5 Sr колича «Царь Лазарь», въ которой выставлено па-!бы въ насмфшку, гласила: «Patriae et Musis». Ho, `°Др., которыя впрочемъ потомъ деше сербскаго царства отъ раздоровъ властелей. благодаря стремленио къ самобытности н®которыхъ За TOTS же сюжетъ взялся, но съ гораздо большимъ талантомъ разработалъ его дубровничанинъ МатвЪй Bans, изъ isch KoToparo, кромф «Царя Лазаря», лучшимъ достоящемь сербской сцены считаются трагеди: «Урошь У» и «Мейрима». Таже скорбь о погибели сербскаго царства, которою дышатъ трагеди Николича, нашла себЪ сильное выражене п въ трагеди черногорскаго князя Николая «Вукашинъ», героемъ которой является одинъ изъ намфстниковъ короля Уроша \ 1, сдзлавпийся главнымъ виновникомъ всЪхъ бЪдетвЙ исмерти этого несчастHaro короля. Въ нравоописательномъ отношения не безъ значен!я комед!я одного изъ старыхъ сербокихъ поэтовъ Марива Држича «Дундо Мароэ», написанная еще въ половин% 16-го вЪка и осмзивающая страсть Дубровничанъ изъ пустаго хвастовства пестрить сербскую рЪчь иностранными словами; къ сожалЪнию. комед1я эта не ковчена. Съ репертура дубровницкаго театра, поддерживаемаго трудами графа Бонды, не сходить трагед1я владыки Петра ПП «Стеханъ Малый», героемь которой является самозванецъ, выдававиий себя въ Черногор!и за императора Петра Ш. Одинъ изъ сербскихъ писателей первой половины настоящаго столфт!я, Перко Буничъ, обладавпий замфчательнымь комическимъ талантомъ; заботился объ образоваши хорошей трупьы сербскихъ актеровъ и написаль до тридцати п1эсъ; но въ 1846 году умеръ, не сдълавъ задуманнаго. На загребской сцевз нерфдко являются шэсы Мирко Боговича, особенно его драмы: «Мат!я Губецъ» и«Отепанъ, послфднй краль босанскЙ». — Чешская драмаТическая поэз1я также имфетъ нЪсколько болфе или менфе замфчательныхь самобытныхь произведен. Положен!е чешской сцены въ Праг$ никогда не было завидвымъ. Въ концф прошлаго столфт1я чешоюй театръ посфщался только простымъ народомъ;высшееже общество посфщало только итальянскую оперу, да представлен!я Французской труппы. Протой-же вародъ пробавлялся разными плоскими шутками да мистер1ями въ родф: «Мазискат» (Продавецъ мазей «Праздникъ трехъ королей», «Гоаннъ Непомукъ» в стали разыгрываться деревянными актерами и театръ превратился въ кукольную комедио. Возставовителемъ чешской сцены является [оганнъ Степанекъ, принявшй на себя управлеше пражскимъ театромъ вмЪстЪ съ олэвскимъ въ 1824 году. Оъ тхъ поръ каждое воскресенье и каждый праздникъ отъ 4-хь до 6-ти часовъ по полудни стали даваться драмы, комеди и оперы на чешскомъ языкЪ, между тЪмъ какъ вс* вечерн!я представлевя отходили подъ итальянскую оперу, нЪмецюе и хранцузск!е спектакли. Актеры большею частно были изъ любителей и между ними заслужили особенную извЪстность актрисы: Подарская, Бидерманнъ, Михалези, и актеры: Дрзка и тракати. За недостаткомъ оригинальных шэсъ, чешск1е зрители долго принуждены были довольСтвоваться плохими подражанями или переводами плохихъ Французских и нфмецкихъ п/эсъ; а между ТЪмъ надпись на Фронтонв пражскаго театра, какъ № изъ болзе талантливыхь чешскихь поэтовъ: Степанека, Клиццера, Тиля, Воселя и другихъ, чешская сцена стала мало по малу очищаться отъ наноснаго сора. Между драматургами чешскими плодовитфе и талантливзе другихъ былъ Вацлавъ Климентъ Клиццеръ, написавший до пятидесяти п1эсъ, изъ которыхъ извЪстизе другихъ: трагед1я «Собеславъ» и комеди: «Дивотворный клобукъ» и «Жижкинъ мечъ». Пользуется успЪхомъ на чешской cent и комедя Михачека «Дешервоуе». Въ 1850 году большой успёхъ имфла трагедя «Смерть Жижки», написанная чешскимъ актеромъ Коларомъ и впослЪдстви запрещенная. Чехъ Миковецъ, авторъ трагещи «Гибель рода Премысловцевъ», написалъ также трагедо «Димитр», героемъ которой является нашъ первый самозванецъ. 0бЪ пэсы Миковца пользуются успЪхомъ. Но какъ бы то ни было, не смотря на стремлене славянскихъь драматических писателей высвободиться изъ подъ всевозможныхъ чуждыхъ вян и выбиться на просторъ самобытHaro творчества, эти чуждыя BKIIAHIA оказываютъ слишкомъ сильное давленше. Олфдя постоянно за дЪятельностью иностранныхъ театровъ, мы имЪемъ только самыя скудныя и случайныя свфдЪь1я о дфятельности славянскихъ сценъ даже въ болЪе крупныхъ городахъ славянскаго мра. Относительно Букарешта или Яссъ узнаемъ, напр., о благоденств!и на тамошнихъ театрахъ итальянской оперы, да переводныхъ nisch Kone6y. Изъ Львова (Лемберга) какъ-то очень недавно еще въ «Оешзсе Зевапбиерте» (1866 № 12) писали и распространялись о дебютахъ какого-нибудь актера Баронхе въ пресловутыхъ роляхъ «Нарциса» и Ганса Отикса (въ «ОрфхеЁ» ОхФенбаха)—и только. А то такъ и того лучше — вдругъ натолкнешься на глумлев!е какого нибудь словоохотливаго нфмецкаго корреспондента изъ Праги надъ неудачами директора чешскаго театра въ Прагь Лигерта, который, будто-бы, не знаетъ, что дълать, и плачется отъ дефицитовъ въ театральной кассЪ, не смотря на энтиуужазмь чешской партии (при чемъ слово «энтуз1азмъ» печатается розбитью), и получаеть блистательныя доказательства, что заттья далеко не по cutaats (cm. «Deutsche Schaubuehne» 1866 NNe 1 m 2). Ho wbMS cnabybe противодфйств!е, тЪмъ большими энерг1ею и стойкостью слфдуетъь вооружиться, чтобы выдерживать нападен!е и давать отпоръ. На лицевой сторон театра въ Пильзен% сдфлана надпись: «Зета е5ь vita, hilaris est ars». hun боле приходится убЪфждаться въ суровости жизни, тЪмъ болфе заботь надобно прикладывать о TOMB, чтобы искусство было въ состояши услаждать А развЪ наслажден!е мыслимо на той сценЪ, на которой свивается змфиное гнЪздо современной тлетворной хранцузско-нфмецкой драматург? Желаемъ отъ всей души воЪмъ славянскимъ сценамъ полнаго высвобожденя изъ подъ зловредныхъ вмян чуждыхъ имъ драматических литературъ, безъ чего невозможно процв$таше ихъ въ будущемъ. Желаемъ вс$мъ славянскимъ сценамъ постояннаго общеня ихъ между собою лучшими произведенйями ихъ дра-