Суббота, 23 ноября 1946 г., №

142

(681)

московски КОМСОМОЛЕЦ

Слава У 1.

могучей нование выступа, чтобы срезать его, «спрямить» линию фронта. И на нас, артиллеристов, была возложена задача принять и отразить этот удар. На участке соседней дивизии были за­хвачены немецкие саперы, разминировав­шие минные поля. Они показали, что про­тивник готовится к наступлению на этом участке. Это подтвердили и другие данные разведки. Тотчас же был разработан план контр-артиллерийской подготовки. Наша артиллерия, опередив немцев, первой от­крыла ураганный огонь. Но немецкая бо­енная машина была уже заведена и не могла остановиться, Хотя момент внезап­ности, на который рассчитывало немецкое командование, был утерян, немцы не от­казались от наступления. Сотни вражеских бомбардировщиков появились в воздухе. Артиллерия противника обрушила свей огонь на всю глубину нашей обороны, За тем двинулись танки. Но мы были готовы. Полк встретил их во всеоружии. …Установки наведены по наступающему врагу, Сняты чехлы. Каждый расчет по­лучил данные для стрельбы - буссоль и прицел, Ждут команды. - Огонь! И вот раздается характерный шум - точно гигантские паровозы выпускают па­ры. В небо врезаются огненнохвостые ми­ны. Длинные языки пламени подобно ос­лепительным стрелам молнии прочерчива­ют поднебесье. Это какой-то адский праздник огня, бу­шующего в жаркий июльский день над тучной русской землей, на которую посме­ли ступить железные лапы немецких «тиг­ров». Уже первые залпы батарей комсомоль­цев старших лейтенантов Ильюшина и Пе­трова накрывают скопление немецких тан­ков и пехоты в лощинах и складках ме­стности. Пылают подожженные русскими «катюшами» фашистские «тигры» «пантеры». Но все новые вражеские маши-5 ны с тяжелым грохотом движутся вперед, обходя горящие танки. Залпы гвардейских минометов комсомольских батарей насти­гают их, разя насмерть. Пять раз шли в атаку немцы, но не смо­гли сломить сопротивление гвардейцев-ми­нометчиков Ильюшина и Петрова. Безот­казно, с предельной нагрузкой действо­вали советские «катюши». За день они из­расходовали 25 трехтонных автомашин сна­рядов! Сто танков, тысячи солдат и офи­церов потерял противник, не добившись успеха. На следующий день гитлеровцы, пыта­ясь нащупать слабое звено, ткнулись в направлении города Поныри. Здесь разы­гралось знаменитое сражение, в котором артиллеристы вписали новую блестящую страницу в книгу славы Советской Ар­мии. Черные танки с желтыми крестами на башнях шли беспрерывными волнами. Со­ветские артиллеристы проявили в этом бою псключительную выдержку и героизм. Они не оставляли своих позиций даже в тех случаях, когда фашистским машинам валось обойти их. Нередко орудийные рас­четы вступали в рукопашный бой, защи­щая свои позиции. В этой битве особенно отличились ком­сомольцы, верные сыны Родины. Раз­ведчик гвардии старшина Фуксов хладно­кровно продолжал вести наблюдение и докладывать командиру обстановку, не­смотря на то, что наблюдательный пункт был отрезан. Неувядаемой славой в боях под Орлом покрыл себя краснознаменный дивизион гвардейских минометов. 3. По рейхстагу -- огонь! - Мы обстреливали район ре-ы формировали повые части. целые подразделения до того, как они ус­певали построиться в боевые порядки. Дивизион гвардейских минометов, кото­рым я командовал, поддерживал корпус Героя Советского Союза. генерал-лейте­нанта Фирсова, наступавшего к центру Берлина - по Франкфуртер-аллее - рейхстагу. Никто из нас не забудет тот день и час, когда мы навели установки на рейхстаг. По рейхстагу - огонь!-прозвуча­ли слова команды. И багрово-дымное небо горящего Берли­на прочертили огненнохвостые кометы мин. Гвардии майор A. ДРИЗО.

артиллерии!

сталинской

стен

столицы

В октябре 1941 года я был еще ком­сомольцем и в звании старшего сержанта служил в артиллерийском полку. С тяже­лыми боями мы отступали от Бреста через Смоленск-Рославль на Москву. Здесь, в райсне Дорохова, мы заняли оборону. Это были суровые дни. Но каждый из нас тзердо верил, что мудрый Сталин укажет нам верные пути к победе, что мы не сда­дим Москвы. А сейчас самое главное - остановить противника, не дать ему ни на шаг продвинуться дальше, к столице. Как мы воевали? За 10-12 дней боев нарезы в стволах пушек начали крошиться мы вели огонь днем и ночью, отбивали одну за другой яростные атаки немецкой мотопехоты. Мы выстояли до 18 октября. Когда нем­пы на нашем участке фронта подтянули отставшие танки, наше командование опоредило их, выслав нам на помощь све­жио силы, и опасность прорыва миновала. Впервые я услышал тогда слова бла­годарности из уст пехотинцев: Молодцы артиллеристы, - говорили они. И впоследствии эту похвалу советским артнллеристам я часто слышал на разных этапах боевого пути от Москвы до Берлина. В те дни враг был еще силен и уверен в своих силах. Он нагло рвался вперед. Нас перебросили на весьма опасное Звени­городское направление, где противник пы­тался замкнуть так называемые «малые клещи». вокруг Москвы. Так же, как у Дорохова, полк вел напря­женные оборонительные бои, встречая немцев губительным огнем. Они шли в полный рост - злобные, самоуверенные, пьяные, ослепленные своим мнимым пре­восходством. Большие потери нанесли гитлеровдам артиллеристы дивизиона старшего лейте­нанта Соловейчика. Отважный офицер не­прерывно находился на наблюдательном пункте, умело организуя огонь, Пушки его дивизиона били без промаха, наверняка. Солдаты в шутку называли их «соловуш­ками». Это ласковая кличка, рожденная в напряженных боях. Я был тогда артиллерийским разведчи­ком. Большинство из нас, комсомоль­цев, чувствовало особую ответственность за порученное нам дело. Комсомолец-раз­ведчик А. Левенталь во время выполнения боевого задания был настигнут немцами. Молодой воин решил дорого отдать свою жизнь. Он отбивался от наседавших на не­го врагов автоматом, гранатами. Много фа­шистов он уложил в неравном бою. Исте­кая кровью, он дополз к нашему переднему краю. В расположение части доставили на автомашине уже бездыханное тело комсо­мольца. Ему посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Здесь, под Москвой, мы учились не толь­ко терпению и стойкости в обороне, здесь мы научились наступать. В декабре наш полк снова появился в районо Можайского шоссе в селе Никольском. В памятный день 5 декабря наши пушки приняли уча­стие в артиллерийской подготовке, и когда. расчистив путь пехоте и танкам, мы шли вперед, мы целовали отбитую у немцев священную московскую землю. Мерзлая, скованная декабрьским морозом земля, ка­валась нам теплой, живой. Мы припадали к ней - к груди матери-Родины. 2. Слава гвардейских минометов

На снимке: участники право) старший сержант Александр старший сержант Анатолий Сиротин.

артиллерийского штурма Кенигсберга герои Великой Отечественной войны орденоносцы (слева на­Скульбеда, солдат Розов, гвардии старший сержант Леонид Борисович и Фото Е. Иванова. * *-

ГЛАВНАЯ УДАРНАЯ СИЛА В день празднования Дня артиллерии в первый раз - 19 ноября 1944 года - был опубликован приказ Верховного Главно­командующего товарища Сталина, в котором говорилось: «Вся страна отмечает сегодня великое значение артиллерии, как главной ударной силы Красной Армии». РАЗДНОВАНИЕ Дня артиллерии при­урочено к началу разгрома немецко­фашистских войск под Этот праздник является выражением всенародного признания выдающихся заслуг ссветской артиллерии на фронтах Великой Отечественной войны. ДИВИЗИЮ, в том числе 13 танковых, бросило немецкое командование на Москву. В боях под Москвой немцы поте­ряли свыше 1500 танков. В боях с немецко­фашистскими захватчиками особенно отличи­лись 289-й, 296-й, 509-й и 780-й противотан­ковые артиллерийские полки. В числе пер­вых эти полки удостоились звания гвардей­ских. ПЕРВЫЙ день наступательных боев под Сталинградом советские артиллери­сты уничтожили и подавили 160 артиллерий­ских и минометных батарей, 293 станковых пулемета, разрушили 196 блиндажей, 126 дзотов и уничтожили около 9 тысяч солдат и офицеров противника. В Донских степях и на подступах к Сталинграду немцы потеря­ли около 1600 танков. РАЙОНЕ Орла и Белгорода за первые три дня боев боевыми средствами и, в первую очередь, артиллерийским огнем, было уничтожено 1539 немецких танков. 5 августа в полночь артиллеристы столицы своим салютом возвестили всему миру радо­стную весть - части Советской Армии за­няли Орел и Белгород. ЕМЕЦКОЕ командование считало Днепр тем рубежом, который положит конец наступлению наших войск. Советские ар­тиллеристы умело обеспечивали переправу уда-наших частей и вместе с другими войсками в конце сентября 1943 года, на плечах от­ступавшего противника, форсировали Днепр. ЕТОМ 1944 года войска 1-го, 2-го и 3-го J Белорусских и 1-го Прибалтийского фронтов разгромили всю центральную груп­пу немецких войск. Только артиллеристы 3-го Белорусского фронта уничтожили и подбили 1402 орудия, 839 минометов, 5644 пулемета, 625 танков и самоходных орудий и около 4000 автомашин. ОСОБОЙ силой проявилось могущество советской артиллерии, когда наши войкак ска перешли немецкую границу и начали штурм фашистского логова. 16 апреля 1945 года на рассвете началось величайшее по своим масштабам артиллерийское наступле­ние. Войска 1-го Белорусского и 1-го Укра­инского фронтов неудержимо двинулись на столицу фашистской Германии. АПРЕЛЯ советские войска ворвались в пригороды Берлина. Все районы сто­Тиргартепа.ифашистского государства оказались под ударами советской артиллерии. ЕРВЫМИ стали действовать на вражес­кой земле артиллеристы 3-го Белорус­ского фронта. В августе 1944 года они от­крыли огонь по пограничным укреплениям Восточной Пруссии. В берлинской операции участвовало 22.000 орудий и минометов. БОЯХ против японских захватчиков в Маньчжурии и Корее советская артил­лерия вновь покрыла свои знамена неувя­даемой славой. В течение трех недель совет­ские войска разгромили и пленили Квантун­скую армию японцев, овладев городами Харбином, Мукденом, Порт-Артуром. Совет­ские артиллеристы внесли огромный вклад в дело разгрома армии империалистической Японии.

Разгром подземной крепости  прохлада оседала на с Одера сизый ту­Сталиградом.т ветер доносил дыхание моря - холодное и сырое. Белесый туман окутывал деревья, скрывал холмы и дороги. Казалось, серое апрельское небо опустилось на землю, накрыло ее огромным саваном. Второй день артиллерийские разведчики, комсомольцы Борис Судинин и Иван Бровко не покидали своего наблюдательного пунк­Боспользовавшись туманом, они близко подползли к переднему краю немцев, зама­скировались в кустарнике на высотке и теперь терпеливо ожидали, пока улучшит­ся видимость. Когда крепчавший ветер разрывал белую пелену, перед взорами разведчиков откры­валось расположение противника. Беско­нечные линии траншей извилистыми змей-- ками тянулись по опушке и исчезали в глубине леса. Над ними мирно покачивали вечно-зелеными кронами ели и сосны. Без­людье, тишина, никакого живого следа. Ни­что не говорило о том, что впереди при­таилась, вросла в землю огромная крепость из железа и бетона. Но по данным коман­дования именно здесь, на этом участке должен был находиться форт «Король Фридрих-Вильгельм» крупнейший из фортов внешней линии обороны Кенигсбер­га. Разведчики были опытныи воинами. Их не усышляла обманчивая тишина леса. Припав к линзам оптических приборов, они пытливо вглядывались в каждый кустик и буторок, в каждую извилину в обороне врага. Медленно тянулись часы. После полудня туман рассеялся. Не тот лес! Зря время теряем!- прошептал ефрейтор Иван Бровко. Старший сержант Борис Судинин молча поворачивал треногу стереотрубы. Вдруг он замер и весь насторожился, не веря своим глазам. Он отчетливо увидел, как посреди восточного склона пустынного холма по­явилась собака, Она словно вылезла из­под земли. Разведчик едва успел различить острую морду и торчащие уши овчарки, чья-то рука схватила пса за ошейник и утащила обратно под землю. Видал, браток, немецкие фокусы? -   ших огневых позиций. Завязался жестот артиллерийский бой. Батарейцы офицера-комсомольца ненко хорошо знали, с кем они ведут пое нок. Им показывали макет этого трехэт: ного немецкого подземного форта, таив: го в себе артиллерийские бастионы, вые казематы, казармы, пулеметные ка ниры, арсеналы, Главный калибр пу «Короля Фридриха-Вильгельма» был ра калибру орудий лишейного корабля. Казалось, нет на свете снаряда, к рый мог бы разрушить двухметровые тонные стены форта. Но русские пуп из которых стреляли Одинцов, Носков п товарищи, как раз и были созданы разрушения самых крепких фортифика онных сооружений немнев. Немцы ожесточенно сопротивлял Несятки осколков со свистом пролетали головами бесстрашных комсомольцев они ни на секунду не отходили от дий. Тонкие струйки крови бежали по черневшему от копоти лицу сержанта колая Ложкова. Было трудно стоять погах, кружилась голова. Стиснув зу сержант продолжал самоотверженно вы нять свой долг. -Вот когда форт будет раздав. пойту на перевязку, сказал сери командиру. взволнованно спросил Судинин и стал то­ропливо паносить пометки на топографи­ческую карту… Через несколько часов снаряды дивизи­онной артиллерии начали методически рваться на склонах подозрительного хол­ма. Разведчики пристально наблюдали за результатами вызванного ими огня. После четвертого разрыва, Судинин увидел как вместе с черными комьями земли и выр­ванными деревьями взлетели к небу ос­колки красного кирпича. Из зияющих во­ронок кое-где выглянули серые бетонные стены. Тайна холма раскрылась: в его недрах скрывался немецкий форт, Он мол­чал. Умолкли и наши дивизионные пушки они сделали свое дело. …Орудия большой мощности части под­полковника Осипчука стояли на огневых позициях. Могучие жерла, накрытые пят­нистыми маскировочными сетками, были устремлены на запад. манда: Утром на батареях прозвучала команд -Расчеты к орудиям! Быстро и слаженно действовали комсо­мольские расчеты младших сержантов Гри­гория Одинцова и Николая Носкова. Навод­чики Голоденко и Ложков, скосив глаза на командиров орудий, застыли у прицелов. Одинцов первым вскинул руку: - Второе готово! Третье готово! - звонко отозвался Носков. Огонь! Слитный гром встряхнул землю, рванул листву, всколыхнул маскировочные сетки. Красные языки пламени осветили свинцо­вое небо. Многопудовые бетонобойные снаряды, с воем разорвав воздух, обруши­лись на немецкий форт. Удар мощных советских орудий был точным и сокрушительным. Наблюдатели видели, как в фонтанах огня и дыма взле­тали огромные каменные глыбы. И тотчас же ожил лес. Немцы, сбросив ставшую ненужной маскировку, привели в движение уцелевшую от первого удара огневую спстему «Короля Фридриха-Виль­гельма», Сдвинулись кусты, обнажив бе­тонные амбразуры и бронеколпаки, Вражо­ские снаряды стали ложиться вокруг на-

Постепенно огонь форта стал ослабев Разбитые фашистские пушки одна за гой выходили из строя. Хваленая под. ная крепость оказалась не в состоянии нести огонь могучих орудий русской тиллерии. Под ударами советских снар: двухметровая толща крепостных связанная частой сеткой из желез прутьев, лопалась, как глиняный горі Залитый артиллерийским огнем «Король Фридрих-Вильгельм» пал, Пут Кенигсбергу был открыт. Советские пехотинцы, ворвавшиеся расположение врага, с любопытством о тривали следы разрушительной работы их друзей артиллеристов, Тяжелые ряды пробили форт на всю глубину, с искрошили все на своем пути, Это яркий пример силы и мощи слаг сталинской артиллерии - подлинного га войны». Р. ЮРЬЕ

Кто не участвовал в прандиозных боях на Орловско-Курской дуге, тот не видел величайшего по своим масштабам и значе­нию поединка между советской артилле­рией и немецкими танками. 0 сражениях на Орловско-Курской дуге написаны уже большие военно-исторические труды. Но трудно передать, что пережили и перечув­трудно передать, что пережити и перечув­многих дней готовились к отражению шительного немецкого удара и к перехо­ду в наступление! Наш полк гвардейских минометов стоял в районо города Малоархангельска у гор­ловины знаменитой дуги. Советское коман­дование глубоко проникло в замыслы вра­га. Было понятно, что немцы, верные сво­им тактическим и стратегическим шабло­пам, направят главный удар в самое ос­…

наш земляк На левый берег по весенним травам Дивизионы движутся в ночи. К забитым доотказа переправам Стволы литые тянут тягачи. И Одер остается за плечами, И в свисте пуль, в надрывном вое Проходят дни. И перед москвичав Лежит в пыли поверженный Берлин Артиллерист с медалью «За отвагу: С глазами подмосковной синевы Разбитому снарядами рейхстагу Последний шлет «подарок» от Москв И в этом залпе, в зареве багровом Есть отдаленный отблеск той зари, Которую на поле Куликовом Российские встречали пушкари, Есть отзвук той неодолимой силы, Которая народом рождена, Что сокрушала стены Измаила И властвовала в день Бородина. Артиллерист отходит от лафета, Он рукавом стирает пот со лба… Окончен бой. И в этот час рассвета, Қоғда затихла грозная стрельба, Он вспоминает смелых военморов, Всю ночь у пушек не смыкавших гл: Когда могучим выстрелом «Авроры: Великая эпоха началась. Он вспоминает Зимний, баррикады, Царицынский и Перекопский бой, Студеный день, когда у Сталинград: Он оказался сам на огневой… И вспомнив все, что с ним тогда быв Войну, прошедшую за годом год, Он добрым словом мастеров Урала За добрую работу помянет. Недавние сраженья отгремели, И вот Москва встречает земляка, Еще не скинув фронтевой шинели, Он сноза встал у быстрого станка. Но та же страсть его рукою водит И те же чувства руководят им… Он вновь в строю. И тот же Полководец Его ведет к победам трудовым! C. НАРОВЧАТО д. Самоило

берлин! Фронтовики помнят этот клич, начертанный на ку­зовах автомашин, на броне танков, на стволах орудий, на стрелках дорожных ука­зателей фронтовых магист­ралей. Штурм Берлина мы на­чинали с крохотного плац­дарма севернее Кюстрина. Наш полк прибыл сюда из­под Данцига, совершив че­тырехсоткилометровый марш в течение двух суток. 12 апреля немцы обруши­ли на нас сильный огонь. В 20 часов над нашими по­зициями появились враже­ские бомбардировщики. B ночь на 13-е мы заняли но­вый боевой порядок на за­падном берегу Одера. При нашей поддержке советские войска продвинулись вперед на 34 километра, ведя разведку боєм. В течение ночи на 16 ап­реля в полку никто не сомкнул глаз. Надо было спланировать огонь, тща­тельно подготовиться штурму. На рассвете в войсках был зачитан приказ коман­дования фронтом:

Берлину. В 5 часов 40 ми­нут раздался наш первый залп по Силезскому вокза­лу.

звезды, ночная каплями росы металле гаубиц, тянулся сырой,

ман. За четыре года я привык уже к артилле­рийскому огню любой си­лы. Но эти 20 минут чу­довищного рева, сплошного моря огня нельзя передать никакими словами, никаки­ми красками. А когда в небе загудели сотни советских самоле­тов и началось знаменитое наступление в лучах про­жекторов, ослеплявших нем­цев, - эту картину я не за­буду до конца жизни. 22 тысячи русских пушек штурмовали последний фа­шистский рубеж - столи­цу Германии. Наши тяже­лые гаубицы, сосредото­чившие огонь на площади в два километра, были лишь небольшой частицей грозного артиллерийского ансамбля, насчитывавшего много сотен стволов, кото­рые обрушили сокруши­тельный металл на тот же двухкилометровый клочок земли. В шесть часов утра мы снялись с позиций и дви­нулись вперед, вслед за наступающими подразделе­ниями гвардейского пехот­ного полка Героя Совет­ского Союза гвардии под­полковника Петрова. И вот тогда-то даже мы, иску­шенные артиллеристы, по­разились необычайной раз­рушительной силе нашего огня, превратившего десят­ки километров немецкой земли в сплошные воронки. 21 апреля в 5 часов 30 минут заместитель коман­дира полка по политиче­ской части, гвардии майор Чуянов собрал летучий ми­тинг и об явил, что нам выпала честь первыми в ди­огонь по

войныНикогда еще не стреля­ли мы с таким упоением и под емом. За короткое вре­мя было выпущено 400 снарядов, а в 10 часов наш полк уже пересекал город­скую черту, вступив в Қарлхорст северо-во­сточный пригород Берлина. Если вы спросите, что больше всего поразило ме­ня, что произвело на меня самое сильное впечатление на последнем этапе штур­ма Берлина, я, не задумы­ваясь, отвечу - тишина, мертвая тишина, воцарив­шаяся 1 мая, накануне ка­питуляции берлинского гар­низона. После неистового, потрясающего рева, кото­рым начался исторический штурм, после двух недель беспрерывного, несмолкав­шего грохота, - эта мерт­вая тишина как бы знаменовала собой бесслав­ный конец фашистской Гер­мании. B боях за Берлин я за­менил раненого командира полка. Командование высо­ко оценило мой ратный труд, наградив меня вто­рым орденом Красного Зна­мени. Орденами и медалями был награжден весь состав нашей части люди сража­лись за Родину самоотвер­женно, не щадя сил и жизни Особой памяти заслужи­вают наши комсомольцы. Комсорг полка старший лейтенант Матвеев подавал личный пример в бою, неу­станно воспитывал вмо­лодых артиллеристах лю­бовь к Отчизне, высокое чувство воинского долга. Гвардии майор A. ВАСИЛЬЕВ.

ОНИ БУДУТ АРТИЛЛерисТАМИ 

В этом году открылись артиллерийские подгото­вительные училища. На­ряду c прохождением программы средней шко­лы, воспитанники учили­ща изучают и военные специальные дисципли­ны. Большинство препо­давателей старшие офицеры. На снимке: преподава­тель артиллерийского училища Герой Совет­ского Союза комсомолец Виктор Степанченко зна­комит учащихся, с уст­ройством миномета. Слева направо: Герой Советского Союза капи­тан Виктор Степанченко, учащиеся первого ар­тиллерийского подгото­вительного училища B. Прутков, Н. Генера­лов, Ю. Меженин и Ю. Нестеровский. Фото А. Гусева.

«Боевые друзья! Верхов­ный Главнокомандующий Маршал Советского Союза товарищ Сталин от имени Родины и всего советского народа приказал войскам нашего фронта разбить про­гивника на ближних под­ступах к Берлину, захва­тить столицу фашистской Германии - Берлин и вод­рузить над ним Знамя Победы!». …Последние слова прика­за: «За нашу Советскую Родину, с именем Сталина - вперед на Берлин!» бы­ли покрыты грохотом ар­тиллерийского наступления.



…Помню, еще не погасли   визии открыть