Четверг, 15 августа 1946 г., № 99 (638)



московскии КОМСОМОЛЕЦ

КОНФЕРЕНЦИИ НА ПАРИЖСНОЙ МИРНОЙ августа мира Конференции установление на Парижской Истрию или на часть ее со сторовы Ита­лии. Если этого до сих пор не поняли не­которые итальянские деятели, то это сви­детельствует лишь о том, как живучи ста­рые, захватнические традиции там, где мы хотели бы видеть действительно новую, действительно демократическую внешнюю политику Итальянской республики. Ясно также, что, если бы и новая Италия по­шла по этому пути, по пути насильствен­ввного присоединения некоторых славянских или других чужих земель, то нельзя бы­ло бы рассчитывать на то, что между Ита­лией и всеми другими демократическими странами установились бы прочные дру­жественные отношения, Между тем, как сама Италия, так и все другие миролюби­вые государства Европы заинтересованы в том, чтобы Итальянская республика, на­конеп, действительно покончила со своей старой политикой экспансии и чтобы Ита­лия установила нормальные дружествен­III. Договор и национальные

Италия М. В.

Утреннее пленарное заседание 13 августа   ПАРИЖ, 13 августа. (Спеп. корр. ТАСС). Сегодняшнее утреннее заседание ознамено­валось новым грубым нарушением порядка ведения Конференции со стороны председа­тельствующего Бирнса. Вчера после провала попыток делегатов Великобритании и США сорвать обсужде­ние итальянской декларации Бирнс об явил, что он готов записать всех желающих вы­сказаться. Первой потребовала слово со­ветская делегация, и Бирнс сказал: «За­писываю с радостью господина Молотова в список ораторов на завтрашнее утро». Однако сетодня утром Бирнс, не об явив ни повестки дня, ни списка ораторов, не­ожиданно заявил, что он собирается пре­доставить слово не представителю Совет­ского Сотеза, а представителю Эфиопии, который якобы просил слова раньше, хотя накануне об этом речи не было. Заявле­нив Бириса прозвучало тем более странно, что делегат Эфиопии отсутствовал в зале в момент начала заседания и выступить не мог Представитель советской делегации Вы­шинский потребовал навести порядок в ра­боте пленарных заседаний. - Опыт последних заседаний пока­зал, - заявил он, - что у нас возникают различные недоразумения из-за того, что делегации не осведомлены о тех вопросах, которые неожиданно всплывают перед ни­ми. Советская делегация настаивает, чтобы перед тем, как приступить к работе, был определен порядок дня, Нам не известно, какой будет сегодня порядок дня; нам не известно, какие вопросы стоят перед на­ми, не известно, какие ораторы записаны в прениях. Опыт показывает, что на этой почве возпикают недоразумения и проис­ходит излишняя трата времени на выяс­нение этих недоразумений. Мы просим сб - явить порядок дня и список ораторов. та-Бирне ответил на это выступление со­вершенно невразумительным заявлением о том, что он еще не получил повестки дня заседания от секретариата и что как толь­ко она будет получена, он сообщит ее Конференции. Бирнс сказал, что в прениях занисаны пока только два оратора -- пред­ставитель Эфиопии, который пока отсутст­вует на заседании, и представитель СССР. Велед за тем он предоставил слово главе советской делегации Молотову. Речь Молотова была выслушана никами Конференция с огромным вниманием прерывалась аплодисментами. и После выступления Молотова слово было предоставлено представителю Эфиоппи Таэзас. Представитель Эфиопии подчеркнул, что его страна настаивает на том, чтобы Ита­лия ответила за участие в агрессив. - Делегация Эфиопии с удивлением от­мечает, - сказал он, - что представи­тель Италии предусматривает восстановле­ние итальянского владычества на терри­ее бывших колоний. Он настаивает возвращении в колонии десятков тысяч фашистов, которые прибыли туда в 1935 для участия в агрессии. Итальянцы, возвращения котерых требует де Гаспери, являются военнопленными и известными Вечернее пленарное ПАРИЖ, 13 августа. (Спеп. корр. таСС) Сегодняшнее вечернее заседанте было посвящено заслушиванию заявления румынской делегапии о проекте мирного договора с Румынией.

и

фашистами, высланными с этих террито­рий во время войны. Делегация Эфиопии тщетно искала заявлении итальянского представителя хо тя бы слова сожаления о том, что Италия причинила ужасные страдания жертвам своей агрессии и, в частности, народу Эфио­пии, против которого были применены даже удушливые газы. Делегат Эфиопии отметил, что требова­ния захвата чужих территорий, высказан­ные в заявлении де Гаспери, находятся в прямом противоречии с его заявлением том, что он выступает в качестве предста­вителя новой, демократической Италии, которая порвала всякую связь с прош­лым. Далее с речью выступил греческий де­легат Цалдарие. Он попытался использо­вать прения по итальянскому заявлению, чтобы еще раз повторить провалившиеся ранее попытки поставить на одну доску жертву агрессии-Албанию с агрессором­Италией. Он вновь возводил клевету на Албанию и пред являл к ней территориаль­пые требования. Цалдарис заявил, что гре­ческое правительство претендует на полу­чение репарапий от Италии в таких раз­мерах, которые полностью возместили бы ущерб, понесенный Грецией. Сегодня в кулуарах, отведенных для представителей печати, много говорят беспрепедентной манере председательство­вания, которой придерживается глава аме­фиканской делегации Бирпс. Эту манеру председательствующего отмечает также ряд газет. В отчете о вчерашнем заседании Кон­ференции, озаглавленном «Бурные инци­денты и сумбурные прения», газета «Ли­берасьон» пишет: «Вчера Мирная Конфе­ренция представляла жалкое зрелище, ко­торое было бы смехотворным, если бы ставка не была столь важна. Никогда еще прения не были такими сумбурными и бес­порядочными». участ-Нарижекое издание американской газе­ты «Нью-Иорк геральд трибюн» подробно описывает сцену, когда председательствую­щий Бирнс был уличен советским делега­том Вышинским в неправильном толкова­нии решения пленума Бонференнии, в свя­зи с чем Бирнсу пришлось затребовать сте­нограмму предыдущего заседания и после ознакомления с ней признать правоту со­ветского представителя. То же констатируют в той или иной фор­ме и другие парижские газеты. «Фигаро» пишет, что Бирису пришлось в конде-кон­цов «сдаться перед аргументами Вышин­ского». «Юманите», со своей стороны, за­мечает, что Бирнс «сдался, наконед, перед липом фактов». Газета «Об», желая, повидимому, сделать хорошую иля, во всяком случае, вежливую мину при плохой игре, заявляет, что Бирне «председательствует в истинно американ­ской в живописной манере, т. е. без пе­ремоний». Если газета хочет сказать этой витиеватой фразой, что в наши дни «аме­риканская манера» председательствования заключается в величайшей бесперемонно­сти, то она, несомненно, права. заседание 13 августа

Речь

МОЛОТОВА

13

Мы заслушали речь г-на де Гаспери о проекте мирного договора с Италией. Если ата речь правильно отражает политику но­вой Пталии, то она заслуживает выима­ния и тем, что в ней сказано, и тем, что

обойдено в этой речи. Во всяком случае, нельзя оставить без ответа эту речь, на­правленную против проекта мирного до­говора и могущую посеять немалые недо­умения.

ные отношения другими странами и, прежде всего, со своими соседями. Только тогда Италия на деле станет важным фак­тором упрочения мира в Европе, чего мы все так желаем. Мы приветствуем новую Италию в ее стремлении к национальному возрожде­нию. Но мы отказываемся признать, что какие-либо попытки Италии захватить чу­жие территории отвечают подлинным на­пиональным интересам Италии. Известно, что такого рода попытки в отношении дру­гих народов свидетельствуют о захватни­ческих тенденциях определенных узких кругов и отнюдь не выражают подлинных национальных интересов народа, которые, прежде всего, заключаются в экономиче­еком возрождении на основе развития внут­ренних сил страны и в установлении хо­роших, дружественных отношений с дру­гими народамп. интересы Италии

I. Наше отношение к Италии  

Исторические заслуги Италии всем из­вестны. Как в пстории далекого прошлого, так и в новой истории, Италия занимала выдаюшееся место. Ее культура, нацио­нально-освободительное движение и высо­кле творческие способности итальянского народа всегда пользовались всеобщим при­знанием. Мы, советские люди, уверены в будущем Италии, как великой страны. Мы не сомневаемся в том, что великий италь­янский народ выйдет из теперешних труд­ностей и по-настоящему встанет на ши­рокую дорогу своего национального под - ема и возрождения, дэстойного великой и свободной Италии. Здесь, на Мирной Конференции, нас, прежде всего, интересует положение Ита­лии среди других народов Европы, Особен­но важно, насколько Италия сможет иг­рать роль существенного фактора в деле установления дружбы с другими народами и в обеспечении мира в Европе. Из­вестно, что после первой мировой войны Италия пошла по другому пути. Италия Муссолини провозгласила преграм­му империалистической экспансии и увле­клась захватэм чужих территорий, удов­летворня свои аппетиты за счет малых на­родов - Албании, Эфионии. Фашист­ская Италия стала опорой гитлеровской оси в Европе, а затем вместе с Германпей и Японией под фальшивым флагом ап­тикоминтерновского пакта двинулась по пути авантюристических планов герман­ских и японских империалистов, стремив­шихся к мировому господству. На фаши­стской Италии лежит тяжелая ответствен­ность за захватническую войну в сеюзе с гитлеровской Германией, ответствепность за хищническую агрессию в отношении Албании и Эфиопии, а также за крова­вое нападение на Югославию и Грепию и за бесславное вторжение во Францию и в Советский Союз. Только после разгрома кемцев под Сталинградом и успешного на­ступления англо-американских войск в Северной Африке и на юге Италии рухнул фашистский режим, и Италия стала пе­рестрапваться на демократических осно­вах. С этого времени стало возможным, втобы Италия пз очага агрессии превра­м,тилась в важный фактор устойчивого мира Европе. Взгляды Советского Союза на Италию ножно изложить весьма кратко. Надеюсь, ито эти взгляды совпадут со взглядами многих из присутствующих здесь делега­В результате разгрома Германии и ее ашистских союзников Европа сильно пре­образилась. В руках союзных государств

имеется теперь возможность направить раз­витие Гермапии по демократическому пути и не допустить возрождения Германии качестве новей агресспвной силы. Тем более это можно сказать об Италии. Это не значит, что Итальянская республика должна стать слабым, второстепенным ев­ропейским тосударством, Это не значит также, что Италия должна потерять зна­чение важного политического фактора в Средиземном море. Теперь имеется стрем­ление отдельных великих держав занять монопольное положение в Средиземном мо­ре, оттеснив на втерой план не только Ита­лию, но и Францию -- эти важнейшие сре­диземноморские державы. Такое положе­ние не может соответствэвать развитию дружественных отношений между европей­скими государствами и не может соответст­вовать интересам прочного мира в Евро­пе. Не только Франция, но и Италия дол­жны иметь уверенность в своем положе­нии средиземноморских государств. Фа­шистская Италия, строившая свое благо­получие на экспансии и захвате малых государств, дискредитировала себя в зах наредов и пришла к краху. Новая Ита­лия, поскольку она будет стремиться к своему национальному под ему на эснове всестороннего развития своих внутренних Новой Италии не легко встать на крен­кие ноги сразу же после свержения фашиз­ма. Для этого она должна провести корен­ные преобразования во всей политической жизни, чтобы стать передовой демократи­ческой республикой; оня должна преодо­леть существующий в эконемической об­ласти саботаж, каторый проводится враж­дебными демократической Италии силами; необходимо поставить по-новому воспита­тельную работу в широкия массах народа, где реакционные силы в союзе с остатками фашизма упорно отстаивают свои позиции, перекрашиваясь и приспособляясь к но­вой обстановке. Италия не может стать демократической республпкой, не выкор­чевав до конца остатки фашизма и фаши­стской идеологии. Эта задача далеко еще выполнена, если помнить том, что фашизм свыше двух десятилетий отравлял сил и к установлению дружественных от­ношений со своими соседями и со всеми миролюбивыми странами, должна встретить активную поддержку со сторэны всех де­мократических государств. И можно ли сомневаться, что тогда Итальянская рес­публика окрепнет, как мощный фактор ми­ра и прогресса в Европе? сознание итальянского народа и исполь­зовал для этого все средства материального и духовного воздействия.

 

Г-н де Гасперп почти не коснулся эко­сов итальянского номических статей мирного договора, хотя именно эти статьи могут затронуть по­ложение каждого рабочего, каждого кре­стьянина, каждого гражданина Нтальян­ской республики и отразиться на всем даль­нейшем существовании итальянского го­сударства. һак можно понять, он отнес гла-экономические статьи договора к второсте­пенным вопросам, подлежащим рассмот­рению в комиссиях, а не на самой Конфе­ренции. Между тем, ослабленная в войне Италия, быть может, больше, чем другне страны Европы, отстает в восстановлении своей экономической жизни. Достаточно сказать, что из-за имеющихся затрудне­ний в восстановленни промышленности 2 милиона итальянских рабочих все сще остаются без работы. Оккупационные рас­ходы Италии достигли огромных размеров и приведут к весьма тяжелым последст­виям в случае удлинения их срока, Даже небольшого сокращения этих расходов бы­ло бы достаточно, чтобы полностью по­крыть репарации, которые должна взять на себя Италия, хотя бы для частичного возмещения ущерба, нанесенного Совет­скому Союзу и другим союзным странам. Глава итальянской делегации, видимо, не придает значения тем частям мирного договора, которые могут отразиться на всем экономическом быте птальянского на­рода и на всем дальнейшем государствен­ном развитии Италии. В конце концов, на­род, конечно, поймет свое положение, если даже те или иные руководители Италии слвшком увлекутся внешнеполитическими планами и претензиями на чужие земли, позабудут об обязанности обеспечить каж­дому итальянцу необходимый кусок хлеба и позаботиться о других его жизненных нуждах. Но не надо закрывать глаза на последствия этого. Со стороны Советского Союза прояв­ляется большая осторожность, например, к таким требованиям, как предоставление гражданам любого пностранного государ­ства из Об единенных наций равных с итальянцами прав во всех вопросах, ка­сающихся торговли, промышленности, мо­реплавания и других видов торговой дея­тельности в Италии. Как известно, со сто­роны Советского Союза внесены предло­жения ограничить эти чрезмерно шпрокие претензии ппостранных пержав и побоше иностраниев в Италии. Мы сбращаем вни­мание на опасность того, что сильные ино­странные государства, обладающне боль­шими капиталами и имеющие большие средства давления, могут использовать эти фактически неограниченные права в ущерб нациочальным интересам Птальян­ской республики, ссылаясь при этом на «равноправне» Об единенных наций и на недопустимость так называемой «дискри­минации». Мы не можем присоединиться к таким чрезмерным претензиям в отно­шенип демократической Италии со сторо­ны иностранного капитала, которые могут повести к экономическому закабалению Италии иностранными трестами и карте­лями, как это нередко делается с времен­но эслабевшими странами и с малыми го­сударствами, на что, однако, закрывают глаза некоторые деятели, выдающие себя за патентованных защитников малых на­одов ы думаем, что без бападной Ист­рии италия может прекрасно прожить, т. к. это пе задевает подлинных интере­IV. Установление мира, а Наконеп, глава итальянской делегации выдвинул неожиданную мысль о том, что сейчас следует ограничиться заключением лишь временного мира, т. е. фактически продлить перемирие, и что окончатель­ное мирное урегулирование следует отло­жить на некоторое время, дав при этом понять насчет имеющихся у него рас­Запад-етовпеользовать такое положение, меж­ду прочим, в целях выжидания более бла­гоприятных условий для осуществления его претензий на Западную Истрию и Триест. При этом он аргументировал да­же тем, что полное устройство Европы не может быть достигнуто до заключения мира с Германией, хотя вопрос о Герма­нии, как это понятно, не имеет никакого отношения к вопросу об Истрии и Триз­сте. Очевидно, кое-где имеются соображе­ния на тот счет, что, если не сейчас, то несколько позже удастся расстроить тот компромисс, который достигнут в Со­вете министров иностранных дел по во­просу о Триесте. Из этого можно заклю­чить, что, наблюдая моменты расхожде­ния мнений на Парижской Конферендии, кое-где строятся расчеты на выигрыш времени и на использование этих расхо­ждений в своих узких целях. Интересно, как далеко зашел в этом деле глава итальянской делегации. Его предложение ограничиться сейчас заключением вре­менного мира означает, что он даже го гласен на значительное затятивание ино­странной оккупации своей страны, толь­ко бы получить новую возможность осу­ществить попытку использования некото­рых расхождений между союзниками одидх поиграть на противопоставлении союзных держав другим союзным госу-

нарада. Но если про­мышленность или торговля, или судоход­ство Италии будут задавлены конкурен­цией сильных и еще более разбогатовших во время войны иностранных госузарств, то это тяжко почувствует на своей спине весь итальянский народ, и эту опасность надо предвидеть теперь, чтебы ее преду­предить своевременно. Защита итальянской промышленности и сельского хозяйства, а также итальянской торговли и судоход­ства от нажима сильных иностранных держаз под флагом равноправия и недо­пустимости дискриминации, поскольку кой нажим может привести к закабалени итальянской экономики, является, бесспор­но, важнейшим национальным интересом Италии, как и всякого другого ослаблен­ного войной государства, не говоря уже 9 малых странах, которым хотят предписать такие же кабальные экономические услә- вия. Советский Союз развивает свон эко­номические отношения с другими странами на условиях, благоприятных для их эко­номического возрождения, на таких усло­виях, которые садействуют под ему их промышленности, сельского хозяйства и всей национальной экономики. Советский Союз хотел бы надеяться, чтобы и другие страны выразили готовность содействовать Птальянской республике в деле возрожде­ния ее экономической жизни на таких же условиях, которые исключают политику экономического закабаления и внешнего давления на независимую и свободную Ита­лию. Дело доходит до того, что хотят, чтобы Италия предоставляла так называемые кравные возможностивсетиносттории раныгостларстразвилирана ской авиании на итальянокой территории о ананит тоИталия преостгоду вит какому-либо государству, установив­шему с ней дружественные отношения, те или иные благоприятные условия для развития гражданской авиацип на италь­янской территории, то Пталия должна предоставить такие же благоприятные уб довия по гражданской авиалии на своей территории и для любого другого ина­странного государства, которое пожелаег предявить такого рода претензии, хота бы это государство и не установило дей­ствительно дружественных отношений Птальянской республикой. Проведение принцина так называемых «равных воз­можностей» в таких вопросах означает, что даже в вотросах, которые тесно свя­заны о интересами напиональной оборо­ны, к Италии пред являют такие требо­вания, которые несовместимы с нацио­нальными интересами и суверенитетом государства и, следовательно, не имеют ничего общего с международной справед­ливостью. Из этого можно сделать вывод том, куда может завести злоупотребле­ние так называемыми «равными возмож­ностями», иначе говоря, злоупотребление принципом «равенства», когда его навя­зывают слабому, чтобы на деле отдать на произвол сильного. Глава итальянской делегации прошел мимо этих вопросов мирного договора, не считая их, видимо, существенными или уклонившись от них соображениям. Для нас, однако, ясно, что эти вопросы весь-дяют ма серьезно затрагивают коренные инте­ресы напиональной жизни Италии. не продление перемирия политика не имеет ничего общего с на­циональными интересами Италии. Напро­тив, при сложившихся условиях затяги­вание оккупации на длительный срок ста­вит Италию во все большую зависимость от иностранных государств. Если, тем не менее, кое-кто из итальянских руко­водителей все же готов итти по этому пути, то это является лишь еще одним выражением живучести таких замашек старых правящих кругов, которые долж­ны быть чужды демократической Италпи и которые в наше время не могут иметь перспектив. и внешних благоприятных Предложение о временном мире не мо­жет встретить поддержку на этой Мир­ной Конференции. Мы собрались на Кон­ференпию не для того, чтобы отклады­вать установление мира в Европе. Наша задача заключается в том, чтобы содей­ствовать установлению прочного мира нашими общими усилиямп обеспечить ус­пешное выполнение этой благородной за­дачи, Можно не сомневаться, что такое понимание задач настоящей Конференции соответствует также и правильно понятым интересам новой Италпи. Речь главы итальянской делегации по­казала нам. что и в новой Италии еше не изжиты старые тенденции, чуждые политике демократических государсть, стремяшихся к установлению прочного ми­ра. Будем, тем не менее, надеяться, что укрепление демократических основ новой Италии поможет тому, чтобы Пталия вста­ла на тот же путь. по которому идут другие демократические страны. Этим вы­соким целям должен отвечать и тот мир­ный договор для Италии, к подготовке такаякоторого приступает наша Конференция.  





B. B

II. Заявление де Гаспери и старые захватнические претензии   Речь г-на де Гаспери ни в каком случае не является достаточным ответом на во­просы, которые возникают в связи с мир­ным договором для Италии. Эта речь яв­ляется попыткой пройти мимо коренных вопросов возрождения Италии, как демо­кратического государства, и отнюдь не выражает желания отмежеваться и осудить агрессивную политику фашистского импе­риализма. Глава итальянской делегации не нашел слов для осуждения фашизма, приведшего Италию к тягчайшему положению. Можно педумать, что Италия уже покончила со всеми остатками фашизма и может забыть антидемократическом наследстве, ос­тавленном фашизмом. В его словах также не было ни слова осуждения авантюристи­ческой внешней политики правительства Муссолини, причинившей огромные бед­ствия соседям и другим народам, что воз­ложило бремя тяжелой ответственности на Италию. адесь нет нужды останавливаться на деталях выступления главы итальянской делегацин. Но мы не можем пройти мимо того факта, что речь главы итальянской делегации была в значительной мөре на­правлена не на зашиту действительных национальных интересов и жизненных своего народа, а на отстаивание за­хватнических претензий старой Италии. Вы слышали, что г-н де Гаспери сосре­доточилсяв своем выступлении на отстаи­вании претензий Италии насчет западной части Юлийской Крайны вместе с городом Триест, Разжигая страсти вокруг этого вопроса, он показал, как еще далеки внеш­неполитические устремления теперешних руководителей Италии от действительно де­мократической внешней политики. Если фашистская Италия зубами держа­нась за захваченную ею славянскую тер­риторию Юлийской Крайны и стремилась развить свою экспансию дальше на во­сток, то глава итальянской делегации на этой Конференции не мог не понимать, что эти захватнические тенденции слишком уж не вяжутся с реальными возможностями настоящего момента. Этим можно об яснить, что он направил свои претензии не на всю Юлийскую Крайну,a. на ее западную часть, включая все западное побережье детрии, где находятся главные города и порты Истринского полуострова. Выступая от имени новой Италии, глава делегации снова отстаивал претензии старой, импе­иалистической Италии, доказав этим, что правительству Италии на деле не легко встать на путь действительно новой, дей­ствительно демократической внешней по­ЛОТИКИ. Полуостров Истрия и город Триест вплоть до конпа первой мировой войны ни­когда не принадлежали Италии. В поряд­кедележа добычи после краха Австро-Вен­терской империи Италия получила полу­остров Истрия, хотя население полуостро­нв преобладающем количестве всегла состояло из словенов и хорватов. Этим бы­ла совершена тяжелая ошибка в отноше­нии Югославии, от которой были отделе­ны территории с исконным славянским на­солением, переданным без всяких основа-столько ний Италии. Если до первой мировой вой­ны Истрия с ее словенским и хорватским населением находилась под гнетом Австро­Венгерской империи, то после первой ми­ровой войны славянская Истрия попала под иго фашистской Италии. При этом итальянские власти всяческими мерами спремились увеличить итальянскую часть населения города Триеста, чтобы исполь­зовать главный город Истрии, как и дру­гие города, для установления господства над всем полуостровом Истрия с его сла­вянским населением. В этой политике не было чего-либо существенно отличного от германской политики «Дранг нах Остен», әт германской политики захвата славян­ских территорий. Из истории известно, как Германия стремилась расширяться на во­сток, захватывая славянские земли и оне­мечивая славянское население. Эту же по­литику захвата славянских земель прово­дила Австро-Венгерская империя. Не хо­тела в этом отношении отставать и фаши­стская Италия. Мы знаем и о последстви­ях этого. Овладев Истрий, фашиетская Италия вместе с Германией использовали эту территорию во время после следней войны для нападения на Югославию. Таково фак­тическое положение. Глава итальянской делегации не нашел ничего лучшего, вак выступить зтесь со своими претензиями если не на всю Ис­трию, то, по крайней мере, на главную ее часть - на все западное побережье Истрии. Его ссылки на этнический момент и на то, что в тех или иных приорежных городах Истрии преобладает итальянское население, конечно, совершенно не дают оснований для того, чтобы отрезать часть славянской Истрии от Югославии и от­дать ее Италии. Глава итальянской деле­гации сделал пентральным вопросом всво­ем выступлении свои претензии на ную Истрию и на Триест. Но мы не можем признать, что эти претензии являются го­лосом новой, демократической Италий. Нет, как раз напротив. Это всего лишь пов­торение старых, захватнических претен­зий Италии на чужие земли, на искони славянские земли. Твердить зады и отстаи­вать империалистические традиции - это не значит итти в ногу с новым временем. Прошло то время, когда славянские земли служили предметом дележа между держа­вами Европы, когда славянские народы стонали под гнетом западных и восточных захватчиков. Теперь, как известно, славян­ские народы нашли свое место в рядах со­юзных государств, и во всех славянских странах государственная жизнь строится на прогрессивных демократических нача­лах. Среди других славянских и неславян­ских государств Югославия занимает слав­ное место героического борпа в рядах ан­тигитлеровской коалиции, причем извест­но, что именно Югославия вынесла на се­бе исключительную тяжесть германской и птальянской оккупации и принесла ог­ромные жертвы в борьбе с нашим общим врагом. В этих условиях не может быть сомнений, что, насколько основательны претензии Югославии на Истрию с ее словенским и хорватским населением, на-

От имени румынского правительства выступил министр иностранных дел Ру­мынии Татареску.

Речь Татареску

ных мер, предопределенных проектом мир­ного договора в отношении Румынии п носящих репрессивный характер. Переходя к экономическим статьям проекта мирного договора: Татареску го­ворит, что некоторые из этих статей трудно выполнимы и по своей сложности и неопределенности могут открыть путь искусственным требованиям, которые не­возможно предусмотреть и опенить. «В вопросе о репарациях, которые дол­жны быть выплачены союзным держа­вам,-отмечает Татареску, -мы не мог­ли умолчать о том, что Советский Союз, которому более, чем какой-либо иной дер­жаве, принадлежит право требовать от Румынии полных репарапий, ограничился, тем не менее, требованием возместить лишь 1/5 ущерба, понесенного им по ее вине. Было бы поэтому странным видеть, что другие союзные и соединенные дер­жавы, на территории которых Румыния никогда не вела военных действий, пред­явили к ней требования, тем более тя­желые, что ее экономическое положение ухудшилось». Румынский представитель. указывает, что некоторые требовапия, пред являемые Румынии, доходят до претензий о возме­шении косвенного и даже отсугствуюшего ушерба. В заключение румынский делегат ска­зал: По окончании речи Татареску румын­ская делегация покинула зал заседаний. Председательствующий Бирнс пригласил членов һәнференции высказаться по по­воду соображений, приведенных румын­ской делегацией. Слово было предостав­лено представителю советской делегации «Представляя эти замечания и оговор­ки, румынское правительство хочет зая­вить, что Румыния сумеет любросовестно выполнить все обязательства, которые она примет на себя в силу мирного договора, воодушевленная желанием вновь занять и сохранить свое место в рядах свободных народов». Вышинскому.

егоКак указывает Татареску, румынское правительство сожалеет об отсутствии в проекте договора определения Румынии в качестве совоюющей стороны, так как ее военные и экономические усилия на прс­леднем этапе минувшей войны предостав­право на такое определение. Тата­реску напоминает, что, начиная с 23 ав­густа 1944 года, румычский народ обра­тил свое оружие против Германии и ее сателлитов и ценой большого риска и жертв разбил пепи пагубного сотрудниче­ства с фашистской Германией, навязанно­го Румынии кучкой авантюристов и пре­дателей. Румынские части сражались вместе с войсками Красной Армии про­тив германских и вентерских войск. Татареску начал с того, что поблагода­рил Конференцию за предоставленную ему возможность изложить точку зрения ру­мынского правительства в связи с проек­том мирного договора, предложенным Со­ветом министров иностранных дел. Он выразил признательность Совету мини­стров за решение, отменяющее Венский диктат Гитлера от 1940 года, произволь­но присоединивший Северную Трансильва­нию к Венгрии, и за восстановление ру­мыно-венгерской границы, существовав­шей до 1938 года. Далее он излагает замечания румын­ского правительства по поводу отдельных положений проекта мирного договора. Татареску приводит подробные данные, характеризующие военные усплия Румы­нии в борьбе за общее дело Об единец­ных наций. Указав, что в проекте мирного догово­ра ничего не сказано о репарациях со стороны Германии и Венгрии в пользу Румынии, Татареску настаивает на воз­мешении этими странами убытков, при­чиненных ими Румынии. Румыния согла­шается присоединиться ко всем мерам, ко­торые будут приняты организапией Об - единенных напий в отношении ограниче­ния состава армии и вооружения всех народов. Однако она считает несправед­ливым характер военных ограничитель

1



Речь А. Вышинского

Господин Председатель, господа Деле­гаты! Мы только что заслушали заявле­ние румынской делегации, сделанное ее председателем г-ном Татареску. В этом заявлении были изложены взгляды, со­ображения, некоторые критические заме­чания и пожелания румынского прави­тельства в отношении проекта мирного договора с Румынией. Мы приветствуем новую деморатическую Румынию.Мы приветствуем ее стремления загладить вину своей страны перед демократиче­скими странами, подвергшимися нападе­нию со стороны гитлеровской Германии. одним из союзников которой была Румы­ния. Мы приветствуем решимость румын-

ского правительства концентрации демократических сил Ру­мынии - навсегда покончить с печаль­ным наследием фашистского прошлого, со всеми остатками фашизма и железно­гвардейства, которые явились источником бедствий войны, навязанной румынскому народу преступной кликой Антонеску и его сообщников. Румынское правительст­во, выражая волю румынского народа, уверенно идет по пути демократизации, по пути демократических преобразований своей страны. Румынское правительство упорно п последовательно работаетнад разрешением этой задачи, несмотря на (Окончание на 4-й стр.).

же неосновательны претензии надарствам. Нетрудно разглядеть, что