Суббота, 28 сентября 1946 г., № 118 (657)

московскии КОМСОМОЛЕЦ

2



СССР

ЗА ВЫСОКУЮ ИДЕИНОСТЬ СОВЕТСКОГО ТЕАТРА На комсомольском собрании в Государственном институте театрального искусства надо работать, ему надо помочь. А мы, мо­лодежь, хотим играть и в современной ньесе, показать во всем величии наших сверстников, героев Великой Отечествен­ной войны, героев сталинских пятилеток. На трибуне писатель Борис Горбатов. Он говорит об историческом значении поста­новлений ЦК ВКП(б) и доклада товарища Жданова. - Некоторые работники искусства ре­шили, что война окончилась и наступи­«идейная передышка». Это глубоко неправильно и ошибочно. Война с бур­жуазной идеологией сейчас более обостре­на, чем котда-либо раньше. Мы не можем позволить, чтобы в литературе, на под­мостках театров появлялись пошлые, безидейные произведения. Тов. Горбатов призывает комсомольцев стать культурными, всесторонне образо­ванными работниками искусства, полити­чески зрелыми, идейно закаленными. Когла я читал постановление цк ВRI(б) о рецертуаре праматических теат­вал - каждое слово относится и к на­шему институту, - сказал студент тов. Фрид. - И у нас неблагополучно с ре­пертуаром, и у нас плохо поставлено иде­ологическое воспитание. Художественные руководители курсов считают. что идео­логией должны заниматься только препо­даватели кафедры марксизма-ленинизма, что политическое воспитание должно ве­стись оторванно от нашей творческой ра­боты. Это, конечно, неверно. Комитет по делам искусств и его Главное управле­ние учебными заведениями мало заботят­ся об институте. Уже много лет нам обе­щают создать учебный театр, но дальше обещаний дело не идет. Секретарь комитета ВЛКСМ института тов. Охлопков говорит: До последних дней Краснопреснен­ский районный, а также городской коми­теты комеомола почти не занимались идео­логическим воспитанием студентов, судь­бой института. Нам хотелось, чтобы вни­мание МГК ВЛКСМ к театральной моло­дежи не было кампанейским по характеру. Директор института профессор C.C Мокульский, соглашаясь в некоторых во­просах с критическими выступлениями, оправдать руководство институ­та. Виновными в том, что современный ре­нертуар находился в пренебрежении, он считает лишь художественных руководи­телей курсов, забывая об ответственности самой дирекции. Одобрение собравшихся вызвало вы­ступление студента тов. Шувалова. - Еще год назад на комсомольском собрании мы говорили, что студенты раз­общены, оторваны от жизни. Год прошел, и ничего не изменилось. Директор инсти­тута ратует сейчас за современный ре­пертуар, а когда на 2-м курсе студенты решили подготовить отрывки из пьесо­ветских драматургов, это вызвало протест профессора Мокульского и ученого сове­та. Сплотить студентов в единый друж­ный советский коллектив - вот задача и дирекции и общественных организаций. Выступивший затем секретарь МГК ВЛКСМ тов. Пронушев призвал собрав­шихся к глубокому изучению постановле­ний ЦК ВКП(б) и доклада тов. Жданова Он поставил конкретные задачи комсомольцами института в деле воспи­тания молодежи. Достойно удивления, что никто из при­сутствовавших на собрании художествен­ных руководителей курсов и педагогов не сочли нужным выступить. Хранил молча­ние и представитель Главного управления учебными заведениями Комитета по делам искуеств тов. Кабанов, хотя театральная молодежь института хотела усльшать, что намечает предпринять Комитет по де­лам иекусств при Совете Минжстров для того, чтобы постановление ЦК ВКП(б) было осуществлено в важнейшем театраль­ном учебном заведении страны. Л. ГОВОРОВА. Давно уже не было так оживленно и многолюдно в большом зале Государствен­ного института театрального иекусства. Комсомольцы - будущие актеры, режис­серы, театроведы - с нетериением ожи­дали начала собрания. И это было по­нятно. Па повестке дня открытого комсо­мольского собрания стоял вопрос: «Поста­новление ЦК ВКП(б) «О репертуаре дра­матических театров и мерах по его улуч­шению» и задачи комсомольской органи­зации ГИТИС». С докладом Дмитриев. выстунил доцент Ю. A.

В Министерстве Иностранных Дел ЧЕРНОМОРСКИХ ПРОЛИВАХ находится в противоречни с интересани других государств, заинтересованных в уп­рочении всеобщего мира и безопасности на­родов. компе-Турецкое Правительство возражает тат­же против пункта 5 советской ноты от 7 августа, в котором предусматривается, что Турция и Советский Союз, как державы наиболее заинтересованные и способные обеспечить свободу торгового мореплавания и безопасностьв Проливах, оргализуют совместными средствами оборону Проливев для предотвращения использования Проли­ров другими государствами во враждебнх по-черноморским державам целях. Турецкое Правительство заявляет, что данное советское предложение несовмести­мо с суверенными правами Турции и го сно, якобы, ликвидирует ее безопасность, Турецкое Правительство пришло к такому заключению еще до того, как оно выслуша­ло какие-либоконкретные соображения Советского Правительства по этому вопро­су, не сцелав даже попытки совмествов рассмотрения соответствующих предлояа­можность совместного с Советским Правл­тельством изучения этой важной проблемы, норазрывно связанной с интересами обес­печения безошасности СССР и других чер­нсморских держав, Турецкое Правительст­во вступает в явнос противоречие со своич собственным заявлением о желании вос­становления дружественных, основанных на доверии, отношений с СССР, находя при этом возможным высказывать такие подо­зрения, которые не имеют под собой ника­кого основания и к тому же несовместивы с достоинством Советского Союза. Несмотря на высказанную в турецкой ноте точку зрения, Советское Правительст­во держится того мнения, что только совче­стными средствами Турция и Советский Союз могут обеспечить как свободу торгэ­вого мореплавания, так и безопасность в Проливах. При этом Советское Правитель­ство полагает, что осуществление указан­ного советского предложения отнюдь не должно затронуть суверенитет Турции в вместе с тем, должно в наибольшей мере соответствовать интересам ее безопасно­сти, поскольку совместные мероприятия Турции и Советского Союза могут обесне­чить охрану Проливов в большей мере, чем мероприятия одной Турции. Отказ Турции от совместной с Совет­ским Союзом обороны Проливов лишает черноморские державы возможности га­рантировать должную безонасность в этом районе. Во время последней войны страны оси использовали Черное море для своих военных операций против СССР, чему со­действовало и то обстоятельство, что они имели возможность проводить в Черное мо­ре некоторые военные и военно-вспомога­тельные суда. Хорошо памятен иакай факт, как внезапный проход через Пролк вы в Черное море в 1914 году, немецки крейсеров «Гебен» и «Бреслау», которы. ворвавшись в Черное море, произвели п падение на русский флот и на черномор­ские порты. Все это учитывается пред­ложенцем о совместной советско-турецкой обороне Проливов, имеющей целью обес­нечить надежную оборону Проливов какв интересах Турпии, так и в интересах дру­гих черноморских держав, что не может быть в полной мере обеспечено одной толь­ко Турцией. С другой стороны, если ба Турция, отказавшись от предложения СО0Р, стала осуществлять военные мероприятия в Проливах совместно с какими-либо нечер­поморскими державами, то это, разумеетя, оказалось бы в прямом противоречии с нн­тересами безопасности черноморских дер­жав, Было бы ноправильно забывать, чт советское Черноморское побережье, прости рающееся на 2.100 километров, открывает доступ к экономически важнейшим районам страны, в силу чего необходимость обеспе­чения его безопасности при непосредствел­ном участии Советского Союза в оборон Проливов вытекает из жизненных интера­сов СССР. Все это об яспяет, почему Совет­ское Правительство считает необходимы, чтобы оборона Проливов осуществлялась совместными силами Турции и СССР и име­ла бы пелью обеспечить безопасность дл всех черноморских государств.  По поводу ссылки Турецкого Правитель­ства на организацию Об единенных наций Советское Правительство считает необхо­димым заявить, что его предложение. ложенное в ноте от 7 августа. находитк в полном соответствии е принципами целями указанной организации. Это пре ложение обеспечивает не только общие и тересы международной торговли, но оне также создает условия для поддержани безопасности черноморских держав и те самым содействует укреплению всеобщег мира. В ноте от 22 августа Турецкое Прави­тельство указывает на некоторые обстоя­тельства, которые, по его мнению, затруд­кяли контроль в Проливах. Так, указывает­ся, что в ежегодных военно-морских опра­вочтиках отрутствуют названия тех восп­которые незаконно прошли через Проливы в течение войны. Однако, Турецкому Правительству, не­сомненно, известно, что официальных спра­вочников с полным перечнем военных и особенно вспомогательных военных кораб­лей всех стран не существует тем более - в военное время. В ноте Турецкого Прави­тельства указывастся также на то, что согласно Конвенции единственным видом контроля за судами, проходящими через Проливы, является санитарный контроль. Но, с другой стороны, известно, что турец­кие власти своими извещениями морепла­вателям 25 февраля и 6 мая 1941 года и 27 июня 1942 г. установили в отношенни транзитных судов обязательные остановки и пользование турецкими лоцманами в Про­ливах. Осуществлялось и наблюдение ту­зада-рецких таможенных властей за транзитны­ми судами. Если все же эти меры контроля были подостаточными, то во всяком слу­чае приходится констатировать, что Ту­рецкое Правительство ни разу за время войны не ставило вопроса о необходимости усиления мер контроля за проходом судов через Проливы. пропуска через Проливы германских судов, которые предназначались для обслужива­ния германского флота и для переброскиB германских войск, с признанием, что не­которые из этих судов были пропущены через Проливы до указанного протеста со стороны Великобритании, лишь подтвер­ждает справедливость заявления Советско­10 Правительства о том, что во время ми­нувшей войны Конвенция о Проливах не помешала вражеским державам использо­вать Проливы в военных целях против со­юзных государств. В этой связи Советское Правительство считает необходимым отме­тить и тот факт, что Турецкое Правитель­ство прекратило во время войны представ­ление государствам - участникам войны отчетов о движении судов в Проливах, хо­тя Турция была обязана это делать соглас­но статье 24-й Конвенции,   В ноте Турецкого Правительства гово­рится о том, что в течение второй миро­вой войны Советское Правительство ни разу не обращалось к Правительству Турецкой Республики с заявлением. сущоствовании угрозы безопасности СССР в ралоне Черного моря. Из этого в указанной ноте долается вывад. что Турция справилась во время войныс задачей стража Проливов и что страны оси не решались в виду занятой Турциеи позицни нарушать установленный режим в Проливах, Советское Правительство не считает такую точку зрения обосноваи ной и обращаетвниманиеТурецкого Правительства на то, что неоднократные демарши, с которымиобращалея к Турции по вопросам прохода вражеских судов через Проливы во время войны, свидетельствуют о противоположном. же касаетея реальных размеров указан­ной угрозы, то достаточно привести тот факт, что Советское Верховное Главно­командование, учитывая неоднократные случаи беспрепятственного прохода во­енных и вепомогательных военных кора­блей противника через Проливы во время войны, было вынуждено снять с главных существенное количество вооруженных сил для обороны Черноморского района. Все сказанное выше поттверждает, что режим, установленный в Проливах Конвенцией в Монтре, не отвечает интере­сам безопасности Черноморских держав и не обсснечивает тех условий, при которых создавалась бы возможность предотвра­тить использование Проливов в враждеб­ных Черноморским державам целях. Пред­ставленные Турецким Правительством обяснения, по мнению Советского Прави­тельства, не опровергли указанного выво­да. Эти обяснения не дают также осно­вания для того, чтобы с Правительства Турции была снята ответственность, ко­торая лежит на нем за нарушения ре­жима в Проливах, имевшиеся во время войны. В ноте от 7 августа Советское Прави­тельство высказало мнение относительно цяти принципюв, которые оно предлагает положить в основу установления нового режима в Проливах. Поскольку можно судить на основании турецкой ноты от 22 августа, Правительство Турции не возражает против того, чтобы положить в основу обсуждения три первых пункта этих советских предложений, а именно: 1. Проливы должны быть всегда от­крыты для прохода торговых судов всех стран. 2. Проливы должны быть всегда от­крыты для прохода военных судов морских держав. 3. Проход через Проливы для военных судов нечерноморских держав не допу­скается, за исключением особо преду­смотренных случаев. черно-Все Советское Правительство выражает удовлетворение по поводу того, что ука­занные три принципа Турецкое Прави­тельство готово принять за основу, хотя последнее и отметило, что имеет сделать в связи с этим некоторые оговорки в дальнейшем. Правительство Турция заявило мнение в отношении тех предложений СССР, которые содержатся в пунктах 4 и 5 советской ноты от 7 августа. пункте 4 Советскоо Правительство предложило признать, что установление режима Проливов должно являться тенцией Турции и других черноморских держав. Носкольку Правительство Турции вы­сказало отрицательное отношение к это­му предложению, Советское Правительство считает необходимым более подробно оста­новиться на данном вопросе. В связи с этим Советское Правительст­во желает, прежде всего, обратить внима­ние Туренкого Правительства на особое ложение Черного моря, как закрытого мо­ря. Такое положение означает, что Черно­морские Проливы являются морским пу­тем, ведущим лишь к берегам ограничен­ного числа держав, именно - к берегам нескольких черноморских держав. Вполне поэтому естественно, что Советский Союз и другие черноморские державы наиболее заинтересованы в урогулировании режи­ма Черноморских Проливов, прочем их положением других держав. Назначение Черноморских Проливов, ведущих в за­крытое Черное море, совершенно отлично от назначения таких мировых водных пу­тей, какими, например, является Гибрал­тарский пролив или Суэцкий канал, ко­торые дают проход не к какому-то огра­ниченному кругу государств, и которые, как известно, являются основными миро­выми водными путями. В отношении та­ких мировых водных путей действительно необходимо установление международного контроля с участием наиболее заинтере­сованных держав, что, впрочем, до на­стоящего времени еще не осуществлено. Что же касается Черномороких Проливов, ведущих в закрытое Черное море, то в данном случае справедливым является установление такого режима в Проливах, который соответствовал бы, прежде все­го, особому положению и безопасности Вурции, СССР и других черноморских держав. Даже Конвенция в Монтре, неудовле­тсорительность которой в этом отношении счевидна, устанавливает преимуществен­ное положение черноморских держав в отношении режима в Проливах. С другой стороны, Турецкое Правительство согласи­дось принять за основу первые три пунк­та советских предложений от 7 августа г. где особое положение черноморских держав в Проливах признается значитель­но более определенно, чем в Конвенцли в Монтре. В этих предложениях говорится как о том, что Проливы должны быть от­крыты для прохода торговых судов всех стран, так и о том, что Проливы должны быть открыты для прохода военных только черноморских держав. а проход че­рез Проливы для военных судов нечерно­морских держав не допускается за исклю­чением особо предусмотренных случаев. Как известно, эти принципы, выделяющие положение черноморских держав в Проли­вах по сравнению с положением других тостран получили теперь широкое между­народное признание, хотя они и не имеют своего надлежащего отражения в дейст­вующей Конвенции, принятой в Монтре. В связи с рассматриваемым вопросом Со­ветское правительство считает нужным на­помнить о том, что особое положение чер­номорских держав в Проливах было при­еще в советоко-турецком договоре, который был подписан 16 марта 1921 го­да. В статье 5 этого договора говорится следующее: «Дабы обеспечить открытие Проли­вов и свободное прохождение через них для торговых сношений всех народов, обе договаривающиеся стороны соглашаются передать окончательную выработку меж­дународного статута Черног моря и Проливов особой конференции из деле­гатов прибрежных стран при условии, что вынесенные ею решения не нанесут ущерба полному суверенитету Турцин, равно как и безопасности Турции и столицы - Константинополя». Таким образом советско-турецкий до­говор 1921 года исходит из безоговорочного признания необходимости предоставить бы­работку международлото статута Черного моря и Проливов конференции из предста­вителей только прибрежных стран, Такая сказанное выше показывает, что предложение Советского Правительства, из­ложенное в пункте 4 его ноты от 7 августа, полностью соответствует упомянутым до­говорам, подписанным Турпией. Дальней­шее откладывание проведения предусмот­ренного этими договорами порядка уста­новления международного статута Черного моря и Проливов не может быть оправдано. Напротив, опыт последней войны подтвер­дил, что тот принцин установления режима Проливов, который признан в этих догово­рах как Турцией, так и Советским Союзом, действительно отвечает законным интере­сам всех черноморских держав и отнюдь не же статья имеется в договоре, заключенном между Турцией и Закавказскими советски­ми республиками 13 октября 1921 года, а также в договоре между Турцией и Укра­инской ССР, заключенном 21 января 1922 года. Включение в упомянутые договоры статьи, соцержащей принцип установления режима Проливов прибрежными черномор­скими странами, свидетельствует о том, ка­кое важное значелие придавалось этому принципу указанными странами и в том числе Турпией. Касаясь изложенных в советской ноте принципов, на основе которых должен быть установлен новый режим Проливов, Турецкое Правительство не возражает про­итив того, чтобы положить в основу обсуж­дения три первых пункта советских пред­тожений указав при этом, что оно сдела­ет в отношении упомянутых пунктов не­которые оговорки в дальнейшем. Одновре­менно Турецкое Правительство возражает против предложений Советского Прави­тельства, изложенных в пунктах 4 и 5 со­ветской ноты от 7 августа. В турецкой ноте содержится необосно­ванное утверждение о том, что Советское Правительство будто бы ни разу не обра­щалось в течение второй мировой войны к Правительству Турепкой Республики с за­явлением о существовании угрозы безопас­ности СССР в районе Черного моря. Ту­рецкое Правительство утверждает, что проход через Проливы вражеских судовво бремя минувшей войны, якобы, не ставил под угрозу безопасность СССР, В турецкой ноте делается также вывод о том, что Тур­ция справилась во время войны с чей стража Проливов и что вввиду занятой Турцией позиции страны оси не рошились нарушить установленный режим Проли­вов. Как уже сообщалось в печати, Советское Правительство направило Турецкому Пра­вительству ноту от 7 августа сего года по вопросу о режиме Черноморских Проди­BOB. 22 августа Турецкое Правительство че­рез Поверенного в Делах СССР в Турции пе­редало Советскому Правительству ответную ноту. Большая часть турецкой ноты посвяще­па попыткам найти об яснение тем кон­кретным случаям прохода через Проливы военных и военно-вопомогательных судов стран оси, которые имели место в ходе вто­рой мировой войны. Не отрицая по существу приведенные в советской ноте конкретные факты наруше­ния конвенции и пропуска через проливы вражеских судов, турецкая нота излагает пространные об яснения по этому вопросу.   Турецкое Правительство ссылается при этом на то, что эти вражеские суда не зна­чились в ежегодных военно-морских спра­вочниках, что согласно Конвенции в Монт­туронкие власти, якобы, осущестляли мал прохолащими перез проливы судами онециального представления, сделанного Правительством Великобритании, Турецкое Правительство принимало меры против пропуска через Проливы германских судов, которые предназначались для обслужива­ния рерманского флота и для переброски германских вейск.  Но мнению Турецкого Правительства, предложение о том, чтобы установление нового режима Проливов было предостав­лено компетенции самих Черноморских держав, якобы, поведет к игнорированию интересов других держав, а организация обороны Проливов совместными средства­ми Турции и Советского Союза будто бы несовместима с суверенными правами Турции и даже, якобы, ликвидирует ее безопасность. Отклоняя, таким образом, возможность совместного рассмотрения указанных советских предложений, Ту­рецкое Правительство в своей ноте далее заявляет о своем желании восстановить дружественные, основанные на доверии, отношения с СССР и при этом находит воз­можным высказать подозрения, которые передварзнано вроде того, что предложение Советского Правительства о совместной обороне Про­ливов, якобы, основано на недоверии к лрганизании Об единенных наций и осущ - ствление его будто бы нарушит суверен­ные права и независимость Турции. В заключение Турецкое Правительство в своей ноте высказывает пожелание от­носительно созыва международной конфе­ренции участников Конвенции в Монтре, В ответ на вышензложенную ноту Ту­ренкого Правительства Поверенный в Де­лах СССР в Турпии по поручению Совет­ского Правительства 24 сентября вручил Министру Иностранных Дел Турецкой Республики ноту следующего содержания: «Советское Правительство внимательно изучило ноту Турецкого Правительства от 22 августа с. г., которая явилась ответом на ноту Правительства СССР от 7 августа c. г., по вопросу о режиме Черноморских Проливов. В своей ноте от 7 августа Советское Правительство указало на ряд фактов ис­пользования Проливов во время последней войны государствами, находившимися в войне с СССР и его союзниками. При этом были отмечены толькә те факты, в отно­шенни которых в течение 1941-1942 и 1944 гг. Советское Правительство пред­ставляло Правительству Турции особые де­марши и протесты, что вовсе не исчерпыва­ет всех случаев, когда Германия и Италия использовали Проливы для пропуска в Черное море и для выхода из Черного моря своих военных и военно-вепомогательных судов. Достаточно указать на неоднократ­ный пропуск через Проливы германских быстроходных десантных барж в 1942 и 1943 гг. и на другие подобные факты. Правительство Турции дало свои об яс­нения по этому вопросу. Оцнако, эти об яс­нения не опровергли заявлений о конкрет­ных фактах, содержащихся в советской но­те от 7 августа. Приведенная же в ноте Турецкого Правительства ссылка на го, что по требованию Правительства Велико­британии Турция принимала меры против

Трудно переоценить историчесное значение последних постановлений Пен трального Комитета партип, говорит доклалчик. - Они касаются трех важ­нейших отраслей искуествалитерат ры, театра и кинематографии, Эти пос­тановления призывают нас к борьбе безидейностью в искусстве, к борьбе C попыттками пекоторых писателей, драма­тургов и работников кинематографии от­шлыми, аполитичными произведениями. Вам, будущим деятелям театра, надо особенно вдумчиво осмыслить значение постановления ЦК ВКП(б) о репертуаре драматических театров. В результате не­правильной репертуарной политики Коми­тета по делам искусств оказались вытес­ненными пьесы советских авторов на со­временные темы, зачастую ставились пье­сы малохудожественные и аполитич­ные. Кто может сказать, что мы абсолют­но безгрешны в этом отношении? в на­шем институте не воснитывали моло­дежь на пьесах современной тематики. Студентам внушали мысль, что только классический репертуар поможет им стать настоящими актерами. Наиболее удруча­ющее впечатление производит учебная пропрамма курса, которым руководит B. А. Орлов. Что намечает эта программа? Водевили Лабиша, Ленского, Каратытина, «Дети Ванюшина» Найденова, «Наш об­щий друг» по Диккенсу и «Дон-Хиль Зе­леные штаны» Тирсо-де-Молина. Основ­ная пьеса в репертуаре - старинная стезливая Франпузекая метопрама «Две сиротки». Диссертации аспирантов пишутсяпытался чем угодно, только не о советском искус­стве. Плохо поставлено у нас идейно-полити­ческое воспитание студентов. Человек по­литически безпрамотный не может быть, конечно, полноценным советским художни­ком. Первым берет слово в прениях студент режиссерского факультета тов. Гижемкре­ли. Он говорит о горячем стремлении сту­дентов воплотить на спене образы замеча­тельных людей сталинской эпохи. Тов. Гижемкрели критикует диреклию институ­та за то, что она потворствует факультет­ской замкнутости. Говоря о плохой постановке изучения ос­нов марксизма-ленинизма, тов. Гижемкре­ли сам вналает в ешибку, заявляя, что учебная программа для актеров по кафедре марксизма-ленинизма должна быть более упрощенной, чем для студентов режиссер­ского факультета. В последующих выступлениях разгоре­лась дискуссия на тему: какой репертуар полезнее для приобретения актерского ма­стерства - классический или современ­ный. Некоторые выступавшие противопостав­ляля одно другому. Студент актерского фа­культета тов. Косарев договорился до того, что заявил: «Полезнее показать зрителю пьесы Островского и раскрыть общечелове­ческие идеи, заключенные в них, чем ста­вить пьесы современного репертуара». Справедливый отпор Косареву дал сту­дент 4-гокурса актерекого факультета тов, Бровкин. нас берутся за классический ре­пертуар потому, что с ним, так сказать, меньше хлогэт. А с советским драматургом        У -

I

ДНЕМ

СТАНКА,

ВЕЧЕРОМ - ЗА КНИГОЙ На огромной красной доске белыми буквами написано «Молния». В ней сообщается о самых значительных событиях в жизни цеха. Сегодня - это весть о том, что токарь Ефим Қосилин выполнил 7 сменных норм.

Советское Правительство считает нуж­ным отметить, что замечания , Турецког Правительства, относящиеся к процедур пересмотра Конвенции в Монтре, не уч­тывают решения Берлинской Конферение трех держав о том, что Конвенция о Пр ливах, заключенная в Монтре, долн быть пересмотрена, как не отвечающа условиям настоящего времени. Что же ка­сается Конференции по вопросу о режа ме в Проливах, то Советское Правителы во полагает, что созыву такой конферс ции должно предшествовать возможно лее полное обсуждение этого вопроса пута непосредственных переговоров между пра­вительствами, как это предусмотрено тех же решением».

B 1943 году комсомо­лец Ефим Косилин от­лично окончил Москов­ское ремесленное учи­лище № 22. Старые ма­стера, воспитатели учи­лища, привнли юноше

любовь к его будущей профессии. Завод, где секретарем комитета комсомола тов. Лукашев, гордится Ефи­мом Косилиным, лучшим токарем завода. Моло­дой стахановец - член цехового комитета ком­сомола. Он ведет боль­шую общественную ра­боту среди молодежи це­ха, Ежедневно после ра­боты тов. Қосилин посе­щает партийный кабинет, пополняет свои полити­ческие знания. Фото и текст B. ЛЕОНОВА.





 АВТОМОТОКЛУБ УНИВЕРСИТЕТА Начались занятия в автомотоклубе Мос­ковского государственного универенте кмени в Ломоносова в члены клуба принято 60 студентов различных факуль тетов. В их распоряжение предоставле пять мотоциклов, четыре полуторатонных и две легковых автомашины. Теоретиче кне занятия мотогруппы рассчитаны на часов теории, автогруппы - на 110 часов. Занятиями руководит опытный инструктор автомобильного дела Г. И. Гусев, Клуб возглавляется студентом философского ф культета т. Куроедовым. В октябре нут заниматься еще две группы. Нинофикация педагогических училищ Министерство просвещения РСФСР вы­несло решение о кинофикации педагоги­ческих училищ. Учебное кино, указы­вается в решении, должно способствовать повышению качества знаний учащихся, расширять их крутозор. Поэтому будущиеПри учителя должны иметь практическую подготовку для использования кино в ра­боте школы. В течение 1946--1947 учебного года кинооборудование должно быть приобре­тено каждым педагогическим училищем. Для учащихся тех училищ, где нет соб­ственной киноаппаратуры, в порядке про­хождения педагогической практики орга­низуется наблюдение киноуроков в мест­ных школах. изучении курса физики, раздела «Свет» учащихся ознакомят с принци­пами устройства киноаппарата и обраше­ния с ним. Планы использования кино в учебно-воспитательной работе будут об­суждены педагогическими советами учи­лищ.

СПЕКТАКЛЬ ДЛЯ ШКОЛЬНИКОВ 25 сентября спектаклем «Бранденбург­ские ворота» М. Светлова открылся зим­ний сезон в театре имени Моссовета. Коллектив театра готовит сейчас пьесу Д. И. Фонвизина «Недоросль». Спектакль этот предназначен для школьников столицы, Ведущие роли в спектакле поручены мо­лодым актерам: роль Митрофанушки ис­полняет Н. Парфенов, Софьи - Н. Ткаче­ва, Милона - К. Сидорук, Правдина - A. Зубов.