№ 18 (64) ПРО ЖЕКТОР. Приезжал на велосипеде начальник станции „Дубки“... Отвечай в два счета,— эпп?!Нето,— Александр Павлыч оглянулся:—нето —смертьтвоя пришла. И было, должно быть, вэтих словах, угрожавших смертью, что-то до такой степени страшное и неизбежное, что мальчик взвизгнул — залился— зашелся отрывистым звериным воем: — Не брал al Никаких пирожков! Дядь Сашааа! Ды неш я... Дальше — хрипом, поСунулся, было, к зеркалу—растрепать волосы в революционный беспорядок—но крик ударил, засверлил в ушах еще злей, еще истошней: — Скоре-е-ей! Александр Павлыч! Скор-е-еей! Александр Павлыч ринулся к террасе, в дверях прямо в глаза ткнулись кудряшки Алины Яковлевны: — Это чорт знает! Это возмутительно Зовешь вас... — Да в чем дело, — эпп?— стараясь быть кротким и спокойным, спросил Александр Павлыч. — Да пирожки.., Понимаете? — пирожки! Я с дежурными в кладовую — оставила на столе — прихожу —и ни одного нету! Это же чорт знает! Не меньше десяти штук! — Аааа, опять ворики, — облегченно Алексанар Павлыч. — Это надо обнаружить, непременно обнаружить, эпп? — И знаете, — исступленным шепотом Алина Яковлевна. — Я уверена: это Меньшов. Яшка Меньшов! — Ааа, Меньшов! — Александр Павлыч сделал брови зловещими, вышел в сад. На лужайке сладостным томлением позвало платье Нюты. — Это какая группа занимается? —начальственно бросил Александр Павлыч. — Ну, чего мешаете заниматься? — с досадой отозвалась Нюта.— Ведь, сами видите, что вторая. Ведь видите, не так ли? — Погоди, вся твоя мимозистость соскочит, самодовольно подумал Александр Павлыч, обошел дом кругом и, миновав сад, спустился в лес. Культура педагогическая. Загорелая маленькая девчушка врваном платьишке рванулась из травы: — Я грыб нашла, дядя Саша! Округ дачи! Во какой! — Ааа, это Птичка, — сладко пропел Александр Павлыч в ответ.-—Ну, здравствуй, здравствуй, Птичканевеличка. И правда: здоровенный гриб. А что: не видала ты, девочка-малявочка, куда Яша Меньшов побежал’ Эпп? — Онпобег вон туды, — махнула девочка рукой на лес.— А что: надыть? — Нет, так; ты иди себе к тете Симе. —И Александр Павлыч легкой военной походкой двинулся в лес. Лето цвело полными соками, и можно было бы чувство..Приезжа вать себя молодым и здоровым, если бы не глупое происшествие с пирожками. Все утро расстроено. тому что рука на тонкой, горячей шее стала еще стальней и беспощадней, словно не слышала ласковых, как будто СЛОВ. — Признавайся, мальчик, тебе же легче будет. Обращаются с вами, как с милыми, кормят, как людей, — а вы — воровать? Не-эт Это не поддудит! Чего от вас требуют? Только лишь послушания! Только лишь Ведь, были у вас в воскресенье белые пироги? Были? — Хррр... ЙЙйяааа... дядь... хрр... — ПУ, нечего-нечего дурака строить, мальчик! Покажь, где спрятал. Не то — эпп! И стальная рука, разжавшись, пхнула с размаху маленькое тело о березу. Судорожным ртом, вытаращенными мутными глазами, скрюченными пальцами мальчик хватал воздух в освобожденные легкие; завел тихонько: — Ой-вой-вой... Ой-вой-вой... Ыыыы. — Выть брось. Меня не разжалобишь,— стараясь быть равнодушным, сказал Александр Павлыч.— Показывай, где пирожки. Ведь, не успел все сожрать. — Вон ыниии... В кустууу... — Здравствуйте, дядя Саша!— Мальчик с белесыми глазами на черном от загара лице вывернулся из кустов навстречу. — Ааа! Меньшов! Стой!— Мальчик почуял беду, я ” АЗЫ стрекнул, было, в кусты, но Александр Павлыч быстро сгрибчил его за тоненькую, теплую шею. — Попался, ворик! Где пирожки? Отвечай: где пирожки? — Я не брал, дяинька Саша— вот ей-бо, не брал, дяинька Саша — вот сейчас провалиться не брал, — забормотал без передыху мальчик, извиваясь в стальной — Нннну?! — сдавил мальчику шею Александр Павлыч.