ки, котораго обязанность между прочимъ состоитъ и въ наблюденіи за достоинствомъ музыкальнаго исполненія). Что же, у всъхъ этихъ четырехъ лицъ не было развь времени или желанія наблюсти за тъмъ, чтобы этотъ хоръ въ спектакль 23 апръля шелъ если не лучше, такъ по крайней мъръ не хуже того, чъмъ онъ шелъ прежде. дмоводот Развъ нельзя позаботиться о лучшемъ исполненіи лучшей оперы лучшаго русскаго композитора? Въ спектакль 23 апръля 1-й актъ оперы Жизнь за Царя былъ исполненъ не весь: послъ увертюры, которая, кстати сказать, была и продирижирована и сыграна вяло, перешли прямо къ ритурнелю большой аріи Антониды «Въ поле чистое гляжу». Г-жа Александрова (Антонида) пъла очень хорошо; если бы все остальное согласовалось съ ея исвол­неніемъ, то можно бы было вполнь остаться доволь­нымъ. За 1-мъ актомъ оперы Жизнь за Царя послъдо­вала большая сцена Вани изъ 4-го акта той же опе­ры. Въ отношеніи пънія г-жа Оноре партію свою исполнила очень хорошо, но игрою своею артист­ка не соотвътствовала лицу простаго крестьянска­го мальчика Вани; игра ея была слишкомъ изыска­на, вычурна и итальянски-драматична.ооп сатает Въ антракть посль оперы, Августъйшіе посъти­тели перешли въ царскую боковую ложу (бенуаръ съ львой стороны) и оттуда смотръли двъ картины балета Конекъ-Горбунокъ, а именно: царство Царь­дъвицы и послъднее дъйствіе балета. Объ эти кар­тины балета прошли не лучше, но по крайней мърь не хуже, чъмъ обыкновенно.Высокія особы остава­лись въ театръ до самагокончанія спектакля, въ продолженіе котораго, согласно требованіямъ эти­кета, не было ни одного рукоплесканія, кромь со­провождавшихъ исполненіе народныхъ гимновъ: рус­скаго и датскаго.oвідозый вов оондеэитйов азнгатаодо ва Iужонмуйи

этомъ заключеніи основываюсь на примърь, который у насъ предъ глазами. У знаменитаго тенора Роже въ настоящее время немного уже осталось го­лоса и артистъ этотъ поетъ съ видимо большимъ усиліемъ, онъ до крайности форсируетъ голосъ въ верхнихъ нотахъ, а между тъмъ никогда не сры­вается. Поэтому я снова повторю мой совътъ г Раппорту: обратиться къ хорошему учителю и серь­езно заняться изученіемъ искусства пънія. Распо ложенія публики лишиться не трудно; въдь ужь и такъ большая разница между тъмъ пріемомъ, какой дълала г. Раппорту публика при первыхъ его де­бютахъ на нашей сценъ, и тъмъ, какимъ она удо­, стоиваетъ его теперь. На игру свою г. Раппортъ также должень обратить побольше вниманія, Тутъ ему не нужно, пожалуй, и учителя, только самому нужно побольше думать объ томъ, что онъ испол­няетъ Такъ напр. разсказъ: «Князь Пожарскій молвиль слово» развъ Сабининъ сообщаетъ публикъ, сидящей въ партерь, а не хору, стоящему на сцень и изображающемукрестьянъ села Домнина? А между тъмъ г. Раппортъ этотъ разсказъ передаетъ, обра­щаясь прямо къ партеру и стол у суфлерской будки, въто время,какъкрестьяне стоятъ шаговъ на 5 или на 6 сзади его. Если уже пъвецъ для того, чтобы его голосъ быль слышнье, желаль стать какъ можно ближе къ авансценъ, то въ такомъ случаъ режиссеръ по крайней мърь долженъ бы былъ заставить хоръ также выдвинуться впередъ, окружить пъвца и принимать участіе въ его раз­но о такой простой и естественной постанов­сказь; къ этой сцены старшій режиссеръ нашей оперы г. Сътовъ, кажется, и не подумалъ. Хору вообще можно многаго бы пожелать, какъ въ отношеніи пъ­нія такъ и въотношеніи игры. Такъ, напр, при сво­емъ вступленіи въ терцетъ: «Не томи родимый», хористки чинно, одна за другою, выходять на аван­сцену изъ глубины. Это, можеть быть, очень симме-он трично и даже нъсколько воинственно, такъ какъ напоминаетъ маршировку солдать, но къположенію піэсы вовсе нейдеть. Хоръ за сценою, предшеству­ющій появленію Сабинина, обыкновенно исполняется не особенно хорощо на нашей сцень; большею частію онъ не совпадаетъ въ темпо съ аккомпанирующимъ ему оркестромъ. Впрочемъ небольшія колебанія тутъ извинительны, потому что дирижирующій хо­ромъ за кулисами не видитъ дирижирующаго ор­кестромъ, и при томъ дальность разстоянія хора отъ оркестра еще болъе затрудняетъ дъло, но нико­гда этотъ хоръ не шелъ такъ дурно, какъ въ спек­такль 23 апрьля: хористы потеряли всякую связь въ своемъ пъніи и совершенно не знали, что имъ пвть, такъ что дирижировавшій оркестромъ, г. Шра­мекъ, началъ уже самъ подпъвать имъ и только въ конць хоръ пришелъ въ надлежащій порядокъ, При хорошо разученномъ хорь и при опытномъ дириже­ръ такихъ грубыхъ ошибокъ не можетъ быть. Кто же виноватъ въ этомъ безпорядкъ: капельмейстеръ Шрамекъ, дирижеръ хоровъ Мертенъ, или режис­серъ Сътовъ? Ахъ, я еще забылъ одного господи­на: или инспекторъ музыки г. Минкусъ? (Въдь нашъ московскій театръ имъетъ еще инспектора музы-



воновиломват и ужок То было чудное время, когда Беллини сочинялъ , свою «Somnambula», Тогда еще не было музыки бу­дущности, тогда еще не начинали искать «музыкаль­ную драму», какъ истинное спасеніе для оперы, тогда композиторы не писали еще цълыхъ книгъ для самовосхваленія,ля объясненія ихъ собст­венныхъ твореній и для осмъянія всъхъ другихъ композиторовъ. Опера имъла такихъ исполнителей, какъ Малибранъ и Зонтагъ въ Аминь, приводившихъ въ восторгъ весь міръ. Въ приверженць музыки буду­щноститакаяопера, какъ «Somnambula» Беллини, дол­жнаконечновозбуждатьотвращеніе; но какъ относится къ ней публика? О, публика съ радостію отдасть за прелестныя, оригинальныя мелодіи, за прекрас­ную, чистую и доступную инструментовку Беллини, весь механизмъ музыки будущности: скучные ре­читативы, антимелодичныя аріи и ужасный шумъ инструментовъ. Къ характеристикь и правдь вы­раженія въ «Сомнамбуль»безъ сомньнія нельзя относиться слищкомъ строго, потому что въ этой оперь графъ поетъ, какъ крестьянинъ, а молодой крестьянинь постъ мелодіи въ томъ же духь, какъ и старуха-крестьянка; ново всемъ остальномъ,