13 ОКТЯБРЯ 1942 г. № 241 (7927)

ВТОРНИК,

2 П. Трошкина и E. Подшивалова(ТАСС). Фото специального военного горреспондента «Известий» БОИ ЗА СТАЛИНГРАД. 1. Переправа артиллерии через реку. 2. Автоматчики выбивают фашистов взятых из опорного пункта. 3. Партия в боях пленных направляется в глубокий тыл. В районе Моздока В районе Моздока спова разторалотся ожесточенные бои, В боях участвует боль­шое количество танков и пехоты. Наши войска наносят врагу огромный урон. На одном важном участке фронта во­семь суток шли упорные бои. На поле сражения немцы оставили убитыми свы­ше полка пехоты. Сильный урон противнику наносят бронепоезда. Они вплотную приближают­ся к немецким посициям и громят их. Особенно отличился Н-ский бронепзезд. Только за послодние дни он истребил околе сотни фашистов и несколько тан­ков, Каждый день проявляют себя все но­вые и новые герои - бойцы и команди­ры, Бронебойщик Суворов заметил, что на эгновые точки его взвода движутся тан­ки. Подбив из противоташкового ружья две машины, Суворов пополз навстречу врагу и стал забрасывать остальные танки гра­натами. Герой потиб, но уничтожил че­тыре танка и сорвал вражескую атаку. В оражении у пункта С. немецкие ав­томатчики, просочившись к позициям од­ной нашей батареи, вывели из строя рас­чет оруция. Командир взвода управления лейтенант Александров подбежал к өру­дию и начал расстреливать наседавших фалгистов прямой наводкой. Немцы продолжают грабить мирное на­селение временно захваченных ими райо­нов. Лейтенант Воеводин рассказывает таком факте. Недавно наше подразделение подбило три немецких танка. У одной из машин сзади был привязан отромный брезентовый тюк. В нем оказались семь мужских костюмов, шесть пар мужското белья, четыре дамских сорочки, пять вы­шитых украинских рубах, три пары дам­ских рейтуз, восемь пар туфель, шесть шерстяных крестьянских шалей, шестнац­цать одеял, четыре пуховых подушки, столько же оконных занавесок, пять эма­лированных кастрюль и мисок, патефон с пластинками и детский резиновый мячик. Помимо этото, в отсеках танка храни­лись четыре глиняных кувшина со сли­вочным маслом и большой бак, в котором было упаковано несколько сот яиц. ю медведовский, спеп, корреспондент «Известий». РАйон моЗдОҚА, 12 октября. ва выскочить из-под удара. Короткая остановка. Рычаг скорости остается в прежнем положении, выключается только сцепление. Выстрел! Танк снова в дви­жении. За 15 минут танк Гоголева выпустил пятнадцать осколочных снарядов и четы­ра пулеветных диска. Учитель хорошо видел как в четырехстах метрах от него перебегают с места на место немецкие артиллеристы, как три их срудия заво­лакивает огнем и дымом, и они замол­кают, и артиллеристы бросаются к чет­вертому, тащат его назад, но тут их на­стигает другой танк, подминает под себя, давит, ломает… Гоголев переводит дыха­ние. Капни пота стекалот по его лину. Конченю с этой батареей! Кончено. И тут он слышит по радию голос командира: «Принять правее, к раз - өздү». Он ведет танк почти вплотную к раз - еэду. В 150 метрах от цели видит пе­ред собой две массивных железных ту­ши. Они изрыгалот отонь. Гоголов при­открывает люк, всматривается. Незнако­мые танки, черные, блестящие, таких он не видел. Итальянские, - решает он, Впрочем, один чорт, не все ли равно! Главное не наши. Бить, пока его не заметили. Стволы их орудий направ­лены в сторону налпей пехоты, а Гоголев подошел с тыла. Он бъет в упор броне­бойными, и первый танк заторается, дру­гой задним ходом пятится к раз езду, но второй снаряд прошибает броню и этого ташка. Два итальянца выскакивают из верхнего люка, Гоголев кричит стрелку: - Кончай с ними, не выпусти. А сам, опять готовя одновременный удар по двум разным целям, приказы­вает башенному стрелку приготовить оско­видит,ка наиеотиныпимости сложатся, Струйки пыли мечутся ралом с ними, как змеи. Кинжальный пулеметный огонь с фланга. Лежит, лежит пехота. Не поднять головы, прижата к земле. Пуле­метчик открывает люк, кричит: Садись на танк, ребята. С какой стороны режут вас? Ободренная пехота отвечает, что с вы­сотки режут, с высотки, и пятеро крас­ноармейцев карабкаются на танк, осталь­ные бегут рядом. Гоголев бьет по высотке двумя снарядами, двумя пулеметными дис­и пехота уже не лежит пехота де­ками, и пехота уже не лежит, пехота зет по скллону. Старшина Быбин идет прямо к черной дыре, откуда стреляли минуту назад, врывается в немецкий блиндаж. Он выходит оттуда весь в комьях земли. В руках у него два писто­лета, пачка бумат, ордена. Два немецкихі офицера и трое солдат уничтожены. Высота Безымянная и раз езд были по­чти заняты нами, когда Гоголев увидел, как один из наших танков вспыхнул, по­дожженный немецким снарядо. Гоголев направил свой танк к нему на помощь, чтобы оттуда выскочить на гребень Бе­зымянной. И тут он потерял сознание. Очнулся через минуту. Ладони, прижатые к лицу, были в крови. Единственное, что он понял, - было тихо внутри танка, мо­тор не работал. Он увидел башенного, бледного и как бы постаревшего. Плечо его перешибло осколком. Всеми своими помыслами Гоголев был еще в бою. Заводи, - сказал он водителю, и не услышал своего голоса. Мотор завелся. «Ну, и хорошо, - подумал Гоголев, - можно дратьсл». Он повел танк в том же направлении, к высоте, преодолел еще сто метров, и опять его швырнуло, ударило. му стало дупино, в лицо брызнул га­зойльвторым снарядом был пробит правый бак танка. Мотор опять заглох, внутри танка потвилось пламя. Гоголев крикнул водителю, чтобы тот включил хо­тя бы левый мотор, и, когда мотор зары­чал, пламя потпуло потоком воздуха в вентилятор, и толда пламя захлебнулось, и его придавили шинелями, комбинезона­ми и спасли тан от пожара. Гоголев все думал бо.Гретий снаряд заклинил хришлым от усталости и злобы голосом приказал задним ходом вести танк на исходную. Он передал башенного санита­рам, но тут и самого его свалило на зем­лю. Кровь лилась из ушей, из носа. Ему говорили: Высоту и раз езд взяли. Он отвечал: «Хорошо». Ему вали о смерти майора Грязнова. Танк Грязнова горел. Он знал, что все кончено, но даже смертью своей продолжал убивать немцев: повел пылающий танк на номеп­кую траншею, давил обезумевших от стра­ха солдат и умер в огне, в раздавленной его танком немецкой траншее. слышал он плохо: его контузило тем пер­вым снарядом. Хорошо, - отвечал Гоголев, но Его отправили в госпиталь. Утром пришли к нему товарищи, но его в госпитале не было. разры-Полуглухой после контузии, с сочащей­ся из ушей кровью, он ушел от врачей в балку, где стоял ого танк.н думал о бое. РАЙОН СТАЛИНГРАДА Дети знали его строгим и справедли­вым, суровым и нежным. Однажды он по­кинул детей, чтобы учиться военному де­лу, умению убивать врага. Он понял, что мире, в котором существует фашизм, право на справедливость и нежность нужно за­щищать с пистолетом, с гранатой в руке. Есть гнев самый страшный - это добрых. Гнев нашей армии есть высшая мера ненависти. Учитель Петр Гоголев видел, как немцы методически, квартал за кварталом превращали в развалины мирные города, в которых не оставалось никого, кроме женщин и детей. Он видел девочку, заваленную грудой камней. Ве нельзя было вытащить. При малейшей по­пытке камни задавили бы ее насмерть. Учитель видел хирурга, приступившего Б чудовищной операции, чтобы спасти девочке жизнь: нужно было отсечь ей за­жатую камнями ногу. девочки уже не было сил кричать, несколько часов она висела над дымящейся улицей. Внезапно хирург прервал операцию. Немцы добили ребенка новым осколком. Он был человеком мира, учителем. Если бы дети, которых он любил, смогли уви­деть его здесь, в сталинградской степи, они его не узнали бы. Ради них он стал таким, как он есть, - человеком упор­ной, сосредоточенной злобы; полуглухой после контузии, с сочащейся из ушей кровью он ушел с санитарного пункта в балку, где стоял его танк, изуродованный огнем, пробитый снарядами. Там нашли его товарищи. Он был почти без сознания, Врачи говорили ему: Жить! Он молчал, но мог бы ответить одним словом: -Убивать! Учитель Петр Гоголев пришел в ста­линградскую степь командиром танковой роты. Он молчалив и спокоен. Непависть его проявляется не в минутных яростных вспышках. Она стала выражением всех его чувств, всех его жизненных сил. Он боль­ше не ругает, не проклинает немцев. Он их убивает. Всего себя, энергию, нервы, разум он бережет для боя. Это гнев добрых. Гнев брых Евг. КРИГЕР спец. корреспондент «Известий» переднему краю вражеской обороны. Они ползли навстречу разрывам налих кетами застал их на расстоянии в сто метров от немцев. в 6.40 пехота подня­лась; перебежжами, снова ползком, ко­роткими бросками пошла вперед, и вслед за пехотой, обгоняя ее, подбадривая ре­вом моторов и гусениц, прикрывая от­нем, пошли танки. Они шли медленно, приноравливаясь к движению пехотинцев, и в трудных местах горячий и вепыль­чивый лейтенант Гаджиен высканивал из танка, поднимал залегших бойцов, напря­гая и без того звочкий голос, кричал: вМоя пушка стреляет. Кто там бо­ится? Чето еще надо? Подымайтесь! Степь, захваченная немцами, изрыга­ла огонь из каждой дыры, ожили холмы, гневовраги. Врат не хотел отступать. Немцы выкатывали пушки из ям на вырытые в земле площадки и били по танкам, и Гаджиева злило, что танки из-за пехоты идут медленно. Их перебьют тут, как джейранов в открытой стеи. Он крик­нул механику-водителю, чтобы тот вел танк без него, а сам двести метров шел открытую, изде­подбадривая с пехотой, нарочно в ваясь над малодушьными,

В Народном Комиссариате Обороны За проявленную отвагу в боях за отечество с немецкими захватчи­за 174 стрелковая дивизия в ками, за стойкость, мужество, героизм личного состава преобразована

46 Гвардейскую стрелковую дивизию - командир дивизии генерал­Гвардейское Знамя. майор Карапетян С. И. Преобразованной дивизии вручается  

Антифашистский митинг учителей советских

народа над врагом поможет своими сн­лами и советокое учительство. Выступает сокретарь ЦК ВЛКСМ тов. Мишакова: Дорогие товарищи! Родина поручила нам, учителям и комсомолу, воспитать из наших детей верных сынов отечества. Пройдут года, и наше юное поколение с глубокой благодарностью понесет в жизнь воспоминания о своем учителе. Оно будет благословлять своих учителей, которые по­могли өму пережить кошмары войны, вы­звали у него волю к жизни, закалили его характервоспитали в нем ненависть в врагам родины. Вырастим верных сынов народа, воинов, сильных духом и телом, подготовим людей знающих, дисциплинн­рованных, организованных! Бурными аплодисментами встречают участники митинга прибывшую с фронта тов. Крылову, недавнюю преподавательни­пу географии и истории. За 15 месяцев, находясь в непре­рывных боях, -- говорит она, - я встре­чала на фронте немало учителей. В недав­нем прошлом историки, математики и гео­графы, они сейчас прекрасные минометчи­ки, автоматчики, пулеметчики, артиллери­сты. Учитель-фронтовик с оружием в ру­ках метит проклятым гитлеровцам за изде­вательства над советскимилюдьми, за рабство, которое они песут нашему наро­ду, за те пытки и мучения, которым они подвергают наших детей. огромным вниманием слушают участ­ники митинга волнующую речь учитель­-Уже более года население нашего района изнывает под игом немецких за­хватчиков. В шести сельсоветах гитлероз­цы сожгли целиком все колхозные стре­ния. Они расстреляли свыше 150 мирных советских людей. Проклятые изверги за­мучили насмерть двух моих подруг - молодых учительниц, заживо сожгли шесть юношей, а в день 8 марта живой закопали в землю одну нашу комоомолку. страх, не покорность, а горячая нена­висть и злоба горят в нашей груди. Все, кто может держать оружие в руках, идут ко-нам в артизанские отряы среди них немало учителей и учительниц. Товарищи учителя! Заверяю вас, что я и мои боевые товарищи по партизанскому отряду не ослабим нашей борьбы, пока хоть один оккупант топчет нашу родную землю. ницы-партизанки тов. E. Она принимала участие в шести крупных боевых опера­циях, 15 раз ходила в разведку и 4 ра­за подрывала в тылу у врага полотно же­лезной дороги. С горячими речами выступили старший лейтенант бывший учитель тов. Баскаков, белэрусский учитель Цибулько, учитель­ница 29-й школы г. Москвы тов. Мартья­нова, заслуженный учитель Грузии тов. Картозия, директорСухаревской школы Краснополянского района Московской ро­ласти тов. Лынской и пионервожатая Мо­сковской 425-й школы тов, Грановска от C исключительным воодушевлением участники антифашистского митинга со­вотених учителей послали привелс товаришу Стадину и приняли обраш к учителям всего мира. В адрес митинга поступили приветс сФронта от групшы учителей-гвардейцев и приветственные телеграммы из Лондова от английской секции учителей и Обще­ства культурной связи, от ассоциации Сову-ассистентов-преподавателей в средних шо­лах Уэльса и Северной Ирландии, от на циональной ассоциации директоров пкол Попдона и др. транслировался по радио.

B Колонном зале Дома союзов состоял­ся антифалпистский митинг советских учителей. Митинг открыл председатель ЦК союва учителей тов. Леонтьев: - В тылу, в рядах Красной Армии, в партизанских отрядах советские учителя с честью выполняют свой долг перед ро­диной. С отромным патриотическим под е­мом они работают на своем почетном по­сту в школах. Несмотря на трудности, вызванные войной, в истекшем учебном году повысилась успеваевость чащихся, улучшилась воспитательная работа. лобовомуБоевым ралюртом родине звучит высту­пление директора 105-й школы гор. Ле­нина тов. Любовой: Мы шлем горячий привет учителям временно оккупированных немпами совет­ских районов. Доротне товарищи! Идите в ряды народных мстителей, рассказывайте населению правду героической борьбе Красной Армии, разжитайте жгучую нена­висть к вратам. Поднимайте народ на еще более активную борьбус фашиетским зверьем! Учителя героического Ленинграда прислали меня сюда, чтобы заявить ре­боротьс до полного разтрома гитлеровских полчищ-до того часа, когда последний фашист найдет себе могилу в пашей земле. С горячей речью обращается к собрав­шимся тов. Чепурина - учительница дякинской школы Рязанской области, по инициативе которой в стране разверну­пось движение помощи детям фронтовиков. Фе-C - Миллионы советских людей стремят­ся окружить отеческой любовью ребят потерявших в огне войны дом и родную семью. Товоришти фроштовики, мы о оставим ле-Товарищи фронтовики, мы не оставим ваших детей, мы постараемся воспитать их так, как того требует родина. Вместе с колхозной общественностью мы решили обеспечить детей фронтовиков всем необ­ходимым. Газеты сообщилио нашей скромной работе, и мы, учителя федякин­ской школы, счастливы узнать, что наше натинание подхвачено и другими школа­ми и разрастается в большое обществен-Но ное движение. Слово предоставляется народному миссару просвещения РСФСР тов. Потем­кину. Учитель, - говорит он, - есте­ственный враг фашизма. И нынешний митинг - это манифестация культуры против варварства, знания - против не­вежества, творческих сил гуманизма - против стихии зверства и разрушения. Ныне, в годину войны, советский народ­ный учитель выполняет подлинно исто­рическую миссию. На своих плечах он выносит дело обучения и воспитания миллионов советских детей в суровых условиях военного времени. Многим де­тям - и не только сиротам - учите­ля заменяют семью. Но не только в шко­ле трудится ныне советский учитель. Рука об руку с крестьянином он соби­рает для страны и Красной Армии бога­тый урожай. Когда отдыхала школа, ря­дом с рабочим становился учитель у станка, чтобы общими усилиями ковать оружие для Красной Армии, Среди героев фронта немало народных учителей Име­на Героев Советского Союза - танкиста Тимофея Шашло и снайпера Петра ра и других прославлены в ни великой отечественной войны. В схваткеер манским фализмом мы отстаиваем все­мирно-историеские завоевания Октября.Митинг Ненавистный враг будет сражен. Победе Помощь

смелых, и люди, заражаясь его веселой, колючей храбростью, шли быстрее и бы­стрее, и он уже слился со многими, его уже обгоняли, он стал ненужным здесь, пеший, и тогда вернулся в свой танк. Этот пылкий лезгин в бою становился чортом. Все знали, что его гложет жела­ние встретиться тяжелым немецким танком и таранить его. Радостное и гнев­ное, жгучее чувство боя зажигало самых оиелролочные,Он вапри выезлератасоало ничную пепь. Ему крикнули: атаку.

Опоздал! Батальон уже вышел в

Хитров швырнул шлем на землю и, по-солдатски ругаясь, проклиная свою неудачу, стал натягивать цепь, Коман­дир его был ранен осколком бомбы. Хитров натянул цепь, рванул танк впе­ред. Он нагнал алакующих. Лишившись командира, молодой, неопытный башен­стрелок терялся, нервничал. И тог­целыеками, да Хитров, холодея от предчувствия вто­рой неудачи, сам стал искать цель. Дви­жениями рулей он наводил на цель груз­ное тело танка так, что и башиню с ору­дием не нужно было поворачивать, и кри­чал молодому стрелку: Бей, бей! Готово, только бей, чорт! Бей, милый! Бей, тебе говорят! И стрелок бил. И так они спибли два неменких танка, Один из командирот был ранен в глаз Вагляд его был затуманец ровью Потом часть видимого утасла для него, он ослеп наполовину. Его та пили за руки назал Он рванул из кар­мана плаокзатянул черную кровото­чащую орбиту вытекшего глаза, крикнул: - Вижу, вижу, вижу! Отпустите ме­ия, я живой, я могу.

Немцы даже самих себя хотят убедить в том, что они страшные,- бомбы у них воют, «мессеры» визжат. Сами они сни­маются полуголыми, с ножами в зубах, с теантски свлаый тендантских складах у них находят тонны значков с черепами. Это не страш­но. Это смешно и противно. Немцам сейчас, страшна наша степь. В степи нет рубежей. Наша ненависть остановила здесь немцев. B степи под Сталинградом их остановили такие люди, как младший лейтенант Васильев и его артиллеристы. Батарея обороняла только-что захваченную высоту и выдер­жала одну за другой две атаки немецких танков-в 6.30 и в 8.30. Перед выходом в атаку немцы терзали высоту ураганным огнем минометов и пушек, потом двину­лись танки. Они били из всех орудий и пулеметов. Одинокая батарея держалась, Уже не было в живых сержанта Корчу­ганова, истекал кровью заряжающий Крас­ноперов, лежал бездыханным на жесткой траве сержант Ковалев. Батарея держалась, и немпы отх. отхлынули. Вскоре изнуренные боем защитники высоты снова увидели наступающие немецкие танки. Окровав­ленные люди стали к орудиям - по два, по одному. Сил уже не было, их держала ненависть. Они били в упор, они видели, как русский снаряд рушит немецкую бро­ню. Они расстались с жизнью, не отходя от орудия, Стариков и Ушаков. Уцеле­ли одно орудие и два человека­развед­чик Жуков и командир батареи Васильев, Два человека отбили атаку немецких тан­ков. Васильев преследовал немцев огнем последнего орудия. Высота осталась в на­ших руках. Такой ненависти ни к чему дурацкие значки с черепами. Она довольствуется разбитыми черепами немецких солдат. Люди под Сталинградом всегда готовы перейти в наступление. Два танка Петра Гоголева подбиты в бою. В одном из них он едва не погиб от огня, но сбил пламя и привел дымящийся танк к своим. Здесь, не зная перерывов в бою, бывший учи­тель Петр Гоголев пересел на третий танк. Тогда же был получен приказ об атаке, Нужно было ломать жесткую немец­кую оборону, снабженную всеми сред­ствами полевой фортификации. Что это значит? Это значит, что в скатах высот вырыты блиндажи и дзоты, это значит, что в подвалах домов торчат нулеметы, это значит, что насыпь железной дороги стала крепостным валом, и, пока этот изрыгающий огонь вал не разрушат пря­мыми попаданиями снарядов, он будет стрелять и стрелять, сеять смерть в ря­дах нашей наступающей пехоты. Напғи танки поддерживали атаку пехо­ты на высоту Безымянную и раз езд на линии железной дороги. В 6 утра нача­лась артиллерийская подготовка, соединен­ная со штурмовкой немецких позиций с воздуха. С воздуха в течение сорока минут наши пушки и самолеты перетряхивали немцев в их норах. Это время пехотинцы использовали, чтобы подползти еще

Немцы боятся второй зимы в России ЗАПаДНЫЙ ФРОНТ, 12 октября. (Спецкор ТАСС). Втэрая зима. в Рес­сии, как жуткий призрак, стоит перед гитлеровцами. Страх перед русскими мо­розами сквозит в каждой строке дневни­ков, писем, в каледом слово показаний пленных. «Снова приближается зима. Если бы только доброму богу было угодно, чтобы мы не остались на зиму во второй раз. Ведь, действительно, давно бы пора вы­браться из этого «рая», - плачется унтер-офицер Трегермут в письме к жене в Гельзенкирхен. Офицер Гергард Лудт в своем дневнике записывает: «Геккер зимой командовал ротой артил­леристов, превращенных в пехоту. Он один из немногих, оставшихся невреди­мыми после ужасной зимы. Он пережил нечто ужасное - люди расеказывают здесь самые ужасные вещи про зимнюю кампанию. Поражаешься, как это вообще можно было выдержать». «Солдаты отупели от окопной жиз­ни, - сообщил на допросе пленный Франц Хауке из 3-й роты 268-й пехот­ной дивизии, - их мало что волнует. Каждый день наш взводный информатор Шмидт читает сообщения германского командования, но слушают его невнима­тельно. Главное, боятся зимы. Рассказов о зимо прошлого года очень много - сол­даты боятся, что война до зимы не кон­чится и им придется пережить то, что было пережито товарищами, на место ко­торых они пришли». Ефрейтор 2-й роты 17-й танковой ди­визии Июгани Фишерлейтнер пишет роди­телям: «Мне много пришлось пережить. Просто неимоверно, как я это все выдер­жал, но пережить еще одну зиму в Рос­сии - это было бы слишком. Ведь наша тивизия взюет целый год в Россий и по­несла уже так много потерь. нашен роте уже насчитывается 300 убитых, Это вель слишком. Кто не бывал в ос сии, тот не знает, что значит воевать здесь».

Ивдруг, подчиняя людей своей воле ледяному спокойствию, сказал своему стршно тихо и убедительно: Я командир. Мои люди впереди там ждут меня!… Наступление велось на железнолорож­ный раз езд и уюрепленную немцами вы­соту западнее раз езда. Перед боем коман­дир части повторил в сотый раз: Нашта задача - пробить дороту пехоте, если пехоте мешает огонь про­тивника. Вы не уходите от отня, а иди­те на огонь и давите его всеми средства­ми. Танкист сам ищет цель и сам ее уничтожает. Бывший учитель Гоголев, знавшний приволжскую степь по лохматым, зака­панным чернилами школьным картам, теперь вел в эту степь свои танки. После того, как передний край оборо­ны немцев был прорван, танки попали в зону сильного артиллерийского обстре­вспышкии насыши. ла. Гоголев видел оранжевые со стороны железнодорожной Стреляли по его танку. как в другом месте, Но он видел тажже, на левом фланге, станковый пулемет кинжальным огнем бьет по нашей пехоте. Итак, он яолжен направить удар в обе стороны сразу и успеть отвести опасность от се­бя и идущей рядом пехоты. Гоголев крикнул башенному: «Осколочными!», и его орудие стало бить по батарее, в то время как механик-водитель по его при­казанию двинул танк на траншею спе­ло в мецкими пулеметами. Гусеницы перем лывали окоп, и вдавленные в землю пу­леметы замолкли, а орудие било и би­сторону батареи. Так началась дуэль танка с немецкими пушками. Она продолжалась 15 минут, и все эти 15 минут танк двигался то вправо, то влево, вперед и назал короткими вне­запными рывками, сбивая с толку не­мецких наводчиков. Дым и огонь впереди. Следующий снарят ва будет послан врагом прямо по танку Но танк успевает отвернуть в сторону, остано­ближе виться, послать из пушки снаряд и сно­•

(TACG

пострадавшим

немецких

захватчиков

рассказы-линин, 12 октября. (По телеф. от соб. корр.). По почину колхозников арте­ли имени Калинина Медновского района в области ширится движение помощи пост­радавшему от оккупации населению Пого­рельского и Зубцовского районов. Кол­хозники отчисляют для них 3 процента от валового сбора зерна и вместе с го­Казахстан -

сударственными поставками делают первы взносы в фонд помощи. Разоренные немедко-фашистскими за­хватчиками колхозники Медновского, hа­лининского и Емельяновского районов са­ми недавно принимали братскую помощь от соседних районов. Теперь они щедро помогают своим товарищам - отчислили для них 1.270 тонн хлеба. фронтовикам

Стойкий артиллерист ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 12 октября, (Спецкор TAСС). Шел ожесточенный бой. Один из наших орудийных расчетов был почти полностью выведен из строя. Остался комсомолец Морозов. На орудие двигались вражеские танки. Морозов бил по танкам прямой наводкой и подбил шесть фашистских ма­шин, На следующий день Морозов истре­бил свыше 100 фашистов и подбил еще один танк.



АЛМА-АТА, 12 октября. (ТАСС). Сто пять вагонов праздничных подарков со­брали для фронтовиков трудящиеся Казах­стана Свыше 33 тонн сушеной, соленой и свежей рыбы, десять тысяч банок кон­сервов, десятки килограммов икры и ба­лыка шлют в Действующую Армию трудя-

щиеся Гурьевской области. В эшелоне с подарками, отправляющемся из Южно-һа­захстанской области, - вагоны со еве­жими яблоками из колхозных садов. Из Кзыл-Ординской области фронтовики получат к празднику 35 тони риса, сячи килотраммов сушеной дыпи, пшен, мяса, кондитерских изделий.