гому царю положительную любезность, когда изрЪдка отпускали изкоторыхъ изъ своихъ драматическихъ художниковъ для представлен!я передъ любящимъ искуство монархомъ и его дворомъ классическихъ произведен! Эсхила, Эврипида, Софокла и комедй Аристофана, Эвполиса и другихъ извЪетныхъ поэтовъ. Само собою разумЪется, что художники, кром$ почетнаго личнаго пр1ема, получали богатые подарки п блестяпия вознагражденя. До какой степени дружественнаго отношеня къ актерамъ могъ дойдти Филиппъ П, видно изъ того, что OHS пожертвовалъь своей личной местью въ пользу очень цфнимаго имъ аеинскаго актера Сатира, который, во время одного радостнаго пира, дававшагося Филиппомъ по случаю завоеван1я имъ города Олинеа въ 348 г. до Р. Х., просилъ царя, чтобы тотъ позволиль ему взять къ себЪ плЪненныхъ въ Олииеф дочерей своего друга АполлоФома Пиднейскаго съ т№мъ, чтобы дать имъ свободу и надЪлить каждую изъ нихъ приданымъ. Не смотря нато, что Филипиъ питалъ личную вражду къ семейству Аполлофома, такъ какъ послфднй быль участникомъ въ убШотвЪ его царственнаго ‘брата, онъ все таки пересилилъ себя и передалъ илЪниыхъ великодунию актера Сатира. Какъ велики были въ то время доходы греческихъ актеровъ, мы знаемъ приблизительно изъ словъ даже и не первостепеннаго актера Полуса, который однажды сообщилъь оратору Демосоену, что онъ въ два вечера получаетъ около таланта, слЪдовательно около полутора тысячъ талеровъ или двухъ съ половинотю тысячъ гульденовъ. Вотъ какъ великодушно поощрялись въ тЪ далекя времена сценическ!е та. ланты.—талантами денежными! Паденше драматическаго искуства въ Греши, совершившееся въ вышеозначенную эпоху, достаточно свидфтельствуетъ о томъ, какъ мало по малу слишкомъ роскошная плата портила нравы греческихъ актеровъ. Сладострастемъ и наслажденями поглотился свободный, художественно-творящий духъ, и дерзкая пошлость заступила м$сто великихт, благородныхъ художественныхъ произведен! й! ДЪлая сравнеше между настоящимъ и прошел. шШимЪ, черк® серьезйое такъ сочувствуюшему драматическому искуству. Большое участ!е публики къ театру, постоянно на пряженное внимане къ драматическому искуству еще болЪе усиливаемое критикой, бываетъ не всегда одинаково благопр1ятно для дирекций и для актеровъ. Высшая. степень общественной благосклонности къ какому нибудь сценическому дфятелю обнаруживается большею частью увеличенемъ денежвой платы, увеличешемъ, котораго требуетъ актер и которое далеко не всегда согласуется съ настоящимъ значенНемъ этого дЪятеля. Между тЪмъ Bbкоторыя дирекши считаютъ себя обязанными под YAHAISCA подобнымъ требовашямъ, чтобы не поставить и Ссампхъ себя, и все свое учреждене во враж дебныл отношеня съ общеслвеннымъ мнЪнтемъ, Пусть же театральныя дирекщи ограничатъ, в“ интересахъ искуства, свои, огромныя платы, а сценическ1е дЪятели, въ тъхъ же интересахъ, ограмы находимъ въ этомъ историческомъ 0- напоминан!е нашему столЪтио , ничать свои чрезмфрныя прятязанм и требованйя! Пуеть умфрится и это, обратившееся въ неумЪстное щегольство или даже простсе кокетство-—ва= пускное меценатство, выражающееся почти всключительно обыкновен!емъ осыпать всякаго рода артистовъ бъшеньимь золотомъ и подарками, т; е. ‘награждать артистовъ вьиие всякихь заслуз и лиоры, что непремЪнно должно влять самымъ вреднымъ образомъ на дЪло и нравы артистовъ. Ce Koa. 1. AЕЩЕ ПО ПОВОДУ ВСЕ ТОЙ-ЖЕ ИГРЫ ВЪ СЛОВА. Въ 136 № Московскихь Вфдомостей авторъ «Записокъ Москвича» отвфчаетъ на статьи прошлаго № ‹«Антракта». Оборона чуть ли не лучше camaro наступленя. Наивную замЪтку свою о торгахъ на содержане театральной типография онъ назызаетъ свромною, хотя въ этой замфткЪ онъ ни больше, ни меньше, какъ изъявлялъ сиромное сожальне, что торги состоялись въ его отсутств!е и, что онъ He могъ влять на составлене контракта. Выраженя нашей статьи онъ нашелъ самььии не церемонныьми и сдлалъ свое заключен!е (къ сожалфнИо, оставшееся недоговореннымъ) о томъ, вь какой средть вращается редакщя «Антракта» —этизжь листковъ, по выражен!о автора «Записокъ». ВЪроятно, въ статьЪ нашей г. Москвичъ, «умющ цЪнить обхожденя высшаго общества» и напомнивпИй однажды этимъ своимъ умфньемъ Темнымь людям нашихъ «Курьезовъ» гоголевскаго Анучкина, в%роятно, г. Москвичъ въ чемъ нибудь подмЪтилъ у насъ незнан!е обхожден!й высшаго общества. Въ какой бы однако сред ни вращалась редакцщя нангихъ листков, смфемъ увБ5рить автора «Записокъ Москвича», что въ этой средЪ ве имфется людей съ такимъ складомъ мышленя, по которому иные хотятъ сказать одно, а YOROPATD совс%мъ другое. —Что мы предполагали, то и дЪйотвительно случилось съ авторомъ «Записокъ Москвича», Въ своей скромно-наивной замфткз о торгахъ онъ говорилъ одно, а разумтль другое. Подъ ловами: «весьма нелестные отзывы о театральной ирекц!и» — онъ, по его собственнымъ словамъ, вразумтьль не прАязненныя или непр!язненныя отно«Meni къ директору; а указанйя на дурную поста‹новку п1э6съ» и проч. Какою же силою разумьня, г редполагается, должны обладать читатели Московокихъ ВЪдомостей, которымъ въ статьяхъ г. Мос«вича зачастую, если не большею частно. прихоитея читать одно и знать, что писавиий разултьеть ‘овсфмъ другое! Зат№мъ въ статьф нашей г. Мос‹вичъ нашель выходки противъ него, заключаюция‚я, вфроятно, въ томъ, что мы рфшилиеь обличать -го, г. Москвича, въ незнан!и того, о чемъ онъ го-. зоритъ и что хочетъ сказать, въ неумЪньи выражаться по русски, въ логической неурядиц и BP тутаниц% понят. На тамя выходки овъ не нахо“ дить достойнымь себя (не слфдуетъ-ли разултьть: «возможнымъ для себя»?) отвечать и не умтетъ выражаться тоноль этого изданн, т, в. нашихЪ листковь (не разумтьеть ли при этомъ г. Москвичъ;