Я хочу поближе познакомить вас с лей Тимофеевым. Для этого нам нужно посетить учреждение, которое называется… впрочем, дело не в названии учреждения. Людей, подобных Коле. нередко можно встретить и в других местах Итак, если мы поднимемся на второй этаж, откроем дверь чертежно-конструкторского бюро, то сразу увидим молодого человека, склонив­шегося над листом ватмана. Это и есть старший чертежник Николай Тимофеев. Теперь, когда вы имеете представление о роде занятий моего знакомого, я дол­жен сообщить еще одну важную подроб ность: ему всего двадцать лет. Надо вам сказать, что в двадцать лет особенно при­ятно услышать похвалу своей работе. А если, кроме нескольких весьма приятных фраз, глава учреждения сообщает однаж­ды, что вам разрешен отпуск, тогда, сами можете понять, настроение становится еще более лучезарным… В тот же вечер у Тимофеевых проис­ходил семейный совет. Нужно было решить вопрос, где проводить отпуск Ни­колаю. В весьма длинной речи мамаша схарактеризовала пошатнувшееся колино здоровье и сообщила, что по ее мнению сыну этого надлежит провести отпуск в Кост­роме: там живут дядя и тетя. А у них, как известно, первокласеная коза… Коля вовсе не был слаб здороввем. Он чувствовал себя отлично, однако ехать в Кострому согласилея. М.- Так. Очень хорошо. А двухэтажные троллейбусы функционируют? …В один прекраеный зимний день Ни­колай Тимофеев вышел из вагона и очу­тился на перроне костромского вокзала. Стоит ли говорить о том, что столичный гость был встречен с искренней радостью. Потом посыпались вопросы. - А что Большой театр стоит на преж­нем месте? - для начала пошутил дядя. - Куда ж ему деваться, - снисходи­тельно улыбнулся Коля. - Конечно, - с той же снисходитель­ной улыбкой ответил племянник. Москва, Москва, как много в этом звуке! - патетически воскликнул дядя, давненько я в столице не был… Позави­дуешь тебе, Николай: живешь, как гово­рится, бок о бок с культурными богат­ствами… Помчю, приедешь, бывало, в Мо­скву - дня нехватает: то на выставку, то в музей Так целый день и носишься, как угорелый… Что и говорить - в Москве жить хорошо, - не без гордоети заметил Коля. B Лаврушинском переулке давно был? - спросил дядя. - За несколько дней до от езда. - Вот, небось, получил удовольствие? Напротиз, мучился ужасно. -Мучился? Ну да - там находится зубная ле­чебница, а я рвал зуб. -Ты меня не понял. Я говорил о Лав­рушинском переулке, имея в виду знаме­нитую Третьяковскую галлерею… Что в ней нового? - Нет, - честно признался Коля, последний раз я был в Третьяковской лерее в тысяча девятьсот сороковом году. - Я, дядя, давно не был в галлерее. - Ну, очевидно, месял или два месяца назад был? бу-Дядя удивленно поднял брови. В сороковом году? Шесть лет назад! Позволь, голубчик, ведь и я был шесть лет назад. Так я-то костромской житель, а ты москвич… Постой, постой, если мне не изменяет память, то Третьяковская галлерея после перерыва открылась в має… Конечно, ясно помню, сам читал, в мае сорок пятого года. Прошло девять меся­цев, и ты до сих пор не был в галлерее? - Все как-то не собрался… - Ну, мой милый, никак этого не могу понять. Иметь возможность наслаждаться картинами Репина, Сурикова. Левитана и

- Не был и в Палеонтологическом му­за8. По тому, как смотрели на него друзья, Коля понял, что они и его причисляют к одному из древних ископаемых… Для читателя не будет неожиданностью, если мы сообщим о том, что через три дня поезд мчал Николая Тимофеева обрат­но в Москву. В вагоне Коля яростно пре­давался самокритике: «И Надя, и Сережа правы, что после первой же встречи охла­дели ко мне. Я действительно выглядел очень неважно: в одном музее не был, в другой не полал, в планетарий не собрал­ся… Рассказать не о чем. Стыдно, честное слово, стыдно… Не собрался! Просто лень-матушка и больше ничего. Тысячу раз я имел возможность побывать и в му­зеях, и на выставках, и где угодно, а вот,

Студенты проектируют реактивный самолет В научно-техническом обществе МАИ За последнее время в нескольких вузах Москвы созданы научные студенческие об­щества. Одним из первых такое общество обра­зовалось в Московском авиационном ин­ституте. Еще в июне 1945 года здесь со­брались студенты на свою первую научно­техническую конференцию. Конференция заслушала 27 докладов и постановила со­здать Авиационное научно-техническое об­этого были все данные. Свыше 200 учащихся Московского авиационного института занимаютея науч­ной работой. Комитет по делам высшей школы при Совнаркоме СССР поддержал инициативу учащихся. Были выработаны устав и про­грамма общества. В него могут входить все успевающие студенты, имеющие свои самостоятельные или рефератные работы. Председателем общества был избран про­Согласно уставу, структура общества такова: соответственно семи факультетам имеется семь отделений, об единяющих вооруженцев, приборостроителей, электри­ков и т. д. Каждое отделение в свою оче­редь об единяет несколько секций. фессор, доктор технических наук A. Черемухин. Кроме него, в Совет вошли: один профессор, два доцента и семь сту­дентов. представить себе об ем работы секций, достаточно остановиться на неко­торых разрабатываемых ими темах. огромных скоростях современных нетребителей летчик испытывает чрезвы­чайно большую нагрузку, Чтобы ее сни­зить, надо изменить положение летчика в полете-необходимо переконструировать ка­бину самолета. Над этой проблемой рабо­тают студенты третьего и четвертого кур­сов в секции «Конструкции самолета». Ею руководит кандидат технических наук Со­колов. Не менее интересна деятельность стра­тосферной секции, которая пользуется особенной популярностью среди студентов. ней работает около ста человек. Сейчас они изучают литературу по стратосфере, атомной физике, авиационной медицине. Было проведено несколько экскурсий в Музей геофизики, в Центральную астро­номическую лабораторию и в Авиационный исследовательский институт. Студенты дут готовить доклады на темы: «Авиаци­онные двигатели в условиях стратосферы», «Медицина и стратоефера» и другие. Группа студентов в двадцать человек приступает к проектированию и постройке ракеты для изучения стратосферы на вы­соте 50 100 километров, Одной из бли­жайших задач секции, которой руководит профессор Квасников. крупнейший спе­циалист по реактивным двигателям, яв­ляется проектирование реактивного само­лета. M. ПОПОВСКИЙ.

Кто ваши чемпионы В спортивном зале раменской Фабрики «Красное Знамя» шли занятия по гимна­ники фабрики не знают своих чемпионов - победителей внутрифабричных соревно­ваний? стике Когда закончился урок, мы спро­сили девушек - кто из спортеменов фаб­рики держит первое место по лыжам. конькам и гимнастике? Некоторое время девушки растерянно молчали, поглядывая друг на друга, потом одна из них отве­тила: Ломоватрального ＿ гимнастике, кажется вот по конькам - не знаю. Подполов по конькам, - подсказала вторая девушка. да он на фабрике-то околодвух лет не работает, - поправила третья. - Нет у нас на фабрике чемпионов… Почему же не знают девушки лучших спортсменов своей фабрики физкультур­ный коллектив которой по праву считает­ся одним из первых в спортивном общест­ве «Красное Знамя»? На районных со­ревнованиях в этом году мужская команда Фабрики заняла первое место, женская … второе; в закончившемся недавно проф­союзно-комсомольском лыжном кроссе мно­гие физкультурники фабрики добились хо­роших результатов. Физкультурный кол­лектив располагает прекрасным стадионом, лыжной базой. имеет в достаточном коли­честве спортивный инвентарь. В семи крупнейших пехах фабрики занято до двух тысяч молодых рабочих. У коллектива есть все условия для самого широкого раз­вертывания массовой физкультурной ра­Когда спортсменки покидали зал, одна из них подошла к нам и с обидой ска­зала: боты. Так

Ближайшими помощникамиштатных работников низового совета общества дол­жны являться инструкторы-общественни­ки. В прошлом году на фабрике их было подготовлено 52. Сейчас секциями ру­ководят только 6 человек. Та же картина и в другом крупнейшем коллективе оощества «Красное Знамя» - на Озерском хлопчатобумажном комопнате,Чтобы одесь насчитывается до молодых рабочих, но в текущем зимнем сезоне так физкультурномых солзннованиПри ни встреч на первенство фабрик. входя­щих в состав комбината. Аналогичное но­пожение наблюдается и во многих других физкультурных коллективах общества. Областной совет добровольного спортив­ного общества «Красное Знамя» (предсе­датель тов. Родионов) не интересуется повседневной жизнью низовых физкультур­ных коллективов. И не случайно поэтому. чтобластной совет не заметил, как зати­хала физкультурная жизнь на Глуховеком мВ и Шелковском комбинатах, и многи спортемены этих предприятий ушли в другие общества. Из 5.600 членов обше­ства «Красное знамя» почти половина не платит членских взносов и фактически только числится в отчетах областного со­вета. Располагая богатейшей спортивной базой, совет общества не сумел развернуть в своих низовых организациях секционную работу. Вывод ясен - деятельность спортивно­го общества «Красное Знамя» должна быть решительно перестроена с тем, что­бы центром внимания стал низовой физ­культурный коллектив. Б. ПАСХИН.

ei I

А дело в том, что их и нет. Совет об­щества (председатель т. Сорокин) зани­мается подготовкой к соревнованаям крун­ного масштаба - от районных до област­ных и всесоюзных на первенство пен­совета общества и вся раота сводится к тренировкам тех команд кото­рые должны выступать на этих соревно­ваниях. В результате в коллективе фабрики создалась за послет­ние два года как бы «моручая кучка», насчитывающая не более 20 спортсменов­универсалов (Севастьянов, Пугина. Ломова и другие). Разумеется, выезжать на со­ревнования в другой город неооходамо и полезно, на плохо, когда эти мероприя­тия становятся почти единственной пелью и ноглошают все внимание и все заботы руководящих физкультурных работников. На фабрике забыто главное - органи­запия секционной работы, проведение межцеховых соревнований и других спор­тивных мероприятий, которые ебеспечива­ли бы рост коллектива и воспитание сво­их новых чемпионов. И не случайно поэтому совет общества не досчитался при переучете многих сво­их членов: два года назад их числилось 311, теперь осталось только 179. Часть молодых физкультурников перестала посе­щать занятия потому, что секционная ра­бота проводится не интересно, в резуль­тате даже самая массовая гимнастическая секция насчитывает всего 46 человек, лыжная - 18. количество занимаю­шихся в конькобежной секции не учтено вовсе.

(

переулке давно был? - спросил дядя… Рис. А. Орлова поди же ты, больше меня знают о достопримечательно­стях Москвы. Стыдно…» Мама была очень удивлена, когда, от­крыв дверь, увидела своего сына. Погостил несколько дней и хва­тит, уклончиво отвечал Коля на все во­просы. гал-Проводив сына, мать сказала соседке: И нескольких дней в Костроме не прожил, соскучился Конечно, человек при­вык жить в Москве, ему в провинции скучно. Полумайте, не успел приехать, уже побежал в Третьяковскую галлерею. Вот что значит столичный житель… Приведя себя в порядок и немного от­дохнув, Николай собрался уходить. Куда ты? - спросила мать. - В Третьяковскую галлерею. Буду до­ма вечером. Коля, как и обещал, пришел вечером. Ну, что, насмотрелся на картины? На какие картины? - Ты ведь был в Третьяковской гал­лерее. - Ах, да, - смутился Коля, - видишь ли, я как-то не собрался в галлерею… Встретил приятеля. То да сё, разговори­лись… Пойду завтра Л. РОГАЧЕВСКИЙ.

ся

er

   

лая вид, что все это случайность, чтобы он не подумал, что я сдрейфил. Вдруг яркий, ослепительный свет ударил в глаза, заставив даже зажмуриться. Я поднял голову. Над нами было чистое, сверкающее своим ярким а холодным бле­ском небо. По краям оно чуть темнело, напоминая нежноголубой фарфор. У гори­зонта краски сгущались, будто к ним до­бавили голубой эмали. Я до того загляделся на всю эту кра­соту, что только голос Холопцева привеление, меня в себя. - Сейчас сорвемся в штопор, - сказал он. Я отжал ручку, привел в порядок ма­шину, которая невероятно задрала нос, и взглянул вниз. Там картина была еще ра­энтельней. Под нами пенилось и бушевало какое-то раз яренное море. Облака огром­ными волнами теснились и вздымались друг над другом. Их гребни напоминали морскую пену. Мы неслись в каком-то ином мире, полном сияния и сказочной кра­соты. забыли, как нужно виражить? немного кружимавй Я ввел машину в первый вираж и тут ужныеторое Лучи солица, отражаясь от них, падали на облака, образуя там большой разноцвет­ный экран. И на этом экране бежала кро­Довольно, не все еще позабыли, - пошутил летчик-испытатель и махнул ру­кой, показывая курс, который я уже успел потерять. хотная тень нашего самолета. Это былоВ ранее невиданное мной какое-то оптиче­ское явление, А левые виражи как у вас? Вместо ответа я перешел в левый ви­раж, и теперь в радужном сиянии экрана тень нашей машины мчалась в другую сторону. Я развернулся, и минут сорок мы шли напрямик под сверкающим солнцем, а шатень неслась за нами вдогонку, ныряя в волнах облачного океана. - Теперь вниз, - с сожалением вздох­нул Холопщев, и через минуту серая рвань

Надо было торопиться домой, мы здо­рово продрогли, захотелось поесть и по­Холопцев всячески сокращал пробираясь ему одному известными воздушными тропинками. в стороне от греться. Летчик взлетел и на бреющем полете повел машину к своей базе. День был пасмурный, над нами было серое, ное небо. большой «воздушчой дороги», а я про себя восхищался его мастерством ориентиров­ки. Под нами мелькали леса, озера, ляны, мосты, редкие девевушки. Неожи­данно появились большой мост и водона­порная башня, за которой был наш аэро­свер-дром. Несколько минут спустя мы сидели в натопленной столовой, растирали озябшие руки и пили горячее какао. Часто летчики говорят: «В небо тянет» После этого полета нал облаками я понимать их. Хорошо в небе! Невиданный. сказочный мер раскрывается перед тобою.  Летчик диктовал свои наблюдения, го­лос штурмана повтораржнем ручку на себя,-и самолет начал поднимать­ся ввысь на следующую площадку, Зем­ля медленно уходила в даль, меняя свой облик как если бы на нее смотрели в би­нокль. неторопливо вращая его регулиро­вочный винт. Вот нос опускается в линию горизонта. Новая плошадка. Тень машины быстрее скользит по земле. Становится холоднее и дышать трудно­вато. Поворот кислородного крана-серд­цу легче. Машина все с большим трудом ползет вверх. Ей тяжело как человеку, уже одо­левшему крутой подем, но самая трудная вершина еще впереди. Еще одна пло­щадка. Летчик переговаривается со штурманом. Кажется «барахлит» связь; голос штур-

снова поглотила нас. Спуск казался бо­лее долгим, чем под ем. В голову лезли всякие истории, как летчики, пробивая при спуске облака, напарывались на фаб­ричные трубы, колокольни и что из этого получалось. Земля показалась внезално. До нее бы­ло метров триста Мы увидели большую деревню. За ней длинный луг, который. собственно говоря, мы и искали. Летчик-испытатель взял у меня управ­снизился и сделал несколько кру­на такой высоте, что едва не задел за печные трубы, из кото­рых весело валил дым. Он внимательно просмотрел все подходы к деревне, нул к лугу, несколько раз прошелся над ним из конца в конец, убрал вдруг газ занесенными снегом стогами сена. К нам неслась на лыжах радостная ватага деревенских ребятишек. За ними степенно шагали представители местной власти.

мана то замирает на полуслове, то исче­зает совсем. - Штурман! - во всю мочь кричит летчик. Чего молчишь? мрач-Тихо в наушниках, ни ответа, ни при­вета. путь-Слышишь, штурман?! Высота… оббро­ты… скорость… Повтори. Ничего не примешивается к гулу мото­ров, к свисту разрываемого воздуха. Неж­ная дымка затягивает горизонт. Темпера­по-тура падает все ниже. Алло, алло, штурман, алло! Летчик кричит во весь голос. но слышит только себя. Надо знижаться Какой толк утю­жить воздух, ваз отказала связь. сталСтановится теплее в дышать легче. Можно снять кислородную маску. Стрел­ка высотомера нехотя ползет назад. Машина спускается полого и не торо­пясь, Кружатся и выступают из дали зем­ные предметы, будто теперь в другую сто­рону вертят винт бинокля Алло. алло, штурман. Высота три двести. три тысячи двести, повто­ри, - снова кричит летчик и адруг вздра­гивает от чеожиданности. - Высота три тысячи двести. громкий голос штурма­на звучит в наушниках. - Что с тобой? Связь что ли оборва­лась Нет, ничего. Все в порядке. - Почему не отвечал? Меня не слы­шал Все время слышал в отвечал. Они планируют. Моторы покашливают на малых оборотах. Мягкий толчок. Земля. И здесь все выясняется. У штурмана отказала кислородная си­стема В однэм месте раз единилась труб­ка. ниочень плавно подымались. и штурман незаметно для самого себя поте­рял сознание. Его последние записи бы­ли отрывисты в неполны Потом они мед­ленно снижались, и штурман также неза­метно пришел в себя, когда стало доста­точно кислорода. Услышав голос летчика, он. как ни в чем не бывало, повторил и записал его слова. C. ВИШЕНКОВ.

Из рассказов о летчиках-испытателях Бывший мсй инструктор летчик-испыта­тель Сергей Холопцев предложил мне слетать с ним поискать новую площадку, пригодную для аэродрома. У него были какие-то свои планы на этот счет. День был пасмурный. Густые, серые облака тя­жело плыли над землей. Было ни тепло, ни холодно - обычная в наших краях погода в середине февраля. С азбукой лет­ного дела я был уже знаком. Умел взле-Я тать, садиться, немного кувыркаться в «зоне» и в ясные дни утюжить воздух вблизи своего аэродрома, боясь откло­няться чуть в сторону, чтоб не заблу­диться. Я расположился в задней кабине «У-2» и дал газ. Машина бежала долго, ее лыжи никак не могли оторваться от липкого снега. Пришлось немного взять ручку на себя, и мы отделились от снежного по­крова. стабирть высоту, сравнивая по­ложение моторного капота с горизонтом, кусок которого заслоняла неподвижная широкая спина моего бывшего инструктора, тот раз, когда он впервые поднял ме­ни в воздух, он также сидел в передней кабине и отпускал всякие нелестные за­мечания на мой счет: Зачем зажал ручку? Все равно из нее сметанки не выжмешь, - гудел он, зная, что я люблю полакомиться в нашем бу­фете сметаной с сахарным песком. Я немного отпускал ручку управления, но вскоре забывался и опять судорожно зажимал ее в своей руке, орудуя ею, как кочегар лопатой. От этого машину резко швыряло то вверх, то вниз, словно малень­кий корабль в океанских волнах. - Опять зажал управление, - мягко и вкрадчиво звучал голос в наушниках. Мой инструктор решил, видимо, применить ко мие так называемый индивидуальный под­ход и сбавлял свой грозный тон. 1. За облаками Рулями надо работать нежно, как любимую девушку ласкаешь, - продолжал он. - К ручке надо еле-еле прикасаться. Я разжимал руки и ноги, которые ныли от напряжения.

Ладно. Оставь управление На пер­вый раз хватит. Ну­вый раз хватит. Ну-ка, а теперь покажи, где наш аэродром? быстро высовывал голову за борт, ви­дел там какую-то незнакомую местность и наугад показывал пальцем вниз. - Нашел! Только не то, что нужно! И он шел на посадку, читая мне нота­ции, что мы, учлеты, не уважаем теорию, мало занимаемся ею, нам бы только поле­тать, Я краснел, Он это видел в зеркале н чувствовал себя на седьмом небе. Теперь все это было позади,какспроси аэродром, с которого мыкот нялись. Я взглянул на высотомер. Он показывал 400 метров; белесые обрывки облаков ста­ли цепляться за самолет. Мне не очень хотелось лететь в тумане, я чуть снизил­ся, но получил команду пробивать­ся вверх, Пришлось добавить обороты мо­тору, и полминуты спустя густые клубы тумана поглотили нас. Мы потеряли из виду землю и небо. Самолет отметал в стороны похожие на клочья ваты рваные куски облаков, которые то и дело скры­вали от взора то одну плоскость, то дру­гую или же делали невидимой всю ма­шину, кроме приборной доски, в которую я уставился глазами. Самолет медленно полз вверх, но облач­ность не кончалась. Казалось, ей не будет конца, Я уже начал подумывать о том, что неплохо будет спуститься вниз, а то можно заблудиться. и стал потихоньку от­жимать ручку, но летчик-испытатель рез­ко дернул ее к себе, а я промолчал, де-

по-тысячи «Следать площадку» означает времяв горзнтальныпо но было замерить скорость по высотам. определить, на­«на разных площадках», сколько она соответствует расчетной. самом носу скоростного бомбардиров­щика сидел штурман. Сквозь прозрачные стенки, потолок и пол своей кабины он мог наблюдать, что творилось по сторо­нам, под ним и над ним. Однако летчика своего, сидевшего сза­ди в полутора метрах, он мог только слы­шать и то с помощью специального пе­реговорного устройства. Их разделяли тон­кая металлическая перегородка, густая сеть трубок, шлангов, проводов. Вой мо­торов совершенно заглушал человеческий голос. на-Летчик Стефановский добрался до пер­не­вой по высоте площадки и сказал сколько слов. Штурман ответил. что го­тов. Пилот дал полный газ, гул моторов стал звенящим и пронзительным.