Анатолий КАЛИНИН

eosr…

za…

Dore… из



Хлеб­государству! Қолхоз «Первое мая» Го мельского района Гомель­ской области сдал сверх плана в фонд Красной Армии 4.200 пудов хлеба, 500 тонн картофеля, 35 тонн овощей. На снимке: колхоз­ники везут хлеб на ссыпной пункт. Фото в. ЛУПЕйкО. (тасс).

Весь день в степи гудело, гремело и дре­безжало. Казалось, кто-то огромным моло­том бил по листовому железу, и оно подда­валось, стонало, трепетало с гулким и ту­пым звуком. Над землей плыли черные, дымные кло­чья, похожие на грачей. Зайцы табунами бе­жали прочь, разбросав по белой целине чер­ные крапины следов. Горячий ветер дышал огнем. На степном гребешке - узкая, иссиня­черная полоса терновника-ветроупора. Пере­черкнув степь, она тает, теряется вдали. двух сторон почти до веркушек деревьев на­мело снег. Из сугробоз торчат рогатки фио­летовых, дымчато-сизых ветвей. В степи лютует мороз. А в посадке со­гревшийся под снегом тери устойчиво пах­нет веспой. Между деревьями, из темных, глубоких проталин в снегу идет теплый, хмельной дух разопревшей терновой коры, жизучих корней и влажной земли. Среди стволов деревьев вырыта в земле узкая черная щель. Вырубленные саперной лопаткой ступеньки ведут вниз. Оттуда веет теплом. Журчит аккумулятор. Автомобиль­ная лампочка бросает на стены землянки скупой желтоватый свет. - C Рожковым связь воестановлена? спрашивает Милованов начальника штаба. - Восстановлена. - Он просит помощи? - Нет, не просит, хотя противник уже третий раз переходит в атаку. «Упрямый старик, -- думал Милованов, попал в беду и теперь из гордости хочет обойтись своими силами». Где-то в душе у него шевелилось уваже­ние к Рожкову. Звонил Мирошниченко, сказал пат штаба. - Олять? … Да. Он говорит, что готов. Ждет ва­приказа, чтобы пробиться к Рожкову­… Пусть подождет. Когда понадобится, скажу. Милованов задумчиво щурил светлые, с Голодным серым отливом глаза. Какой на под Рожков отказывается от помощи. ми­рошниченко, которого все считали неприми­рамым соперником Рожкова, теперь рвется оказать ему поддержку. Милованов счи­тал, что он хорошо знает своих коман­диров, но оказывается, что он знает их со­ем мало, «Очень и очень мало», думал Милованов… Милованов выходил из землянки, смотрел вниз, на хутора. Они тонули в красных мас­сивах вишаевых садов. Вокруг хуторов бе­жала черная кайма окопов. Сейчас к ним по северному склону балки спускались танки, рассытавщись, тонню темные крапнны волчьмогу их следов на белом снегу. **

- Патроны, дед!- прерывающимся голо­сом крикнул Чакан. - Сейчас, сейчас, - побежав в угол око­па, засуетился старик. Не добежав, он вдруг схватился рукой за бок и тяжело опустил­ся на ящих, по-рыбьи зевая ртом. Из его груди вырвалея сдавленный хрип, а изо рта хлынула к, захлюнав, побежала по бороде, по рваному, заштопанному тулупу дегтярно­черная кровь. и злоба стиснули сердце Чакана. Только что на его глазах два русских че­ловека приняли от чужой, громыхающей ма­шины смерть. Чакан остался в окопе одич. «Так нет же, не может быть, чтобы на это­го стального зверя не нашлось узды,- по­думал он, припадая к ружью.- Чтобы руз­ского человека донять, немец против него  дестнты, и воющие бомбы, и разные дру­гие пакости бросал. Но наш народ протиз вех его хитростей свою мудрость применял. Не может быть, чтобы теперь этой своей громадной коробкой немец русского чело­века победил». Чакан налег плечом на бруствер, тщатель­но целясь. Головной двухбашенный танк, переваливаясь, неуклюже, точно черспаха, обходил минное поле и, повернувшись, от­крыл свой бок. Чакан выстрелил и подбил танк. Но остальные танки перешли через и ыходили на окраину хуторов. На пути их легла мелкая, незамерзающая зимой реч­ка. Спустившись к берегу, танки напоролись на минное поле и задним ходом медленло стали отходить назад. И лишь один прорвал­ся на северную окраину хутора. Переехаз вы­речку, он вскарабкался на высокий берег и ринулся вперед, ломая и подминая под себя молодые вишневые стволы. Повалив боком деревянный колодезный сруб, он подмял красноталовый плетень и вышел на простор­ный колхозный двор. Но из-за угла зерно­вого амбара, навстречу танку, противотан­ковый расчет на руках выкатил неправдопо­добню маленькую пушчонку. Вздрогнувона в упор ударила по башне. Вместе с вы­стрелом над хуторами прокатился резкий скрежещущий звук. Могучая машина вью­ном повернулась на месте, и из ее щелей по­валил густой мазутный дым. Бросив пушку, артиллеристы, торжествующе закричав, по­бежали к танку. Задний люк с лязгом от­кинулся, и из него выпрыгнул худощавый танкиет с непокрытой головой, Развовая лами серой офицерской шинели, он зигза­гами побежал по колхозному двору, огляды­ваясь и виляя, точно уходящий от облавы волк. И он, пожалуй, убежал бы от казаков. из люка танка по пояс высунулся дру­няв в руке пистолет и медленно прице­лавшись, он выстрелил убегавшему това­рищу в спину. Офицер с непокрытой голо­вой, взмахнув руками, упал, уткнувшись ли­пом в конский навоз. Тогда стрелявший в него широкоплечий танкист в черном шлеме вылез из танка и, неуклюже подняв над овой руки в кожаных перчатках, сказал, мешая русские и немецкие слова: - Война некорош. Қамерад капут. * * В промежутках между атаками наступа­ли паузы плотной, тугой тишины. В упругом воздухе еще долго звелел, трепетал послед­ний гаубичный раскат. Так звенит в поро­жней бочке отраженный звук. Казаки жад­но глотали нападавший на брустверы снег. Над окопами кольцами вился зеленый махо­рочный дымок. Ненасытлю скручивали цы­гарку за цыгаркой, рассыпая дрожащими пальцами табак. С глубокими, лихорадоч­ными затяжками осаживались на дно души усталость, напряжение, страх, тревога перед тем неизвестным, что еще предстояло впе­реди. В терновую посадку на степном гребешке отзвуки тишины приходили вместе с чительным артиллерийским эхом, сбиваю­щим белый прах с морозных ветвей. мгновения ничем не заполненной, томитель­ной пустоты испуганно прикорнувший на ветке снегирь ронял нечаянный свист. И вдруг чаща оглашалась веселым щебе­том и радостной суетней маленьких красно­грудых птах. - Эка обрадовались, видно, им тоже война не впрок,усмехаясь, говорил Мило­ванов начальнику штаба. - От Мирошниченко приехал офицер свя­зи,осторожно вставил начштаба. - Знаю, знаю, - яетерпеливо перебил Ми­лованов. - Он спрашизает, когда выступать. Еще рано. В неуверенном, виноватом лице началь­Милованов снова выходил из землянки, подолгу смотрел на хутора и, возвращаясь, опять видел устремленные на него ждущие, настороженные глаза. Нет, он не мог ска­зать им этого слова. По числу горящих тан­ков, в беспорядке разбросанных внизу, на вклоне балки, точно фигуры на шахматном поле, по ярости и скоротечности немецких атак, по всему дыханию боя он знакомым,щего внутренним чутьем предчувствовал прибли­желне того неуловимого, переломного пунк­та. от которого зависел конечный исход. как всегда, он не мог предугадать, когда наступит этот момент. Так художник, за­канчивая картину, не может знать, когда по­следует решительный удар кисти. Перед его мысленным взором проплывало поле боя, ши­рокая заснеженная стель. Она ему пред­ника штаба, в строгой фигуре часового, за­стывшего у входа в землянку, в глазах склонившегося над аппаратом связиста всюду он видел один и тот же вопрос. ждали и горячо желали, когда он скажет: «Пора» И все отказывались понимать, по­чему он медлит. Хутора опоясывало ня-желтое, искристое зарево пожаров. Онч полступали к садам, изали стволы деревь­ев. Ветер приносил из балки острую, ную горечь тлеющей коры. ставлялась гигантским белым холстом с рас­сыпанными на нем контурами танков, с яр­кими пятнами орудийных блестков, темными лысинами пожарищ и красной, багровой кай­мой сплошных вишневых садов. Задерну­тое пеленой дыма, заваленное грудами раз­битото металла и освещенное отблесками за­рев, поле боя открывалось его глазам почти в законченном виде. Оставалось сделать ки­стью еще один мазок, последний удар. Внутренне сжимаясь, он весь напрягался, сердцем чувствуя приближение этой секун­ды. Он ждал, когда схлынет волна танко­вых атакогда выдохнется противник и обессилеет его ярость,- ждал, чтобы нане­сти удар. В землянку быстрыми шагамк спустил­ся начштаба. - Немцы залегли,- сказал он взволно­ванно. -Ты не ошибся?- недоверчиво пере­спросил Милованов, вставая. Нет, они роют окопы. Пышу-Милованов снял со стены бурку, надви­нул на лоб серую курпейчатую папаху. - Рожкову перейти в контратаку. Ми­рошниченко атаковать навстречу, из района Куга-Ея, пробиваясь к садам. - Милованов быстро повернулся к ад ютанту. - Зоя, ма­шину­(Оконтание

Отрывки «На

романа

Юге»

риян правильно говорил, что бояться ес человеку никак Я не за тут вашей резон.



спной стоял и слушал, какой вы разговор между собой вели, и умные речи КуприянаГоре очень пришлись мне по душе. Пускай танк ходит по гебе взад и вперед, а ты, как сидел себе в окопе, так и сиди. Потому, эта безглазая машина никак не может тебя поразить, если ты к ней подходишь с умом. Раз ты ее своим разумом сотворил, эначит она от твоей руки и погибель мо­жет принять. Ведь и эта танка живой в против не мергвый человеческой ду­металл, ши она



никак

Пото-

силах устоять. му… -Погоди, дед, не торочь,- во перебил старика Чакан.- ки повернули, идут прямо на * * *

Комсомол­НОВОЕ В ДВИЖЕНИИ МОЛОДЕЖНЫХ БРИГАД ОТ НОРМЫ-К На многих заводах работают станки, на которых стоит марка завода имени Серго Орджоникидзе. Мы знаем: чем больше стан­ков дают завод, тем больше моторов, танков, пушек, самолетов выпустят военные пред­приятия. наш коллектив напрягает все силы, ищет повые пути повышения произ­водительности труда. Рядом с кадровыми рабочими трудятся юноши и девушки, овладевшне своей про­Фессией в дни войны. Их об единяют моло­дежные бригады, которые стали теперь ос­новной формой организации молодых рабо­чих, их обучения и воспиташия. Бригады до­казали свою жизненную силу, они дают не предприятие, стать мастерами своего дела. «Комсомольская правда» уже рассказы­вала о токаре николае чикиреве. Для него, как и для многих его товарищей, характер­но не только старание: он непрерывно ищет новые приемы труда. Про Чикирева можно сказать, что он «выжимает» из станка, из менео половины всей заводскей продукции, помогают людям, недавно пришедшим на инструмента все, что они могут дать. При­менив повые режимы резания, усовершен­зуочствовав режущий инструмент, Чикирев да­леко перешагнул технологические нормы. Благодаря его работе сборка не испытывает теперь недостатка в шпинделях, a ведь шпиндель - это деталь, которую с полным основанием называют «сердцем» станка. Таких, как Чикирев, Акуто, Теньков, у нас немало. Они пришли на завод всего лишь год-два назад, но уже уверенно владе­ют своей профессией. Молодежь выросла, она берется за сложные дела и успешно справляется с ними. Напомним, что до вой­на сборже работали почти исключатель­по мужчины. Сейчас число работниц вырос­ло здесь в шесть раз. Они вынолияют опе­рации, которые раньше поручали только Приведу одан пример, В дни пуска заво­да у нас работали сборщики, присланные заграничными фирмами. Они собирали в день по 10 валиков, уверяя, что для на­опытным кадровикам. шего рабочего предел - пять валиков. Те­перь Саша Бровкина, Клава Ярошинская и другие девушки регулярно сдают но 30 ва­ликов каждая. Так производительню трудят­сл молодые люди, об единенные в бригады. На завод непрерывно приходит но­вое пополнение. Перед новичками ставят задачу -- выполни норму. Это дается не сразу: нужно поучиться у товарищей по работе, овладеть минимумом знаний, прак­тическими навыками, пока бригадир не по­ставит против твоей фамилии - «100 про­центов». И вот норма освоена, она выпол­няется ежедневно каждым членом брига­ды. К какой же цели будет теперь стремить­ся бригада? Нашей целью год назад было пла­нозое задание. Задание­это государствен­ный план завода, доведенный до бритады, до рабочего. Задание точно определяет ту продукцию, которую должен сдать отдель­ный рабочий, чтобы план был выполнен всем цехом, всем предприятием. Молодежные бригады сами выдвинули перед нами вопрос о переходе на плановое задание. Это естественно и понятно: брига­да по природе своей склонна к новаторству. -Если товарищ по бригаде не сможет полностью дать вого, что положено по зада­нию, долг всех остальных - восполнить - так решили бригадиры. В прошлом году, после возвращения завода в Москву, началось восстановление основно­го производства станков. Из цеха, где на­чальником тов. Кайсарьянц, часть рабочих перевели на другие участки, но продукция не снизилась, а выросла. Этим мы обяза­ны, в частности, и тому, что все семнадцать молодежных бригад цеха перешли на рабо­ту по плановому заданию. В начале месяца в цехе созывается со­вещание. Начальник информирует мастеров и бригадиров о том об еме работы, который определен государственным планом. Свою часть плана обязана выполнить каждая братада. Здесь же, на совещании, бригада получает месячное задание. Кроме того, сменный мастер выдает бри­гадирам задания на каждый день. Так, ма­стер Борткевич 24 октября в дневном за­дании бригаде Тенькова определил такой об ем работы -- 1.000 деталей, Слесари бригады Тенькова имеют равную квалификацию, им надо сдавать по 200 де­талей. Это составляет 235 процентов новой, ЗАДАНИЮ значительно повышенной нормы. Каздый из слесарей ревниво следит за своим сосе­дом, стремясь обогнать его. Характерно, что сейчас, когда бригада сдает в два с поло­виной раза больше продукции, чем в начале года, отпала необходимость в сверхурочной работе. Дело пошло у нас на лад,- говорят Виктор Илюхии и Саша Удачин. Зная за­ранее, что с тебя причитается, распреде­ляешь работу на весь день. Теперь учиться поспеваем, читаем больше. Бывает нередко и так: рабочий день еще не окончен, а бригадир уже направляется к мастеру с просьбой: «Товарищ мастер, мы скоро кончим. Подкиньте сотию деталей». Не было такого дня, когда бригада Тень­кова не выполнила бы задания. Совместная работа сдружила бригаду, все молодые ра­бочие подали заявления: хотят быть ком­сомольцами. Теньков и его друзья завое­вали первое место не только на заводе, но и в Ленинском районе. Из месяца в месяц бригада сдает все больше продукции. Июль: нермы выполнены в среднем на 165 процептов, задание - 127 процентов. Август: нормы 204 процента, зада­ние - 139 процентов. Сентябрь: пормы -- 235 процентов, за­дание - 181 процент. И это -- несмотря на то, что в сентябре были введены новые, более высокие нормы. В каждом цехе два раза в месяц созы­ваются совещания бригадиров. Здесь под­водят итоги первых двух педель, выясняют, кто задерживает работу, совместно реша­юют трудные вопросы. На задание переходят, конечно, лишь те бригады, где большая часть людей добилась выполненил нормы. Если кто-нибудь не успевает, ему помогают товарищи. Поновому методу работают есе 90 моло­дежных бригад завода. Для сборочных це­хов задание определяет число машин, уз­лов, или агрегатов. Для механических и сборочных цеховмассового производства за­дание указывает количество операций, де­талей или же готовых изделий. Задание повышает роль бригадира, содей­ствует подготовке младшего командного со­става промышленности -- тех молодых ко­мандиров производства, которые в первую очередь решают судьбу плана. Работа по заданию требует, конечно, ос­повательных знаний. Два месяца назад за­кончили занятия на курсах теоретического обучения 45 бригадиров. С пачала октября начались занятия второй очереди. Вожаки молодых токарей, слесарей, фрезеровщиков изучаютметалловедение, инетрументаль­ное дело, техническое пормирование и дру­гие предметы. Многие молодые стахановцы занимаются на курсах, в кружках. Работа по заданию способствует равно­мерному ходу всего заводского механизма. Растет производительность, снижается брак. Год назад среднемесячная выработка на од­ного рабочего в молодежных бритадах со­ставляла 2.000 рублей, теперь­2.400. Вдвое уменьшилось число молодых рабочих, не справляющихся с нормсй. Работа по заданию помогла нам перейти на поточное производство станков. А с пере­ходом на поток коллектив орджоникидзев­цев обязался следующие 10.000 модерни­зированных револьверных станков «М-136» выпустить не за 10 лет, а за 214 года. Работа по заданию помогает точно опре­делить место каждой бритады в общезавод­ском соревновании. Если бригада операцион­ников, например, даст сравнительно легко 200300 процептов нормы, то на слож­ной работе выполнение полутора норм не­редко потребует значительно большего на­пряжения. Спрашивается, какая же из этих бригад может претендовать на первенство? В данном случае не норма, а задание точно и верно позволит дать оценку различным бригадам. Эта форма организации труда доступна любому предприятию. В Ленинском районе шосквы так работают во многих цехах «Стальконструкции», «Красного факела» и других заводов. Плановые задания поднимают на новую ступень работу молодежи, обязывают мело­дых рабочих настойчиво и глубоко изучать технику. б. горенштейн, начальник планово-производственного отдела ордена Трудового Красного Знамени станкозавода имени Серго Орджоникидзе. экопыетям Фронтовиков Год назад, в канун 25-летия ВЛКСМ, мо­лодёжь Советского Союза поклялась товарищу Сталину постоянно заботиться о сохранении здоровья, воспитании и обуче наи подрастающего поколения. За годы войны молодёжь заработала на воскресниках и внесла из своих сбереже­ний в фонд помощи детям фронтовиков свыше 170 миллионов рублей. На эти сред­ства построены 126 детских домов, откры­то 14 здравыиц и сотни детских домов и оздоровительных площадок, на которых в 1943 44 году отдыхало больше 150.000 де­тей защитников Родины. Школьникам - де­м фронтовиков по решению ЦК ВЛКСМ выплачивается 18.930 стипендий. На промышленных предприятиях страны по инициативе комсомольцев проведены де­сятки массовых воскресников по изготовле­нвю вещей и оборудования для детских уч реждений, Только за два воскресных дня рабочие и работницы текстильных фабрик страны изготовили сверх плана для детей пофронтовиков 3 миллиона метров ткани, Ра­бочие и работницы предприятий лёгкой и местной промышленности в дни воскресни­ков выработали 86.000 школьных принад­лежностей, 7.680 килограммов мыла, 31.100 пар кожаной обуви, 208.200 пар чулок и нос­го-В ответ на доклад товарища Сталина комсомольцы и молодёжь принимают новые ков и много других детских вещей. Всего по стране в 1944 году в порядке ооовлено в ное время 174.000 пар обуви, 5 миллионов метровмануфактуры, 88.000 штук верхнего платья, около 600.000 разных других дет­ских вещей, тысячи учебно-наглядных при­надлежностей и много предметов оборудо­вания для школ и детских домов.  обязательства об усилении помощи детям фроитовиков. (ТАСС).  Товариш редактор! нашей фронтовой газете «Разгромим врага» на была на­ПИСЬМО ТУЛЯКАМны зубы,пробел, видном месте печатана заметка о славных тру­довых делах молодежной брига­ды имени Зои Космодемьянской Тульского радиозавода. Мы, бой­цы подразделения радистов, про­сим напечатать в газете «Ком­сомольская правда» наше письмо тульским товарицам… Товарищи члены фронтовой бригады имени Зои Космодемьянской! Мы, заклю-комсомольцы-радисты Н-ской части, поздравляем вас с выполнением произ­Послеводственного задания на 350 процентов при меньшем, чем раньше, количестве рабочих. Наша цель одна-быстрее добить врага. Вы стараетесь в тылу, а мы на фроите бьём врага, мстим гитлеровским преступникам за смерть Зои, за разру­шенные города и села. Связь--нервы армин. Без связи нель­зя управлять войсками в современной войне. Радиосвязь-есновное, а иногда и единственное средство управления войсками в бою. Наши заводы и вы, товарищи, снабжаете нас совершенной радиоаппаратурой. В руках умелого, знающего дело бойца она работает без­отказно в самых сложных условиях. В подразделении старшего лейтенан­та Банщикова бойны-комсомольцы Фи­липпов, Скотникова, Наумов и млад­Всеший сержант Полибина отлично зиают свое дело и умело действуют в бою. Эти товарищи были по нескольку раз исси-ранены в боях, но не прекращали свя­зи. В одном бою младший сержант По­либина получила три серьезные раны. скорб-Побледневшая радистка, стиснув продолжала поддерживать связь и зая­вила товарищам: До конца боя с поста не уйду! Младший сержант Полибина и мно­гие другие наши комсомольцы награж­дены правительственными наградами. За отличное выполнение боевых зада­ний на фронте мы получили две благо­дарности Верховного Главнокомандую­Маршала Советского Союза това­рища Сталина. Так мы работаем в бою, используя Новашу аппаратуру. Желаем вам успехов, дорогие друзья! По поручению подразделения ГАБЛЫ ШАРИПОВ. Полевая почта 63542-М.

нетерпели­Видишь, тан­нас.

Колонна немецких тяжелых машин до­шла до средины поля и разделилась на две группы. Под прямым углом танки стали рас­ходиться на правый и на левый фланг. В клубах черного дыма и снежной пыли тону­ли и расплывались очертания массивных кор­пусов, а белая эмалевая краска, которой были окрашены танки, создавала впечатле­ние, что сугробы вдруг стронулись с места и пошли по степи. «Дюже похоже», - подумал Чакан, при­падая к прикладу бронебойного ружья. в но еще себе уже были Танки бирал Чакан далеко, колонне

машин

- Так это и есть «тигры», - небреж­но ответил Чакан. Но он сам был поражен грозным видом огромных, доселе невидан­ных машин. цель и мыслен­но прикидывал, как ее удобнее поразить. В той группе, которая двинулась на левый фланг, было больше машин. Впереди шли три двухбашенных танка, резко отличных от других. Они были неизмеримо больше и ка­зались вырубленными из одного сплоишного куска металла. Их башни отчетливо возвы­шались над землей, далеко чернея проре­зами, похожими на раскосые глазницы в шлемах древних воинов. - Скоро два года воюем, а такие чудо­вища вижу в первый раз,- вполголоса ска­зал черноусый казак. - Ты бей правого, а я левого, Куприян. Как подойдут до тех кустов, так и стре­ляй,- сказал Чакан черноусому казаку. Вот и мне работка нашлась,- направ­ляясь к ящику с патронами, радостно ска­зал старик. А что же мне делать? Ведь теНо вам, ребятушки, помочь, - спросил Ча-о кана старик. - А ты, дед, будешь из того ящика пат роны подавать. Да поживее,- сурово при­казал Чакан. Не доходя до кустов, танки открыли зал­повый огонь. В жерлах орудий, направлен­ных на хутора, блеснули острые, красные язычки, трепыхнули в воздухе, точно ло­скутки кумача. По черте окопов пробежал шорох, словно полосой прошел крупный ч частый град. Вместе с дошедшим, слившимся ревом орудий в окопы посыпалась земля. -Стреляй, Куприян,- оглохнув от гро­хота, крикнул Чакан. Среди тупых и гулких ударов пушек раз­розненные выстрелы противотанковых ружей зачокали, как ипрушечные хлопки. В развернутой шереяге танков, идущих на хутора, острый, охотничий глаз Чакана за­метил причиненный ружьями урон. Два тан­ка остановились, образовав просвет в ко­лонне машин. Над их башнями вдруг ржа­выми облаками заколыхалось пламя, и тот­час же в окопы донесся едкий бензиновый душок. - Берет, Куприян,- радостно закричал Чакан.- Живей подавай патроны, старик. Однако три головных двухбашенных тан­ка продолжали невредимо итти вперед. Как ни напрягал зрение Чакан, он не мог уви дать ни одной трещинки на их броне, Лишь кое-где были заметны мелкие вмятины, да поблескивали царапины --- легкий осколоч­ный след. - Или их наше ружье не берет?- расте рянно спросил черноусый казак. - Возьмет. Еше не придумал немец такой силы, чтобы ее русское оружие не могло взять,- с уверенностью ответил Чакан. А у самого екнуло сердце: «Неужто не берет? Нет, не может быть». - Стреляй, Куприян,- торопил Чакан черноусого казака. Смяв гусеницами раки­товые кусты, танки ускорили ход. На боль­завыли моторы, со стенящим звуком цепляясь зубьями шестерен. -Ты чего же молчишь, Куприян? Бей! волнуясь, закричал Чакан. Но черноусый казак не отвечал. Выпустиз из рук приклад противотанкового ружья, он прислонился плечом к земляной стенке окола и медленно сползал ввиз. Ноги его в шевровых офицерских сапогах подгибались, и он тихо садился в окоп. - Куприян!- с тревогой позвал Чакан. Черноусый казак молчал. С первого дня войны они прошли через все мытарства, вместе с Чаканом бок-о-бок делили попо­лам одно горе и одну тоску, щепотку сол­датской махорки и на привалах ставили ря­дом лошадей. Ели из одного котелка и ча­сто грызли один черствый сухарь. Ни одной тучки не пробежало между ними, ни од­ного крутого слова не было сказано в серд­цах. До самого Дона дошли неразлучно. А тут вдруг не отозвался Куприян на при­зывное слово своего боевого дружка, ни звука не проронил в ответ. Промолчав, устало и грузно опустился в окоп. - Ах ты, боже мой, -- подхватив под ру­ки черноусого казака, горестно засуетился вокруг него старик. Он уложил отяжелев­шее тело Куприяна на дно окопа; став на колени, наклонился над его лицом. - Не ды­шит. Убит. Даже ни разу вздохнуть не успел. На лицо убитого медленно набегала темная, землистая тень, Желтоватая блед ность покрывала его черты, придавая им холодную замкнутость и суровую отчуж­денность от мира. В окопах осыпалась земля, зыбко колы­хаясь под гусеницами танков. Уже отчет­ливо были различимы их приземистые, ши роколобые корпуса. Вблизи они казались еще больше, поражая и подавляя устрашаю­шими очертаниями своих исполинских раз­меров. Слышно было. как вышелкивают, скреже­щут осколки по стальной, непроницаемой броне. В чадном дыму и в тучах летящего металла танки непреодолимо шли на хутор. вНа подходе ко второй линии окопов тан­ки прекратили огонь. Взревев моторами, они устремились вперед. У Чакана ломило пле­чо от беспрерывных толчков ружья. щий жаром ствол жет ладонь. Он нагребал с бруствера за ружье снег и снова стре­лял. Прямо перед собой Чакан видел чер­ные траки гусениц. Они неудержимо надви­гались на него. Суеверный ужас об ял душу Чакана. Ему захотелось выскочить из око­па и без оглядки бежать от этих чудовищ­пых, машин. неуязвимых

Танки шли, не открывая огня. Окопы тоже молчали. Қазаки жадно курили, положив противотанковые ружья на брустверы. - Опять у них, Петр Тимофеевич, эти медведи. - Опять, Куприян. - Значит пужают нас. - Пужают. - Гм. Я как посмотрю, Петр Тимофее­вич, ничему они путному за эту войну не выучились. Как хотели нас дуриком в пер­вый секунд взять, так и сейчас к нам с этой меркой идут. Даже картинки у них на тан­ках старые остались. А прежняя мерка уже для нас короткой стала, с нею к нам не подступись. Я, вон, бывало, только издаля почую, что танки ревут, и уже стрекача за­даю. А теперь я его могу свободно до сво­его окопа подпустить. Потому что ежели я вырыл себе глубокий окоп, то могу в нем бесстрашно пребывать, и танк по мне может без пользы сколько угодно ходить. Пускай он ходит и ревет. Все равно ему меня из вемли не достать. Он для меня безвредный предмет, а я его очень даже свободно могу из окопа гранатой или этой штукой до­стать,-- черноусый казак похлопал ладонью по прикладу противотанкового ружья. - Правильно, Куприян, говоришь, ска­зал веселый голос за их спиной. - Ты, Федот?- обернувшись, с изумле­нием спросил черноусый казак. На краго око­па стоял знакомый старик в тулупе и с до­рожным посошком. - Ну да, я. А кому же другому тут быть?- бодро ответил старик. Из-под его ног в окоп шурша посыпалась сухая земля. - Хоронись, дед, в окоп, тоном приказа­ния сказал Чакан.- А то сам наверху, как пень, торчишь, свою голову под пулю кла­дешь и нашу маскировку нарушаешь. Ско­рей сигай сюда. - Спасибо на приглашении, ответил старик, проворно спрыгнув в окоп. Он поста­вил свой посошок в угол и, оглядевшись, довольно сказал:- А тут у вас и сухо и теп­по. Окопчик вы себе, ребятушки, вырыли глубокий и просторный. Совсем, как дома. - Это и есть для солдата дом, - суро­во сказал Чакан. и и сам вижу, что дом, возразил стерик, но только у хорошего ховянна не мешало приспособить маленькй образок. Мы, когда на прошлой герман­ской позиции держали, святой водичкой свои окопы кропили и в каждом таком временном жилище имели икону. С богом мирать веселее, А то даже не знаешь ой угол крестное знамение сотворить пу да ничего, я и ясному солнышку по­клонось,- старик повернулся лицом к во­стку и, мелко, часто крестясь, отвесил троекратный поклон. - Ну, вот, теперь я могу и в ковом жи­лище прожизать,- с удовлетворением ска­зал старик.- Каждый приют человеку от бога дан, пускай то будут царские хо­ромы или простая земляная нора. А под небесной крышей еще веселей дышать, и я бы, ребятушки, вот в таком окопе с ве­инкой радостью жил среди земной красо­ты, Кругом тебя степь, звери шныряют, пицы поют, травушка-муравушка шумит. На великие блага соодатель человеку гла­за открыл. - Ну, и жил бы ты себе, дед, в степи. Аты никак на печь хоронишься, с ехид­ством сказал Чакан. - Человек сам себя в тюрьму заточил, серьезно ответил старик. Я бы, может, сейчае волькой пташкой щебетал, кабы семейством не оброс и забот себе не за­вел. А теперь, куда бы я на своих бес­путных ногах ни добежал, - все к своей старухе обратно иду. И иначе нельзя, по­тому не должен человек только для одно­го своего удовольствия жить, а должен подумать о том, как бы весь христиаский род продолжать. Вот у меня шестеро сы­нвей, и все шестеро сейчас на войне и свои головы на пользу всему народу кла­дут. «Ведь вот же какой дед,- с сокруше­нием думал Чакан,- никогда за словом карман не полезет, и на все у него гото­вый ответ есть. Самого от земли не вид­но, а шестерых сыновей на свет произ­вал». - Да, - продолжал старик, - человек сам придумал себе забот полон рот. Ле­тать выучился и, между прочим, себе это во вред обратил, Вот эту железную танку опять же на свою погибель изобрел. И сам же теперь ее боится, и даже трогает­ся от нее умом, Но, между прочим, Куп-

Государственная помощь матери и ребенку женских коноультаций, домов матери и ре­бенка и т. д. Отпущены крупные средства и материл­лы на строительство и ремонт детских учре­ждений. Все помещения этих учреждений, занятые не по прямому назначению, должны быть к 1 января 1945 года освобождены и отремонтированы. Промышленным наркоматам поручено из­готовить хлопчатобумажные ткани, валении, кожаную обувь, трикотажные и другие из­делия для снабжения ребят, находящихся в детских учреждениях и в патронате. (TACС). «КОМСомольскАя ПРАВДА» 15 ноября 1944 г. 3 стр. Совет Народных Комиссаров СССР принял постановление о расширении сети детских учреждений и улучшении медицинского и бытовото обслужизания женщин и детей. В городах, рабочих поселках, на железно­дорожном и водном транспорте, в сельских местностях значительно увеличивается сеть родильных домов, консультаций, детских са­дов, яслей, молочных кухонь. Уже в теку­щем году должен быть открыт ряд новых детских учреждений и увеличено число мест в существующих. В 1945 году количество коек в родильных домах и отделениях решено довести до пя-200, в домах ребенка - до 43.700. В дет­ских садах будут воспитываться свыше 2 миллююнов детей, в яслях - около виллио­на. Вводится круглосуточное пребывание де­тей в яслях. Расширяется сеть детских и

На заводе, где секретарём комитета ВЛКСМ тов. Чернышева, комсомолец­сварщик Ахтям Арифулин овладел тью профессиями. Он выполняет произ­водственное задание на 370 процентов. На снимке: А. АРИФУЛИН за работой. Фото к. борисова.

следует).