ПЯТНИЦА, Отец и ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР нБлижние Мельницы  Накануне пуска сталинградского ордена ле­нина и ордена Трудового Красного Знамени тракторного завода. На снимке: восстановле­ние станкооборудования в одном на цехов. На переднем плане слесарь-сборщик В. П. Касаткин, выполняющий сменные нормы на 250 300 проц. Фото н. Ситникова (тАсс). или молочный ряд, а когда был оцеплен весь Привоз, они проходили вместе с по­купателями, долго торговались, бросая обратно на столик твёрдую муаровую скумбрию или плоские глоссы с малень­кими костяными шипами, и приклеивали в это время к липким бокам стола оче­редную сводку. Сводки появлялись ка­ждый день, с пунктуальностью газеты. Ближние Мельницы казались тихой и сонной окраиной. Но живое, трепетное биение жизни, отважной и упорной, ощу­щалось в этой тишине, и каждый настоя­щий человек, до которого доносилось это биение, слушал его с гордостью и надеж­дой. егоДо Сначала Жора хотел повесить флаг на Городском театре, но это не вышло. Тог­да с рассветом он полез на колокольню, как на самую большую вышку в городе, Колокольня была покрыта лесами, лезть надо было до самого шпиля. С утра 7 ноября вокруг собора толпились люди и смотрели, задрав головы, как на коло­кольне развевается и сверкает под солн­цем красный флаг. Он висел до 11 часоз утра. Румыны начали стрелять вверх. Флаг был весь прострелен, но продолжал висеть. Тогда на колокольню взобрался верхолаз. Он сорвал знамя и бросил его вниз, оно летело, развеваясь на ветру, и упало на мостовую, трепеща и сверкая, как бы закрыв её большим окровавлен­ным крылом. 7 ноября 1943 года на колокольне Успенского собора появился красный флаг. Его повесил парнишка с Ближних Мельниц, по имени Жора. Сначала из материнского сундука была вытащена са­мая целая простыня и покрашена в красный цвет. Флаг получился большой и прочный, но не очень красивый. ТогдаУ пришла на помощь тетя Маруся. Это была почтенная старушка, владелица маленького домика на Пишениной улице. У старушки было своё отношение к празд­ничным дням: для одних праздников она вывешивала за воротами обыкновенный кумачёвый флаг, а для других доставала из из сундука настоящий шелковый, скрипящего алого атласа. Сейчас тетя Маруся достала шелковый флаг и отдала его Поре. Жора расстегнул рубаху, ста­руха обернула несколько раз худую срудь мягким, пахнущим нафталином шёлком. Под Одессой тянутся ходы катакомб. Четыре девушки, о которых я упоминала, работали связными по доставке в ката­комбы людей. На Ближних Мельницах нет ходов в катакомбы. Они есть на Молда­ванко по творат в сараят даже в квар­тирах. Связные провожали людей; в ус­ловном месте сидела старуха и продава­ла семечки; она равнодушно отвечала: Нету у меня кабаковых семечек. Идите на угол, до той будки, если вам так приспичили кабаковые… На углу сидела другая старуха, она шла, шлёпая туфлями, во двор и всё вор­чала, что ей морочат голову из-за жмени кабаковых семечек, люди шагали за мимо детей, ползающих по двору, мимо развешенного белья, мусорных ящиков, собак, греющихся на солнце,шли и исчевали, словно проваливались в землю, Однажды было получено «задание сни­зу»: достать грузовик. Выполнять зада­ние отправились Нина и Лида, вместе с ними пошёл шофёр с Лагерной улицы, по имени Коля. Они дошли от Ближних Мель­ниц до Чубаевки,подходящей машины не было. Дул сильный ветер с мокрым снегом, девушки застыли, пальто их про­За Чумкой --- большой земляной горой, поросшей мелкой травкой, --- шла Водо­проводная улица, а дальше виднелось же­лезнодорожное полотно. На запасных пу­тях, там, где обычно бегали, суетливо сви­стя, маневрирующие паровозы, стояли сейчас ржавые цистерны с прорванными боками, обугленные вагоны, мертвые па­ровозы; выстроенные в ряд, они тянулись до самого шлагбаума. Направо, против длинной кладбищенской стены, за которой виднелись мраморные ангелы, возвыша­лось большое закопченное здание. Здесь был Январский завод. Передо мной стояли сейчас обугленные стены без крыши, без окон, с торчащими, как ребра, железными балками. Глядеть на них было ужасно. Январский завод не был очень велик по своим размерам и зна­чению; к горести нашей, нам доводилось видеть разрушенными более могучие заво­ды. Но в каждом городе, в каждом райо­не есть нечто, являющееся центром жиз­ни, источником всех событий, всего зна­чительного и глубокого, что происходит здесь; в Одессе, на Ближних Мельницах таким центром был Январский завод. Жизнь каждого человека, живущего на Ближних Мельницах, была связана с за­водом, соприкасалась с ним. Никто из нас не помнит здесь ника­ких мельниц, и только детьми мы бегали в конец Пишениной улицы смотреть на старый, большой, вросший в землю жер­нов. Лишь он один и говорил о том, что на этих улицах когда-то действительно стояли мельницы, Теперь злесь бы же­лезнодорожный посёлок, в белых доми­ках жили машинисты, рабочие, мастера, кочегары, обходчики с Одессы-Товар­ной. Мальчики учились в железнодорож­ном училище, большое здание его стояло рядом со станцией. Отцы любили вспоми­нать первые годы революции, подполье: рабочих с Ближних Мельниц была до­блестная боевая слава. Н Январском гу­дел гудок, и вот шли домой с работы уса­тые мастера, седые токаря, механики, слесаря, шла рабочая гвардия, заслу­женная, трудолюбивая: она шла прямо по середине широкой обсаженной акаци­ями улицы, а в маленьких домиках уже суетились жёны и накрывали старый колченогий стол во дворе, под большой шелковицей, и ставили на него миску с помидорами, горячими от солнца. с И вот я снова в маленьком дворе шелковицами. Старая деревянная гал­лерейка поскрипывает от ветра, и четы­ре девочки с Ближних МельницНина, Вера, Лида и Ира, - четыре смуглых, загорелых девушки рассказывают мне о недавно минувших днях. Недалеко от Ближних Мельниц нахо­дится большой базар, так называемый «Привоз». Там есть рыбный ряд, наибо­лее людное место. Нужно знать одесский базар, чтобы понять, что такое торговка рыбой, … самая горластая и крикливая на всём базаре. На рассвете, до того, как приходят торговки, четыре девушки вме­сте со своими подругами расклеивали на столиках торговок рыбой листовки и сводки Информбюро. В сыром голубова­том сумраке они шли по пустынному Привозу: громадные, как кошки, базарные крысы тащили рыбьи внутренности и дрались, вереща, на грудах мусора. Сто­яли пустые столы, облепленные рыбьей чешуей, и девушки, тороиясь, приклеи­вали к ним небольшие бумажные листки. Румынские стражники охраняли Привоз, но в тот день, когда они караулили у рыбного ряда, девушки шли в зеленной с подзоды, и Павел первый подбежал к окну. В щель ставня он увидел огонек, мать, сидевшую у стола, и нескольких женщин. Он постучал в дверь. На стук вышла Мария Никитична. -Гвардии казак Лобода явился, - сказал Павел и бросился к матери. Мама, мама! Мария Никитична заплакала. Соседки стали молча выходить из хаты, погляды­вая на бородатого, заросщего солдата, который стоял у двери. Мама, улыбаясь, сказал Па­вел, - разреши моему товарищу перено­чевать у нас. Он указал на отца. Пусть, пусть переночует това­рищ, - отвечала мать. - Да что ты мне об отце ничего не говоришь, Павлуша? - Он жив и здоров, мама! Кланялся тебе. Втроем сели за стол. Лобода-отец хранил молчание и лишь улыбался в бо­роду. Мария Никитична подкрутила фи­тиль в лампе, и сразу стало светло. - Что же вы не күшаете? --- обрати­лась она к гостю и вдруг закричала ра­достно: - Ваня! Ваня! …Через несколько дней они выехали из станицы вдогонку за своим наступав­шим полком. Однажды их полк шёл, растянувшись вдоль небольшой посадки. Павел ехал с отцом на передке пушки. Батарея шла в колонне последней, а пушка замыкала ба­тарею, Вдруг из лощины вырвались не­мецкие танки. Они на ходу осыпали ар­тиллеристов снарядами и скоро оказались так близко, что развернуть орудия для боя было уже невозможно. Падали ране­ные осколками люди, кони рвали постром­ки. Из расчёта Лободы были выведены три человека, Сам он, воспользовавшись тем, что его пушка шла последней, все же успел развернуть её против танков. Ездо­вой с передком от ехал в сторону. Возле пушки осталось трое -- заряжающий, на­водчик Павел и командир орудия Иван Лобода. Снаряд быстрс оказался в стволе пуш­ки. Лобода махнул рукой. После выстрела неокопанная пушка покатилась по полю. Павел и Тобода успели прыгнуть на ла­фет. Заряжающий попал под колеса и остался лежать на земле. Пушка остановилась. Павел увидел, как над танком вспыхнуло пламя. Ещё один танк, прячась за посадку, шёл на орудие. - Цель в гусеницу, Павло! скоман­довал отец. Прогремел выстрел, и немецкий танк завертелся на месте, ломая вербы. Отец и сын между тем снова после выстрела покатили на лафете пушки по полю. Когда орудие остановилось, Лобода крикнул: Вот и за снарядами не надо бегать! Они прижатили к передку своей пушки. Немцы отхлынули. Подбежал канитан Смолиус. Он расце­ловал командира орудия Лободу, а потом обнял сына и всё повторял: - Ну, и артиллеристы! Ох, друзья! Богатыри! Приходили люди из других батарей, благодарили, поздравляли. Ногда жали руки отцу, он говорил: - Так то ж мой сын! А когда поздравляли сына, Павел бор­мотал: - Так то ж батько! Так они шли со своим полком; прошли Был 1942 год. Жаркое августовское солнце висело над кубанскими землями, над виноградниками и садами. Знойно было в воздухе, будто раскаленном непре­кращающейся артиллерийской канонадой. Немцы шли на Кубань. В эти дни Иван Семенович Лобода, казак станицы Щерби­новской, воевал на своей земле. Со своим полком занимал оборонительный рубеж километрах в тридцати от родной стани­цы. Черные, пропахшие дымом, с ввалив­шимися от усталости глазами артиллери­сты казались только-что вышедшими из кочегарки. Увидев одностаничника, при­везшего из Щербиновской зерно в район расположения артиллерийского противо­танкового полка, Лобода крикнул: - Не признаешь, что ли? -Иван Семенович? Что это ты та­кой?!. - Повоюй с наше… Что я тебя хотел спросить? Как моя жинка, как Павло? - Есть новость. Хлопцев призывают, и твоему Павлу срок вышел. Жалеет Ма­рия Никитична, что ты сына не узидишь. Земляк уехал, а Лобода все время ду­мал о Павле. Вот и ему пришла пора служить. Вчера был мальчишка, завтра будет солдат. Куда его забросит война? Увидятся ли они? И вдруг у него мельк­нула мысль попросить командира, чтобы он затребовал Павла к ним в полк. Иван Лобода направился к командиру полка и изложил свою просьбу. Майор дал согласие и поручил начальнику штаба на­писать отношение в райвоенкомат. Лободе он сказал: - Бери коня и скачи. Чтоб к утру был дома, а через день вместе с сыном вернись в полк. Конь оказался резвым, и Лобода на рас­свете был в станице. В райвоенкомате выписали Павлу мобилизационное пред­писание с явкой в полк, где служил стар­ший Лобода. Так они начали вместе служить, отец и сын Лобода. В бою они всегда были ря­дом. Не оборачиваясь, отец чувствовал, что за ним стоит сын. На отдыхе они то­же держались друг друга. Иногда сын, за­бываясь, говорил: - Бати, а батя!

3

мокли и покрылись ледяной корой. Нако­нец, они увидели грузовик, в котором си­дел только один шофёр. Они заволили, подымая руки: - Дядечка, подвезите, ноги мокрые, прямо помираем… Шофёр остановил машину. В кабинку пускай Колечка сядет, сказали девушки суетливо. -- А мы на­верх, мы наверх полезем, мы друг друж­ку будем греть… Колечка,-громадный парень с руками и шеей борца, -- сел рядом с шофером. Машина тронулась. Когда грузовик про­ехал Еврейское кладбище и повернул на Ближние Мельницы, Колечка достал из кармана револьвер. - Машина будет наша, - сказал он шофёру спокойно. -Спрячьте вашу игрушку, молодой человек,сказал шофёр.Я вас понимаю с первого слова. Какие могут быть счёты, это даже странно… лома Нины все вышли из машины в повели шофёра с собой.



- Мы вас, между прочим, для поряд­ка спустим в катакомбы,-вы догадывае­Вечером связные отправили шофера в катакомбы. Всё больше людей скрывалось под землей, боясь, чтобы их не угнали с собою немцы. Наконец, наступил день, когда туда ушли и связные. тесь? сказал Коля.Больше девать вас некуда… сих пор они только провожали сюда людей, сейчас они в первый раз увидели. что такое катакомбы. Спертый воздух уда­рил им в лицо, в длинных коридорах было темно и сыро, горела коптилка, лохматые тени качались и приседали на стенах. потолку были прикреплены салфетки, по ним, капля за каплей, стекала в большие тазы вода, нужная для питья. При тус пом свете, перепачканные сажей от коп­тилки, черные, как негры, двигались лю­ди. Наступал вечер, некоторые уже спали, лежа на деревянных нарах или кроватях. В это время стало известно, что Красная Армия уже подошла к Пересыпи. В ночь с 9 на 10 апреля, когда в го­роде ещё были немцы, люди начали посте­пенно выходить из катакомб. Вылезли и бывшие связные, растрепанные, вымазан­ные копотью, с блестящими от счастья глазами. Как на новый город, они смотре­ли на улицы Одессы, где гремела ожесто­ченная стрельба. Мы прибежали домой, целуемся, об­нимаемся, плачем… - говорит одна из девушек, размахивая руками. -- Потом смеемся, - прямо как с ума посходили от радости. Платья чистые поодевали и ки­нулись скорей в город… Они ещё что-то говорят, перебивая друт друга, но я смотрю в окно. По двору идут песколько стариков, - на разрушенном Январском заводе начали работать ма­стерские. Старики идут степенно, тяжёлы­ми шагами уставших после работы людей. Жены, как всегда, встречают их на кры­лечке ней,Высокий старый человек моется под голубеньким рукомойником, прибитымк крыльцу. Он моется долго, вытянув чёр­ную жилистую шею, старательно набирая в пригоршни мутноватую дождевую воду. Водяные горошины катятся по серой зам­шевой пыли. Потом он отряхивает руки и стоит, выпрямившись, глядя на тополь, на тюльпаны, краснеющие за изгородью садика. Татьяна ТЭСС, спец. корреспондент «Известий».

120 домов отдыха и санаториев Начался летний сезон в здравницах ВЦСПС. По бюджету государственного социального страхования отпущено на со­держание домов отдыха и санаториев 228 миллионов рублей - в три с половиной ра­за больше, чем в прошлом году. Новые дома отдыха открыты в Свердловской, Ульяновской, Омской и Кемеровской обла­стях. Уже приняты первые партии рабочих металлургической и угольной промышлен­ности, оборонных предприятий и железно­дорожного транспорта. Впервые за годы войны будет открыт в текущем сезоне пользующийся заслужен­ной славой санаторий для лечения сустав­норевматических заболеваний в Цхалтубо (Грузинская ССР). Работает бальнеологи­ческий курорт «Қульдур» в Хабаровском крае. Эта здравница обладает единственны­ми в Советском Союзе горячими минераль­ными водами, температура которых дохо­дит до 70 градусов. В Приморском крае действует грязевой курорт, носящий назва­ние «Сад-город». В нынешнем году будут работать не менее 120 профсоюзных домов отдыха и санаториев. Они расположены близ про­мышленных центров страны - на Урале, в Горьковской, Куйбышевской, Молотовской областях, в Башкирской АССР, в Средней Азии и на Дальнем Востоке. Квалифициро­ванное лечение и отдых получат сотни ты­сяч рабочих важнейших отраслей народно­го хозяйства.

Старший Лобода, оглянувшись по сто­ронам, сурово отвечал: … Какой я тебе батя? Я - командир орудия сержант Лобода, а ты - рядовой Лобода. Что ты хочешь? -Закурить. Отец доставал кожаный кисет. Күри. Наступал бой. Жерло орудия дышало жаром. Отец командовал: -Огонь! Сын подносил снаряды. Кавказские горы и леса стали свидете­лями грозной поступи Красной Армии. Артиллеристы шли впереди. B батарее капитана Смолиуса у орудия были отец и сын Лобода. …Разгорелся бой. Едва үспели отце­пить передки, как из-за бугра вы­нырнули немецкие танки. Они шли сна­чала на первую батарею, а затем, круто повернувшись, устремились на третью и четвертую. Павел, впервые участвовавший в бою с танками, сосредоточенно смотрел на них. И вдруг он услышал голос отца: - Огонь! Один танк загорелся. Но остальные шли вперед, прямо на орудие. Павел бро­сился к отцу.

Судоходство на малых реках КАЛИНИН, 8 июня. (По телеф. от соб. корр.). Территория Калининской области изрезана густой сетью рек и озер. Но для грузов эти водные богат­транспортировки ства до последнего времени не использова­лись, если не считать Волги и частично - Тверцы. Обстановка военного времени выдвинула вопрос о мобилизации этого дополнитель­ного источника транспортных резервов. В нынешнем году начнется освоение малых рек области. На реках Медведице, Моло­ге, Западной Двине, Шоше, Кашинке, Ва­зузе и других, которые пересекают терри­торию 17 районов на протяжении 425 кило­метров, будет положено начало судоход­ству. На катерах и несамоходных судах по малым рекам двинутся тысячи тони сель­скохозяйственного сырья, готовых изделий, топлива, обслуживая нужды приречных колхозов, совхозов и предприятий. Утвердив план транспортного освоения малых рек, исполком областного Совета поручил артелям промкооперации и рай­промкомбинатам изготовить необходимое количество речных судов.



- Ещё идут! - Огонь! - крикнул Лобода, не слу­шая сына. И еще один костер вспыхнул над степью. Павел побежал за снарядами. Когда он вернулся с лотком, то увидел, что танки Днепр, Южный Буг, и вот уже Днестр блеснул перед ними. * И теперь у них на груди одинаковые награды -- орден Отечественной войны 1-й степени и медаль «За отвагу». Голубовато-серые волевые глаза, во­лосы, подстриженные ежиком, … одно лицо, одно сердце, одна кровь. Это отец и сын Лобода, казаки станицы Щербинов­Анатолий СОФРОНОВ, спец, корреспондент «Известий». ской. ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. уходят за бугры. Атака была отбита. Два танка, подожженные его отцом, горели. …Командир дал отцу и сыну Лобода отпуск, и они поехали в свою станицу. Что было с их домом, жива ли Мария Никитична, - они не знали. На попут­ной подводе добрались они до станицы. Многие хаты стояли с заколоченными ок­нами. Возле своей хаты они спрыгнули

ОДЕССА.

Дом Достоевского

в Старой Руссе

Всесоюзный смотр советской эстрады Комитет по делам искусств организует в июле в Москве всесоюзный смотр дости­жений советской эстрады за время Великой Отечественной войны. В смотре, который происходить в Эстрадном театре будет «Эрмитажа», выступят коллективы Утесова, Шульженко, Райкина, ансамбля доска.Казахстана, Киргизии и др. 

ЛЕНИНГРАД, 8 июня. (По телеф. от соб. корр.). Старший научный сотрудник Инсти­гута литературы Академии наук СССР B. М. Глинка обследовал дом в Старой Руссе, где жил Ф. М. Достоевский. В ближайшее время начнутся работы по восстановлению здания, где Достоевский

написал своё замечательное произведение «Братья Карамазовы». Здание сильно раз­рушено немцами, однако в квартире Досто­евского сохранилась вся внутренняя пла­нировка. Мебель была расхищена и уничто­жена немецкими оккупантами. После окончания ремонта к стене дома будет прикреплена мемориальная !!!!!!!!!!! етух за il Покуда матросы гнались за ним по реке, на пароходе завязался ожесточённый спор. Человека, упустившего крылатый груз, на­звали растяпой, потом ещё похуже, пасса­жиры вступились за него, некстати напом-В нив о расписании. Обиженный этим намё­ком, капитан в немногих словах дал по­нять, что он здесь хозяин и, если поже­лает, то вообще займётся ловлей дичи, а не перевозками людей. В графе, где обозначаются причины опоздания судов, появилась нечленораз­дельная ссылка на какие-то задержки с погрузкой… *

Начался приём студентов Московском горном институте имени И. В. Сталина начался приём новых сту­дентов. Вуз этот готовит инженеров десяти специальностей для угольной и других отраслей горной промышленности. В ны­нешнем году будет принято свыше 500 вы­пускников средних школ. Они будут изу­чать технику и экономику горного дела под руководством таких крупнейших специали­стов в этой области, как академики A. М. Терпигорев и A. A. Скочинский, член-корреспондент Академии наук СССР А. С. Ильичев и др.

      



бортом

Черновицкий университет Тихо в аудиториях и коридорах. давно здесь не слышно ни певучей укра­инской речи, ни звонких голосов моло­дежи. С волнением входим мы в этот храм культуры. Это один из старейших на Украине университетов. В его стенах учились и преподавали выдающиеся об­щественные деятели Буковины и запад­ных областей Украины. Здесь работал и готовился к научной диссертации Иван Франко. В 1940 году, после освобождения Бу­ковины, университет в Черновицах широ­ко открыл свои двери для украинских юношей и девушек, которые до того не имели доступа, к высшему образованию. Правительством УССР только на один квартал 1940 года было ассигновано два миллиона рублей на расширение универ­ситета. Были созданы шесть факульте­тоз: исторический, филологический, хи­мический, физико-математический, гео­лого-географический и биологический. Грянула война. Немецко-румынские захватчики фактически закрыли Черно­вицкий университет, создав единствен­ный факультет - геологический. Украин­цы были изгнаны из университета. Проректор Черновицкого университета Федор Игнатьевич Тришин показывает нам химические и физические лаборато­рии. Имущество лабораторий было упа­ковано немцами в ящики и подготовлено для вывоза. Упаковывалось все, вплоть до медных водопроводных кранов. Цен­ные приборы были увезены оккупантами в последние дни панического бегства их из Черновиц. Грабителям не удалось, од­нако, до конца осуществить свой план разорения университета. Они успели только разграбить и уничтожить хими­кий зоологический музей, а также частично библиотеку. Мы застали небольшую группу со­трудников университета за кропотливой восстановительной работой. Надо было прежде всего распаковать и поставить на место спасенное имущество. За несколь­ко недель, прошедших со дня освобожде­ния Черновиц нашей доблестной Красной Армией, уже восстановлены главные ла­боратории химического корпуса. Приво­дятся в порядок библиотека и научный архив. От румынских грабителей удалось скрыть много научного оборудования, Об этом позаботились комендант университе­та Гаврилюк, переплётчик Бабич, бухгал­тер Андрич, механик Иванащук. Универ­ситетский ботанический сад с его редчай­шими растениями был спасен небольшой группой сотрудников. В ботаническом са­ду сохранилось несколько тонн ценных лекарственных трав. Они передаются Красной Армии. Украинская молодежь Буковины потя­нулась в свой университет. Уже об явле­на регистрация студентов, которые учи­лись здесь в 1940-41 гг. Многих из них теперь нет в живых. Одни расстреляны врагом, других немцы и румыны сгноили в тюрьмах и концентрационных лагерях. Возвращаются профессора и препода­в ватели, находившиеся в эвакуации восточных областях Союза. Идет дея­тельная подготовка к новому учебному году. в августе двери университета от­кроются для советской молодежи, кото­рой прасная Армия вернула этот очаг культуры. 3. ОСТРОВСКИИ, спец. корреспондент «Известий». черновицы.

Пароход «Кольцов» возвращался из оче­редного рейса в Куйбышев. На двухпа­лубном судне разместилось до 1.000 пас­сажиров, следовавших вниз по Волге, От­личная погода, широко разлившаяся река, то обстоятельство, что пароход не выбил­ся из расписания, - всё это создавало приподнятое настроение, В общем шуме никто не расслышал хлопанья крыльев на корме, - меж тем предвещало оно недоб­рое. Покуда пассажиры высчитывали, ко­гда они прибудут домой при такой слав­ной скорости, помощник механика Глухов стремительно взбежал по трапу и вполго­лоса доложил капитану Одинокову: - Петух за бортом!

опозданием на шесть с половиной часов. Значит, дело было не в графике, а, действи­тельно, в «капитанской почке». * Куйбышеве притерпелись не только к таким петушиным героям с почками, как Одиноков. Помощник директора судоремонтного за­вода тов. Карпенко предоставил отпускз «по личным надобностям» 30 рабочим. Про­должительность отпусков - от 5 дней до месяца. Приходит к нему Маркова из меха­нического цеха. -Как бы с ездить к родным? -К родным? Это как-то неудобно, - мнется Карпенко. - Напиши-ка лучше - за вещами и бельем.

Всесоюзный шахматный чемпионат Тринадцатый тур

«Большой ничейный день» так, ве­роятно, лучше всего можно охарактеризо­вать вчерашний, тринадцатый тур. Даже Ботвинник, и тот ухитрился сделать две ничьих: одну - после всеобщего размена фигур с Рагозиным, а другую - с Макаго-- новым, согласившись с ним на ничью без доигрывания отложенной партии из один­надцатого тура. Вечным шахом закончилась напряженная Хорошо выиграл Лисицын у Толуша. Еще в дебюте Лисицын неожиданным пе­шечным прорывом захватил инициативу, достиг позиционного преимущества и затем красиво провёл финальную атаку. На 24-м ходу Толуш сдался. борьба Вересова с Флором. После обоюдо­острых осложнений согласились на Бронштейн с Болеславским и Сокольский c Котовым. Микенас постепенно переиграл чёрными Равинского и заслуженно добился победы. Отложенная партия Хавин - Смыслов всё время протекала при позиционном пре­восходстве у -авина. Он энергично отра­жал все попытки Смыслова запутать игру и сохранял лучшее положение, но в даль­нейшем вёл партию не вполне точно. В от­ложенном ладейном эндшпиле защищён­ная проходная пешка даёт Смыслову неко­торое преимущество. При материальном равенстве отложена партия Лилиенталь - Макагонов. Но у бе­лых опасная проходная пешка. Без доигрывания Микенас сдал Лилиен­талю свою отложенную партию из двенад­цатого тура. После тринадцати туров впереди Бот­винник, имеющий 10,5 очка. по-Сегодня доигрываются неоконченные партии.

Капитан Одиноков уже не раз демонст­рировал, как понимает он своё положение хозяина на судне. Недавно «Кольцов» прибыл на пристань Городище. Начальник пристани Ветохина поспешила к капитану, - Вот хорошо, в самый раз! Тут у меня семенного груза есть 246 мешков. Быст­ренько погрузим, и двинетесь в путь. Ветохина уже собралась обратно -- хло­потать о погрузке, однако была останов­лена заявлением капитана: -Грузить не буду! - Как так? Ведь семенной груз! - Всё равно не буду. Следую по гра­Фику. -Так долго ли вам вновь войти в гра­фик? Ведь на палубе пусто. У меня и грузчики готовы, в два счёта закончим. Но Одиноков не согласен! Семенной груз это не андреевский петух! Так я прикажу, чтоб чалки не отда­вали,-вспылила Ветохина. - Из-за ваше­гс принципа сев где-нибудь задержится.

- Какой петух? Почему за бортом? оторопело переспросил капитан. Обыкновенный петух, взмахнул кры­льями и улетел, стервец! - Ну, и потонул?

Так и пишут. Алаторцева поехала тоже «за вещами». Следующего просителя Кар пенко отпустил «по болезни», хотя никаких врачебных документов не было. В дальней­шем мотивы он придумывал всё новые и но­вые. Карпенко не любит повторяться. Глядя на высших командиров, в Куйбы­шеве дают разрешение на отпуск и старший диспетчер Зоркин, и даже бригадиры груз­чиков. В иных случаях делается это не бес­корыстно. По вместе с тем куйбышевские речники строго блюдут репутацию строгих команди­ров. Ежедневно в прокуратуру поступают дела с требованием привлечь к ответствен­ности прогульщиков. Одно странно. Боль­ше половины дел остаётся без последствий. Да и какие могут быть последствия! Можно ли, например, осудить грузчика Косырева, имеющего на руках бюллетень и, несмотря на это, уволенного за прогул? - Где Шаманов и Клопов? Бюллетени их давно кончились, а они не приходят. От­дать под суд! - гневается Столяров. И отдают под суд.

- Нет, товарищ капитан. На берегу словили. Вот, извольте посмотреть. ничьюДеиствительно, на пристани маркваши, откуда пароход недавно отвалил, стоял человек. Одной рукой он придерживал пе­туха, а другой семафорил, - дескать, что делать с дичью. - Ну, значит, в сохранности. Дадим знать. Не могу ж я из-за петуха график срывать, - порешил капитан, Петух, конечно, обыкновенный, толь­ко принадлежит он Андрееву, - не уго­монился Глухов. Капитан Одиноков почувствовал себя в положении чеховского «хамелеона». Ан­дреев - заместитель начальника пристани Куйбышев.

- Да, положеньице! - протянул Оди­ноков. - Что ж, придётся послать кого­нибудь за петухом, а пароход придержать. - Ни до чего мне дела нет! - реши тельно заявил Одиноков. - А раз дошло до принципа, так и не отдавай чалки! - 41, обращаясь к команде, приказал: - Стоять у пристани хоть 10 часов, я пошёл спать. И Одиноков отправился в свою каюту. «Кольцов» не двигался с места. 2 45 минут Одиноков не выходил из каюты, и никто не пытался урезонить его. Наконец, капитан смилостивился, - приказал отчали­вать, но груза все-таки не взял! - Не знают, что у меня почки больные. Как разыграются, никому не уступлю, раз яснил Одиноков в кругу приближённых. Кстати, «Кольцов» на этот раз прибыл с Нужные распоряжения были отданы. От­вязали лодку, которая находится при суд­не на аварийный случай, «Кольцов» при­близился к берегу. В лодку сели матросы во главе с боцманом Азовцевым, - все­таки хозяйственное дело! Одиноков с ка­питанского мостика наблюдал, как прохо­дит операция. Наконец, лодка привалила. Боцман Азовцев пытался взобраться на борт вместе с драгоценным грузом, но по­боялся и решил передать птицу в чьи-то руки, Что тут произошло, трудно сказать,

Но где же, в самом деле, Шаманов и Клопов? Две сухих справки: один из них умер полгода назад, другой - за три меся­ца до «увольнения». часаДоложили об этом конфузе Столярову. - Ничего, мертвые сраму не имут, отшутился он. Мертвые, конечно, сраму не имут. А жи­вые? Их бы следовало не только срамить, Я. ГИК, но и строго наказывать!

Первый фильм восстанавливающейся Белорусской киностудии ГОМЕЛЬ, 8 июня. (ТАСС). В освобож-вая картина, выпущенная дённых городах и районных центрах рес­олики начал демонстрироваться новый фильм «Живи, родная Беларусь». Это пер­щейся киностудией. Фильм посвящён казу белорусского искусства.

восстанавливаю-

спец. корреспондент «Известий». КУИБЫШЕВ.



Мастер В. ПАНОВ. во петух снова оказался на свободе…