(5957)

1042

15



ПРАВДА



ВРАГИ

НЕНАВИСТНОМУ

ЗАЩИТНИКИ СТАЛИНГРАДА! цехов боицы (От военного корреспондента «Правды»)

ОТПОР

КРЕПЧЕ

ЕЩЕ

B

2

T8 теля мест прия B

Вот он, чудесный завод, такой знакомый по снимезам и кино. Вся страна строи­ла тебя! Миллионы советских людей с на­пряженным ениманием следили за твоим рождешием, завидуя тем, кто участвовал в героической стройке в низовьях Волти. Сталинградский тракторный завод это могучая, полнокровная, буйная юность на­шей индустриализации. Каждый из нас живо помнит дни и месяцы его рожде­ния. Его проект за границей встретики недо­верчиво. Юмористические журналы упраж­нялись, изображая современные машины, приводимые в движение верблюжьей тя­гой. Солидные газеты удивлялись: боль­шевики взялись по за свое дело. Разве по плечу им строить современные инду­стриальные гиганты? Большевики упорно спроили, с любовью укладывая каждый куб бетона. Строили и построили. Тогда в тазетах за границей поднялся спор: пу­стят или не пустят, освоят или не осво­ят. Немецкие технические журналы пре­небрежительно фыркали: разве детям волж­ских бурлаков, таскавших бечевой бар­жи с солью, подстать современная тех­ника? Переломалот машины, пойдут на поклон за границу. Американцы смотрели на вещи иначе: ведь недаром Россия всегда слыла страной чудес. Американцы помо­гали нам строить этот завод. Скоро трак­торы с буквами «СТЗ» бороздили все бес­райние поля нашей родины. Скоро весь мир узнал эти три магические буквы и научился их уважать. Вот он стоит, завод-гигант. Немецкие снаряды проносятся над головами. Линия фронта недалеко, Но завод живет. Больше того --- завод работает, и старый человек с седыми усами, с немецкой трофейной вин­товкой за плечами и парой немецких гра­нат, деревянные ручки которых торчат у него из кармана ватного пиджака, пре­граждает путь и сурово требует: Пропуск! Этот человек - старый кадровик за­вода и участник знаменитой царицынской обороны Иван Захарович Валиков - вот уже одиншадцать дней на посту, не сме­няясь, окрапяет прохолную завода. Хоте­ли поставить военную охрану, освободить старика, переправить его за Волгу. Он пригрозился дойти «до самого главного военного» и отстоял свое право охранять родной заввод. И вот в смену с красно­армейцами он несет дежурство, а в сво­бодное время спит тут же, в проходной, свернувшись калачиком на старой шубе. Впрочем, ходить ему некуда. Дом его в поселке семь дшей назад спалили немцы, Из булки он видел, как горел ето дом, но в этот момент сн нес дежурство и не покинул поста. Заводской двор, перечеркнутый вкривь и вкось линиями путей, пуст. Он весь ис­пакан, изрыт снарядами. Ташкисты, толь­ко что причявшие четыре вышедших из ремонта машины, советуют тоном специа­листов: - стенкам северным жмитесь. Он с юга лупит. Впрочем, сами они возятся у своих ма­шин совершенно хладнокровно, хотя имен­но эта плющадка, служившая раньше, оче­видно, для опробования сошедших с кон­вейера машин, особенно густо исклевана рябинами разрывов. И вообще я на­блюдал одну характерную черту защитни­ков Сталинграда - большую заботу других. Человеку, вновь попавшему в го­род, они дают десятки советов, как ему следует себя вести. Сами же остаются

совершенно равнодушны к чириканью пуль. «Мы, сталинградцы,народ, от пуль заговоренный»,пошутил краснофлотец на переправе. В одном из цехов идет горячая рабо­та. Ночью тягачи подтянули с поля боя подбитые машины. Сейчас их спешно ре­монтируют. Рядом с военными ремонтни­ками работают рабочие заводов - сбор­щики, токари, слесари. Работают молча, сосредоточенно, сурово сдвинув брови, стараясь всю силу своей воли, всю бы­строту своих умных, спытных рук вло­жить в эту работу. Военинженер 2-го ранга Герасимов удивляется. Он воюст с начала войны и никогда еще пе видал таких темпов. Ремонт, на который пола­гаются сутки, делают за часы, с мелкими повреждениями управляются буквально в несколько минут. Вот эти товарищи,военинженер показывает на слесарей Строганова, Зото­ва и старого мастера Филиппова, не ложились спать уке трое суток. Вчера я приказал им прилечь. Легли. Но в это время прибыли еще танки. Подхожу, ви­жоу - спять с ключами, Я даже рассер­дился. Упрямый народ. Золотой народ. У молодых слесарей и у старого ма­стера лица были черны от ржавого масла, белки воспаленных от бессонницы глаз сверкали. Когда в дальний угол цека уда­рил снаряд и осколки стедала брызну ушали им под руки, они даже не оплзну­лись, продолжая возитыся в моторе танка. Филишпов сопровождал меня по цехам. Цехи были пусты. Гром выстрелов трое­кратно повторялся в пустоте стен. Ста­рый мастер был немногословен. Он только называл цехи. Только в одном месте, у остова сожжен­ного цеха, его прорвало. Он поднял свом большие, масляные кулаки и неистово по­тряс ими, трозясь туда, откуда били по заводу немецкие минометные батареи. - Сволочи, сволочи!-прохришел ста­рик.Нет, вы скажите мне, чем они, ско­ты, нам за все это заплатят, какой мерой они будут с нами квитаться за все эти их бесчинства? Потом мы сели за массивной стеной, за­щищавшей от пуль и мин, и Яков Фи­лишпович рассказал как рабочие практор­пого вместо с бригадой, принимавшей танки, отбили первые атаки немцев устен города, как отличился в боях за город ра­бочий батальон завода, в котором началь­нином штаба был член Стасинпрадского совета, преподаватель механического ин­ститута Панченко, как геройски дрались слесари, токари, фрезеровщики, как, сража­ясь за Сталинград, героически погибла де­вушка-сталевар, любимища сталинградских металлистов Ольга Ковалева. Старый ма­стер называл их всех … и тех, кто сра­жается, и тех, кто работает,-бойщами це­хов. Бойцы цехов! Здорово сказано. Уже темнело, когда я уходил с завода. В проходной - молодой красноармеец. Я спросил его: где же Иван Захарович? опрор поруства и по расотроенному зину его оразу ясно стало, что он еще совсем молодой шаренек. - Умер дядыко Иван… час назад уби­ло… осколком. Видите ту воронку - вот от нео осколком. В грудь. Так с винтов­кой и рухнул. И мы сняли пилопки над местом гибели Ивана Захаровича Ватикова, «бойца це­ха», одного из тысяч героических защит­ников Сталинграда. Б. ПОЛЕВОЙ. Сталинград.

К

го

мИИ R

ков. 1

ной ча1 (

por пар

ги

В последних боях танкист старший лейтенант И. И. Корольков подбид танков, до 40 уничтоженных орудий. У БИТВА ГОРНЫХ ВОРОТ (От военного корреспондента «Правды») Меш умер. Его место занял Николай Заборянский. Он дрался с наседающни автоматчиками с остервенением и, будучи трижды раненным, не оставил поля боя. За­борянокий убил в этом бою 56 немцев. засыпали скопы гвардейцев сна­рядами и шулями. Над землей висел густой дым. Бронебойщики Владимир Ванюков, Кузыма Кобзев, Сергей Коваленко и Осман Хаснудинов решили воспользоваться этой завесой. Полжом они подкрались к тн­кам и в упор открыли оголь из бронбо­ек. Один танк подбили Ванюков и Коб­зев; второй стал разворачиваться, но его настигли шули, пущенные Коваленко и Хаснудитовым. Пулеметчики одного подразделения К1- зилов и Инанченко находились впереди ос­новных огневых средств и долоны был принять на себя первый удар надвигаюю­шейся лавины немцев. Укрывшись в ку­стах, Кизилов и Иванченко выждали, пока солдаты подойдут ближе, и открыли ура­ганный огонь. В разгар боя первый номер Кизилов был ранен. Тогда его заменил Иванченко. Оп рук от шулемета и бил непре­Тринадцать часов длился бой. Гвардей­цы обороняли каждый уступ горы, выстог­ли и не пропустили врага. Потеряв сотни солдат убитыми и ранеными, немцы от­катились назад и вынуждены были доаго приводить себя в порядок. не отрывал станно. Упоенные схваткой, пулеметчики по заметили, как кошчилась шослерня тента. Пулемет умолк, Когда немецкие солдаты ворвались в окоп, раздалось два варыва. Кизилов и Иванченко взорвани гранатами и себя, и нескольких пемцев.

На снимках: 1. Район Моздока. Минометчики ведут сгонь по пехоте противника. 2. Сталинград. 8 немецких танков. Всего на боевом счету тов. Королькова 26 подбитых и сожженных  

же ме

У подножья высоты ночку сползали с высоты и накапливались внизу, чтобы атаковать и уничтожить гор­сточку храбрецов. Босц Шарипов бит по гитлеровцам ко­роткими очередями из автомата и время от времени восклицал: «Один готов!» Когда внизу накапливалась большая группа нем­цев, автомат Шарипова начинал «длинный разговор». Чаще звучали и выстрелы остальных бойцов, а Посыпкин эвонил на артиллерийский командный пункт: Дайте огонь по скату высоты! На головы немецких автоматчиков пада­ли снаряды и мины. Артиллеристы били метко. «Живем, братцы!» - кричал Петра­ков. Ему отвечали: «Живем! Разнесло га­дов, пусть еще сушутся!» Шарипов уже убил тринадцать немцев, увеличивался счет и у остальных защитни­ков рубежа. Но немцы все лезли и лезли. Надвигались сумерки. Черная тень легла на скаты высоты, труднее стало вести при­цельный огонь. Все больше и больше на­капливалось внизу немецких автоматчиков. Враг был уже в 100 метрах, на рубеже для атави. Медлить нельзя. Оставались считан­ные секунды. Решение должно быть быст­рым и верным. В окоп к Петракову приполз Посышкин. - Куда теперь давать огонь? спросил он. - Пусть бьют по обоим склонам,ска­зал Петраков. - Правильно,- кивнул головой По­сышкин и уполз обратно. Наступило затишье. Молчали обе обо стеро­ны. Только громко кричал в телефонную трубку Посышкин, и все слышпали его слова: - Дайте огонь по скатам,- да по обо­им, по обои обоим! Да чего ж тебе не ясно? Давай огонь на нас! Люди легли на дно своих уюрытий. Пет­раков приоднялся и крикнул: «Товарищи, водина не забуует Пос промоные разрывы, которыме, назалось, не будет конца, сотрясли воздух и землю. Взошла луна. Стало тихо. Пришло под­крепление, и Петракова отвели в тыл. Ко­гда он пришел в себя, то прежде всего спросил: - Как наши? Как высота? Ему написали на клочке бумаги: - Все живы. Ночью выюоту взяли. Старший политрук В. ИВАНОВ. Младший политрук В. БЕЛОВ. Район Сталинграда. Приказ о наступлении пришел ночью.   Командир нашего подразделения младший лейтенант Посышкин, младший полит­рук Погребнюк и агитатор политотдела старший политрук Петраков собрали полит­состав и рассказали товарищам о предстоя­щей задаче. В 5 часов утра начинается ар­тиллерийская подготовка, в 6 часов - на­ступление. - Надо об яснить каждому бойцу, как важно для обороны Сталинграда выбить немцев с этой высоты,-сказал Петраков. И он первый, пошел по окопам, чтобы побеседовать с бойцами, которые хорошо знали его и не раз участвовали вместе с ним в горячих боевых делах. …5 часов утра. Секунда в секунду на высоте, занятой немцами, взметнулись ог­ромные разрывы. Била наша артиллерия. Во весь рост двинулись вперед бойцы. Впереди, у самого подножья высоты, оказалась вырвавшаяся далеко вперед грушпа бойцов во главе с Посышкиным, По­гребнюком и Петраковым. С ними было пять стрелков, автоматчик, две сапитарки. Рассредоточились поодиночке в подуразру­шенных окопах и щелях. Враг обстреливал каждый вершок небольшой площадки, где раоположилась горсточка храбрецов. Из-за гребня высоты беспрерывно летели снаря­ды, мины. Затем появились бомбардировщи­ки. Они сбрасывали десятки бомб. Фаши­стские автоматчики били разрывными пу­лями по окопам и воронкам. В щель к Петракову приполз Погреб­пок. Как быть? - спросил он. Петраков ков помолчал, пристально взглянул в лицо Погребнюку и ответил: - Как быть? Стоять насмерть. До по­следнего!

га КС

Зубчатые, скалистые горы понимаются к небу почти отвесно, а промеск них, в плубоком ущелье, цепочной вьется узкая порота, Скаты гор заросци деревьями и кустатником. Леоные чащи полыхают от­нем. Чернеют развороченные гражескимиТанки снарядами дубы и клепы. Над ущельем висят синие спруйки порохового дыма. Но дыхание войны угадывается не столько по этим приметам, сколько по адскому прохоту идущего где-то рядом бся. В ущелье рвутся снаряды, мины, с виз­гом летят бомбы, и эхо троекратно повто­рает варывы. Когда стан вражеских пи­кировшиков уходит за новым грузом бомо, из окопов поднимаются бойды и, отрях­нувшись от пыли и щебня, бросаются впе­ред. У ворот, образуемых горами, идет же­стокая и упорная битва. Сна тянется уже неделями. Нашим подразлелениям прихо­дится драться с численно превосходящим противником. Намереваясь пробиться к мо­рю и выйти к портам, немцы бросили на этот горный участок дво стрешковых ди­визии, горно-егерскую и чехословацкую моторизованную дивизию. Немцы рвутся к дороге, лежащей на дне ущелья. Наши ча­сти стойко выдерживают нашор врага, крешко держат горныз ворота в своих руках. Там, пде торы делачот изгиб и развет­вляются на отроги, сражаются гвардейцы энской части. Их боевые будни полны са­мых драматических перипетий, Уже выго­рел и обуглилел лес на участке от бес­прерывных бомбежек и обстрела снаряда­ми, пеплом и кровью покрылась земя, а гвардейцы пощрежнему стоят стеной. Они превратили свой участо в твердыню, о которую разбиваются все атаки против­ника.

( б

T.

Гс

HE T. ма

за

B II TI

на H ч T. х

т. мя На ча ла т ск

Правильно! - сказал Погребнюк и, пражимаясь к земле, уполз обратно. Связались по телефону с командованием, ходожили оботановыу, сказали о своей ре­шрмости, дер жаться до подхода подкрепления». Из окопа в окоп были переданы слова приказа. - Выстоим, товарищи! - крикнул бой­цам Петраков. Сталинград за нами! День прошел в тяжком напряжении. Не переставая били немецкие минометы, при­летали и улетали бомбардировщики, содро­галась земля. Убита санитарка Арканова. Остальные живы и не дротнули. Немецкие автоматчики группами и в оди-

На одном из участков немцы атаковали роту, которой комонлует старший нейте Геввощии. На оконя и В течение нескольких часов они бомби­ли и обстреливали гвардейцев. Затем, от­крыв ураганный огонь из орупий и круп­нокалиберных минометов пемпы перешлиНад в атаку. Гвардейцы отбили одну за дру­гой восемь атак. ты, роге. бы то ни стало и атакуют их беспрерыви. высотами пикируют деслики само летов. Бомбы, вздымая пыль и камни рвутся одна за другой. Вершины высотоб Борьба продолжалась три дня. Девятую атаку немцы предприняли под прикрыти­ем дымовой завесы. Группе автоматчиков при поддержке трех танков удалось по­дойти почти вплотую к окопам твардей­цев. Бойцы уже слышали над головами лязт гусенищ. Обстановка была критиче­ской. Политрук роты Владимир Николаев решил пожертвовать жизнью, но не про­пустить ташки. Он быстро подвязал к по­ясу шротивотанковые гранаты и выскочил нез бруствер. - Прощайте, товарищи! крикнул он и бросился под танк. Раздался мощный взрыв, и танк свалил­сл на бок. Два других танка потоптались перед окопами, не решились двигаться дальше и, остановившись в укрытии, по­огонь с места. вели стредиваются дальнобойными оруднями минометами, Но викакой шквал отня может сломить духа людей, уже многодне держащих активную оборову. Потершев десятки неудач при попы ках взять высоты штурмом, немпыре шили обойти их долиной, по которой пе тежает речушка. Этим маневром проти ник хотел поставить в тижелое положн гарнизоны, обороняющие горы, но проси­тался. Большой группе немецких автом чиков удалось просочиться в долину, об ти торы и перерезать дорогу. Казал исход борьбы был решен. Но гаршизн занимающие высоты, не дропнули. а тан Таталин организовал засаду и, код под прикрытием ночи автоматчики пым лись приблизитыся к нашим позицияб рушил на них ливень огня и уничто В это же время завязалась упорная схватка с автоматчиками. Сержант Меш, сл в окопе выслеживал среди кустр ников зеленые мушпиры и бил из своего автомата наповал. Но вот три шули вон­зились в грудь храбреца, и Меш, обливаясь кровью, учал. Меркнущими глазами увидел, как осколком бомбы разбило вин­товку парторга роты Николая Заборян­ского, С трудом приподнявшись, сержант передал свой автомат парторгу и тихо ска­зад МешГудит ущелье, содрогаются горы. вершгинами висит раскатистое эко артиы рийской кановады. К небу поднима облака мохнатой коричневой пыли ид ма. В безмятежной лазури баррасар самолеты. В воздухе стоит запах гарл крови. Бери мой автомат, Николай, и бей без промаха немецких гадов. Отомсти про­китым за мой родпой город праматорек, за Донбасс. более 150 гитлеровцев. Высоты остаются попрекнему в наш руках. Вершмеы их обожжены и изрыть воронками, деровья повалены бомбами снарядами, а люди живы, живы и оп вые точки, зарытые в землю. У горных ворот идет бой. Я, МАҚАРЕНКО. Действующая армия… КРАСНОЗНАМЕННЫЙ БАЛТИЙСКИЙ Флот. 11 октября. (Воен. корр, «Прав­ды»). Вечерело. Над Финским заливом сгу­щались раннио осенние сумерки, Ныряя в тяжелых серых волнах, малепький корабль под командованием старшего лейтенанта коммуниста Орешко упрямо пробивался вперед. Моряки выполняли боевое задание. Четыре «Мессершмитта»! - Поединок в Финском заливе ший политрук Усачев. Он был уке те жды ранен, но, превозмогая боль, криын Держитесь, друзья! Наша возьмет! Редели ряды отважных защитнико рабля. Убит сигнальшик Аксонов. другим выбыли из строя бойцы оруд расчета. Но орудие продолжало биь прату. Огонь стал вести раненый ко опу-рашистские доложил вахтенный. Вижу, - ответил Орешко и подал - Кбою! комсомо-команду: Соколов. Его ранило вторично. К оруд встал раненый машинист Тютюнов. Паша возьмет!… повторял ско зубы пулеметчик комсомолец Романов. Он получил 16 ранений, но прод бить по вражеским самолетам из раска шегося пулемета, Его товариц пулем Чащии меткой очередью повредия «Мессершмитт». Сигнальщик Михайлов, рулевой Сави кин, воентехник Шендеровский до кош оставались на своих боевых постах. Четыро вражеских самолета пе смог одолеть маленький балтийский кораб Все воздушные атаки были отбиты. рабль благополучно вернулся па свою ба H. ВОРОНОВ самолеты, видимо, рассчи­тывали легко расправиться с маленьким советским кораблем. Один за другим захо­дили они в атаку, обрушивая снарялы и ливни пуль. Но балтийцы смело вступили в неравный бой. Их отонь был яростен, а маневры смелы и неожицанны. Вражеская пуля сразила командира. Огонь!… Сильнее огонь…успел сказать он, умирая. На его место встал старший лейтенант Петровский, но вскоре и он выбыт из строя. Тогда командование принял на себя млад-

пре

ни

Пр т.

Комсомолец Морозов подбил 7 танков действУЮЩАя армия, 12 октября. (Спец. корр. ТАСС). Шел ожесточенный бой, Один из наших орудийных расчетов был почти полностью выведен из строя. Остал­ся только комсомолец Морозов. Всю ночь длился бой. Морозов из своего орудия подбил шесть фашистских машин.   Утром немецкая пехота мелкими груп­пами при поддержке одиночных танков вновь пыталась просочиться в расположе­ние наших подразделений. Морозов прямой наводкой вел огонь по гитлеровцам. За этот день он истребил свыше 100 фаши­стов и подбил еще один танк.

боевой счет мести  КАРЕЛЬСКИЙ ФРОНТ, 12 октября. (Спец. корр. ТАСС). Коммунисты подразделе­ния, которым командует лейтенант Кусуш­кин, стали инициаторами массового движе­ния за то, чтобы каждый боец открыл личный счет истребленных гитлеровцев. Коммунисты Авдиенко, Меркульев, Чел-

(н

панов, Пикшуев первыми открыли боевой счет мести. За нима последовали осталь­пые члены и кандидаты партии. За один месяц 13 коммунистов истребили 76 нем­цев и финнов. Инициатива получила широкое распро­странение.

И

СРАЖАЮТСЯ МОТОСТРЕЛКИ (От военных корреспондентов «Правды») Старший сержант Ордаков из своего ору­дия поджег две вражеские машины, вы­рвавшиеся вперед. Автоматчики посыпа­лись с них, падая замертво. Бьют броне­бойки, строчат пулеметы и автоматы. Немецкая пехота отрезана от танков, но бронированные машины бороздят по окопам, Рвутся связки гранат, огненными брыз­гами разлетаются расколотые бутылки. Еще два танка - два огромных факела. Но на поле появлялись новые танки. Наши пушки бетли, не умолкая, Несколько машин шло на орудийный расчет комсомольца старшего сержанта Петра Плешакова. Огневая позиция потонула в разрывах. Ранен Плешаков. Обливаясь кровью, он продолжал командовать. С закрытой пози­ции стало трудно отражать врага. Выкатить орудие на открытую по­зицию! - крикнул командир. Орудие поворачивалось во все стороны, отражая натиск врага, Один танк почти накатывался, Минута - и расчет будет раздавлен, Бойцы работали молниеносно. Выстрел - и развороченный танк замер в нескольких шагах. Немпы окружили орудие сержанта На­ливайко. Но расчет стоял непоколебимо, искусно отбиваясь от наседавших танков.пев. Вот вспыхнул один из них, остальные по­пятились. Геройски дрался расчет сер­жанта Михайлова. Подбит один немецкий танк, но второй подошел вплотную. В ма­шине открылся люк. Показался немет немец. «Рус, сдавайся!». -Вот тебе! - разряжая в него пи­столет, крикнул Михайлов. Фашист замертво сполз в танк. Надвигалась ночь. Отрезанные от своей пехоты, немецкие танки стали отходить. Отхлынули и автоматчики, Батальон удер­жал захваченный рубеж, нанес врагу чув­ный На левом фланге обороны Сталинграда немцы, сосредоточив большие силы, по­теснили одну нашу часть и захватили выгодный рубеж. Отсюда противник гото­вился развивать свой успех. Навстречу ему был брошен мотострелковый батальон. Немцы засели в окопах и блиндажах, подходы к которым были хорошо пристре­ляны. Под прикрытием этого заслона враг стягивал силы для наступления. Все ре­шалось минутами, Если сейчас не овладеть позициями немцев, они через час ринутся на нашу оборону. Нужно было опередить врага. И батальон с хода пачал наступ­ление. Противник открыл ураганный огонь. Град пуль, мин и снарядов осыпал наши цепи, Залечь - верная гибель. Бойцы стремительным броском проскочили зону смерти. Огненная волна осталась позади. Несколько десятков метров остается до окопов противника. Но враг перенес огонь и поставил его стеной перед самыми окопами. Гнут раз­рывы стрелков, прижимают к земле. Па­дают люди. И снова раздаются голоса командиров: «Вперед! За родину!» И снова поднимаются люди и вихрем провосятся через вторую зону заградительного огня. Батальон ворвался в окопы. Лязг желе­за, хруст костей, короткие глухие вы­стрелы и разрывы гранат. Били и крушили без пощады. В ярости стрелки разносили все на своем пути. Вражеский заслон был смят. Своим неожиданным, стремительным ударом ба­тальон спутал карты немцев. Все стянү- тые сюда силы они бросили в контратаку, стремясь вернуть утерянные позиции. Десятки танков с автоматчиками двину­лись на окопы батальона. Противотанко­вая батарея начала неравную борьбу,

ствительный урон. 7 танков, до 200 сол­дат и офицеров, много винтовок и автома­тов потеряли немцы в этом бою бою. Потери батальона: 25 убитых, 43 раненых, одна пушка. Ночью подошло подкрепление. Мото­стрелков, выполнивших задачу, переброси­ли на другой участок. Лишь занялась заря, бойцы пошли на врага. Противник встретил их бешеным огнем, а затем пустил танки. Стрелки под­били один танк, сстальные сразу скрылись за скатом высоты. Немцы вызвали авиа­цию Десятки бомб рвались в расположе­нии наших боевых порядков. Но как толь­ко самолеты улетели, старший лейтенант Астафьев поднял цени, и они ворвались во гражеские окопы и блиндажи. Немцы не быдержали удара и отступили. Их догоня­ли, стреляли, брали в плен. На плечах врага ворвались стрелки в рощу и немед­ленно начали закрепляться. Это было абсолютно правильно. Немны быстро стянули резервы и при поддержке танков и авиации перешли в контратаку. Силы оказались неравными. Падали уби­тые и раненые бойцы, но крепко стояли вх товарищи. Бой достиг высшего нанря­жения, Автоматчик Перерва сразил 30 гит­леровцев, отделение сержанта Верхогляда в рукопашных схватках убило 45 гитлеров­Под ответными ударами роты лейте­нанта Местикова пало до сотни фашистов. Лейтенант Местиков в горячей схватке вырвался вперед, Его тяжело ранило, Гит­леровцы окружили истекающего кровью героя. До последнего вздоха дрался он с врагами. Его боевые друзья разорвали вра­жеское кольцо и вынесли труп отважного воина. На ноходе третьего часа боя танки прорвались к высоте. Били брожебойши­ки, летели гранаты. Комсомолец Рухаин подбил ова танка и пал, сражен­у своего скопа, Бомсомолец Мальков

застрелил четырех немцев, а когда его ранили в руку и спрелять больше не мог,- начал подносить патроны остав­шимся в строю. на правом фланге немцы ворвались в блиндажи. Командир взвола лейтенант Гринь бросился в контратаку, увлекая за собой осталыных. В короткой схватке стрелки убили 32 немцев и отбросили врага.

бо

Вокоре немцы предприняли новую вуюата­ку. Ви предшествовали артиллерийская подготовка и налет бомбардировщиков. Снова завязался жаркий вой. Артиллери­сты под командой капитана Зинича за­ставили замолчать четыре немешких ар­тиллерийоких и две тяжелых минометных батарен, истребили до батальона автомат­чиков. Противотанковая батарея под комашдой старшего лейтепанта Стогнева подбила дна танка и заставила осталь­ные машины отступить. Цепой огромных потерь противнику удалось на левом фланге потеснить со­седиоо часть и ударить во фланг мото­стречкам. Мларший лейтспант Пашнев повершул свото роту и перешел в контр­атаку.Грраза немцы пытались раз­ить успех на этом участке и три раза откатывдтись под ударами роты Паш­нева. Окоп старшего сержанта Еременко был окружен фашистами, Отважный ле отнвал все атежи врага. Но вот стели диски автомата, Немцы осмелели и оросились к окопу с двух сторон. Два вэрыва гранат разметали фашистов. Через минуту на выручку подоспели товарищи, Они насчитали около окопа Еременко 34 трупа.  удалось немцам продвинуться и на пругих участках оборсны, занимаемой мо­Евтонийтестрелками. B. КУПрин, д. АҚУльшин. Сталинград. (По телеграфу).

Do

Ко бо по не

H

Да

CR