341 

8 НОЯБРЯ 1943 г., № 276 (9412)

П Р АВДА

В освобождённом Қиеве. 1. Жители беседуют с бойцами Қрасной Армии. 2. Разрушенные немцами дома. 3. На Красноармейской улице. Самовары и другие медные вещи, приготовленные Павло тИчиНА Ти - наша честь, і гордість, і краса, Як голубніжний, гострий як коса. Ти - наша слава, помста за руїни. ти - невмирўще серце України! Ах, серце, серце… Ти пережило Найтяжчее поработіння зло. Взяли ж тебе - чужі, іноязикі… И гукнуло ти: Сини мої великі! Та як же так­щоб не було Дніпра! Щоб не було дітей моїх добра! Та як же так - щоб не було Майдана, Софії, Лаври й булави Богдана! Це ж наша вся історія свята! Ніхто 11, нікто не захита! В могилу ляже проклята звірота! смерть її -- нам золоті ворота: Tі Золоті, що на Валу *] стоять; і ті, що вогнекрипо гоготять Золотые Ворота в Киеве около театра оперы. Б и т в а a и е в  С Владимирской горки в Киеве полезно еоглянуться на длинный и суровый путь, пройденный за время летнего наступленияВсенный войсками Краспой Армии, освободившими от полона Левобережную Украину, низко оклонившимися седому Днепру, подняв­шими флаг свободы над столицей Украин­.ской реопублики. Четыре месяца длился этот ратный путь. Взломав оборону врага, Красная Армия на­чала теснить его на запад, не давая закре­питься на подготовленных рубежах, выби­вая его из опорных пунктов, ломая комму­никации противника, лишая его возмож­ности маневрировать своими силами. Во всём наступлении наших войск до Днепра непрерывно чувствовалась твёрдая направляющая рука Советского Верхов­ного Главнокомандования. Стиснутые од­новременно в центре, на юте и на севере, немецкие силы были лишены возможности широкого маневрирования по фронту. манёвр - душа совре­монной войны. Из рук врага было выбито сильнейшее оружие. Сдавленный, постав­ленный в невыгодные условия борьбы, противник был принуждён оставлять один важный пункт за другим, ци­Германское командование и до сих пор пытается уверять, что летнее ототупление проводилось планомерно, по заранее разра­ботанной программе, для выравнивания линии фронта, для сокращения коммуника­ций и т. д. и т. п. Сейчас в наши руки попали весьма любопытные отрывки из дновника убитого немецкого радиста артил­лериста Вернера. Вот как выглядело это пресловутое «планомерное» отступление: «Русские открыли ураганный огонь из езой тяжёлой и средней артиллерии, из ,каминомётов всех калибров и танков по на­шим позициям и путям подвоза. Ураган­ный огонь, который длился несколько ча­сов подряд, был такой сильный, какого мы тег B. ещё никогда до сих пор не переживали. Для полноты картины в бой была введена ыистребительная и бомбардировочная авиа­ннция. Спустя час русские атаковали тан­ками, на которых сидела пехота. Вмиг всё смешалось. Русские прорвались и обратили нас в бегство, Газвитие собы­тий и их последствия описать невозможно. Каждый бросился спасать свою жизнь. Грузовые автомобили, автомашины с пуш­ками и без пушек, тягачи, танки, упряжки сзарядными ящиками -- всё это облепила пехота, которая бросала бесчисленное ко­личество вещевых сумок, оружия и снаря­дов. Босые, взяв сапоги в руки, с ужасом в глазах мчались пехотинцы и артилле­ристы. Всё дико устремилось назад, создавая пробки на переправах. 1о была такая па­ника, сильнее которой трудно себе пред­ставить. Эта трагедия еще более увеличи­лась, когда здесь начали рваться снаряды, Машины опрокидывались, наезжали одна на другую, раздавались душераздирающие крики раненых. Лошади вырывались и устремлялись со своими телегами через врутые обрывы, опрокидывая и разбивая повозкИ. Эта картина неизгладимо врезалась в мою память. Картина огромного ужаса и отчаяния, которое было написано на липе у каждого, картина позора и слабости». Враг отступил до Днепра, Сбитый со своих осповных позиций, израненный и по­трепанный, он пытатся здесь остановить наши войска, задержаться, перезимовать и, как говорилось в приказе Гитлера, собрать силы «для нового наступления в 1944 году». Голодной курице просо снится! Всё оказалось тшетным. Войска Красной Армии сразу на нескольких участках с ходу форсировали Днепр и углубились на Право­бережную Украину. * немецкая оборона переднего края была прорвана, в образовавшиеся широкие воро­та хлынули советские танки, Их было много. Вперёд шли танковые полки гене­рала Рыбалко, генерала Кравченко. Под­держиваемые огнём артиллерии и авиации, сонровождаемые самоходными пушками, они быстро расширили фронт прорыва и ворвались в глубину немецкой обороны, За ними шли мотопехота и пехота генера­лов Москаленко и Черняховского, закреп­ляющая успех. Севернее Киева противник имел не­сколько танковых и пехотных дивизий, усиленных артиллерией и приданными ча­стями; севернее стояло ещё несколько со­единений, Выгодные естественные условия умножали силу немцев. Густые леса, по­лукругом опоясывающие северные подсту­пы к Киеву, затрудняли действия наших*) механизированных войск. Многочисленные инженерные препятствия, противотанко­вые рвы, минные поля, проволочные за­граждення выросли на путинаступаю­щих. Резонно опасаясь готовящихся ударов Красной Армии, берлинская ставка стро­жайше предлагала своим войскам защи­щать киевские рубежи до последнего сол­дата, но жалеть для этого никаких сил и никаких жертв, держаться зубами и ког­тями. Перебежчик ефрейтор Ганс пока­зал: «Есть приказ Гитлера, в котором гово­рится, что Киев - сердце Украины и ни­котда не будет сдан, какихбы жертв это стоило». Для повышения стойкости пехоты гер­манское командование поставило за спи­гальны которым хали привав безогововочно тельоны, которым дали приказ безоговорочно пехотных подразделениях было проветено новоемероприятие, Ко всем пулемётам были поставлены так кандидаты в называемые офицеры, Это - бывшие солдаты, особо надёжные с фашистской точки зрения, ко­торым обещано в награду за упорство про­изводство в офицеры. К каким только операциям, приёмам и уловкам не прибегал противник, чтобы остановить наши войска! Он встречал на­ступающих ураганным огнём орудий и миномётов, пытался напосить удары в лоб и во фланг, бросал в бой и мелкие отряды танков, и большие группы, вводил в дей­ствие «Тигры» и «Фердинанды», напускал на боевые порядки наступающих и подхо­дящие резервы стаи бомбардировщиков и истребителей. Ломая и круша сопротивление врага, наши войска шли все дальше и дальше. Газдавив немецкую оборону, танки гене­ралов Рыбалко и Кравченко вырвались вперед. Не теряя ни минуты золотого вре­мени, они устремились на юго-запад, обры­вая жизненные коммушикации неприятеля. Меч танкистов был занесён над железной дорогой, связывающей Киев с Коростенем и Ковелем, и над шоссейной магистралью, ведущей в Житомир. Осуществляя этот план, танкисты прорвались через лесные завалы и минированные участки, перере­зали железную дорогу Киев-Житомир и утром 5 ноября ворвались в Святошино, отрезав тем самым и шоссейную маги­страль отступления немцев на запад. По­теря этих двух артерий ставила всю фа­шистскую группировку, находящуюся в Киева, в крайне тяжёлое положе­ние. С каждым часом положение немецких войск ухудшалось. Стальной волей совет­ского командования они ставились в крайне невыгодные условия борьбы. Возможности маневра по фронту полностью исключались, подвоз резервов из глубины был парализо­ван. Части Красной Армии продвигались вперёд, освобождая метр за метром священ­ную украинскую землю. В этих боях вновь торжествовала сталинская тактика гибкого маневрирования. Неписанная летопись этих дней заполне­на ратными подвигами бойцов и команди­ров, безудержно, х храбро и учелосражав­храбро и умело сражав­Всёпосадок В рядах освободителей Киева шли не только представители всех родов войск, но и всех народов Советского Союза. Киев дорог каждому советскому человеку, и дый воин Красной Армии считал своим свя­щенным долгом сделать всё для разгрома врага. * * *

гитлеровскими грабителями для увоза в Германию. Фото военного корреспондента «Правды»     Проти загарбника і самозванця! У серці в нас у кождого радянця. Ворота боротьби тебе ведуть На шлях свободи, на правдиву путь, Через ворота Спасскії до Крёмлю… Поверг ти німця-ворога на землю! Ой випала ж тобі трудная путь, Як хлюпнула фашистська каламуть: Ні дня, ні сонця світу не видати - Ревуть німецькі п янії солдати… Тоді вся кров ю підплила земля, Бо замість хліба - розстріл та петля. Тоді тебе взяла за Людство **] туга: На Правду стала чоботом наруга. Але недовго туга побула - Ти весь напружився як та стріла. Колись ти звався: чудодій, кудесник, Тепер тобі ім я - лиш местник! ***) местник! **) Человечество. ***) Мститель.

Я. Рюмкина,

Ти знав: Червона Армія іде. Влилось тобі уміння молоде - І щоб приборкать ворога свавілля - Пішов ти в партизани та в підпілля. Висока ж твого духа височінь! Тяжкії твої рани, - одпочинь. Яких ти мук зазнав, якого болю! - Ти витерпів і вийшов знов на волю. Ти - наша честь, і гордість, і краса. Як голуб - ніжний, гострий як коса. Ти - наша слава, помста за руїни. Ти - невмируще серце України! Ворота боротьби тебе ведуть На шлях свободи, на правдиву путь, Через ворота Спасскії до Крёмлю… Поверг ти німця-ворога на землю! Не віддамо ж ми рідної землі! В ній прах священний Муромця Іллі. Тобі тепер - кругом у світ оконця. А від Москви -- ой сонця! сонця! сонця!

л. огнев корреспондент «Правды» 

эсэсовские танковые дивизии. Как вы­ясняется сейчас из показаний плен­ных и захваченных документов, гер­манское командование тщательно скрывало от солдат потерю днепровского рубежа. Офицеры рассказывали солдатам, что рус­ские форсировали Днепр лишь на участке вот только этой дивизии, причем пере­правивииеся части Красной Армии якобы окружены, и остаётся их лишь уничто­жить. Контратаки следовали одна за другой, набегая волнами и по фронту, и из глуби­ны, В бесплодных попытках добиться успе­ха враг непрерывно менял тактику. На одном участке он прибегал к частым контр­атакам мелкими группами, чтобы рассредо­точить наше внимание и нарушить взаимо­действию огневых средств. Так, одна наша часть в течение восьми часов выдержала восемь подобных контратак, каждая из которых проводилась почти по всему фронту наступления подразделений. На других участках немцы предпринимали сосредоточенные удары двух­трёх на­правлений под прикрытием мощного артил­лерийского огня и авиации, Нередко противник пытался действовать массиро­ванным тараном, вводя в бой на узком участке и большие группы танков и само­ходную артиллерню. В таких контратаках иногда участвовало до двух полков пехоты и до 100-120 танков. Кое-где немцы от­важивались и на ночные вылазки. По мере расширения плалдарзов стали возможны более свободные действия наших танковых подразделений. Большую извест­ность здесь получил танковый рейд, со­вершённый с совера танкистами генерала Кравченко почти к притородам укратнской столицы. Он был дерзко задуман и отлич­но выпотнен.  Чутко следя за ходом боёв, советское командование всё время наращивало силу уларов. Жар битвы не остывал ни на а Нередко она разрасталась до масштаоов гигантских сражений. Можно упомянуть, например, что в прорыве немецкой оборо­ны на небольшом восьмикилометровом участке между деревнями Вел. Букран и Григоровка участвовало песколько тысяч орудий всех калибров, В этот день гитле ровцы потеряли только убитыми до четы­рёх тысяч солдат и офицеров. И такие «концерты» устраивались здесь неодно­кратно. Одновременно с боями за расширение плацдармов на правом берегу наше коман­дование скрытно производило генеральную перегруппировку сил и подводило новые резервы. Эти передвижки производились преимущественно по ночам, быстрыми и широкими скачками и остались незамечен­ными противником, Установившаяся на несколько гней пасмурная погода затруд­нида действия немецкой разведывательной авиации и благоприятствовала ходу подго­товительной операции. К тому времени Диепр уже перестал быть серьёзным препятствием для наступающих Наши бойцы и офицеры «освоили» реку. Огромная заслуга в этом саперов. Это они навели через днепр десятки паромных и понтониыпорспрая,орурайоне способные выдержать колонны самых тя­жёлых танков и могучих орудий, в ска­зочно короткие сроки исправляли все по­вреждения, И с восточного берега на запад­ный негрерывным мощным потоком шли полки и дивизии, тапки и пушки, боепри­пасы и продовольствие. * * * Наконец, всё было готово.

но м

мев ода аты ть оте нон  

столице Украины 

Пад Киевом --- дым. Тлеют не успевшие остыть пепелища, полыхают яростным от­нем кварталы, стоят обуглившиеся карка­сы домов, а уцелевшие здания зияют черными провалами окон, ранами разво­раченных стен. Пусть город еще в огне, но он уже осво­божден, очищен от немцев. Более 25 меся­цев томился он под пятой немецких захват­чиков, мучилея в железных тисках фа­шистского изуверского режима. дней стольный Клев - мать городов русоких, пепровеную вудель Руси, горот, от высо­ких круч которого Россия начинала свой рост и путь к могуществу, город, вляю щийся символом национального возрожде­ния и гордости украинского народа. Захватив Киев, немцы начали методиче­ски умерщвлять его. Сначала был разру­шеп Крещатик - один из самых красивей­ших и благоустроенных проспектов столи­цы Украины. Крещатик был лицом нового и образчи­ком будущего Киева, Это была улица радо­сти веселья повсодневного оживления, улица-праздник, как с гордостью гово­рити киевляне В груду обломков превращены театр пкони фронко учебный городок в Годосе­евском парке, почтамт, гостиница «Конти­ненталь». Обобраны музеи, картинные гал­лереи, библиотеки. Немцы взорвали мосты, дома, водопровод, культурные учреждения. Но и сейчае в го­роде раздаются взрывы Один боец насчи­тал тридцать таких взрывов за ночь. «Этак он, проклятый, наверное, тридцаль домов взорвал, заключил оп. Ведь мы же по Киеву не стреляли». Осенью 1941 г. был взорван Успенский собор Киево-Печерской лаввы. Сначала со­бор немцы ограбили, забрали золото, ков­ры, картины, драгоценные ризы, а потомлось взорвали. Чтобы оправдать свои черные де­ла, пемецкие власти пошли на хитрую и подлую провокацию: все, что ни полпима­лось силой взрыва на воздух, приписыва­лось партизанам. И действительно, наши артиллеристы не

подошел к ней. Старая измученная жен­щина рассказала мне о всех ужасах, ко­торые пережила она под немецким игом. Анисья Петровна Майборода жила до вой­ны спокойной и тихой жизнью. Так и ду­мата скоротать свой век. Немцы исковер­кали, изломали ее жизнь. Они отобрали у нее дочь и угнали в Германию, выгнали из квартиры, потому что теплые и уют­ные комнаты Анисьи Петровны понрави­лись какому-то зондерфюреру. Старуху вы­селили на кухню, ограбили, лишили средсто к жизни. И я должна была - рассказывает она, итти побираться. Это на седьмом-то десятко жизни… …Киев - крупнейший промышлепный В другой раз немцы повесили на кашта­шах площади Верховного Совета трех рабо­чих Арсопала, отказавшихся от работы. На следующую почь на этих каштанах закача­диеь жандармы. и культурный центр. В нем широко была раз­вита металлообрабатывающая и военная промышленность, транспортная, лесная, легкая, а также и пищевая. В свое время отсюла оборудование было эвакуировано, и немцам так и не удалось восстановить производство, и заводы стоят мертвыми. Киев гордился своими университетом, ин­ситутами научными учрежлениямиВме­сто них немцы открыли кабаки, казармы. В тихих научных лабораториях мы видим солдатские нары, заплеванные стены, зарес­шие грязью полы. Анастасия Петровна Горбач, работница одной из артелей, расоказывает: - В Первомайском парке немцы пове­сили несколько человек. На груди повешен­ных были укреплены дощечки: «Партизан». Ночью кто-то сорвал эти вывески и прикре­пил свои: «Жертвы фашистского террора». На другую ночь немцы выставили охрану. Патриоты сняли трупы, а вместо них по­весили охрану и написали на дощечках: «Вот кто достоин виселицы». освобожден. Пепел и камни Креша­тика, руины разрушенных домов и улиц зо­вут к мести, распаляют мщение. Киев, 7 ноября. (По телеграфу).

я. макаренко Военный корреспондент «Правды» 

выпустили по городу ни одного снаряда, летчики не сбросили ни одной бомбы. Сейчас по городу проходят войска. Вои­ны слышат рассказы жителей, смотрят на священные камни Киева, и сераца их заки­пают яростью, а в глазах еще сильнее Бальне доух вет риеваяне жили и ус­Больше доух дет виоаг террора. Вернее, не жили, а влачили жалкое суще­ствование… Гестаповцы, жандармы хва­тали каждого, кто хоть чем-либудь навлек на себя подозрение, не снял шапки перед офицером или коменцантом, не так поздоровался, громко сказал или не так посмотрел на немца. В Киеве немцы уничтожили огромное число мирных жителей. Одних расстреляли, других пове­сили, третьих сгноили в тюрьмах. Только в 14 году немецкие людоеды пстребили болео 86 тысяч человек. Победный путь вам, сынки, громко кричала она бойцам и опять бла­гословляла проходящих воинов. … Увиди­те моего Семена, по прозвищу Майборода передайте ему мой материнский наказКиев пусть крепче бьет немцев. Да скажите ему, что я жива. В городе свирепствовал голод. Жители сотнями гибли от педоедания. аботающе­му выдавалось на педелю по 300 граммов хлеба» из отходов проса. …С утра город был пуст. По мостовым навстречу войскам шли лишь отдельные горожане. Они тянули на себе тачки, на которых был погружен весь их домашний ска Но спустя час на улицах появи­население. Одна старушка запомнилась мне. Она стояла на углу горящего Крещатика и беспрестанно, как только с нею равнялся воин Красной Армии, совершала крестное знамение. Старуху звали Анисьей Петровной, Я

бул

го

см

ме­про 10- 102 

Десант на Керченский полуостров  цы всеми силами пытались воспрепятство­вать высадке десанта, но это им не уда­лось. Мотоботы и катера один за невзирая на огонь, подходили к берегу. Де­сантники быстро высаживались. Вот опа, крымская земля, политая матросокой кровью! Уцепившись за берег, моряки на­чали продвигаться вглубь. А со стороны Та­мани подходили всё новые и новые суда. Плацдарм расширялся. Наступил день. Враг пустил в ход танки. Десантников непрерывно прикрывала наша огня,авиация. Бои за Крым разгорались. Мелезную стойкость проявили боевоеОднако под командованием капитана Белякова. За­няв участок на берегу, они быстро зовали оборопу. Десять раз кидались цы в контратаку, пытаясь сбить моряков с позиций, но тщетно. Тогда появились не­мецкие танки. Моряки считали: три, пять, десять. ба ними до батальопа пехоты. пу, что ж, танки, так танки! Моряки не дрогнули, праснофлотцы-бропебойщики Бу­килев и дубковский подпускали вражеские тацки на близкую дистанцию и били на выбор. Подбили один, подбили второй, заго­редся третий. Пять немецких машин из де­сяти было уничтожено. В одном месте танки и пехота против­ника наседали на грушпу моряков. Ределя ряды обороняющихся. Выбыл из стром команцир роты, пали командиры взводов. Тогда команду взял на себя комеорг Федор Калинин. Он возглавил оставшихся в строю и повёл их в атаку. Шесть часов отбивался Калинин от наседавших гитлеровпев и вы­шел победителем. Врат не добился успеха. В другом место немцам удалось пе­сколько потоснить одно наше подразделе­ние. Старший лейтенант Халковский по­лучил приказ восстановить положение. Подняв в атаку группу моряков, состояв­ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ, 7 ноября. (По телеграфу). Десантники готовились долго и тщательно. За плочами бойцов морской пе­хоты, шедших в первый бросок, был опыт высадки в Новороссийск, Мариуполь, Оси­пепко и другие пункты на берегах Азовско­го и Чёрпого морей, Каждый десантник, по­саженный на катер «морской охотник» или на мотобот, заранее знал своё место, свои обязанности; каждая противотанковая пуш­ка, противотанковое ружье, каждый пуле­мёт десантников были установлены на мо­тобото таким образом, что в любую минуту не-могли быть использованы для ведения Моряки-пехотинцы перед выходом в боевое моряки-пехотинцы перед выходом в заданио провели несколько тренировочных на десантные суда и несколько вы­садок на берег, имеющий максимальное сходство с тем, который предполагалось ата­ковать. каж-Немцы долго и тщательно укрепляли Кер­ченский полуостров. Потходы к береговой черте были минированы, а сам берег при­способлен к обороне: отрыты траншеи, под­готовлены места для огневых точек, уста­новлены минные поля. Здесь же у против­ника имелась плотиая сеть артиллерийских батарей и постов наблюдения, которые про­сматривали каждый метр водной поверх­ности. Над морем была тёмная южная ночь, ко­гда наши десантные суда начали отходить от берега. Дул сильный норд-ост, подняв­ший крупную волну. За несколько минут до высадки десанта наша артиллерия, распо­ложенная на Таманском полуострове, откры­ла ураганный огонь, Артиллеристы взяли в работу места высадки, подвергли уничто­жающему огню позицни вражеских бата­рей. Огненный смерч бушевал по всему берегу. Десантные суда при подходе к цели были встречены сильным огнём противника. Нем­Невзирая на неблагоприятную погоду и на сопротивление противника, отважно работают команды десантных судов, пе­реправляя морем подкрепления и боепри­пасы. Мотобот с боеприпасами под комап­дованием тов. Игнашина при подходе к берегу был встречен сильным огнём. Нем­морякиначали забрасывать его гранатами это не помешало Игнашину вы­задание. шую из 60 человек,Халковский гиал немцев более полутора километров. другим,Ломая сопротивление врага, десантрас­ширял захваченный пладдарм. Повыеи новые части прибывали сюда, тесня про­тивника всё дальше от берега. органи-полнить нем-Катер под командованием мичмана По­лякова совершил несколько рейсов к бе­регу, занятому противником. Во время одного рейса, доставляя десантникам оче­редное пополнение, катер сел на мель. Немны открыли по нему сильный огонь. Тогда мичман, подав команду «За мной!», первым бросился в воду и увлёк за собой остальных бойцов десанта. Вернувшись с берега, Поляков снял катерс­мели п благополучно возвратился в базу. Активную поддержку десанту оказы­вает наша авпация. Истребители непре­рывно барражируют над местом боя, пре­пятствуя вражеским самелётам наносить удары по нашим боевым порядкам, Тесно взанмодействуя, бойцы Северо­Кавказского фронта и моряки Черномор­ского флота сломили сопротивление врага и запяли ряд сильно укреплённых опор­пых пунктов. Бои па Керченском полуост­рове продолжаются. Попытки пемцев сбро­сить наши десанты в море успеха не име­ют. Наши части протолжают улучшать своп позиции. Керченский полуостров стал ареною боёв. и. зотов.

Удар наносился продуманно, широко. Когда вся подготовка была закончена, силы накоплены и правильно нацелены, натянутая до отказа пружина внезапно распрямилась. На немецкие укрептения обрушился молот страшной силы. Скрытно сосредоточенная на правом берегу артилле­рия разразилась ураганным огнём. живое в зоне обстрела было сметено с лица земли. Артиллерийская канонада была на­столько мощной, что её было слышно за десятки километров. Одновременно на про­тивника обрушился исключительной силы удар советской авиации, С утра и до позд­него вечера над полем боя проносились советские самолёты. Звенья, эскадрильи, грушны, полки, дивизии, Всю свою мощь, все бомбы, весь бортовой отень пушек и рубежахствовал. пы, укрепления, оборону. Сотни самолётов буквальню придавили противника к земле. Они не давали нем­нам поднять головы, и тот, кто упелел, не мог дышать в этом шквале огня и смерти. В первый же день на ряде участков оборонительные рубежи первой линии нем­пев были прорваны на всю глубину. Наши пехотные дивизии, поддержанные танками, устремились вперед и к исходу дня продви­нулись на расстояние от 7 до 12 кило­метров.

Как часто в сводках Совинформбюро мы читали формулировку: «Севернее и юж­нее Киева наши войска вели бои за рас­ширение плацдармов на правом берегу Днопра». Простые, скупые слова. Но сколько скрыто за ними отваги и умения, титанического труда наших бойцов и офи­церов! Причудливой кривой изгибалась линия фронта вокруг Киева, Севернее города она вклинивалась на запад, уступом нависая на пригородные рощи и дачные районы украинской столицы. Южнео Киева фронт, следуя изгибам Днепра, укодил на восток. как бы изолируясь в самостоятельный уча­сток войны. Но именно на этих севернее и южнее Киева - и решалась в дальнейшем судьба города. И именно здесь - севернее и южнее города и разго­релись жесточайшие бои за расширение плацлармов. Намерения противника были совершен­но ясны. Гитлеровское командование реши­Ло любыми мерами и жертвами не только задержать наши наступающие войска, по и сбросить их в Днепр. Пемецкие дивизии дрались с яростью отчаяния, На передний край борьбы были брошены отборные ча­сти, в том числе оплот германской армии-

Всё ярче вырисовывался маневь налних войск в районе Киева. Врат неистов­Он предпринимал повые контр­атаки, бросал в бой новые группы талков, подымал в воздух новые эскадры бомбар­дировщиков. Но всё было тшетно, Опроки­дывая и уничтожая врага, войска Красной Армии неотвратимо, как судьба, шли к Киеву. Накопец, на рассвете 6 ноября, в ка­нун великого праздника, город был штур­мом захвачен нашими войсками. Сердце Украины - прекрасный ниев вновь и навсегда варнулся в семью советских го­родов. КИЕВ, 6 ноября. (Доставлено на самоле­те летчиком подполковником Цыбиным). 

A затем, котда окровавленная, демора­лизованная, потерявшая пити управления