2

ный Ленскій съ его водевилями! А тутъ еще болье разборчивая и требовательная, болье строгая и осмотрительная въ своихъ одобреніяхъ и пори­цаніяхъ публика!… Да, то было, по истинь, чуть­ли не золотое время нашей сцены! Дума имъетъ право желать устраненія обычая, сильно вкоренившагося, особенно въ нашей драма­тической труппь, обычая показывать очень неръдко публикь дъло вчернь. Оченьнеръдко приходится намъ смотръть піэсы, разученныя и поставленныя кое-какъ, на скоро, на живую нитку; актеры яв­ляются передъ публикою часто съ совершенно не­твердыми ролями. Нечего и говорить уже о томт, что первыя представленія новыхъ піэсъ оказы­ваются большею частію простыми генеральными репетиціями въ костюмахъ и безъ остановокъ. Ни одна благоустроенная сцена не должна терпъть этого. Ни одинъ актеръ не долженъ забывать, что онъ играетъ не передъ даровыми зрителями и не передъ своими короткими знакомыми. На мангейм­ской сцень существуютъ правила для актеровъ, установленныя еще при Иффландь и Дальбергь и освященныя обычаемъ; между этими правилами есть два 4-е и 5-е) изъкоторыхъодно непремъпно требуетъ оть актера,чтобы онъ на реветиціяхъ, ближайшихъ къ представленію, читаль роль свою безь тетради, адругое предписываетьактеру на посльдней репетиціиоа уже играть, или, пот крайнеймърь, передавать роль въ главныхъ чертахъ ея характера, т. е. сдълать, такъ сказать, эскизъ роли, чтобы ре­жиссеръ заранье имъль возможность судить объ дълать свои указанія, ансамбль исполненія піэсы и а исполнители удобнъе могли взаимно присмотрьть­ся и примьнитьсякъ игрь др угъ друга (сму Коффки въ его «Geschichte der kla ssichen Theaterzeit Mann­heims». Не меньшееозначе ніе и важность придава­лись посльднимъ репетиц ямъ разучиваемыхъ піэсъ и на другихъ нъмецкихъл сценахъ (см. названную въ первой нашей статьв книгул Готтгарди о веймарской сцень, а также «Gechischte des Theaters und der Musik in Kassel»--Линкера, «Zur Geschichte des Theaters und der Musik in Leipzig» -Кнешке и др.). Нельзя не по­желать подобнаго же серьезнаго отношенія къ ре­петиціямъ и нашей сцень. Дума имъетъ полное право желать ,дочтобы во главь нашейбалетной труппы стоялаштанцов­пица, которая съочестью и поз праву могла бы занимать первыя балетныя роли.Московскал публика видьла на своей сцень не одну хорегра­фическую европейскую знаменитость;въ еятеат­ральныхъ воспоминаніяхъ свъжи еще впечатльни отъ танцевь Санковской и Андреяновой: она счи тала долгое время и такъ недавно ещесвеео замъчательную актрису-танцовщицу Лебедеву;на конець въдва послъдніе сезона она удивлялась искус ству не менве тзамъчательной тавцовщицы Гранцо вой. Не московской публикь поэтому мириться претензіями пныхначинающихь хотьимне бел успъха начинающихъ) танцовшиць­занять на летной сцень нашей столицы первое мъсто. Что ни говорили рецензенты (въ томъэтчисльеи  сотрудникъ, пишущій о балетныхъ спектакляхь)

Дума имъеть право желать на столько удовле­творительнаго состава труппъ, чтобы каждая изъ нихъ не имъла слишкомъ крупныхъ пробъловъ и дефектовъ. Между тъмъ въ нашей драматической труппь нътъ вовсе состоятельныхъ исполнителей на очень молодыя роли, какъ мужскія, такъ и женскія. Этотъ важный недостатокъ съ одной сто­роны дълаеть невозможнымъ для труппы исполне­піе всъхъ тъхъ піэсъ, въ которыхъ есть мало­мальски значительныя молодыя роли (какъ напр. шекспировскихъ: Зимняя сказка, Напрасныя усилія любви и др. Съ другой стороны, этотъ недоста­токъ даетъ себя чувствовать тъмъ, что многіе изъ членовъ труппы по необаодимости неръдко должны занимать не свои роли и тъмъ ставятся въ нелов­кое положеніе (какъу насъ, напр особенно г. Вильде, который часто, при всемъ стараніи и до­бросовьстности, не можетъ сладить съ иными мо­лодыми ролями, выпадающими на его долю). При существованіи подобнаго важнаго недостатка въ нашей драматической труппь однако оказывается излишелъ въ исполнителяхъна амплуа второстепен­ныхъ ролей. Очень недавно еще, напр., приняты въ со­ставъ драматической труппы г-жи Медвьдева, Чу­маковская и Аркадьева, Первая, по вторичномъ поступленіи ел на сцену, сыграла пока одну только роль(Дахредень вь Гражданскомь бракть), которую, безь мальйшаго ущерба для піэсы, могла-бы сыграть иг-жа Воронова; г-жа Чумаковекая сыграла роли Вар­вары (Гроза) и Оленьки (Старый другь лучше но­выхь двухь), которыя вошли уже въ репертуарт ролей г-жъ Колосовой и Никулиной; г-жа Ар­кадьева, наконецъ, является въ роляхъ, для которыхънаунасъ въ трупиъ есть г-жа Жи­вокини, тг-жа Голодкова, гжа Мухина и др. Не оказывается-ли изъ этого, что всь три новоприня­тыя актрисы едва-ли нужны 2 Дай Богъ, чтобы мы ошиблись, и желаемъ всъмъ тремъ актрисамъ этимъ поскорве и побольшестакихъролей, которыми онь доказали бы свою необходимость для труппы и та­кимъ образомь заставили бы насъ отказаться отъ на­шего мнънія объ ихъ безполезности.pомъ того, есть въ нашей труппь актеры (а больше актрисы), которые въ годъ сыграютъ не больше трехъ , четырехъ ролей и получають за это приличные оклады. Между тъмъ окладовъ этихъ могло бы легко достать на пріобрътеніе для труппы персоважей болье необходимыхъ и полезныхъ Когда разска­зывають о московской труппь сороковыхъ годовъ, намъ, не помнящимъ этаго почти золотаго време­на нашей сцены, приходится только завидсвать про­шлому и еще болье жальть о настоящемъ, Въ са­момъ дъль, Мочаловъ, Щепкинъ, Ръпина, Орловы (мужъи жена), Сабурова, Синецкая, Бантышевъ, Жи­вокини, Садовскій, Самаринъ, Никифоровъ, Степавовъ (посльднимъ сложитьльтъ по 20-ти съ лишкомъсъко­стей) сколько, подумаешь, силь соединяла дьятель­ность одной сцены и что этобыли за силы! Мудрено-ли, что такая труппа съ честью выносила на своихь пле­чахъ самый пестрый репертуаръ, въ которомъ чему­чемутолько не находилось мъсто, отъ Шекспира и Шиллерадо Коцебуи Полеваго. А туть еще остроум-