5

тіе таланта актеровъ и авторовъ. Если публика относится холодно къ театральному искусству, то, при равнодушіи ея, нельзя и желать старанія со стороны актеровъ, лишенныхъ одобренія; но одоб­реніе это должно быть правильно и въ мъру, иначе излишвимъ расположеніемъ публика можетъ ока­зать актерамъ медвъжью услугу; такъ, случается, что молодой актеръ или начинающая актриса, по­дающіе надежду быть современемъ полезными дъя­телями на сцень, отъ излишнихь знаковъ одобренія со стороны публики, воображаютъ себя уже насто­ящими талантами и, вмъсто того, чтобы путемъ по­стояннаго труда идти къ усовершенствованію, на­чинають неглижировать искусствомъ и даже дъ­лаются для него вредными. он ктотло Независимо общества, самую важную пользу для театра должна оказывать литературная критика. Въ болье просвъщенныхъ странахъ общественная критика идетъ рука объ руку съ литературною и послъдняя служитъ отголоскомъ первой. У насъ­же большинство критическихъ статей, въ особен­ности-же театральныхъ рецензій, отзывается ка­киъ либо постороннимъ внъшнимъ вліяніемъ и не­подготовленному читателю трудно, даже почти не­возможно составить себъ върное понятіе о разби­раемомъ произведеніи. Нельзя не сознаться, что критика наша окутывается еще въ пеленки; она робка и какъ будто боится чего-то: «не высъкли бы насъ».

а публика загорланитъ «солома». Актеръ-же, чтобы имъть минутный успъхъ, конечно также подхватить «солома»; довольная публика за симъ потребуетъ фору, ну и пошла писать. няв

C. Худековъ.



ПИСЬМО КЪ РЕДАКТОРУ.от М. Г.

Боже мой, Боже, какой же я темный человькъ! Да, м. г., я до такой степени темный человъкъ, что не могъ различить г. Занозы, пишущаго въ «Раз­«Нынлеченіи», отъ г-на Я, пишущаго въ томъ же «Раз­влеченіи. Бъда не въ томъ, что я приписаль слова г-на Занозыг-ну Я, тутъ легко сбиться: въ «Развле­ченіи» такъ много фельетонистовъ, то скрываю­щихъ почему-то свои фамиліи и называющихся просто буквами Я,H. Ф-въ, А. В. и т. д., то знаменующихъ себя тремя звъздочками, то под­писывающихъ статьи свои словами Заноза, Самь по себт ит. п. По слогу и по духу ихъ также не отличишь и духъ и слогъ у всъхъ у нихъ равно безподобны Поэтому какъ легко такому темному человъку, какъ я, попасть въ бъду и смъшать г. Я съ г. Занозою! Кто же наставитъ, кто умудритъ меня, кто

съетъ всю глубину, всю непроницаемость моей тем­ноты? Читая въ № 14 «Развлеченія» Разъ высказавши какой-либо хотя смъ­статейку го­здоровую», я сподина Я «Съ больной головы на лый, но върный и безпристрастный приговоръ, она оглядывается и прячется «какъ-бы гусей не раз­разумъется, было начиналъ надъяться, что хоть г. Я прольеть лучъ свъта въ мою темноту. Эту надежду было по­нельзя ожидать правильныхъ сужденій объ искус­дало мнъ вотъ что. Еще въ училищь, мальчикомъ, Критика-же только тогда можеть принести я по темноть своей смъялся надъ ребенкомъ, о ко­дъйствительную пользу, когда она, не стъсняясь никакими авторитетами, смъло высказываеть замъ­ченные сю недостатки, промахи и клеймитъ без­дарность. Назначеніе критики состоить въ томъ, чтобы развивать вкусъ публики, направлять на истинный путь людей, бродящихъ въ потемкахь, находящихся въ невинномъ состояніи младенцевъ и не любящихъ шевелить мозгами. Критика должна вь подробности изсльдовать законы искусства, и Вмъсть съ тъмъ, разбирая вновь появляю­щіася театральныя произведенія, критика должна указывать и путь, по которому должно сль­довать это искусство. Только такимъ образомъ, критика принесетъ огромную пользу какъ для об щества нашего, такъ и для театральнаго дъла вообще. Независимо вліянія на общество, критика вліяеть непосредственно и на актеровъ. Однако должно соз­наться, что наши актеры весьма мало обращаютъ ниманія на критику. Пишите про нихъ, что хотите, они продолжаютъ дълать, что только имъ взду­мается, и руководствуются своими собственными правилами и соображеніями, угождая, Бкусу нашего большинства. Опять таки, въ этомъ Миновата публика, уже не въ мъру ублика, требованія которой слишкомъ узки и огра­Миченны. Тутъ хоть распишись, а толку и пользы торомъ разсказывали, что будто бы онъ на вопросъ своего строгаго отца: кто создалъ свътъ? боясь, что его накажутъ и за это, какъ наказывали его за разныя содъланныя имъ шалости, отвъчаль: «Не знаю, папенька, только не я, ей Богу, не я! Я даже и не видалъ». Г. Я въ № 14 «Развлеченія», научилъ меня, что вовсе не странно не знать того, чего не видалъ самъ своими собственными глазами, и не только не знать, но даже утверждать совер­шенно противоположное тому, что было въ дъй­ствительности. Такъ г. Я, въ № 14 «Развлеченія», объсняеть, что г. Заноза не зналъ о представле­ніяхъ на московской сцень піэсъ Жоржа Занда и утверждаетъ, что піэсы эти никогда не шли на нашей сцень потому, что г. Заноза 15 льтъ тому назадъ не былъ въ такомъ возрасть, чтобы восхи­щаться этими піэсами на нашей сцень. Видите, какъ оправдываетъ г. Я г-на Занозу. А у насъ бывало въ школь спросять: «Кто были сыновья Ноя?» Ну, и отвъчаешь: «Симъ, Хамъ и Іафетъ». Не отвътишь бывало, ну нуль или единицу и поставятъ. А въдь

дразнить»; при такомъ порядкъ вещей,

разумвется, снисходительная, ни одинъ изъ насъ, тогдашнихъ школьниковъ, «не былъ въ такомъ возрасть», чтобы имъть честь лич­но знать сыновей Ноя. Ну, и понялъ я, что въ тем­ноть моей виновата мое воспитаніе, и такъ какъ учиться никогда не поздно, то я и надъялся, что

Аикакой не будетъ, Критика будетъ кричать «съно», хоть г. Я немного разсветъ мою темноту, по край­ней мърь на столько, что я буду въ состояніи