2 АПРЕЛЯ 1942 г. № 77 (7703)

ЧЕТВЕРГ,

ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР рубеж. C. Гурарий. Разговор с пленными Через Кенитсберг проходил эшелон на восток. Должно быть, она слишком гром­ко сказала, эта пожилая женщина с пле­теной корзинкой в руках, проходя мимо состава, набитого людьми: «Бедные наши солдаты». Женщина очутилась в полицей-прези­диуме. В полицей-президиуме ей сказали, что поистине она достойна наказания. Она позорит, сказали ей, доброе имя не­мецкой женщины. Не наши бедные сол­даты, а наши храбрые солдаты, вот что должна была сказать честная немецкая женщина, верная своему фюреру. А те­перь ее поститнет наказание. Она еже­дневно будет являться в полицей-прези­диум и заявлять: не бедные наши солда­ты, но храбрыю наши солдаты. Об этом рассказывает голосом безучаст­ным и вялым «храбрый солдат» 43-го немецкого пехотного полка. Вот он стоит, Генрих Фельдгоф, захваченный в лесах Погостья, и в тусклых глазах его-равно­душие и усталость, лицо давно не брито, a руки его покрыты коростой грязи. И стоящие за ним в сизых изодранных шинелях «братья по немецкому оружию» Вальтер Гронвальд, Эмиль Бальтурас, Петер Бини и другие выглядят не менее жалко, чем Генрих Фельдгоф. Их взяли там, где поверх лесной топи проходила высокая железнодорожная на­сышь. Они зарылись в ее толщу. Стены блиндажей они выложили толстыми шпа­лами, снятыми с насыши, а покрытия железнодорожными рельсами, уложеннымн в ряд. Здесь жили они. Неизвестно, кем было пущено в ход н кан пошло гулять между солдатами кры­латое слово, на русском языке обознача­ющее «выстрел на родину». О, это вели­кое доло! Тонкие губы Петера Бинна складываются в усмешку. Оноборачи­вается к столнивейся в утлу блиндала групше оборванных помпов, что-то говорат им, и они отвечают ему оживленными возтласами, вотзяснл что разумеют немецкие солдаты под «вы­стрелом на родину». Это - удачное ране­нио. Тебя ранили, ты потерял кровь в боях­не настолько много, чтобы отпра­виться к арийоким праотцам, и тебя от­правляют в госпиталь, и ты большо не видишь эти осточертевшие леса Погостья, и тебя но выгоняют на снег под русские выстралы. Вот о чем мечтаютнемецкие солдаты, проигрывая друт другу за игрой в карты свое жалованье. Читают ли они газеты? Может быть, они слушают радио? «Нет говорит иаио, «Нет говорит Эмиль Бальтувае -мы редко читаем газеты. Солдата интересует жратва, а не газета». Что касается радио, то они по­просту зовут его «шарманкой Геббельса». «Эй, ты, Вилли, заткни ты эту чортову шарманку». И радио замолкает. «По правде сказать, - доверительно сообщает Пауль Шеплевский, старший солдат 283-го пехотного полка, - ны доктору Геббельсу не очень-то верим. Солдата на мякине не проведешь, а доктор, выра­жаясь по-нашему, по-солдатскому, часто пушку». Им недавно показали кино. Сеапе про­ходил в маленьком заплеванном зале по­луразбитой железнодорожной станции. Солдаты сидели, закутавшись в одеяла. «Как проходит сбор теплых вещей в Гер­мании для армии»,- так называлась ки­нохроника. Произошло то, о чем сообщают и с других фронтов. Солдаты затопали салогаки па доровынных подошвых, в том­почему мы их не видим?!» заливает Правда, она совсем не похожа на то, что выпускается в Германии. «Откуда у вас это?» Они отводят глаза. Ефрейтор Эрих Конецко мнется: «Да, бывает, у населе­ния забирают носильные вещи. Особенно победойанаОсобенно занимаются этим танкисты». Почему? «По­тому что у них в танках есть свободные места, куда удобно складывать вещи. Таковы эти немецкие солдаты, захва­ченные в плен нашими бойцами. Д. СЛАВЕНТАНТОР. спец. корреспондент «Известий». ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 1 апреля. ЮГО-ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ. Бойцы подразделения старшего лейтенанта Блазнина занимают новый огневой Фото специального воепного корреспондента Как был взят вражеский укрепленный пункт танки. Защищенные танками, пехотинцы броснлись в избы, и в дело пошли гра­наты. разтар боя из леса выскочили чэты­ре средних кемецких танка. Их во-время заметили советские танкисты. Два наших тяжелых танка встретили немецкие ма­Красноармейцы недаром окрестили этет населенный пункт новым названием - «месиво». Здесь в бою уничтожено, бук­вально смешано с землей несколько сотВ немецких солдат и офицеров. Погиб от штыкового удара командир немецкого ба­тальона, его ад ютант взят в плен. До

Городок

в лесах

В этом городке нам довелось быть еще задолго до того, как появились здесь немцы. Он стоит, окруженный густыми лесами. Кругом - сосна, непроходимый ельник, болота, кочковатые, неровные лесные дороги. В городке несколько тысяч населения, опрятные магазины, парик­махерские, столовые, радиоузел, клуб. Таким мы видели этот населенный пункт до появления немцев в этих краях. Таким он остался и теперь, когда он находится в глубоком тылу у немцев. Десятки деревень тяготеют к этому рай­онному центру. Отсюда на много кило­метров в разные стороны тянутся нити партизанского движения. Весь район опу­тан густой сетью телефонных проводов. Стоит только немцам появиться в одном месте, как эта их затея уже известна штабу партизанского района. Лесной городок - неприступная кре­пость партизан, На зданиях домов обыч­ные вывески: «Райком ВКП(б)», «Рай­исполком», «Райвоенкомат». В каждом из этих домов кипит горячая боевая работа. Особенно шумно и людно у здания рай­военкомата. Тесными рядами стоят сани.

Да что ты милый, - отвечает за деда старуха. - Ты нас не огорчай. Другие - золото, серебро и то сдают. Будь у нас золото, не пожалели бы. Бери все полторы тысячи, только бы скорей этому кащею Гитлеру конец!… В райкоме ВКП(б) зазвонил телефюн. Разведчики сообщили, что к селу Н. направляется отряд немцев. Накануне партизаны разбили несколько обозов с боеприпасами, сожгли склад с горючим, бросив в окно огнетушитель, начиненный аммоналом, взорвали дом, в котором расположился немецкий штаб. Район партизанского движения с каждым днем расширяется. Обычно крестьяне, вооружен­ные чем попало - вилами, . топорами, берданками, пробираются в районный центр и просят принять их в отряд. Они нападают на немцев, расположенных в их селе или по соседству, уничтожают или забирают в плен пемецких солдат, после чего организуется круговая вооруженная оборона, и село уже входит в партизан­ский район. Теперь немцы направили в одно из таких сел карательную экспедицию.

Распряженные лошади уткнули морды в сено. На санях парни, девушки. Играет гармонь. -Можно поздравить, кричит парень, стремительно сбетая по ступень­кам крыльца, - зачислен! - Сколько пулеметов? - спрашивают в райкоме. - Три пулемета, четыре миномета, а всего немцев 103 человека, - отвечали по телефону. - Все немцы на санях. С быстротой молнии по лесным тропам помчались навстречу врагу сани с воору­Он па ходу поправляет карабин и но­казывает товарищу повестку. Здесь призывной пункт райвоенкомата. Сотни людей ежедневно примыкают к партизанскому движению. - Примите хоть картошку чистить, - упрашивают молодые ребята. Когда встал вопрос с призыге молодо­жи в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии, в райвоенкомат явились сотни колхозников. Население деревень провожа­ло молодежь с гарношками, с хлебок-со­лью. Путем, известным лишь партиза­нам - жителям лесов, из этого ройопа в регулярные части Красной Армии уже отправились сотни бойцов. Они пересек­ли линию фропта, обошли немецкие за­ставы, патрули, укрепления и явились в пазначенную им часть. женными партизанами. В этом бою пар­тизаны уничтожили 68 солдат, двух офи­церов, захватили 9 пленных и почти все вооружсние карательного отряда. - Куда же вы пленных деваете? … спросили кы в штабе партизанского от­- - Как куда? в ряда. удивился комиссар.-

Из немецкой пушки по немецкому танку B IН-ской артиллерийской части умело используют трофейное вооружение. Артил­леристы хорошо освоили немецкие пушки и применяют их для отражения коптратак врага. На-днях взвод лейтенанта Черкасова вел прямой наводкой огонь из двух про­тивотанковых орудий по наступающей не­хоте противника. Одно из этих орудий 37-миллиметровое, трофейное. Неожидан­но показались четыре немецких танка. Когда они приблизились на 300 метров, наводчик Болдырев выстрелом из трофей-

Отправляем

часть.

Оказывается, партизаны ухитряются перебрасывать из тыла через линии фронта не только пополнение в ряды Красной Армии, ке только заготовленный хлеб, подарки бойцам, средства, собранные в фонд обороны, но даже пленных нем­цев, захваченных в боях! С каждым днем все шире развивается партизанское движение. Здешние лесные массивы стали запретной, смертельной з0- ной для немцев. Над лесом горело яркое пламя заката. В избах и домах загорелись огни. В од­ном из них собрался актив партизанского района. Здесь были работники советских и партийных учреждений, командиры от­рядов, комиссары, радовые партизаны, от­личившиеся в боях. В наступившей ти­шине читали письмо, отправленное пар­шине читали письмо, отправленное пар­тизанам делегацией узбекского народа. Далекий знойный Узбекистан посылал сю­да слова, полные любви. И было видно, что это необычное братское послание, при­бызшее из края, в котором большинство присутствующих здесь никогда не было, гжубоко волнует людей, поднявших в ты­лу у немцев знамя борьбы за честь и свободу народов нашей отчизны. A. БуЛГАКОв, спец. корреспондент «Известий».

шины и в коротком бою уничтожили нх. сих пор в развалинах изб торчат трупы немцев. Обычно в оставляемых пунктах немцы закапывают убитых в одном месте. Здесь­по меньшей мере десяток немец­ких кладбищ. Этот узел взяли гвардейцы. Деревня расположена на высоте. Отсюда видны многие села, разбросанные по безлесной местности, Только с юго-запада к основа­нию возвышенности подступает небольшой десовСсеверо-востока теровню опибает лесок. С северо-востока деровию огибает железная дорога, по которои ь оры Первыми начали наступление саперы. Почью они замерили глубину снежного покрова и расчистили путь для наших танков. Все это - скрытно, незаметно. курсирует немецкий бронепоезд. Днем, котда немцы меньше всего ожи­дали атаки, наши танки под прикрытием артиллерийского огня стремительно пошли на сближение с противником. Немцы от­крыли ураганный огонь. По тапкам били минометы, пушки. Вой снарядов и гул разрывов все время нарастал. На прице­пах наши танки тащили не только сани с пехотой, но и пушки. Артиллерийские расчеты ловко соско­чили с.танков и быстро запяли огневые позиции. Наши пушки, подтянутые к са­мой стонт только посмотреть на характер ук­реплений. Большинство изб в деревне ка­полы, вырыли колодцы глубиной в пол­тора-два метра, сверху колодцев положи­ли бревна в 3-4 ряда, засыпав их вы­рытой землей. Из такого дзота идет под­коп к степам дома. В самой стене, внизу пробиты амбразуры. Таков характер поч­ти всех укрепленных точек. Бой шел за каждую избу. Танк лейтенанта Глазко ворвался в де­ревню и прикрыл несколько вражеских амбразур. То же еделали и другие наши Наступила уже ночь, но бой продол­жался, Чтобы вилнее было драться, нем­цы подожтли сараи. Пламя, взрывы, траз­сирующие пули, лязг танков. крики бой-

Призыв продолжается. Призывники ＿ это люди, видевшие, испытавшие на се­бе всю мерость фашистского режика Важдому из них или его семьежено, принесли горе. И эти бойны, пришедшие из немецкого тыла, готовы отдать всю свою кровь, каплю за каплей, ради от­мщения, ради достижения победы над вра­гом! Людно и в райисполкоме. Очень успеш­но протекает сбор средств в фонд оборо­ны страны. Старик со старухой, оба приземистые, морщинистые, прибыли из деревни, расположенной отсюда за 20 километров. У них четверо сънов и весколько внуков в Красной Армии. Старики привезли в фонд обороны 1.500 рублей. - Много, дедушка, - говорит кол­хознику член райисполкома. - самим деньги-то нужны.

цов, - все слилось в один рев. Отважные пехотинцы влезали в избы и там в рукопашном бою решали успех ного орудия разбил гусеницу танка. Красноармеец Баев, стрелявший из отече­ственного орудия, попал в моторную Контратака врага группу второго танка. была успешно отражена. схватки. Уже вся деревня была в наших руках. Только в ее центре, в большом здании держались немцы. Наши команди­поставили врагу ультиматум - сдать­ся, иначе здание будет взорвано. Тогда из подвала раздались женские и детские крики: - Не взрывайте, мы сидим здесь в плену у немцев! Уже на рассвете, когда бой затих, немцы решили выбраться из подвала че­рез глухое окно, выходящее в сад. Опи вылезали по одному, но далеко уйти им не удалось. Часть беглецов была переби­та, часть - захвачена в плен. Бой за село - один из интереснейших эпизодов на этом участке фронта. Не по­мог немцам и бронепоезд, вызванный на помощь. Наша тяжелая артиллерия, пере­нося огонь, отгоняла его все дальше от места боя. Кемцы, видимо, собирались долго си­деть в этом пункте. Только патровов они 377-го пехотного полка 208-й немецкой стрелковой дивизии и второй батальон 406-го пехотного полка. Утром следующего дня, подбросив све­жие силы, враг предпринял четыре контр­атаки, пытаясь вернуть укрепленныйПока пункт. Три атаки отбили наши легкие танки, в четвертой атаке немцам удалось подойти близко. Тогда со штыками вы­скочили паши пехотинцы. До рукопашной дело не дошло. Как только послышалось русское «ура». немпы повернули назад. ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ, 1 апреля, (От спец. корреспондента «Известий»).

B. САФОНОВ, спец. корреспондент «Известий». ЮЖныи фрОнт, 1 апреля,

Партизаны захватили в плен немецких летчиков СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ, 1 апреля. (Спецкор ТАСС). В нескольких километ­от деревни занятой

1 апреля. (По Небось, на Искусно маневрируя, Мартынов де­сятью молниеносными атаками разбил ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ, телефону). Один против пяти пунх-врмжсеский стройн12-й минуте бол в отненный факел и летит наземь. мчатся к своей базе. - Что с Якимовым? - это был пер­вый вопрос лейтенанта Мартынова, когда он опустился на своем аэродроме. - Все в порядке. Немного поврежден мотор, сообщили ему товарищи, по­с блестящей Лейтенант Мартынов - прославленный летчик нашей страны. Это он в составе семерки кашитана Еремина дрался против 25 фашистских самолетов. қ. тараданкин, спец корреспондент «Известий». ЮГО-ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ, 1 апреля. *)

полной безопасности, оставили машину и направились на розыски подводы, чтобы добраться до ближайшей воинской части и сообщить об аварии. Они пришли в деревню. Встретив на улице поскольких крестьяй, фапистские -Веди быстро к староста! Дай под­вода! Колхозники переглянулись. Пойдем, - сказал один из них. он вел немецких летчиков по де­ревне, остальные колхозники, вооружив­шись вилами и топорами, напали на них, разоружили опешивших немцев, отобрали у них карты и документы и сдали летчи­ков в штаб партизанского отряда. Здесь ничего не понимающим фрицам раз ясни­ли, что они попали в «партизанский край».

Лейтенанты Якимов и Мартынов своих истребителях прикрывали наших штурковиков, атакоранних опоршые ты фашистов в районе села Б. Отбомбившись, штурмовики легли на обратный путь. В это время с запада, явно опоздав к бою, примчались шесть «Хейнкелей-113». Наши штурмовики были уже над своей территорией, и два истребителя завязали бой с фашистами. В то время как Якимов пошел в лобо­уюю атаку на трех «Хейнкелей»вжздравляя ский самолет, зайдя в хвост ястребку, пулеметной очередью повредил мотор. Самолет Якимова пошел на посадку. Лейтенант Мартынов отомстил за то­варища и ебил «Хейнкель». Теперь в воздухе остался Мартынов - один про­тив пяти фашистских самолетов. Гвардия Воскресение Емельянова Командир Емельянова-капитан Смыш­ляев. С ним Емельянов, что называется, «слетался». Не один раз улетали они вместе громить тылы противника, уничто­жать вражеские самолеты на аэродромах, бомбить укрепления на переднем крае врага. Однажды Емельянов участвовал в большом налете на вражеокий аэродром. Налет был удачным. Группа штурмовиков уничтожила на земле десятки неменких самолетов. Котда Емельянов вышел из атаки, на него навалились вражеские истребители. А у Емельянова к этому времени уже не оставалось патронов. Он стал уходить на бреющем полете. Немец­кие истребители гнались за ним. Оскол­ки снарядов попали в кабину, самого Емельянова ранило в голову. Самолет был искалечен в воздушном бою. Кабина полна дымом. Все управле­ние, кроме руля глубины, выведено из строя. -Плохое было у меня от всего этого впечатление. Вот-вот, кажется, упаду. Шел я прямо по макушкам сосен, «пилил»: то дам газ, то уберу… Развер­нуться было нельзя: кругом много немеп­ких зениток. А немцы гонят и гонят, стреляют и стреляют. Наконец, рас­стреляли немецкие истребители все па­троны и ушли. Думали, наверно, что мне уже не выбраться из этого положе­ния. Перемахнул я через поле, спова оказался над лесом. Вдруг винт заклинил­ся, остановился. Я упал в лес. Был без памяти минут десять -- пятнадцать. На­конец, очнулся. Сразу вылез из каби­ны. Поглядел па свою одежду, - весь в бензине. Вылез, - дым, мотор горит, фюзеляж хвостом залетел на кабину. Горит моя любимица-машина… Раз так, то теперь уже следует подумать о себе. *) Окончание. См, «Известия» от 29/III. 

От товарищей узнал Емельянов результатах налета на немецкий аэро­дром. Прошло немного времени, и снова полетел он с группой штурмовиков громить немецкие тылы. Капитан Смышляев Командир эскадрильи кашитан Смыш­ляев аккуратно вносит в записную книж­ку число уничтоженных им неменких самолетов, подавленных зенитных точек, истребленной живой силы врага. Старший политрук Мигачев подвел недавно итог действиямэскадрильи Смышляева. За четыро с половиной меся­ца штурмовики Смышляевауничтожили 51 танк, 122 зенитных орудия, 60 само­летов, много другой вражеской техники и истребили свыше 7 тысяч немецких сол­дат и офицеров. - Исключительный летчик, - гово­ррСмышляеве Емельянов.Мало знал я людей, умеющих так безошибочно ориентироваться в вездухе. Он летает без аварий в такую погоду, когда за 20 мет­ров края аэродрома не видать. Однажды наши части наступали. Нужно было их поддержать, а вицимость плохая. Не то, что лететь плохо, - в такую погоду и пешком заблудишься. И все-таки он полетел в снегопад и туман, отштурмовал благополучно вернулся. Однажды Смышляеву было приказано штурмовать скопления противника в рай­оне ленинградских пригородов. Атака бы­ла проведена исключительно удачно, Было уничтожено много машип, тачанок, ору­дий, живой силы. Когда Смышляев нулся на аэродром, представитель армей­ского командования неожиданно спросил его: Что вы там наделали? Смышляев не сразу понял вопрос. Разрешите доложить… вас уже доложено… Не понимаю… Оказалось, что о действиях Смышляева уже доложили наземные части. Наши пе­хотинцы издали видели, как попали нем­цы под сокрушительный огонь смышляев­ского самолета…

Зимой Смышляев побывал в городе. Он слышал, как свистели над улицами сна­ряды. Во дворе дома он видел воронку от снаряда, разорвавшегося всего за десять минут до прихода Смышляева. Он мечтал дне, когда его пошлют уничтожить дальнобойные батареи, бьющие по городу. Этот желанный день настал. От зорких глаз Смышляева не укрылись замаскиро­нанные орудия. Они были уничтожены взрывами большой силы. Больше эта ба­тарел не била по нашему городу. Скромность

Наша работа скромная. Профилак­тическая… «Профилактика», которой занимаются наши штурмовики, очень не по душе немцам. Весь горизонт был в дыжу пожаров. По дыму немец удрал от места боя. Чуть не поймали, - велух оказал Манохин. Очастье, что наш ястребок подоспел. Боевая дружба Старые ястребки, прикрывавшие штур­мовиков в дни боев, уходили в другую часть. На смену им шли повые машины, В последний раз летчики обедали вместе, Когда теперь доведется встретиться снова? - Наше дело простое,-сказал истре­битель Маслий.-Мы должны прикрывать штурмовиков, дать им возможность спо­койно работать. Прикрывать от всего: от немецких истребителей, и от немец­ких зениток. Там, где работают штурмо­вики, надо выводить из строя вражеские зенитные точки. Майор Поляков. сам бывший истребитель, знал цену нашей работе. Бывало, как только вернутся са­молеты из штурмовки, он меня расспра­шивает: «Давай, Маслий, расскажи, что было…» Как часто посло очередного полета подходили штурмовики к истребителям и благодарили их за помощь, оказанную в бою. Однажды, когда Емельянов, отштур­мовав, вышел из атаки и стал ожидать двоих ведомых, на него напали «Мессер­шмитты». Все патроны были к тому вре­мени расстреляны, отбиваться невозмож­но… Тогда на помощь пришел ястребок Орлова, навалился на хвост «Мессер­шмитта». Немец удрал. Спасибо,-сказал Емельянов.-Без твоей помощи я бы жизни лишилс, ма­шину угробил… Такая задача, - просто ответил Орлов, и они пожали друг другу руки. Во время штурмовки Маслий прикры­вал самолет штурмовика Манохика. Вдрут он заметил, что с бреющего полета в хвост машине Манохина заходит «Мессер­шмитт». Маслий быстро снизился, ударил по немцу. Немец взмыл вверх. Но там его уже поджидали другие ястребки. И точно, он не ошибся. Ястребок Мас­лия подлетел к манохинскому штурмови­ку, подстроился, пошел рядом. иМанохин понял безмолвный вопрос бое­вого друга. Сжав кулак, он подпял на Он но знал еще, кто именно спас его, но почему-то подумал о комиссаре истре­бителей Маслии. Они ясно видели теперь друг друга Маслий и Манохин. Ну, как? - кивнул головой Мас­лий и поглядел на Манохина. мгновенье вверх большой палец: деокать, все хорошо. Капитан Зараменский, батальонный ко­миссар Маслий, старший лейтенант Орлов и погибший в бою лейтенант Зайцев истребители по призванию. Летное призвание - одно из самых благородных в современной войне. Неда­ром начальник штаба полка подполковник Чистяков готовил своих сыновей к летно­му делу. И до сих пор он огорчается, что только один из них стал летчиком. Неда­ром стал летчиком бывший техник Пав­люченко: что может быть выше того чув­ства, которое испытывает человек, став­ший полновластным хозяином могучей машины? Рассказывать о летчиках-гвардейцах это значит рассказывать о майоре Аниси­мове, истребившем 1.500 фашистов, старшем лейтенанте Калмыкове, сделавшем за время войны болео 100 боевых выле­тов, о Лукине, Пичугине и многих дру­гих. Боевое содружество штурмовиков и истребителей принесло нам многие победы на фронте. В грядущих воздушных боях новыми подвигамя прославят гвардейцы свое боевое знамя. Гвардия высот всегда на боевом посту. Она всегда бодрствует. B. САЯНОВ, спец. корреспондент «Иэвестий». ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ.

высот

Трудно было установить, где я находился. Отошел от горящего самолета метров 200, лег под сосну, отдохнул немного. Стал определять, где нахожусь. Решил итти на северо-восток. Прошел полкилометра, на сосну залез. Кругом бор, везде стреляют, вспышки огня: бъет артилле­рия. На северо-востоке огней меньше, решил продолжать путь туда. Шел долго. В полдень снова залез на сосну. День был ветреный, холодный, позднля осень. Болота видел с сосны, кое-где занесенные снегом. Я был без шлема, в одном комбинезоне. Забрался на сосну, хотел на ней переночевать. Устроился на сучках кое-как. Только вот беда: как задремлю, сразу голова вниз валится. Пришлось ремешком себя за голову привязать к здоровенному сучку, чтобы вниз не свалиться. Проснулся часа в четыре ночи. Самочувствие тяжелое. Раненую голову ломит, кровь запеклась. в лесу все кругом гудит, и ничего, кроме дыма и пламени, не видно. Я пошел дальше по компасу. Твердо решил: встречу немцев, прикончу нескольких, а последнюю пулю себе. Вдруг слышу топот­конник в каске проехал. Свой или чужой? Я снови на сосну залез, выжидаю. Потом, вижу, трое военных идут, между собой разгова­ривают по-русоки. Слез я с сосны, обра­тился с вопросом к одному бойцу. Он мне показал, где находится штаб. Стали меня из штаба в штаб водить, устанав­ливать личность. Пошла телеграмма по фронту - запрос в мою часть. Вскоре я верпулся к своим. Сразу - с рапортом к командиру полка Полякову. - Здраветвуйте, товарищ майор. Лет­чик Емельянов из полета вернулся. Бое­вой приказ выполнил. На обратном пути атакован истребителями, машина сгорела, сам жив… нулся. Посмотрел на меня Поляков, улыб­- Не просто жив, а воскрес из мертых.

Сколько уничтожили танков сегод­ня? спросил однажды командующий ар­мией. Оволо 40 ответил команир штурмовиков. А точно не можете сказать? - Боимся преувеличить. Значит, придется послать воздуш­ного разведчика? - чик. Он установит точней, сказал лет­вечеру воздушный разведчик вер­нулся на аэродром. Проявили снимки. Оказалось, что в тот день штурмовики уничтожили 70 танков. Чистая работа,-одобрительно ска­зал командующий.-Таким боевым успе­хом можно гордиться. Наземные части всегда дают востор­женную оценку боевым делам штурмовой авиации. вер-Вот что писало летчикам командование одного стрелкового соединения: «Командо­вание благодарит летный состав вашей части за отличные действия по разгрому фашистских войск. Все наши заявки по разгрому вражеских батарей и пехоты выполнены вашими летчиками блестяще. Ваши летчики пользуются у наших бой­цов и командиров огромной любовью и уважением. Спасибо, товарищи летчики, за ваше мужество, отвагу и тактическую сметку в разгроме врага». Определяя свою боевую работу, один летчик-штурмовик как-то сказал: