ЧЕТВЕРГ, 1 ОКТЯБРЯ 1942 г. № 231 (7917)

ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР

ус

тс к и х р д. вражеские войска! Разіаданная хитрость Я вытлянул и оторопел. Из распахнутой настежь двери крайне­домика двое гитлеровцев выталкивали на площадь женщину. Та упиралась, но ближайший к ней немец грубо пнул ее и, швырпув вдогонку два пустых ведра, за­хлопнул дверь. Женщина подобрала их и, путливоози­раясь, побежала через площадь. - Ах, стервецы! - вырвалось у Лыт­кина. - Погнали по воду во время боя… Женщина успела добежать до колодца и, укрываясь за срубом, наощупь прице­пила ведро к веревке журавля. Так же наошупь она опустила ведро в колодец. Лыткин взялся за бинокль, чтобы по­лучше разглядеть ее, и, ахнув, выру­гался. Ловко подстроено!… Сейчас я напою до смерти! Он передал мне бинокль и схватился за автомат. Погоди! - удержал я стрелка. - Ты что, спятил? Посмотрите на руки!- обиженно полсказал Лыткин. Серая извилина реки на окраине совхозного поселка, из кото­рого наши войска выбили противника на­кануне. Гитлоровцам не удалось повре­дить через реку. на­ленные Слева от моста, зияя квадратными впадинами выбитых окон, тянулись строения масло­бойного завода. Их и поселок разделял изрытый воронками снарядов пустырь, а в центре его чернела огромная яма. Вот здесь все и произошло, - об­водя рукой низину под пригорком, сказал командир танка лейтенант Аксенов. Только вместо ямы был колодец с жу­равлем. Перед ним мы и застряли. А все потому, что на прорыв к мосту наша ма­шина шла замыкающей и несколько в стороне от дороги, проложенной головны­ми танками. Они держались между колод­цем и поселком, а мы прикрывали их с левого фланта. В самом деле, представьте: срель бела дня на пригорок, занимаемый противни­ком, взобрались девять советских танков, проутюжили вершину, сравняв е землей вражеский дэот, и вместо того, чтобы Игра стоила свеч. Мост находился в тылу фашистского гарнизона. и захват его обеспечивал выигрыш предстоящего боя за поселок: немцы лишались возмож­ности отступить по удобному пути. Та­кова была задача, порученная подразде­лению. Успех ее во мнотом зависел от маршрута и внезапности удара.



ста но ви ть на т и с к фаш и с Непрерывно обескровливать, перемалывать  В районе Сталинграда Бон в районе Сталинграда приобретают все более ожесточенный характер. Немцы никак не могут примириться с тем, что их атаки за последние дни не увенча­лись успехом. Они продолжают подбрасы­вать резервы и почти непрерывно штур­муют наши позиции. Отмечено прибытие на фронт немецких частей, только недав­но снятых из Франции, Бельгии и Гол­ландии. Пленный солдат Оскар Фроммель показал, что его полк был расквартирэ­ван в Дижоне (Франция) и отправлен на Восток в начале сентября. «Наш гарни­зон в Дижоне, - заявил Фроммель, - в настоящее время состоит в основном из резервистов старше 50 лет». Сосредоточив на северо-западной окра­ине Сталинграда свежую танковую диви­зию, немцы бросили этот кулак на про­рыв. Предварительно они произвели ко­роткий, но весьма интенсивный артилле­рийский палет. Тысячи снарядов были выпущены немецкими орудиями. Гитле­ровцы были уверены, что этот шквал отня и металла начисто сметет пренят­ствия, стоящие перед ними. Их уверен­ность была подкреплена тишиной, царив­шей на нашей стороне в момент начала танковой атаки. Им казалось, что наше сопрэтивление сломлено, что ташки, а вслед за ними и мотопехота смотут легко проникнуть в глубь нашей обороны. Не так оказалось на деле. Хорошо проду­манная система обороны и надежные укры­тия защищали бойцов от немецких снарядов. В тот момент, когда немецкие танки, раз­вернувшись, двинулись в атаку, заговори­ла наша артиллерия различных калибров. Несколько немецких машин сразу запыла­ли. В двух машинах взорвались боепри­насы. Тем не менее танки двигались впе­ред, преодолевая огневую завесу. В дело вступили наши бронебойщики и миномет­чики, Несколько немецких танков беспо­мощно застряли на месте, другие стали поворачивать назад и отступили. Начавшаяся через два часа новая ата­ка закончилась с теми же результатами. Только к исходу дня немцам удалось использовать свое значительное численное превосходство и несколько продвинуться вперед. Наши части оказывают гитлеров­цам упорное сопротивление На других участках, особенно в районе рабочего поселка и на некоторых город­ских улицах, враг также предпринял не­сколько атак. Все они были отбиты. На одной улице наши бойцы несколько улуч­шили свои позиции, очистив от против­ника два больших здания. ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 сентября. (От «Известий»). спец, корр. Прочь В бездарной гитлеровской газете «Ди фронт» какой-то Ганс Киттиг пишет: «У нас не должно быть никакого со­чувствия к красноармейцу. Убивайте их: смерть для них лишь избавление». Читая этот бред каннибала, разве не чувствуете вы, как закипает кровь в ва­ших жилах, разве не хочется вам расто­лочь в порошок этих кровавых тупиц, ворвавшихся на нашу честную, трудовую российскую землю! Немны прорвались до преддверий Кав­казаОни стоят на пороге этого прекрасно­го края и смотрят на него завилущими глазами. Они чуют аромат нашего вина. Они чуют аромат наших плодов. Они чуют за­пах нашей нефти. Они добежали до Кавказа и Сталингра­да. Быть может, они добежали до края своей могилы. Да! Места эти могут стать их могилой Места эти должны стать их могилой. Красная Армия должна стать и станет могильщиком фашизма. Красноармеец не подымет руку на ре­бенка, не оскорбит женшину, не ударит старика. Но проклятого фрица он убьет, где он его ни встретит. Нещадно и бес­счетно. Мы начали войну рыцарями. Нам сле­довало начать ее мстителями. Мы предпо­лагали, что враги такие же люди, как и мы, В составе нашето миролюбия были склонность прощать и доверчивость. Чест­ные люди всегда делают одну и ту же ошибку: они предполагают весь мир чест­ным. Мы воображали в немцах солдатскую честь, солдатское благородство. Но теперь мы хорошо узнали немцев и дорого запла­тили за это знание. Мы знаем, что перед нами противник подлый и бесчестный. Убийцы по профес­сии и по душевному влечению. Грабители из расчета и по призванию. Холодные и сладострастные маниаки смерти. Недавно на Ленинградском фронте был такой случай. Бойцы подразделения тов. Кожевникова вышибли немцев с их по­зиций и отбросили к реке. Чтобы восстановить положение, немцы прибегли к коварной хитрости в своем обычном стиле. Они забросили на наши  доверчивость! фланги и в тыл автоматчиков, переоде­тых в краспоармейскую форму. Маскарад провалился. Ставка на рус­скую доверчивость не удалась. Ненависть сделала бойцов зоркими. Они уничтожили переодетых фрицев. Другой случай. Группа фашистов под­кралась к нашему подразделению Фаши­сты были одеты в нашу форму. Только на спинах у них была белая полоса, видимо, для того, чтобы свои же их не подстре­лили. Свои их не подстрелили. Их под­стрелили наши. Командир нашего подраз­деления разглядел в овечьей шкуре волка. Жажда мести сделала командира нашего проницательным. Переодевшиеся гитлеров­цы были уничтожены. Наши бойцы и их командир показали примеры, достойные умножения. Враг еще пытается спекулировать на нашем легковерии. И кое-когда это ему удается. Вот приказ № 6 по 1-й пехотной диви­зии румынской королевской армии: «… Об явить по дивизии нижеследующие факты,демонстрирующие доблесть 5-го пехотного полка. Эти факты должны слу­жить примером храбрости и наступатель­ного духа для всех частей и подразделе­ний румынской королевской армии. Взвод лейтенанта Георгеску Стефана из 6-й роты продвигался вперед. В это неприятельские бойцы окружили взвод. Благодаря хладнокровию лейтенанта Георгеску, несмотря на то, что взвод был окружен, он он вышел из критического по­дожения. Офицер симулировал сдачу в плен, и по его приказу солдаты подняли руки вверх. И в тот момент, когда русские подо­шли, чтобы взять пленных, Георгеску и сго солдаты забросалпеприятеля ручны­ми гранатами и таким образом выпли из окружения, оставив четырех убитых». Ты понял, боец? Не верь гитлеровцу ни в чем! Не под­давайся его уловкам! Бей его нещадно и бессчетно! Бей так. как только ты один во всем мире умеешь его бить: бей его в лоб, в бок, в спину, но только - бей! он побежит. Он очень не любит, когда его бьют. Л. СЛАВИн.

прог тов. фрон ше,

соб гал B

рев va

зу.

B3 26

Мы все одновременно приникли в смотровой щели. Лица женщины не было видпо. Пряча голову за колодезный сруб, она продолжа­ла действовать ощупью, но ее руки, поднятые над срубом и перебиравшие ве­ревку, были видны очень хорошю. Боясь ошибиться, я приставил к гла­зам бинокль. В окулярах отчетливо мельк­нула рука в белой перчатке,

действующая армия. Гвардейцы-раз­ведчики подбираются к переднему краю обороны противника. Фото Д. Чернова. (тасс).

времяГорячие схватки в воздухе

Тут меня словно осенило. вернуться как рассчитывали немцы, на исходную позицию, вдруг напролом рину­враже-истрелка. сквозь пространство. Конечно, питлеровцы вылетела группа наших истребителей во главе майором Пилютовым. Завя­зался бой с большой группой ских истребителей. Капитан Литаврин в -Бей по ведрам! поторопил ольконе ошибись… И все мы опять припали к саотровой щели. Женщина с ведрами уже была на пол­пути от колодца к домику. обалдели от нашей дерзости и опомнились на минуту позже, чем следовало: колонна уже вплотную приблизилась к вражеским упереплениям. Не повезло только нашему танку. У в езда на площадь мы смаху наскочили на мину, Танк подпрыгнул и накренился, Мы потеряли ход и подставили себя под кинжальный огонь немцев. Те не преминули воспользоваться на­шей аварией и полтора часа молотили пу­лями по броне. Дело осложнялось. В конце-концов Что и говорить, невесело было нам торчать посреди пустыря мишенью для ритлеровцев. Четырежды они вылезали из своих нор и устремлялись в атаку на танк, и четырежды мы косили их из пу­лемета и автоматов. Вдруг над площадьюЛыткин раскатился характерный звук выстрела противотанковой пушки. Снаряд просви­стел над машиной и разорвался далско на бугорке. танс питлеровцы могли нажрыть нас, ибо был лишен возможности маневрировать. Ну, Лыткин, за тобой слово, сказал я башенному стрелку. Началась дуель. Заговорило наше ба­шенное орудие. Услыхав его, немцы за­частили. Один снаряд упал в нескольких метрах от машины, и его осколки сотней кувалд грэхнули по броне; разрывом дру­гого заклинило верхний люк. -Лыткин, не суетясь, вел пристрельу. Мы с напряжением, которое вполне по­нятно, ждали результата.он не лил последовать: ухнул заглушенный бро­ней и расстоянием взрыв, не похожий на обычный разрыв онаряда. Воздушную вахту над полем боя при­няли затем летчики-гвардейцы. Стороной обойдя заслон «Мессершмиттов», гвардей­цы напали на бомбардировщики со сто­роны солнца. Стремительная атака рас­строила боевой порядок «Юнкерсов»и «Дорнье». лоб атаковал «Мессершмитт», открыв огонь из всех пулеметов сразу. Фашист­ский самолет упал на землю. Гвардейцы Савушкин и Наминатов спереди атаковали одну из вражеских ма­шин. Сзади на нее обрупили опонь лет­чики Евтеев, Богомолов и Мигаль. Бы­стрые и согласованные действия реши­ли участь фашистского пирата: он был сбит. С другим бомбардировщиком вскоре расправился гвардий старший сержант Мигаль. Экипажи фашистских машин стали ра­дироватьпомощи. Подошли «Мессер­шмитты». Продолжая наносить удары по бомбардировщикам, гвардейцы одновремен­но отражали атаки истребителей против­ника, Летчики Савушкин и Евтсев сбили по одному «Мессершмитту-109». Четыре раза поднимались в воздух в этот день летчики-гвардейцы. Гвардии капитан Савушкин сбил еще одного хищ­ника. Пять самолетов врага уничтожил за последние два дня боев отважный гвар­деец. Сейчас на его счету числится уже 15 истребленных немецких машин. 13 самолетов противника сбили в этот день летчики авиаподразделения, где коман­диром Герой ерой Советского Союза т. Ерлыкин, Сегодня с утра жаркие воздушные схватки над полем боя прододжались, Трех машин не досчитались фашисты за

B б) J б Д II H

Грянул выстрел, и, повторяя его оглу­шительным эхом, на всю площадь неожи­данно громыхнули один за другим два взрыва. Смотровую щель заволокло ды­мом. Ветер изодрал дым в клочья, и перед нами снова возникла площадь. На ней н было ни души. Женщина с ведрами таин­ственно улетучилась, сгинула… - Вот так тетка! - изумленно про­тянул Китаев. - Значит, у них в ка­лодце заместо воды… - Сейчас определим, что в колодце, прервал я, обращаясь к Лыткину. Ну-ка. проверь. навел орудие на колодец. - Держитесь, друзья!…

В районе

Синявино

B районе Синявино продолжаются упорные бои. Наши части очищают один из районов от групп немецких автомат­чиков. На других участках тоже идут непрерывные бои на уничтожение врага. На участок, занимаемый Н-ской пвар­дейской частью, все время пытались про­никнуть групны автоматчиков. Одна из таких прупы численностью до 50 чело­век пошла в атаку. Гвардии меец Татарников, подпустив фашистов близкое расстояние, отнем из автомата уничтожил пятерых немцев. Гвардии еф­рейтор пулеметчик Сашин расстрелял 10 фашистов. Гвардейцы не дали против­ниюу возможности накапливаться для атаки. На участке Н-ского подразделения от­личились бойцы батареи, которой коман­дует старший лейтенант Ипатов. Боль-

шая группа гитлеровцев под прикрытием танков двинулась в атаку. Отнем из сво­их орудий сержанты Жарик, Устюжнов, наводчики Кирьянов и Виноградов подби­ли два вражеских танка, две бронемаши­ны и уничтожили до 50 гитлеровцев. Всего артиллеристы батареи уничто­жили до ста пехотинцев противника, две грузовых машины, шесть подвод с бое­краснзар-припасами и минометную батарею. Раз­нагромлен склад боеприпасов. В этом же бою отважно действовали старший сержант Безногов и краснзар­мейцы  умков и Захаров. Огнем из про­тивотанковых ружей они подбили один и сожгли два танка противника. H. дЕдКов, спец. корреспондент «Известий». ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 сен­тября.

Всепоглощающий грохот раздался вслед за выстрелом башенного эрудия. Посреди площали взметнулся огненно-черный столб еще раз сильне земли и пламени. Танк встряхнуло, а когда мы, опомнясь, кину­лись к смотровой щели, то увидели на месте колодца эту яму… Лейтенант показал на центр пустыря и, прочитав в глазах каждого нас один и тот жо вопрос, понимающе усмех­пулся. На рассвете, когда соединенным действиями танковых и пехотных подраз­делений гитлеровцы были выбиты из поселка, мы опросили и жителей, и плен­ных Никакой женщины в домике никот­замед-водилось.Маскарад,устроенный немцами, понадобился, чтобы раздобыть из колодца, преврашенното ими в склад боеприпасов, снаряды для противотанко­вой пушки взамен взорвашных Лыткиным. Придумали фрицы хитро, но споткну­лись на мелочи и очутились в дураках. скажите, какая деревен­ская женщина побоится мозолей на ру­и пойдет по воду в белых перчатках? Евгений ЮНГА, спец. корреспондент «Известий». ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ.

Бои юго-восточнее Новороссийска наши части разгромили 3-ю ГОРНО-СТРЕЛКОВУЮ румынскую дивизию деПствующая аРМИЯ, 30 сентября, (Спецкор ТАСС). В районе юто-восточ­нее Новороссийска происходили жестокие бои. Сосродоточив значительныю силы, немцы атаковали занимаемые советскими частями рубежи. Наши стрелковые части и морская пехота успешно отбили мно­гочисленные атаки врага, а затем пере­шли в стремительную контратаку. Предприпятоо. фашистами наступление закончилось полным разгромом только-что прибывшей на фронт 3-й горно-стрел­ковой румынской дивизии, которая, по неполным дашным, потеряла убитыми и ранеными около 8 тысяч солдат и офи­церов. Контратакуя врага, наши части освободили носколько населенных пунк­тов, оккупированных немцами. Враг вы­бит с важнейших высот. В ходе боев уничтожено 75 вражеских пулеметов, 2 орудия, 7 танков, 50 автомашин грузами и пехотой, 30 мотоциклов, взор­ваны два склада с боеприпасами. Наши части захватили 300 пленных и тро­феи - 82 пулемета, 50 минометов, свы­ше 1.000 винтовок, 2.000 мин и много автоматов. По показаниям пленных, 3-я торно­стрелковая румынская дивизия выступи­ла из Румынии в конце июля. По же лезной дороге она добралась до Керчи и в начале сентября была переброшена на Тамань. На фронте эта дивизия появилась между 15 и 20 сентября и заменила на Новороссийском направлении оттянутые отсюда немецкие части. Во время боев на нашту сторону шел второй взвод первой роты 12-го ба­тальона этой дивизии. Командир взвода Григоре Пробаж сообщил, что, когда части румынской дивизии начали отходить под натиском нашей пехоты, его взвод ук­рылся в лесу, а затем добровольно сдал­ся в плен. Три воздушных боя В надвигающихся сумерках патрули­рующие летчики московской истребитель­ной авиации старшие лейтенанты Левша и Таенко заметили 8 Лобовой атакой наши истребители нару­шили строй вражеских самолетов, В пер­вые же минуты схватки один из «Мессер­шниттов» был подбит. Несмотря па эна чительное количественное превосходство противника, умелыми маневрами наши летчики заставили фашистов отступить. Спустя короткое время старший лейте­нант Таценко в паре со старшим лейте­нантом Лозовым встретились с 4 «Юнкер­сами», пытавшимися прорваться к одно­му военному об екту. В коротком боюсо­ветские летчики сбили один «Юнкерс-88». Твардии младший лейтенант Помогалов на высоте свыше 3.000 метров сбил «Фокке-Вульф-189».

первую же половину дня Вместе летчиками Ленинградского фронта активно действовали летчики Краснознаменного Балтийского флота. Накрыл? - встрепенулись мы. Чорт его знает! - откровенно признался стрелок. - Скорее всего попал За день летчики Краснознаменной Бал­тики сбили 13 «Мессершмиттов», три «Юнкерса-88» и два E. ЗАХВАТОВ. Прошло с четверть часа. Вражеская «Фокке-Вульф-190».ках к смотровой щели и, отпрянув, взволно­в ящики с боеприпасами возле нее. на ванно позвал меня: Товарищ лейтенант! Гляньте крайний домик! Что гады придумали!…

Успех танкистов

ЗАПАДНЫЙ ФРОПТ, 30 сентября. (Спецкор ТAСС). Танковые младшего сержанта Кузнепова и старши ны Стулова вступили в бой с десятью фашистскими талками. Ночью они подо­шли к вражеским машинам на 15 мет­ров и открыли пю ним пушечный огонь.

Три фашистских танка загорелись, осталь­экипажи ные семь отступили. Экинаж Кузнецова, кроме танков, уничтожил еще 6 враже­ских противотанковых орудий, 10 тяга­чей, разрушил 8 блиндажей и истребил более двух десятков гитлеровцев.

ЛЕНИНГРАДСКИЙ ФРОНТ, 30 сен-

тября.

Годовщина Георшя Зюзько Мы, - говорит один, ручным пу­леметчиком он в роте, далеко от Фронта оставили свои семьи. Узбекистан, говорит, далеко отсюда, а нам сдается вот тут он, за спиной. И деревни эти пожженные, будто наши кишлаки, и ре­чушка, через которую шли вчера ночью вброд, совсем, как наш арык. Ребята, повторяю, хорошие,-не из тех, что потеряются и к земле прилипнут, когда дадут красную ракету. Стали мы ждать артиллерийской под­готовки. Что бы там ни говорили, нэ всякий раз ожидание боя врезается в память на всю жизнь. Лежишь, ждешь первого залпа. И хоть в сотый раз дове­лось тебе вот так, в темноте, в сыром окопе дожидаться боя, хоть впервые счи­таешь ты минуты, оставшиеся до него,- все равно неспокойно как-то на сердце. И не то, чтэбы страшно. Нет, от этого быстро избавляешься. А просто волнуешь-немцев. ся и курить хочется до-смерти. А в ту ночь, помню, было у меня та­кое ошущение, будто е ешеЗюзыо еще один Зюзько вылез из окопа, стал рядом и отлядывает того, кто остался лежать, дожидаясь пер­вого залпа. Стоит, смотрит и как бы проверку учиняет: все ли ты, товариш политрук, успел сделать? Не забыли чего? Стал я перебирать в памяти ничего не упустил. А все-таки на душе неспокойно. В общем дождались мы артиллерийской подготовки, начали наши батареи на совесть обрабатывать передний край нем­цев. Было еще темно, и я мог заглянуть к кое-кому из бойцов в их окопчики, не привлекая внимания немецких автиматчи­ков. Ясно, спрашиваю, всем, что надо делать? Боевую задачу все знали хорошо. Вернулся к себе на правый флант. Немен­кие батареи начали отвечать нашим. Стало чуть-чуть светать. Наступило время занимать исходный рубеж. По команде, залегля в те моменты, когда немцы пус­кали осветительные ракеты, мы продви-

соскочил, вправо от меня шарахнулось трое немецких солдат.

рах, сами понимаете, нетрудно всадить пулю в немца, если его видишь в полный рост, и если сердпе у тебя накипело на эту падаль. Таким образом я прикрыл им дорожку на левый фланг. Кое-кто, конеч­но, умудрился проскочить. Не без этого. Но когда шестеро солдат опрокинулись, дру­пие уже не пытались пробраться через пристрелянный мной ровик. Движение по ходу сообщения прекратилось. Светофор был, как говорится, перекрыт всерьез и надолго. Короче говоря, пробыл я на своем кП, как говорится, на бугорке, над немецкой траншеей, до вечера, и до вечера не от­крыл немцам светофора в их ходах сооб­щения, Пришлось пустить в дело две өс­тавшиеся гранаты, когда какая-то груп­па автоматчиков рискнула выкарабкаться из траншеи и перебежать по голому ме­сту. Немцы извели на меня несколько обойм автоматов. Но за скатом бугорка я был, как у христа за пазухой. Сами понимаете, депек тот покасадея мне не оченькоротким. Стемнело, нако­пе, и я уже не мог держать на мушке сообщения. Оставаться здесь но имело смысла. Пополз на свой КП. Меня встре­тили, как выходца с того света, Все ви­дели, как я сиганул в траншею. слышали взрывы гранат. А что было затем и по­чему, теряя удобную позицию, немцы не перебросили с правого своего фланга под крепление влево, это оставалось неизвестным до моего появления, так жо, как и то, погиб ли я-от гранаты илибе пули. А выходит так, что потибать раповато. Уральны - народ живучий… про годовщину забыл? командир части. Ну, это пустяки, - улыбнулся, наклоняясь к печке, Зюзько. - Совпаде­ние, видите ли, получилось. Как-раз день боя исполнился год со дня моего по­ступления в роту. Пришлось встретить фронтовую годовщину в немецкой транше. Вот и все. и, осИпов, спец, корреспондент «Известий». ҚАЛИНИНСҚИИ ФРонт.

нулись на полтораста вперед. Смотрю, не отстал ли кто. Нет, стала сти­хать, и, когда последний снаряд разорвал­ся командного пункта по­летела под­нялись до траншеями простреливалось с себя меня в правой руке, и, присев, я бросил ее в них. Рвануло крепко. Не поднима­ясь, глянул влево. Из-за выступа,-тран­шея сворачивала в бок, - выбежали чет­веро. швырнул вторую гранату и вы­скочил из траншеи. Оставаться здесь бы­ло опасно. На мою беду бойцы устремились в проход через проволоку значительно ле­вее того места, где очутился я, и бой передвинулся в сторону. Здесь же, возле траншеи, из которой мно удалось выско­Сюда, в оврат, скатились все. Ранило немногих. Бойцы, правильно поняв зада­чу, рассредоточились по дну оврага и быстрыми перебежками стали продвигать­ся вперед, вернее, карабкаться кверху. Их не остановил сосредоточенный отонь Пули теперь больше проходили поверху, над головой. Немцам не с руки было бить в оврат, и только двое или трое автоматчиков, видимо, выскочивших из траншен, ударили по нас слева. Их сняли наши пулеметчики. В общем бой шел, как говорится, по расписанию. Оставалось уже метров три­дцать, не больше. до траншей, когда пе­редняя цепь, там было человек пят­надцать,уткнулась в проволоку. Кое­где на кольях, а местами просто разоро­саишая в мотках, опа, чорт еевозьми, задержата всетаки бойцов. Сами понима­ете, не так-то просто перекинуться рез колючий этакий барьер под огнем. Руби лопатками, передалась команда по цепи. Проходы в проволоке пробили лопатами, и часть бойцов про­рвалась вперед, А я в это время очутил­ся у самой траншен. Как-то не заметил, что оторвался от своих, и вот уже - немцы, Ну, не ждать же, когда подоспеют бойцы. Опрыгнул я в траншею. Была она в пол­ный рост, узкая. И от того места, где чить семерых фрицев, остался я один. Ход сообщения вел отсюда влево, туда, где частые выстрелы и рвались гранаты. Я подуабылопобегу по ходу сооб­шения туда. Но сразу же отставил это решение. Лучшо останусь здесь и возьму под контроль этот самый ход сообщения, и не пущу туда, влево немцев. Сам-то я могу туда и не добежать, что толку бу­дет, если меня подстрелят? Ребята, судя по тому, как начался бой, неплохо и смогут обэйтись без меня.ход отсюда мы не пустим ни одной души не­мецкой на поддержку тем, за которых взялись уже видно крепко наши бойцы. Сами понимаете, все это, конечно, пронеслось в голове быстрее, чем я сей­час рассказываю. Думаю, заняли мои стра­тегические рассуждения возле немецкой траншеи не больше, чем секунду Но и ее было достаточно, чтобы получить пулю в голову. Поэтому я схватился за лопатку, раз-два - и уже прикрыт от пуль ро­че-имой землицей. Тем временем стало совсем светло, и с моего бугорка над немецкой траншеей от­крылся превосходный вид на всю систему земляных сооружений фрицев. Вицны бы­ли их ходы сообшения в полроста; видно было, как в одном месте узкая щель, по которой снуют, пригнувшись, солдаты, пе­ресекает небольшой ровик, и здесь каждый пробегающий немец моему яглазу во весь свой рост. В двадцати мет-

- Расскажите, как вы отпраздновали­свою годовщину. Командир части обернулся к человеку, ст)явшему возле железной печки. В блин­даже - полутьма, слабый огонек коп­тилки едва позволяет различить фигуры людей, желтые, глинистые стены, выруб­ленную в земле и прикрытую соломой лежанку. Липо человека, к которому обратился командир, освещено рыжеватым пламе­пем, пробивающимся через пплохо отворен­ную дверцу печурки. Широкоскулое, с прозрачно светлыми глазами и неожидан­пере-нм отош потборольом, оно выдает в Георгий зозько человека доброй туши, смешливого, любящего шутку, Улыбнется вот такой жизнелюб, и всем вокрут становится весело. Бакая то упру­отовая повую миндействи им ясная жизненная сита сквозит в каж­дой черте его открытого лица, во всей его крешко сбитой фигуре. Предложение командира рассказатьо себе застало его врасплох. До этого раз-о говор шел на общие темы. Он принимал в нем живейшее участие. И влруг оказал­ся неожиданно для себя в пентре вни­мания. «Мессершмиттов»придвинулся к коптилке и запиал расоказ политрука роты Георгия Тимофее­вича Зюзько. чего же начнем-то? Пожалуй,думается, боевого приказа. Так, товариш капитан? Приказ получили мы в двадцать ноль­ноль, и сказано было в нем, что шестая рота должна захватить траншеи немцев по ту сторону оврага, возле совхоза. Под прикрытием артиллерийского огня в три часа утра нам приказано было выдви­нуться на исходные позиции и, как только умолкнут батареи, атаковать не­мецкие траншен, выбить из них немцев и закрепиться здесь, В роте было человек двадцать узбеков. Хорошие ребята, очень злые на немца. Видели они, идя на пере­довые, сожженные деревушки, наслуша­лись от жителей о немецком разбое.