ВОСКРЕСЕНЬЕ, 11 ИЮНЯ 1044 г.

№ 138 (8440)

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ Новая работа о Римском-Корсакове* Музыкально-критические и исторические труды академика Б. В. Асафьева заслужен­но пользуются большой известностью бла­годаря свежести и глубине мысли, тонкости анализа и блестящим обобщениям, всегда научно обоснованным и законченным. Эти свойства в полной мере присущи но­вой работе Б. В. Асафьева, написанной к 100-летию со дня рождения Н. А. Римекого­Корсакова. В небольшой по размерам (90 страниц) книжке,написанной в живой, увлекательной форме, автор повествует о творческой, обще­ликого русского композитора. Подробно ос­танавливаясь на оперном, симфоническом и вокальном творчестве Римского-Корсакова, Б. В. Асафьев вскрывает национальные ис­токи его музыки, связывая ее не только с русской народной песней и эпосом, но и с изобразительным искусством и художест­венными ремеслами русского народа. Отме­чая красоту и поэтичность музыки Римского­Корсакова и высокое мастерство композито­ра, Б. В. Асафьев подчеркивает, что «дан­нсе свойство коренным образом сопринадле­жит русскому народному искусству в его но­сителях и мастерах и всегда было - от сказителей до запевал и певцов, выводящих подголосок, от иконописцев и художников фрески до умельцев тончайшей резьбы и ор­наментщиков». Но эта красота не исчерпывается отточен­ностью формы и пленительностью звучаний, - ее обаяние заключается прежде всего в постижении прекрасного мира чувств и стремлений русского народа, вдохновенным певцом которого был Римский-Корсаков. Глубоко прав Б. В. Асафьев, когда назы­вает сцены в осажденном врагами Большом Китеже и «Сечу при Керженце» «синтезом эпического величия русских боёв». Музыка Римского-Корсакова волнует нас потому, что в ней с такой силой воплощено патрио­тическое чувство родным народом. гордости и восхищения

ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР Гордость

 взвода Запорошило глаз, - ответил Илья­шевич и вдруг радостно, по-детски улыб­Бойцы одного В село пришла на отдых воинская часть. Люди только вышли из боёв, и те­Восстановлен цех электроплавки на Ленин­градском абразивном заводе. На снимке: плавка электро-корунда. Фото В. Федосеева. (ТАСС).  перь им предстояло привести себя в по­рядок, пополнить износившееся ору­жие, а главное - принять в свои ря­нулся. -- Ну, теперь держись, друг, да­вай! - Держусь, - и Никифоров снова ды новое пополнение, ввести его в курс боевого дела, приучить к традициям, ка­кие имела эта воинская часть. Взвод старшего лейтенанта Ивана Се­менова расположился на краю села, на опушке рощи, по соседству с колхозными огородами и фруктовыми садами. Люди во взводе были разных возрас­тов, различных профессий, несходных ха­рактеров, но это не мешало им быть дружными в бою, выручать друг друга из беды, помнить всегда о товарищах. не был столяр из Витебска Дмитрий Ильяше­вич, сорокалетний рыжий здоровяк, по­хож на Павла Шатова, что до войны раз­водил краски мастерам Палеха. И ничего общего не было между хладнокровным командиром отделения черниговцем Пав­лом Чесаком и непоседливым тараторой Онисимом Платоновым - пулемётчиком, человеком большой личной храбрости. Каждый жил по-своему до войны, своим домом, своей семьей, своим укладом. Вой­на выработала новые привычки, свой окопный быт. Тяжелый труд войны заме­нил им мирный труд. И многие из них стали, как им казалось, забывать свою профессию. Здесь они были солдаты, и это была их основная профессия вот уже в течение трёх лет. Когда офицер сказал о том, что им придется потрудиться, что­бы соорудить себе жилье, большинство из них восприняло это сообщение, как ра­достное, как воспоминание о давних днях, когда они были вооружены не автомата­ми, пулемётами и миномётами, а молот­ками, рубанками и топорами… И вот столяр из Витебска Дмитрий Ильяшевич взял в руки пилу и топор. Он должен был с бойцом Никифоровым сде­лать скамейки и столы и врыть их в зем­лю возле палаток. Он высматривал, где можно найти су­хое дерево, -- не одно, а целых пять, чтобы спилить их и разделать. Вместе с Никифоровым они бродили по роще. Пе­ред ними оказалась красновато-желтая сосна. Она была почти мертва: сухие ветви, иглы, осыпавшиеся на землю. Ильяшевич оглянулся вокруг. Все было зелено, молодо. Сосна мешала здесь. Никифоров вытащил из-за пояса топор и сплюнул на ладонь. Постой, … сказал Ильяшевич, … я сам. - Он взял из рук Никифорова то­пор и подошел к сосне. Потом размахнул­ся и ловко опустил топор. Скоро дерево качнулось. Еще удар, другой. Ильяшевич выпрямился, толкнул дерево рукой. Мед­ленно наклонясь, сосна упала на траву, сбивая листья с соседних деревьев. Ильяшевич передал топор Никифорову: - Обрубай ветки. -- И сам пощел по роще, высматривая новые деревья. Когда были срублены пять деревьев и бойцы доставили их к месту стоянки взвода, Ильяшевич принялся распиливать их; он позвал Никифорова и сказал: - Вместе начали - вместе кончим. От запаха опилок у Ильяшевича закру­жилась голова. Воспоминания нахлынули на него. - Что ты? - спросил Никифоров. сплюнул по привычке на правую ладонь. А в это время другие бойцы тоже от­дались душой и телом труду. Гранильщик Павел Чесак, в прошлом искусный мастер, сидел прямо на земле и маленьким молоточком, с которым никог­да не расставался, разбивал куски кир­пича, принесенного им же самим с пепе­лища сельской паровой мельницы. К вечеру все работы на участке взвода были закончены. Даже скупой на похва­лы Семенов не только не сделал ни одно­го замечания, но и сказал: - Приветствую, бойцы, ваш труд. Позже пришел командир полка и с удовольствием осмотрел все: и вкопанные в землю палатки, и постели, под которыми густо лежали трава и зелёные ветви, и желтые дорожки, и столики и скамейки, гладко обтесанные рубанком, и лозунги из кирпича и нарисованные, - - все было сделано с любовью, с душой. Уходя, под­полковник сказал: Выношу вам благодарность. В одиннадцать часов вечера прозвучала команда «отбой». Не сразу уснули в па­латках. Ильяшевич, Чесак, Платонов, ой Шатов и ещё четыре бойца спали в одной палатке. Укладываясь, Платонов загара­торил: - Славный денек. Хороший денек. Не забудешь такой денек. Весь денек… - И что ты все - «денек» да «де­нек», будто других слов у человека , нет, - сказал Ильяшевич. - Главное­потрудились досыта. Профессию вспомнили, много­освобожденной от немецких захватчиков территории области. Работают обойная и бумажная фабрики, которые дадут в этом году до 2 миллионов кусков обоев. Частично пущен в эксплоатацию завод «Баррикады». Сегодня завод изготовил  около 30 тонн бетонных труб для канали­зации. Два восетановленных деревообде­лочных завода в Ленинграде за строи­гельный сезон выдадут 100 тыс. кубомет ров пиломатериалов, 45 тысяч квадратных метров строительных деталей и 3 тыс. ку­бических метров строганых изделий, значительно сказал Чесак. Они лежали в темноте, неспеша впол­голоса переговариваясь, изредка воро­чаясь. Запах мяты и полыни наполнял палатку. …На следующее утро в часть пришло новое пополнение. Несколько человек бы­ло направлено во взвод Семенова. Они пришли одетые в только-что выданное летнее обмундирование. Все с уважением осматривали образцово убранный участок, дорожки, палатки, лозунги. Семенов распределил их по отделениям и приказал командирам немедленно начать учебу с новичками. И вот у пулемётов, в окопчиках, в кус­тах, - всюду расселись бывалые и моло­дые солдаты. Разборка, сборка оружия, смазка, учебная стрельба, рассказы о про­шедших боях, - все это потекло своим чередом. Накануне все они вдохновенно труди­лись на этом маленьком участке зеленой рощи. Сегодня со знанием дела делились солдатским опытом с новыми товарища­ми. Пулемётчик Онисим Платонов стоял на коленях перед станковым пулемётом и громко говорил, обращаясь к почтительно слушавшему веснущатому парню: - А настанет денек, жаркий денек… Что ты будешь делать с пулемётом? Солнце стояло над селом, над жёлтыми дорожками… Анатолий СОФРОНОв, специальный корреспондент «Известий». ДЕЙСТВУЮЩАЯ АрМИЯ. 

Донбасса не отвлекать строителей, занятых вос­становлением разрушенных цехов нового завода. Теперь фабрика обрела свой прежний вид, накануне пуска ещё одна агломерационная лента, - в июне фабри­ка достигнет половины своей довоенной мощности. Старый мастер стана заготовок Иван Ефремов, рабочий Макеевского завода со дня его основания, вернувшийся с Урала из эвакуации, потомственный мастер проката Филипп Богатырев, одновремен­но с Ефремовым прибывший на родной завод из далёкого Казахстана, и многие другие герои восстановления подроб­но расскажут вам о том, как, затаив дыхание, сжав кулаки от боли и обиды, входили они в пустой, разрушенный и ограбленный оккупантами цех. Как бра­ли в руки лопаты, кирки, ломы, все … инженеры, мастера, рядовые рабочие становились чернорабочими, грузчиками, строителями, ремонтниками оборудования. Шаг за шагом возрождался к жизни изувеченный немцами сортовой цех. И вот 30 мая один из станов обжал пер­вый слиток металла. 200 тонн сортовой стали выпускает теперь ежесуточно воз­рождённый цех. Перед входом в мартеновский цех на опорах газопровода мы прочли лозунг: «Сталевары второй, третьей, четвёртой, пятой печей! Выплавляйте за 8-часовую смену не менее 25 тоңн стали!» Этот лозунг - сегодня уже исто­рия рассказывает начальник цеха тов. Васильев. … Теперь у нас уже не пять, а шесть печей, и каждая из них даёт за смену не менее 30 тонн металла. Значи­тельно возрастёт выплавка стали в июне, когда будет пущен 6-й по счету мартен, один из самых мощных в нашем цехе. Если же ко времени его ввода в строй за­работает и доменная печь, - а по всему

Почему молчал заводской гудок? Боя­лись ли немцы, что звук протяжно и гулко разнесётся над необозримой до­нецкой степью, будя в сердцах русских людей воспоминания о воле и счастье, взывая к неповиновению и к мести, или неприятен он был им и враждебен чуже­земцу-хищнику, как всё советское, непо­коренное? За два года немецкого владычества ни разу не взвивалось над завод­скими корпусами белоснежное кучевое облачко гудка, на зов которого долгие годы изо дня в день со всех сторон Ма­кеевки стекались в родные цехи тыся­чи металлургов. Даже когда удалось, наконец, оккупантам согнать небольшое число рабочих, не успевших эвакуиро­ваться на Восток, и пустить некоторые подсобные производства, ни разу не нару­шил гудок зловещую тишину, царившую над пустынными улицами. - Скажу вам, не преувеличивая - говорит директор завода Кротов,- если через несколько лет меня спросят, какие дни были самыми счастливыми и памятными в моей жизни, я назову этот незабываемый день октября 1943 го­да, когда внервые, после долгого молча­ния, вновь раздался гудок Макеевского металлургического завода. Какими сло­вами передать вам, что тогда было? Настежь распахнулись окна домов, не­смотря на осеннее ненастье. на улицы высыпали и стар, и млад. Радостные и взволнованные лица, у многих бегут по щекам слёзы, но люди не стыдятся их. Старые рабочие торжественно и счастли­во обнимаются. Немало героического труда было вло­жено в дело восстановления завода, прежде чем его гудок возвестил о том, что макеевский. гигант оживает, уже живёт, снова готов давать металл род-

Строительные материалы для Ленинграда ЛЕНИНГРАД, 10 июня. (По телеф, от соб. корр.). Ряд заводов стройматериалов Ленинграда и области уже выпускает про­дукцию для ремонтно--воссгановительных работ, Пущено 2 кирпичных завода в Ле­нинграде, 3 известковых завода - Самой­ловский, Кикеринский и Изварский - на

ной стране. Макеевский завод - слава металлур­гического Донбасса, гордость всей стра­видать, что так оно и будет, -- то вы­плавка стали сразу резко поднимется и со­ставит по крайней мере, 70 75 проц.  производительности цеха в лучшие дово­енные времена. В третьем квартале намечаем возро­дить и последнюю печь и тем самым до­стигнуть уровия выпусда стали, на ко­ны. На 25 километров в окружности рас­кинулась его территория. Неспроста 30- вут его в народе «южной Магниткой»: десять процентов всесоюзной выплавки металла приходилось в довоенные годы на Макеевский завод. Немцы перед своим бегством из Дон­басса разрушили более 40 проц. всех зданий, сооружений, оборудования и ма­териальных ценностей Макеевского заво­да. В руины превращена вся его новая часть.на территории старого завода то там, то здесь видны развалины. А цехи, в которых сегодня уже бурлит жизнь, - это бойцы, перенесшие тяжкие ранения и снова ставшие в строй. Приглядитесь внимательно к их кор­пусам, и вы заметите зарубцевавшиеся раны. Вот агломерационная фабрика, во­3обновившая совсем недавно работу. Красное высокое кирпичное здание фабрики выглядит отлично, внутри ра­ботает пока лишь четвёртая часть обо­a, рудования, она даёт в сутки 1.000 … 1.200 тонн агломерата. У основания дымовой трубы отчетли­во видно бледнорозовое большое пятно, точно след ожога на человеческом теле, Это новая кирпичная кладка в дыре, ко­торая образовалась в результате взрыва линамита, подложенного под трубу. Нем­цы рассчитывали, взорвав основание, обрушить всю громадину трубы на фабричное здание и сокрушить его. Но труба выстояла, хотя взрыв вырвал у неё кусок основания, значительно повре­див все здание фабрики. Ремонт выполнен силами заводского коллектива, чтобы

Б.В. Асафьев показывает, как в этой му­зыке претворилась народная мудрость, как композитор постиг глубокий смысл древних образов языческой мифологии наших пред­ков-славян, образов русского эпоса и славной истории нашей страны. Заслугой Б. В. Асафьева является то, что он сделал образ гениального композитора ещё более близким и дорогим для нас всех,

К 40-летию со дня смерти A. П. Чехова ВЛАДИВОСТОК, 10 июня. (По телеф. от соб. корр.). Общественность Владивостока готовится широко ознаменовать 40-летие со дня смерти А. П. Чехова. В библиотеках и клубах города устраиваются выставки, ор­ганизуются литературные вечера, посвящён­ные жизни и творчеству великого писателя. Особенно широко ведется подготовка на кораблях и в частях Тихоокеанского Воен­но-Морского Флота. Лекторы Владивосток­ского Дома Военно-Морского Флота высту­пают среди краснофлотцев с лекциями па темы: «Жизнь и творчество А. П. Чехова», «Чехов-драматург» и т. д. Среди коллекти­вов краснофлотской художественной само­деятельности 1 июля начнется конкурс на лучшую постановку водевиля и лучшее ис­полнение рассказов Чехова.

тором мы находились до вторжения оккупантов. как образ художника-борца за светлые идеалы человечества. «Наша невеста» - так говорят ра­Игорь БЭЛЗА. доменнойАкадемик Б. В. Асафьев (Игорь Гле­бов). Николай Андреевич Римский-Корса­ков. Государственное музыкальное издатель­ство. 1944 г. Новые животноводческие совхозы в Казахстане АЛМА-АТА, 10 июня. (ТАСС). На бога­тых травостоем берегах Сыр-Дарьи закон­чена организация пяти крупнейших живот­новодческих совхозов. На-днях завершается организация ешё 27 животноводческих совхозов в других областях республики, из них 6 совхозов в Акмолинской и 8 в Кустанайской областях. бочие о домне № 2. Это ласковое сло­во и впрямь определяет вид печи, поднятой на руинвель со­всем недавно тут парил хаос разруше­ния. Восстановители домны проделали бгромную работу. В конце июня домен­ная печь № 2 вступит в строй. Этого дня здесь ждут, как большого, светлого праздника. Директор завода рассказывает: В нынешнем году об ём восстано­вительных работ на нашем заводе опре­деляется суммой в 50 млн. рублей. С каждым днём площадь разрушений сокра­щается, оживают печь за печью, стан за станом, пролёт за пролётом, цех за цехом. Металлурги возвращаются к труду своих отцов и дедов, пройдя сквозь все испыта­ния и невзгоды. …Над трудолюбивой Макеевкой, где нышная, орошенная весенними дождями зелень не в силах скрыть взорванные и сожженные жилые кварталы, тор­жественно звучит по утрам гудок ме­таллургического комбината. - 

велосипедный сезон

Летний

Сборные дома для рабочих посёлков СВЕРДЛОВСК. 10 июня. (По телегр. от соб. корр.). Трест «Свердловскпромстрой» организовал на деревообделочном комбина­те выпуск одноэтажных сборных щитковых домов для рабочих поселков. Плошадь восьмиквартирного дома - 250 кв. метров. На строительном дворе, а также в мас­терских комбината заготовляются все со­ставные элементы дома. Строевой лес по­дается на лесопилку. Здесь он разделы­вается, затем по конвейеру поступает к ме­сту, где изготовляются сборные конструк­ции. Полое пространство между двумя сторонами щитов заполняется смесью опи­лок, стружек и шлака. На строительной площадке остается только собрать все со­ставные элементы - и дом гогов. куль-Сейчас несколько таких домов уста-

 

ТУЛА, 10 июня. (По телеф. от соб. корр.). В Туле 23-25 июля состоятся всесоюзные соревнования по велосипедному спорту, цель которых - выявить сильнейших вело­сипедистов страны на 1944 год. К участию в командных соревнованиях по первой груп­пе допускаются сборные команды Москвы, Ленинграда, Тулы, Грузинской и Армянской ССР. По второй группе команды Сверд­ловска, Горького и Украинской ССР. В воскресенье, 11 июня, в Туле откры­вается летний велосипедный сезон, На Московском шоссе будут проведены вело­гонки, которые послужат началом подготов­ки к всесоюзным соревнованиям. Мужчины на гоночных машинах сделают по 20 кило­метров, женщиныпо 10 километров, затем на дорожных велосипедах мужчины сде­лают по 10 километров. женщины по 5 ки­лометров.

Южная Магнитка живёт! A. ЭВЕНТОВ, соб. корр. «Известий». ДОНБАСС.

Производственная дружба волгарей и железнодорожников ГОРЬКИИ, 10 июня, (По телеф. от соб. В салоне волжского парохода структор теплотехник депо Горький-Сор­гировочная тов, Стоянов. Он рассказывает собравшимся о сохранности котла, о дости­корр.). «Михаил Калинин», только-что вернувше­гося из дальнего рейса, собрались лучшие машинисты депо Горький-Пассажирская жении лучшего парообразования, об опыте внутрикотловой обработки воды. Машинисты Грошев и Сидоров подели­лись опытом удлиненных пробегов между промывками и обточками, проведения под - ёмочного ремонта своими силами. Машинисты и механики заключили со­циалистические договоры на достижение лучших показателей в работе. и Горький-Сортировочная. Сюда же при­шли механики пароходов, руководители Верхне-Волжского пароходства и паровоз. ного отделения Горьковской железной до­роги, Волгари и железнодорожники ветрети­лись для того, чтобы обменяться опытом работы. Дружескую беседу открывает ин-

Предприятия пищевой промышленности Московской области выполнили полугодовой план Районная пищевая промышленность соз­дает собственную продовольственную базу. Посевные площади под различными Предприятия Московского областного управления пищевой промышленности до­срочно выполнили полугодовой план. До 1 июля будет выпущено продукциитурами сверх задания на 6 млн. 500 тысяч рублей.

расширяются по сравнению с про­навливается для рабочих Уралмашзавода и шлым годом в полтора раза.  треста «Свердловекпромстрой».

мя этого рейда. Отряд находился в обо­роне, но с минуты на минуту должен был двинуться в дальнейший путь. Стоял мо­роз в тридцать градусов. И раненый, один из лучших разведчиков отряда, и врачи были в полушубках. Откладывать операцию было невозможно: у разведчика начиналась газовая гангрена, но и дер­жать оборону в этих местах партизаны не могли, - нужно было отходить немедля. Десять минут, - сказал доктор Туцков командиру отряда. Двадцать,-сказал командир. И пе­редал по линии приказ: держаться ещё двадцать минут. Не снимая с саней, раненого подтащи­ли к краю. Ногу положили на пень, по­крытый парашютной материей. Это был операционный стол. Несколько кровеоста­навливающих пинцетов, древесная пила и обыкновенный столовый нож - вот все инструменты, которыми располагал хи­рург. Эти инструменты, в том числе пила, свернутая вдвое, были уложены в ведро. Их прокипятили над костром и протерли бензином. И под свист пуль, то и дело срезавших веточки над головами хирур­гов, началась эта необычайная операция. - Мы с полным правом могли посвя­если представить себе, что у нас не было никаких асептических средств, кроме одного, истинно пироговского - быстро­ты и точности в движениях хирурга. закончена, и врачи, сменив ланцеты на автоматы, присоединились к бойцам. Прорываясь через все засады, уничто­жал на пути немецкие гарнизоны, в те­чение более двух месяцев ведя непрерыв­ные бои, двигаясь, наконец, напролом через села, занятые немцами, партизаны соединились с армией в районе Блетни. Командование наградило Аню Масло­ву медалью Отечественной оиныхпервой степени и послало её учиться. Превратившись вновь в студент­ку-медичку, партизанский врач Аня Мас­лова успешно заканчивает этой весной пятый курс Первого Медицинского инсти­тута. B. КАВЕРИН.

идет в бой со своим отрядом. Весь поход­ный госпиталь -- инструментарий, бин­ты, медикаменты-у него на руках, Под огнём он перевязывает раненых. На при­валах никогда не отдыхает, - именно в эти часы общего отдыха и начинается са­мая горячая его работа. Условия, в кото­рых ему приходится трудиться, часто таковы, что нельзя даже развести костер, чтобы согреть воду или прокипятить ин­струмент. Партизаны никогда не остав­ляют своих раненых, и дело врача ус­троить их в пути так, чтобы повязки дер­жались, грануляция (поверхностное за­живление раны) не срывалась. Вот что рассказала мне Аня Маслова о сражении под селом Корсики, за уча­стие в котором она награждена медалью «За боевые заслуги»… «…На берегу реки ночью мы ждали одного из наших, служившего в немецкой полиций в порсиках Он долксдень, общить нам немецкий пароль. Наконец, послышался легкий плеск, и мокрый век торжа нал воновоКогда выше на берот, Пароль ботряду, Но не пригодился нам этот пароль. ны крались к селу гуськом вдоль огромного сада, и наши передовые в ответ на немец­ожидали. на этот раз при отряде находились вое врачей. Но Григорий АлексеевичИ еёпото, с порных минут всегда боролся в нем с боевым команди­ром, - а я занялась перевязыванием ра­неных и той помощью, которую могла им оказать на месте. При свете горящих до­мов я оттаскивала их в безопасное место. Я перевязывала их холстом, потому что другим перевязочным материалом мы тог­да не располагали. Несколько раз мель­кнул передо мною братишка - он с не­сколькими другими ребятами атаковал школу, в которой засела полиция. Я виде­ла, как он взмахнул гранатой и, бросая ее, упал лицом в землю. Я не знала, ранен он или убит. Я не могла в эту минуту по­дойти к нему, потому что двое раненых были у меня на руках. Несколько раз я поглядывала на него --- не встал ли. Нет, боец,лежит. И, наконец, когда загорелась шко-

ла, по его раскинувшимся рукам, по мерт­вой неподвижности его позы я поняла, что он несомненно убит. Бой продолжался четыре часа. Немецкий гарнизон был пол­ностью уничтожен. Мы забрали боеприпа­сы и ушли. Согласно приказу командира мы унесли с собой и раненых, и убитых». Пироговская шкопа Зимой 1942 года в отряде работали уже восемь врачей. Под руководством Луцкова был организован образцово-по­казательный госпиталь: просторный сруб,- в котором было достаточно места и для палат, и для перевязочной, и для опера­ционной, землю. Несколько девушек-партизанок работали сестрами -- в госпитале были налажены регулярные дежурства. Самые сложные операции производились в этом госпита­ле в Макеевских лесах. Но вот пришёл когда партизанским врачам приш­лось проститься со своим подземным гос­челопяталем и вернуться к бродячей жизни. Аня Маслова присоединилась к в нем было около 120 человек. На ее глазах отряд вырос и превратился в грозную силу, против которой немцы были вынуждены бросить четыре батальо­дования, партизаны двинулись на соеди­нение с армией, подходившей к плетне. вот две тысячи человек, среди кото­раненых ес собой по пятам, пересекали дороги, перенимая партизанские методы борьбы, устраивали засады. Давно кончился перевязочный материал, пропал в одном из тяжелых сражений инструментарий. Ночами нельзя было зажигать костры. Застывая, врачи делили между ранеными спирт по капель­кам, как самое драгоценное лекарство. Не было наркотических средств -- ничтож­ную дозу новокаина, которая приходилась на каждого оперируемого, недаром назы­вали «крикаином». В непрерывном дви­жении, в ежедневных боях, держа в одной руке гранату, а в другой ланцет, как ска­зала Аня Маслова, врачи-партизаны про­должали свою работу. Вот одна из операций, произведенных докторами Луцковым и Масловой во вре-

 слушивались. Каждое её желание не­медленно исполнялось. Со стороны нем­цев это была игра - очень тонкая, как они полагали. Со стороны доктора Мас­ввловой это не было игрой по очень прос­той причине - выдав себя в бреду, она немедленно забыла об этом. Придя в се­бл, она только удивлялась от всего серд­ца, что немцы с такой энергией хлопо­чут о её здоровье. Накануне несомненной, безусловной гибели она думала о том, что пикогда её положение не было ещё таким прочным. И она погибла бы, если бы не Гри­горий Алексеевич Луцков, известный хирург, работавший в рославльской боль-

Партизанский врач   Без сомнения, студентка-медичка 4-го курса Аня Маслова от души рассмеялась бы, если бы весною 1941 года ей сказа­ли, что через несколько месяцев она бу­дет делать операции при помощи столо­вого ножа и обыкновенной древесной пилы. Но не будем забегать вперед. Усло­вимся лишь, что главная героиня этой истории -- правда. «На немецкой службе» Война застала её на практике в ос­лавле, где жили её родные. В конце июня она была ранена в ногу и не могла уйти, когда немцы заняли город. Думала ли она тогда, что станет партизанкой? Нет. два месяца она скрывалас дшиеся падеясь перейти через фронт. Не уда­лось, - и тогда она вернулась в Рос­навль и поступила на слулбу к немпам, Русская девушка, свободно говорышая по-немецки, образованная (она назвала себя врачом, и это было почти правдой), Аня быстро завоевала доверие немцев. Правда, гестаповцы дважды арестовыва­ливают - пули ударились в стенку над её головой. Но все это были обыкновен­вые шутки в немецком духе. После этих маленьких испытаний немцы стали дей­то ствительно доверять ей, тем более, что она сказала господину обер-лейтенанту начальнику гарнизона, что она на его месте поступила бы точно так же. И она стала врачом-эпидемиоло­гом на немецкой службе. Фельдкомендатура рассылала с нарочны­ми пакеты - и нарочных находили лесу с ножом в горле. Но это было да­леко не все. В один прекрасный день ка­Так шли дела -- в общем весьма не­дурно. И вдруг, это было в мае 1942 го­да, доктор Маслова заболела сыпным ти­фом. Первые дни она притворялась и до­рательный отряд под командой самого обер-лейтенанта выехал на облаву и, как ни странно, попал в засаду. Потеряв ров­но половину своего состава, отряд вер­нулся в Рославль. Сам обер-лейтенант был ранен. Разумеется, его лечили не­мецкие врачи. Но доктор Маслова так усердно справлялась о его здоровье!

  

нице. Партизанская деятельность этого человека началась в те дни, когда Аня Маслова, не подозревая, что она погуби-

вольно удачно, что у нее обыкновенная ла себя, лежала в инфекционной палате. Она уже начинала поправляться, хо­малярия. Но немцы, смертельно бояв­сыпняка, прислали своего врача, и ля была ещё очень слаба. Она пожелала страстно желала -- только бы не потерять созна­ния. Она смотрела на свои руки и гово­рила себе; -Вот мои руки. Она повторяла таблицу умножения. Она убеждала себя: «Аничка, милая, себя. Немцы могли просто убить её. Но это было бы нерасчетливо … в руках у этой девушки были нити, которые вели в са­омую глубину нартизанского движения. Они могли немедленно взять еа в геста­по, но это испугало бы её друзей, Вот почему решено было прежде всего выле­чить доктора Маслову вылечить, что­бы поговорить с нею так, как умеют разговаривать в гестапо. Вылечить - а потом (это было решено) публично повесить. Никогда ещё немецкие врачи не отно­сились с таким вниманием к своему рус­скому коллеге. Сам господин фон Рон­сний навестил её и даже сказал ей с глу­бокой симпатией: Ах, Анна! Я не верю, что в ваших жилах не течет хоть немного германской крови. Сиделки не оставляли больную ни на минуту. К каждому её слову при­вернуться домой -- немцы исполнили и  это её желание. Впрочем, неведение её кончилось в этот день. Двумя словами доктор Луцков рассеял её иллюзюи сказал, что нужно бежать … и бежать возможно скорее. собою доктора Маслову. Почему­то доктор Луцков брал с собою весь инструментарий, очень много медика­ментов и перевязочного материала. Почему-то мать доктора Масловой и 17-летний братишка в ту же ночь реши­ли прогуляться и, зайдя довольно далеко от дома, свернули на окольную дорогу и шли до утра, пока не углубились в дес. Через несколько дней в рославльской фашистекой газетке появилось об явле­ние: «Немецкий комендант извещает, что тот, кто доставит живым или мертвым доктора «Туцкова или доктора маслову, получит награду в 25 тысяч марок». Бой под Корсиками Работа партизанского врача своеоб­разная, требующая огромного личного у­жества, выносливости и самоотверженно­сти,-без сомнения займет свое место в летописях Великой Отечественной войны. Партизанский врач, как простой



Это было очень удобное положение. Немногие сохранившиеся пока сельские медпункты находились в полном распо­ряжении доктора Масловой. Разуместсл, пемцы не подозревали, что на деле они были партизанскими явками. Фельдко­мендатура находилась в Рославле, все начальство едва ли не ежедневно заходи­ло в гостеприимный дом Масловых, и лю­безная молодая хозяйка была в күрсе пого, что предпринимали немцы, на­деясь справиться с разраставшимся пар­Пизанским движением. Конечно, иногда случались довольно странные вещи.