1867 (rot 4-if) i Антракт. выходить eCHeAbarno,Ifbua (50 №№), годовому — 1 руб. 50 коп. сер.; на три мбелца — 1 руб, сер. `Дая подиисчиковь же на театральныя авиши hua годовому изданию — 1 руб. сер. Подписка оть пногородныхь принимается только годовал и за пересылку въ друме города приплачивается 1 руб. 50 коп. сер. въ годъ (всего годовому изданию Ch доставкою’ на домъ, въ Москвф — 9 руб. сер.; полу 3 руб. 150. ком. сер.). Срокъ ‘подинеки считается съ Т го числа каждаго м®слца. Подписка принимается ежедневно, отъ 9 часовъ утра до 5 часо въ вечера; въ конторв Tunorpawin симператорекихь’ московекихь тватровъ (Ив. ‘Ив. (мирнова), на Никольской улиц®, въ дом граха Орлова-Давыдова, га во время спектаклей и въ книжной лавкз, въ Болышомь rearps. ь Содержаше: По’ поводу ‘бёнефиса ‘г. Oegorosa.—Beneoncs r. Савелова.—Артистическй Кружокъ.— Омъеь. (Высочайния награды. Подарки. О театр» Петровскаго парка. Одобренныя п1эсы. Новая опера. О новомь балетв. Балетная труппа въ Вальнв. ИзвЪст!е о г-жь Гранцовой. Новые переводы Шекспира. Процессь за фотогразичесяе карточки).—Некрологъ” (А. М. Гедеоновъ). HO ПОВОДУ БЕНЕФИСА Г. ОЕДОТОВА. Сила предан! я —великая сила. Какая бы огромная часть того общечеловьческаго достояния, которое преемственно наслфдуется потомками отъ предковъ, оказалась недоступною и сгинувшею, если бы сила предан!я вдругъ перестала быть силою. дЪйствуюMero! НЪть рода, нзтъ сферы человфческой дБятельности, которая въ большей пли меньшей степени не нужлалась-бы для увфковЪченя своей производительности въ охраняющей силб преданя. Мы называемъ силу предашя — охраняющею силою, такъ какъ ею возмЬщается несовершенство человЪческой памяти и недолговрчность матерьяльнаго существовашя. Искусства также нуждаются въ этой охраняющей сил и Thuy Bb большей мЪрЪ, чьмъ менЪе прочень и надежень матерьялъ, которымъ то или другое искусство располагаеть, А какое искусство болфе драматическаго дишейиь на водь? Kaкое искусство, какъ не драматическое, имфеть въ средствахъ своихъ менфе надежный и богЪе непрочный матерьяль? Проичведен!я искусствъ словеснаго и тоническаго— живучи, благодаря тому, что слово й звукъ имфють для выраженя своего совершенно опредфленные ‘знаки, въ которыхъ сохравяютсля и проходять они черезъ цЪлыя тысячелЬ я; пластическя искусства вв®ряютъ произведеня своп камню, дереву, металламъ, краскамъ, — также матерьяTams Gombe или мене прочнымъ, способнымт coХраняться въ течене очень продолжительныхъ пеР1одовъ времени. Матерьялъ драматическаго искуества, которое, no вофмъ правамъ, должно быть отНесено къ искусствамъ пластическимъ, заключаелтСЯ ВЪ Живом человЪкЪ; а многое ли на свфтЪ скоPoreunke и случайнье жизни человЪ ческой? Myapeaired аа fi Po HOR ae тремя тысяче» HACh хеопсовойнирамид» an rae болфе, чфмъ иногда объ актерЪ, три де‘eee brid tomy назадь сошедщемъ со сцены. Мыу;вапр., wee Hernebamie Moyanoza, или ведфвиие: его въ aia 8 раннемъ дьтствЪ, не имфемь и, къ. сожаль› не можемъ составить себь понляйя объ этомъ ген1альномъ дЪятель московской сцены не только по слухамъ и разсказамъ о немъ, но даже и по такимъ статьямъ БЪлинскаго, какъ напр. статья его: «Мочаловъ въ роли Гамлета», статья, которая намъ, не имфющимъ возможности провЗрить и дополнить ее личными впечатльнями, кажется полною непримиримыхь противор$ и. Со смертио актера исчезаютъ со сцены и всЪ созданныл и игранныя имъ роли его; памлть. объ этихъ роляхъ живетъ еще нЪкоторое время въ видъвшихъ игру умершаго актера и наслаждавшихся ею, но туго сообщается путемъ простаго пересказа невидавшимъ его, и можно безъ ощибки сказать, что произведен!я творчества актера вымираютъ вмфстф съ покольшемъ его современниковъ. Нужно, ли одвако жалЪьть объ этомъ и можно-ли этому помочь чфмъ-нибудь? Нужно и можно. На всякой мало-мальски установившейся и не безъ года недълю просуществовавшей сценЪ могутъ и должны быть таюмя драматическя произведеня, которыя составляють ея лучшее достояще, ея на вЪчныя времена положенный капиталъ, ея гордость и укращене. Будеть ли кто-нибудь сомнЪваться, что успЪхъ всякаго драматическаго произведевя всегда, и непремфнно обусловливается столько-же достоинствами самаго проязведеня, сколько и достоинствами сценическаго исполненя? РазвЪ не у каждаго изъ насъ на готовь мног!е примЪры того, что нерЪдко одною и тою же ролью одинъ актеръ приводить зрителей въ восторгъ, а другой наводитъ на нихь неописанную скуку? Итакъ, не слЪдуетъ ли изъ этого, что чфмъ болфе цфнно то или другое драматическое произведене, чвмъ Gombe дорожить имъ та или другая сцена, тфмъ болфе эта сцена должна обезпечить за такимъ произведенемъ на возможно продолжительное время’ его усиъхъ? А чфмъ можеть она достигнуть этого, какъ не сохранещемъ условй того ‘первоначальнаго исполнен, которому драматическое произведенме на половину было обязано’ своимъ усиьхомъ? Съь текстомъ произведешя ‘ничего не сдфлается, онъ останется во всей его неприкосновенности; но кто поручится, чтобы новая жизнь, внесенная новымъ исполните-