ВОСКРЕСЕНЬЕ, 2 НОЯБРЯ 1941 г. № 260 (7836)

ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР

2

защищающие свободу (Из лозунгоз ЦК ВКП(б) к XXIV годовщине Великой Октябрьской Социалистической Революции).

Да здравствует Красная Армия и Военно-Морской Флот, героически и жизнь народов СССР от немецко-фашистских захватчиков!  Два бойца Они не похожи друг на друга. Один из них, крепыш с озорными веселыми глазами, смео откидывает голову, словно подставляя ее порывистому ветру. Другой, наоборот, смущенно улыбается и смот­рит просто. Два русских человека. Они родились в разных местах и никогда не были знакомы друг с другом. Каждый из них живет своей жизнью, имеет свою судьбу. И все же, как двух братьев, как двух сыновей одной и той же матери от­мечает их одинак вая черта -- беззавет­ная преданность родине. В глазах их вм­дишь глубину огромной русской души. Это люди единой воли. Вот их дела. * Среди немецких солдат распространены желудочно-кишечные заболевания. И не­мудрено: питание все vхудшается. плохом питании говорят все пенные Вот, например, что заявил Альфонс Кун­кель, солдат 11-й роты 8-го мотополка 3-й мотодивизии: - Я видел, как в деревне Иглино сол­даты нашей роты ворвались в квартиру крестьянки, взломали сундук и утащили все белье, 5 тысяч рублей денег, поло­тенца и 5 килограммов мяса. Во многих деревнях забрано все продовольствие весь скот до последней курицы… А тут еще холода. сырость, пронизы­вающие дожди. Солдаты мечтают о зим­нем обмундировании. А зимнегэ обмунди­рования нет и не обещают. Офицеры су­лили перчатки и вязаные шлемы, но их тоже нет. Только одна дивизия «СС» по­лучила на зиму шинели и одеяла. Как установлено нашей разведкой, в деревне 3. саперный батальон под разны­ми предлогами в течение 15 дней сабо­тировал выполнение приказа командова­ния. И только приезд в этот батальон по­левого суда заставил немецких солдат от­правиться на передовые позиции. По по­казаниям пленных, среди солдат только и разговора, что о страшной русской зиме. Офицеры обещали солдатам после мол­ниеносного взятыя Москвы возвращение домой. Соллат уверяли вначале, что Мос­ква будет взята в последних числах сен­тября, потом, что она будет взята за четырнадцать дней октября… Однако надежды на молниеносное взя­тие Москвы и скорое окончание войны рушатся. За последние дни даже среди офицеров германской армии слышатся разговоры о том, что Москву, вероятно, до начала холодов не удастся взять… Ал. ҚУЗНЕЦОв, спец. корреспондент «Известий». ЗАПАДНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 1 но­ября. …На допрос привели только-что захва­ченного в плен ефрейтора 2-го батальона 6-й роты 478-го полка 258-й ливизии Курта Пухальского, бывшего служашего бумажной фабрики в Штеттине. Ему 28 лет. Выглядит он страшно: оборван­ный, много дней не бритый, голые колен­ки; под драной шинелью у него - черное от грязи белье. Он сидит и чешется. По шее его и воротнику шинели ползут вши. Курт Пухальский некоторое время мол­чит. А потом начинает рассказывать о суровой лействительности. Он говорит о том, что солдаты 478-го полка, да и других полков, с сентября месяца не бы­вали в бане и не меняли белья, что у многих солдат белья вовсе нет. Уже третий день на Западном напра­влении фронта относительное затишье. Враг, стремящийся прорваться к Мо­скве, вероятно, еще предпримет ожесточен-() ный натиск. Но он уже сильно потрепан. Фашистское наступление приостановлено героическим сопротивлением частей Крас­ной Армии. В последних сражениях неприятель по­нес огромные потери. Только за шесть дней, с 22 по 28 октября, 258-я немеп­кая пехотная дивизия потеряла убитыми и ранеными 1.600 человек, две гаубич­ных и 10 минометных батарей, четыре самолета и 11 пулеметов. В 6-й роте этой дивизии осталось всего 60 человек. Третья мотодивизия дважды получала пополнение. В некоторых батальонах осталось не более 100 человек. В ротах 77-го и 78-го пол­ков потери достигают 80 пропентов, а не­которые роты полностью уничтожены. В ротах 34-й немецкой пехотной тивизии перед наступлением было по 120-150 человек. В настоящее время осталось по 50 солдат. Такая же картина наблюдает­ся и в других германских частях, дей­ствующих на Западном фронте. Наряду с огромными потерями, которые немцы несут в результате упорного со­противления наших войск, германская ар­мия испытывает все возрастаюшие труд­ности, которые снижают ее боевой дух. На Западном фронте



je

Связной Тарасенко торопился. Он бе­жал изо всех сил, стараясь не цепляться сапогами за корнезища, чтобы не растя­нуться. Шел бой, и Тарасенко носился по лесу, выполняя приказания своего лейтенанта. Бой шел совсем рядом, дра­лись чуть ли не за соседними кустами, и пули, подобно ветру, шевелиля пожелтев­шие, но еще не опавшие листья над са­мой головой связного. Но он не желал ползти. Он предпочитал бежать, так было скорее для дела. Он очень торопился. И вдруг он запнулся о чьи-то ноги, упал, выругался. Ему ответили тем же. Оказа­лось, что здесь залегла группа бойцов. Что же вы не деретесь? - спросил связной. - Командира нашего убили, - сказа­ли ему. Ах вы шляпы, - крикнул Тара­сенко, - ну, подождите. Я ваш командир, за мной, вперед! Властный строгий голос его поднялВот бойцов, и он повел их, ломая кусты. Он знал, в каком месте нужно было подкреп­ление. Возвращался Тарасенко все так же, бегом. Лейтепант не должен слишком долго ждать его. И лейтенант, действи­тельно, не мог пожаловаться на нерасто­ропность своего связного. Он только об­ратил внимание на кровь на рукаве его гимнастерки. Вы ранены? -- спросил его он. Нет, товарищ лейтенант. Это фа­шистская. Оглядел себя Тарасенко.



В боях с немецкими захватчиками на своих минометов они отразили жестокие минометчики батарен лейтенанта Лебедева уже несколько дней на Тульском направлении фашисты ведут яростные атаки. В районе Тулы - ожесточенные бои. Бросив в бой танков, немцы угрозой обхода с флангов вынудили наши войска эвакуировать род Плавск. Все ценные промышленные обекты и склады были своевременно вы­везены из города. Взорвав мост, наши ча­сти отошли за реку Плаву. на Тульском Немцы несут Несколько дней продолжались бои за переправу. Наши части нанесли врагу огромные потери. Тем не менее под по­кровом ночи фашистам удалось форсиро­вать реку и вырваться на дорогу, веду­щую к Түле. Атаки врага продолжались не только днем, но и в ночное время. Над дорогой, ведущей к Туле, все время стоит зарево от орудийных залпов и пожарищ. де-Пользуясь количественным превосход­ством мотомеханизированных частей и танков, враг небольшими танковыми груп­пами действовал одновременно в разных пунктах, стараясь появиться неожиданно в тылу наших войск. Части Красной Ар­мии при поддержке авиации мужественно сдерживали натиск врага. Дорога к Туле усеяна обломками многих десятков немец­ких танков, сотен автомашин и мотоцик­лов. Каждый метр продвижения стоит нем­цам огромных потерь.

действуют минометчики лейтенанта Н. Лебедева. Огнем На снимке-

окраинах города Калинина отважно контратаки врага и сейчас поддерживают идущую в наступление пехоту. ведут огонь по противнику. Ожесточенные бои направлении огромные потери Фото специального военного корреспондента «Известий» П. Трошкина. Фронт в Заполярье Пришла шумная ватага разведчи­коб. Они привели с собой «языка». Это был молодой австриец. Шинель жиденько­го сукна, френч, под ним шерстяной дам­ский джемпер с широким декольте. На но­гах ботинки. Пленный дрожал. Рядом с нашими бойцами, одетыми в теплые полу­шубки и валенки, он выглядит оборвы­шем. Его зовут Готфрид Цах. Ему 20 лет. об-История пленения Готфрида Цах очень коротка. Вместе с десятью другими солда­тами он спал в землянке. Ночью часовой поднял тревогу. Цах, как ошпаренный, вы­скочил наружу и тут же был схвачен нашими разведчиками. Сказать, что он со­противлялся, было бы преувеличением. «Язык» оказался очень словоохотливым. Подробно, до мельчайших деталей расска­зал Цах о том, что творится в стане врага. - Все ли солдаты так одеты? - Есть и похуже. Только офицеры на­имеют полушубки и валенки. Солдаты все в летнем обмундировании. Наше коман­дование не ожидало такого быстрого на­ступления зимы. Зима обогнала нас. - Что же будут делать ваши солдаты Зимой - Об этом они должны подумать са­ми, - не без иронии ответил пленный. Из рассказа Готфрида Цах мы узнали, что немецкие солдаты боятся выходить из землянок. Некоторые успели обморозить руки и ноги. Офицеры пригрозили - за обмораживание конечностей солдаты будут отдаваться под суд. На-днях по приказу офицера все пулеметы, стоящие на пере­девых позициях, были прикованы к ска­лам. Сделано это для того, чтобы русские не унесли их ночью. В тот же день мы побывали в отряде морской пехоты. Сильные, здоровые, ожив­ленные люди. Они только-что возврати­лись из смелого рейда. Темной ночью отряд под командованием т. Люгена про­шел в глубокий тыл противника. Шли по заснеженной тундре, перебирались через сопки. Утром следующего дня увидели гор­ную дорогу. В ожидании сумерек залегли. Разведчики поползли дальше. Скоро они обнаружили несколько землянок и скопле­ние автомашин. Об этом донесли коман­диру отряда. Настала вторая ночь пребывания отряда во вражеском тылу. Скрытно, бесшумно двинулись вперед отважные моряки, окру­жая фашистский лагерь. Вот и землянки. Их забросали гранатами. На заснеженную полянку начали выскакивать немцы. Их расстреливали в упор. Группа бойцов бро­силась к автомашинам и начала их под­жигать. Через полчаса отряд моряков ис­чез так же внезапно, как появился. На поляне лежали трупы 180 вражеских сол­дат и офицеров. Было сожжено 20 грузо­вых машин с обмундированием и боепри­пасами. Рядовой солдат германской армии Гот­фрид Цах на допросе сказал правду. Рус­ская зима опередила гитлеровских генера­лов на севере. A. СКЛЕЗНЕВ, спец. корреспондент «Известий». ДЕЙствУЮЩАЯ арМия, 1 ноября.

бочих Тулыыпод командой тов. Кравченко. Завязался горячий бой. Истребители тан­ков с гранатами и бутылками бросились врага. Было уничтожено 12 фашистских тан­ков. Остальные машины повернули ратно. Но тут их встретили артиллери­сты, находившиеся в засаде. Орудие т. Московкина в упор расстреляло еще 3 танка и 21 мотоциклиста. Части тов. Ермакова днем и ночью отражаюю атаки врага, удерживают обо­рону. В одном месте немцы пытались пройти к городу в обход с фланга, но наскочили на наш укрепленный райэн, 10 вражеских танков было подорвано. Особенно сильно бьют врага наши ар­гиллеристы Пот ибеспошалиыхимотши ким огнем погибли тысячи немецких сол­дат и офицеров. Замечательно сражаются советские летчики. Ни в одном место нем­цам не удалось прорваться к городу. На­ши частив отдельных местах переходят в контратаки. В бой вступили наши тан­кисты. Сегодня ночью враг сделал еще одну отчаянную попытку прорваться сквозь оборону. Большая группа фашистских танков развернутым строем с зажженны­ми фарами без выстрелов подошла к обо­ронительным укреплениям. При отраже­нии психической ночной танковой атаки наши артиллеристы и пехотинцы показа­ли высокие образцы выдержки. Они без выстрела подпустили танки на 15 метров и в упор стали расстреливать фашист­скую колонну. Под покровом ночи к тан­кам подползали наши пехотинцы с бу­тылками и гранітами. Психическая ночная атака завершилась бегством немцев. За вчерашний день фа­шисты потеряли 16 танков. Сегодня с утра танковая атака врага возобновилась. Два раза в течение дня немцы посылали в атаку танки и мотэпехоту, но ни разу не добились успеха. При этом они поте­ряли до 40 танков и 500 убитых солдат и офицеров. В однэм месте в результате смелых контратак наших частей немцы отброшены на два километра. A. БУЛГАКОВ,

Атаки фашистов на Ленинградском   фронте отбиты

бальского. Наши автоматчики быстро обра­тили фашистов в бегство, при этом немпы понесли большие потери. Подразделение Шабальского прочно удерживает вверенные ему рубежи обороны. На другом участке фронта фашисты пытались атаковать район, обороняемый бойцами подразделения капитана Ашмари­на. Около 60 фашистов, подпущенных на­шими бойцами на близкое расстояние, были встречены сильным ружейно-пуле­метным огнем. Враг, потеряв до 20 чело­век убитыми и ранеными, поспешно отсту­пил. В районе пунктов Д. и А. нашы войска продолжают активные действия, настойчи­во тесня противника. Подразделения коман­дира Трубачева, форсировав водную пре­граду, сразу же вступили в бой с окопав­шимися фашистами. Несмотря на упорное сопротивление, немцы были выбиты с за­нимаемых ими позиций. Вчера подразделе­ния Трубачева достигли населенного пунк­та Б., на окраинах которого происходят ожесточенные схватки с врагом.

ЛЕНИНГРАДСКИЙ ФРОНТ, 1 ноября. (ТАСС). Немепко-фашистские войска на Ленинградском фронте перешли к обороне. Немецкое командование на некоторых участках фронта предприняло несколько попыток атаковать наши войска своими передовыми частями. Однако нигде немцы не добились даже самего малого успеха. Все вражеские атаки неизменно разбива­лись о стойкость и выдержку наших войск. Во всех происшедших стычках наши бой­цы нанесли врагу большой урон. Бойцы части полковника Гагена были 4 раза контратакованы фашистами. Однако стремительным ударом враг был отброшен назад. Немпы потеряли около 300 человек убитыми и ранеными. Нами захвачены 4 миномета, 15 пулеметов, много винтовок и боеприпасов. Уничтожены 4 грузовые машины с боеприпасами, 2 походные кух­ни, захвачено в плен 12 фашистских сол­дат и офицеров. Другая вражеская группа пыталась пе­рейти в атаку на участке, обороняемом подразделением старшего лейтенанта Ша-

- Я виноват - отвлекся немного, в атаке был… *



Тонкий телефонный кабель, провисая между ветвями, тянется от дерева к рову, скользит среди клочков порыжев­шего мха, залегает под снегом, опираясь на рогатки веточек, перемахивает через незамерзший еще ручей и исчезает в пу­таных кустах можжевельника. От этой хрупкой, почти невидимой нити зависе­ли исход боя, жизнь людей, сохранность сложного, дорого стоящего оружия, а судь­ба самого провода была в руках красно­армейца Александрова. Его дело было бе­гать с катушкой, сращивать оборванные концы и подсоединять куски нового ка­беля. И финны словно чувствовали, что все дело в этом проводе. Оня молотили по лесу минами, и те рвались, к велико­му огорченчю Александрова.самой ли­нии Александрову приходилось все время ползать. Это было что-то вроде поединка между финскими минами и связистом. Александров был маленький, сухонький, но у него была несгибаемая воля, и он H, задыхаясь, обливаясь потом, ползал пэ болоту облирая руки о шепу вкоторую болоту, обдирая руки о шепу, в которую превращались деревья задетые минами. налетовасв персвьязалетые минами.о Было девятнадцать случаев обрыва ли­нии, и все девятнадцать раз оборванные концы телефонного кабеля почти гновен­но соединялись, как только к ним прика­сались почерневшие от болотной слизи, уставшие руки связиста Александрова. И он вышел победителем. Связь не наруша­лась. Бой был выигран. …Два бойца. Два русских человека. B. КУРОЧКИН, спец. корр. «Известий».

Наши войска совместно с местными истребительными батальонами подстерегали и уничтожали танки врага. Все же враг ценой огромных потерь продвинулся впе­ред. Создалась непосредственная угроза Туле. Тула быстро приняла вид фронтового города. По широким магистралям шагают рабочие батальоны, движутся войска, бес­көнечный поток автомашин с боеприпаса­ми и орудиями. Мчатся мотоциклисты. Рабочие поднялись на зашиту своего города. Враг должен быть отброшен! Ору­жейники, металлурги, шахтеры, патронни-

Партизаны

цера было то, чео группа молодежи ушла в партизанский огряд. и при ее участии отряд провел несколько удачных на немцев как раз в районе деревни За­мошка. деревне Кневицы партизаныоб­стреляли немецкую пехотнук колонну, м разгромили ее; в деревне Замошка ими был уничтожен штабной обоз. На дороге между этими двумя деревнями был уни­чтожен отряд пехоты в 15 человек. Фашисты заплатят за пролитую ими кровь и слезы советских людей. Пощады не будет! ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ.

B Ленинградской области в районах, захваченных врагом, население уходит в леса, помогает партизанам. снабжая их олеждой, продовольствием, сообщает о ме­стонахождении немецких войск и т. п. Некоторые колхозы заготовляют для парти­зан полушубки, валенки. рукавипы. В деревне Замошка Лычковского райо­на немецкий офицер согнал всех жителей деревни и предупредил их, что немцы не тронут их имущества, но что они должны остерегаться появившихся в окрестностях партизан, которые, дескать, разграбят их дома. Результатом этой речи немепкого эфи-

B. АНТОНОВ, спец, корреспонденты «Известий». ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 1 ноября.

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 1 ноября.

В Затверечье, под Калинином В прежней войне не знали такихрода, командных пунктов. Этот - в гуше боя, в пределах ружейного выстрела. Команди­ры, даже штабные, хотят быть рядом с бойцами переднего края. Они живут од­ной жизнью, общим для всех презрением к опасности, смерти. Когда внутри дома с сухим треском палает со стены штука­турка, это значит - еще одна пуля. Штабные командиры продолжают сидеть нал картами. Один из них берет швабру, подметает, - на командном пункте любят порядок. Жизнь, знакомая, близкая нам жизнь, продолжается. В одной из комнат при свете керосиновой лампы идет заседание партийной комиссии. Через несколько ча­сов - очередная атака. На койке об­нимку спят два командира, они недавно вернулись из боя и через час снова бу­дут там, на переднем крае. Обсуждаются заявления о приеме в партию. За окном лес, содрогающийся от разрыва мин. Лей­тенант Пето Прищенко говорит: - В бой хочу итти коммунистом. Как всегда, его расспрашивают о прой­денной жизни. Он молод. Он был на двух войнах. Он ранен на финском фронте, он ранен теперь, в этих боях, и снова вер­нулся в строй Его превосходно знают все члены партийной комиссии, люди сдружи­лись во многих боях, но в эту минуту разговор идет строгий, фронтовой, откро­венный. Лейтенанта спрашивают: - Вы - помошник начальника штаба по разведке. Скажите. ваши разведчики действительно ведут разведку боем или ограничиваются расспросом местных жи­телей? Лейтенант отвечает: - Разведку боем в последний раз вели на правом фланге, о результатах я докла­дывал командиру. Разговор - только о войне. В жизни В трех километрах от командного пунк­та машину нужно поставить в укрытие и дальше продвигаться пешком. Немец­кие войска в Калинине держат дорогу под огнем своей артиллерии и минометов. Нервы у них не в порядке. Стрельба со стороны Затверечья и с правого берега Волги не прекращается ни на минуту. Она усиливается с наступлением сумерек. Оранжевые вспышки в сторене от до­роги и удар. удар! Стреляют наши ба­тареи. Снаряы проно ятся нал нами впе­ред, в Затверечье, в дома и сараи, наби­тые немепкими пулеметчиками. Теперь не нужно спрашивать дорогу Передний край говорит сам о себе глухими обвалами минных залпов, воем пулеметпых очере­дей. Позади остались мыловаренный за­вод, отбитый у немцев район городских боен с ответвлением трамвайных путей, огороды окраинных жителей. Злесь пусто теперь. Жизнь ушла отсюда далеко, в глубину, в села, еще не тронутые вәй­ной. Злесь, на краю городз, - фронт. Командный пункт части, которой командует майор Майоров, придвинут вплотную к переднему краю. Стена дома, обрашенная к городу, во многих местах пробита немепкими пулями. Воронки от мин видны во дворе. Достаточно выйти с зажженной папирозой в прогалину меж­ду деревьями, чтобы встревоженно ударил из города пулемет и свчстом тю-ю-вить, тю-ю-вить, птичьим свистом пуль напол­нился воздух. По утрам и в сумерки над самым командным пунктом идут на по­салку немецкие самолеты Аэролром рас­положен в противоположной части города. Таковы законы уличного боя. Злесь все близко, вплотную, лицом к лицу с вра­гом. прижатым к стенам окраинных до­мов. Счет в бою идет на десятки метров. Кажлый пом - рубеж, каждая улица - участок фронта.

человека, желающего быть коммунистом, главное бой, поведение в бою, готовность пожертвовать всем ради блага родины, на­страны. Лейтенанта Прищенко при­нимают в кандидаты партии. Он уходит, его ждут разведчики, вернувшиеся из не­мепкого тыла. На очереди - кандидатура лейтенанта Николая Лебедева. Он коман­дует минометной ротой. Один из тех, кто прижимает врага к затверепким домам Ка­линина, командир, действуюший на фрон­те с первых дней войны. Его спраши­вают: -Вы имели успехи в бою. Нас ин­тересует, в какой мере удалось вам сох­ранить материальную часть роты. Потери? - В последних боях -- ни одного бой­па Все налипо! - Результаты вашего огня? - В бою под Плоскошью, еще до Ка­линина, немцы шли в наступление силою роты. Огнем минометов мы отразили ата­ку. На другой день противник повел на­ступление двумя батальонами. Немцы име­ли успех, они ворвались в наш первый окоп. Огнем минометов мы отбили атаку. Другая комната того же дома. Началь­ник штаба части капитан Никольский. Живой, темпераментный, подвижной че­ловек. По склонностям - аналитик. уче­ный, до войны работал геологом в этих самых местах, искал коренной берег Вол­ги, изучал поведение капризной реки Тьмы. Он видит все насквозь там, где немцы вчуже рыщут по карте. Школьни­ки-экскурсанты бродили с ним в окрестно­стях Калинина. Теперь он руководит на одном из участков штурмом города, где за­сел, цепляясь за каждый дом, враг, обру­шивший свою ненависть, свой страх на мирных жителей Калинина. Капитан вспоминает: хмурый, ту­манный день, припертый к стене враг облизывает огнем пулеметов кажлый холм. каждое дерево, все, что угрожает ему ги­белью, смертью, пленом в окруженном на  спокоен.

две трети городе. Там, в городе, - наши люди. Женщины, которые уже не могут плакать, дети, научившиеся не бояться свиста снарядов, помогающие матерям жить в ужасе уличных боев. Эти люди хотят прорваться к нам через линию фрон­та, по земле, обагренной кровью. Капитан Никольский видел: на рассвете женщина с двумя детьми шла из города через низи­ну, дымяшуюся взрывами. Она шла из города к нам, она держала детей за руки, ей оставалось несколько сот метров, чтобы вернуться к родине, к жизни. Ее увидели немцы. Они знали, что одинокая женщи­на, идушая через поле, не может причи­нить им вреда. Она вела своих детей. Не­мепкие пулеметчики открыли огонь, они метили в эту женщину, они сделали то, что хотели. Женщина упала на землю, и дети упали рядом с ней, и когда наши бойцы под градом пуль бросились к ним, они нашли на поле мертвых, женщину и ее детей. Капитан Никольский помнит об этом. Он помнит санитара Перелюбского, про­стого, смелого человека, который вышел навстречу смерти, чтобы поднять с поля раненого бойца. «Осторожнее! - крикнул ему капитан. - Береги и себя, Перелюб­ский!» Капитан видел, как санитар при­встал на колено, перевязывая бойца, и вдруг замер, застыл, и капитан в раздра­жении кричал: «Не валяй дурака, ложись, ложись, я приказываю!» Санитар был не­движим. Немпы били по санитару навер­няка. Когда наши бойцы пробились к санитару, они нашли его мертвым. Он склонился над раненым, которому хотел оказать помощь. В тело Перелюбского нем­цы всадили 38 пуль. Они видели все это санитар, он перевязывает раненого бойца. Об этом капитан Никольский не может забыть. Он спокоен, он улыбается, - это­го требует война. Командир должен быть

Десять дней назад мы пришли с на­шей частью в окрестности Калинина, и там, у сарая, я дал два сигнальных вы­стрела к атаке. С этих двух выстрелов все и началось на этом участке, - десять дней ревут пулеметы, днем и ночью, нем­цы выпустили миллионы патронов, но мы берем их за горло, мы их задушим! ЕСе бы! С такими людьми, как сапер Кандауров и его товарищи, немцы будут взяты за горло. На вражеской территории осталось несколько подбитых танков. Нем­цы превратили их в доты. Кандауров сказал: «Разрешите, я их взорву». Капи­тан покачал головой: «Рискованно, Кан­дауров!». - Ей-богу же, подорвем, капитан, - сказал Кандауров. - Ну, ладно, - валяйте, - отве­тил капитан. Танки стояли на 100-200 метров один от другого. Ночью Кандауров с сапе­рами подкрался к ним, заложил заряд то­а, протянул шнур, - это было под са­мым носом у немцев, они сидели в танках. Два танка взлетели на воздух силой взры­ва у них вырвало башни. Из остальных четырех танков фашисты с воем бежали. Через несколько часов капитан Николь­ский с помощью тягачей эвакуировал эти танки с вражеской территории к нам, в нашу часть. Ночь. Половина второго. Немпы про­должают вести бешеный огонь по нашему переднему краю. Сквозь деревья у команд­ного пункта видны горящие дома Затве­речья, - немцы подожгли их, освещая пе­ред собой страшную для них ночь. Через тридцать минут - атака, - говорит капитан Никольский. - Командир ушел в батальон. Начинаем бой за второй квартал Затверечья. Прошу прощения, я должен итти. Е. КРИГЕР, специальный корреспондент «Известий». ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 1 ноября.

На подступах к Ростову Наши части на подступах к Ростову активно обороняются, не дают противнику двигаться вперед. Местами переходят в контратаки, заставляя фашистов отходить на отдельных участках. Конные группы разведчиков беспокоят врага. Много сметки и отваги проявляют кавалеристы в схватках с немцами. Под­разделение, которым командует лейтенант Новиков, получило задание разведать си­лы противника в районе села П. Бойцы незаметно подкрались к самой окраине се­ла, захватили документы, офицера, разве­дали все, что нужно, но в последнюю ми­нуту были обнаружены противником. Фашисты открыли ожесточенный огонь по разведчикам и окружили их. Лейтенант Новиков быстро оценил обстановку. Вырваться из окружения в сторону расположения наших частей очень труд­но, - решил он, - надо пробиваться своим через тыл немцев. Новиков повел подразделение в атаку на село II. Этот дерзкий маневр красных конников дез­ориентировал противника. Воспользовав­шись замешательством немцев, подразделе­ние вырвалось из окружения. ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 1 ноября.