своп «Антрактъ», правда, высказываль и высказытракту»-распинаться за классическ!я пш1эсы? Наше ваетъ ко всему истинно-художественному, чЧто самолюб1е (или, пожалуй, салолюбышико), какъ является на нашёй сцен$; «Автракту» всегда были бы оно ‚мелко и раздразкительно ни было, не могло особенно дороги образцовыя произведешя немногихъ и не можеть найдти себЪ въ этомъ отношен!и пищи. русскихъ и иностранныхь классиковъ. Итакъ, если Паши личные интересы туть, болфе чЪмъ гдЪ вив5 Уг0ду «Антракту» и могли чЪмъ-нибудь угощать будь, ни при чемъ: сами мы классическихь п!эсъ не. публику, то развЪ этими классическими шэсами. переводимь и не думаемь переводить; да до сихъ Ужъ не эти-ли классическая и!эсы одинь изъ стапоръ на нашей сценЪ не пгла ви одна классическая рыжъ артистовь по стеланйио многизь —называетъ 11эса въ переводЪ кого лнбо и изъ ближайсальностями? Интересная новляка! Крайне. выгодшихь сотрудниковъ нашихъ. Если еще самолюное понят1е даетъ одинь изъ старыаь артистовь о 61е наше и можеть въ этомъ отношени быть удовразвит, понимании вкус» тфхъ многиаъ, желане летворено ч$мъ нибудь, такъ это развЪ только тЪмъ, которыхъ высказываеть онъ.Впрочемъ можеть быть, что иное сказанное нами слово не скажется на мы и ошиблемся: можетъ быть одинб изъ старыль вЪтеръ, не молвится мимо и подчасъ, можеть быть, артистовъь ведетъ рЪчь о чемъ-нибудь другомъ, о примется кБмъ-нибудь къ свЪдЪнио. Но вЪдь въ этомъ ° какихъ-нибуль дЪйствительныхь сальностяхь. Мы случаЪ самолюбе удовлетворяется простымъ соговоримъ: можеть быти, потому, что, призваемся, знашемъ, что дфлаемое нами дЪло проходить не соплохо повимаемъ рЪчи одного изь старыль артивсЪмъ безслЪдно. Что же однако въ этомъ сознан!и — стовь, которыя очень противорфчивы и сбивчивы. } мелочнаго и раздражительнаге? И не всяюй ли дфятель Такъ, нБсколько ниже, говоря какъ будто вс’ о во всякаго рода дЪятельности долженъ дорожить этим томъ-же, онъ утверждаетъ, что «публика не в$ритъ сознашемъ небезполезности своего дЪлан1я? Безъ стре«восхваленямъ ‚ разсыпаемымъь джеклассическимьмленя добыть себ$ это сознаше, челов къ можетъ лег«произведенямъ и сборы нашихъ сиектаклей лучко взяться и за наливан!е водото бездонной бочки. «Ес«шее тому доказательство». Просимъ кого угодно! «ли русская драматург! я слаба, то нало поддержать ее, додуматься, о чемъ тутъ говоритъ или по крайней ‹а не давить—продолжаетъ один изъ стары арм\р% хочетъ говорить один изъ стары артистовь тистовь. Но кто же давить слабую русскую дра‘O какихъ лжеклассическихь произведешяжь тракматургио? Все таки опять «Антрактъ»? Что понитуеть онъ? Какимъ лжеклассичесвиль произведемаетъ один ‘из старыжь артистовь подъ выражешямъ разсытаются у насъ восхваленя, когда и гдЪ? вами: поддерживать Opa.mamypeiio и давить ве? ГоО какихъ сборажь съ ажеклассическияь произведен ворить автору плохой шэсы, что шэса его недурна, толкуетъ одинъ изъ старыхъ артистовъ, когда на что сказать не. ложно —ее безъ скуки слушать можно, нашей памяти сцена Малаго театра со времени пр!- поощрять его подвизаться на томъ же поприщ Ъзда Рашели (лФтъ 13 тому назадъ) не давала ни въ томъ же родЪ-—значить-ли, по разум нию, одного одного джеклассическ аго произведеня? Восхваленя, изь стары актеровъ —поддерживать слабую драможеть быть, п являлись, и даже являлись въ «Анлалтурейо? Говорить такому неудавшемуся драматракт». но только такимъ произведенямъ, каковы тургу, чтобы ONS не слишкомъ торопился, пе соигранныя въ послфднее время на нашей еценв п1эвалея въ воду, не поискавъ броду, чтобы онъ на сы Шекспира, Кальдерона, Мольера. Кого-же изъ время посторонился съ евоими плохими произвеэтихъ трехъ истинно великихъ художниковъ-дра-дешями и уступиль бы mbcTO произведеимъ матурговъ, стало быть—классиковь по преимущеистинио-великимь и образцовымъ, чтобы хороству, класоиков— по давнему н всеобщему прозпа шенько, внимательнЪе поприсмотрёлея къ нимъ и нно, разжалуетъь одинь изъ старыйь артистовъ —въ поучилея на нихъ-— значитъ-ли, по разумфн ю одного лэкеклассики? НЪтъ, тутъ что-нибудь да не такъ. 5 старым» артистовъ, — давить слабую драматурОдно изъ двухъ: или это логическая неурядица п ейо? ТЪмъ-ли поддерэживаеть мать слабую правственочень обыкновенное теперь въ печати нашей нсучость своего ребенка, что, замфчая его шалости, итьнье выражаться по русски сколько-нибудь по. пе думаетъ останавливать его, а даетъ ему шалить нятно, или же странное непонимаше самыхъ упо въ волю и заставляетъь въ конецъ изшалиться? требительныхь словъ. Поняття о классицизм и ТЪмъ-ли давить мать слабую нравственность сволеекласвицизить вастолько установились, что путатьего ребенка, что, называя дурные поступки его сявънихъ-— болфе, чфмъ странно, а одному из5 артидурными, обращаетъь его къ добрымъ, хорошимъ стовъ— просто неизвинительно, хотя бы даже ипо его примфрамъ? Отсутетве на сценЪ хорошихъ образстарости. Астрономно, науку остроен!и и течен1и ивцовъЪ едва ли можеть содфйствовать развитно оригибесныхъ свЪтилъ, никто не назоветь хФизикою (въ вальной драматической литературы. На этотъ случай переводЪ: паукою о природЪ), хотя астрономия, дфло не остановится иза примфрами. Возьумемъ нарочкакъ и Физика, тоже имфетъ дьло Cb явлешями по двухъ современпыхъ драматурговъ, различныхь природы. Кажется, это ясно. ДалЪе одинъ изъ стапо спламъ и средствамъ,—Островскаго и Дьяченко. рыхь артистовь говоритъ о неумтстноль деспотизОба они плодовитЪе другихъ драматурговъ, оба они лть «Антракта», по поводу симпатй послфдняго къ были предоставлены самимъ себЪ; первый изъ нихъ поптэсамъ классическимъ, и находить объяспеше этостоянно находилъ себв всестороннюто. и сильную 700- му деспотизму—въ шелком, раздраженномь самодержну, если говорить языкомъ одного изъ старыхь любьнииь Wo въ силу какого-же мелкаго раз-артистовь, т.е. перваго изъ нихъ за все и возд вплоть дразкеннаго самодюбьшика вздумалось бы «Андо послфдняго почти ‘времени хвалили и захваливали,