суббота, № 291 (3395)

декабря 1949 г.,



крас н ы Ф Л о т 10 Прибытие в Пекин женцин на конференцию женщин стран Азии ПЕКИН, 9 декабря. (ТАСС). В Пекин прибыла делегация женщин СССР во гла­ве с Н. Парфеновой для участия в конфе­ренции женщин стран Азии. Прибыли так­же делегатки Сирии, Ливана, Экваториаль ной Африки и Мадагаскара. На аэродроме делегаток встречали заме­стители председателя Всекитайской демок­ратической федерации женщин Дэн Ин­чао, Ли Дэ-чуань; члены подготовительно­го комитета по созыву конференции, де­легатки, ранее прибывшие на конферен­цию, и др. В Пекине в честь прибывших состоялся митинт, на котором с приветствиями от под­готовительного комитета выступили Ли Дә-чуань и представительница женских организаций Пекина Чжан Сяо-мәй. На приветствия ответила от советской делегации Н. Парфенова и представитель­ницы других делегаций. Конференция женщин стран откроется 10 декабря. болгарского государственногоделегации болгарскому народу. Вскоре после осле этого, продолжал подсуди­мый, я был вызван Лазарем Колишевским, который предложил мне выехать в Болга­рию и работать там среди македонских эми­грантов. Мне была дана инструкция обос­новаться в Софии и опереться на групшу фракционеров партии, среди которых были Кирилл Николов и Ангел Динев. Нужно было постепенно заменить членов македон­ского национального комитета людьми, послушными Скопле, людьми, которые должны были проводить в Болгарии поли­тику Тито в македонском вопросе. Мне было предложено особенно постараться в распро­странении нашего влияния в Пиринском крае. Из этого я понял, что предстоит при­соединение Пиринского края к Югославии. Передо мной была поставлена задача раз­вернуть борьбу против ЦК БКП и особенно против Василя Коларова и Владимира Попто­Агенты Тито в Македонии провели чист­ку рядов македонской коммунистической партии, убрав из нее людей, защищавших народа. Весной 1945 года без суда и следствия были расстреляны 57 македонцев, обвиняемых в симпатиях к мова, которые твердо и последовательно от­стаивали линиюБолгарской коммунистиче­Чтобы замаскировать мой от езд в Болга­рию, в Скопле были инсценированы разно­гласия между мной и Колишевским, а так­же другими руководителями македонской компартии. Я приехал в Болгарию и оста­новился в Софии. Вначале я работал в от­деле агитации и пропаганды софийского областного комитета партии, а позже шел в агитационно-пропагандистский отдел Центрального Комитета Болгарской комму­нистической партии. Я установил связь с македонскими деятелями - агентами Тито Кириллом Николовым и Ангелом Диневым, а также секретарем югославского посоль­ства Митко Зафировским. В поябре 1946 года Зафировский сооб­щил мне о том, что он получил от Николы Павлова сведения о позициях отдельных руководителей Центрального Комитета гарской коммунистической партии по ма­кедонскому вопросу и по вопросу о федера­ции южных славян. Он сказал также, что добился согласия Ивана Масларова оказы­Цицмил,ервенство письменные и устные донесения Митко За­фировскому о различных разговорах и взглядах руководителей Болгарской ком­партии. -Свою фракционную и подрывную дея… тельность, - сказал далее Ивановский, проводил через кружки, которые создал, и курсы по воспитанию македонской молоде­жи. В своих выступлениях и докладах я пропагандировал позиции Тито о присоеди­нении Пиринского края к Македонии в рам­ках Югославии. вать помощь фракционной македонской группе в ее борьбе против мажедонского национального комитета. Митко Зафиров­ский заявил мне, что Лазарь Колишевский сообщил ему о том, что в этом направле­нии можно работать и с Трайчо Костовым, но что это не входит в его функции. После отезда Зафировского я стал полу­чать инструкции от его заместителя Мом­чиловича. по-Наканунеопубликования резолюции Информбюро о положении в коммунистиче­ской партии Югославии я получил через Николу Орцева инструкции югославского посольства о том, чтобы формально одоб­рить резолюцию и об явить себя ком Тито. Это было нужно для того, чтобы сохранить меня и других наших людей в Болгарии. после опубликования резолюции Информбюро и после того, как 16 пленум ентрального Комитета Болгарской комму­нистической партии осудил национализм Тито и его политику по отношению к Пи­ринскому краю, я в соответствии с тивами из Скопле написал в Центральный Комитет Болгарской коммунистической пар­тии заявление, в котором защищал при­соединение Пиринокого края к Македон­ской республике в рамках Югославии вне зависимости от того, будет или нет осуще­ствлена фетерация южных ставян. Меня ра-ского национального комитета. Но когда предательство югославских ру­во главе с Тито стало явнымВ для всех, я все же вынужден был пере­строиться. Это было тем более необходимо, что к этому времени я получил выговор за свое заявление по вопросу о присоедине­нии Пиринского края и был снят с работы в и с должности председателя македон­ского напионального комитета. Я впал в уныние и прекратил свою подрывную дея­тельность. Беспокоясь о своей безопасности, сказал в заключение Ивановский, я хотел бежать в Югославию, но Орцев мне не разрешил. Он мне сказал, что, если будет нужно, они найдут способ вывезти меня, даже против моего желания. К сожалению, обе­щанная помощь во-время не пришла. (Смех в зале). На этом закончился допрос подсудимых. Завтра суд приступает к допросу свидете­лей. Костова и его сообщников   Македонии и Югославии. В первые дни по­сле освобождения это делалось специально посланными в Болгарию людьми, а позже дипломатическими представителями Кирил­лом Мильовским и Цветой Чальовской - сестрой Колишевского. Они получали ди­пломатической почтой из Белграда и пле различные пропатандистские материа­лы. Основная тенденция этой пропаганды  состояла в том, чтобы убедить болгарский народ и македонцев, живущих в Болгарии, в том, что счастливая жизнь для них воз­можна только после присоединения Пирин­ского края к Югославии. Ско-Окончание допроса Хаджи-Панзова пе­ренесено на вечернее заседание суда.

4



Судебный пр преступникаайчо Допрос подсудимого Ивана Гевренова СОФИЯ, 9 декабря. (ТАСС). На сегод­Гевреновпризнал, что вследствие его вредительской деятельности в резиновой промышленности фабрика «Бакиш» произ­вела на 850 тысяч пар обуви и 9 тысяч комплектов автопокрышек меньше плана. То же произошло и на других резиновых фабриках. Осенью 1947 года, по распоряжению Кирилла Славова, подсудимый Гевренов разослал специальные формуляры всем промышленным предприятиям, которые бы­ли заполнены подробными данными о ме­стонахождении, мощности и производствен­ном профиле всех предприятий. Эти дан­ные Гевренов передал Славову, который в свою очередь передал их английской раз­ведке. После национализации промышленности, показал Гевренов, саботаж усилился, По директивам Петко Кунина, для того, чтобы дискредитировать национализацию, я, зая­вил Гевренов, закрыл некоторые рентабель­ные фабрики, а нерентабельные оставил. По моему распоряжению, продолжал подсу­димый, производился демонтаж оборудова­ния законсервированных фабрик и заводов. тельством. В пюле 1948 года, показал Гевренов, B, Стефанов заявил мне, что ожидается свер­жение правительства Димитрова и создание правительства во главе с Трайчо Косто­вым. Гевренов заявил, что позиция Стефано­ва выражалась в следующем: свержение4 правительства Георгия Димитрова, образо­вание нового правительства во главе с Трайчо Костовым, разрыв с Советским Союзом и новый политический курс … ориентация на капиталистические страны, на Англию и Америку, с которыми необхо­димо устанавливать политические, дипло­матическле и экономические связи. умертвить». В сентябре 1948 года Стефанов дал рас­поряжение Гевренову не выезжать из Со­фии, так как на 5-м с езде коммунистиче­ской партии ожидается перелом, который будет благоприятным для сторонников Трайчо Костова и поможет им быстрее ре­аПокурор Владимир вам Стефанов в связи с поведением Трайчо Костова на пленуме ЦК и заседаниях постова на пленуме Ц и заседаниях По­латбюро, а также по поводу его нападок на Георгия Димитрова, которые повели к обо­стрению заболевания Георгия Димитрова?о стрению заболевания Теоргия Димитрова? Подсудимый Иван Гевренов: Стефанов сказал: «Лучше было бы, если бы он умер и тем избавил нас от необходимости его ализовать цели заговора. няшнем утреннем заседании Верховный суд Народной республики Болгарии, рассматри­вающий дело государственного преступника Трайчо Костова и его сообщников, присту­пил к допросу подсудимого Ивана Гевре­нова, бывшего директора об единения рези­новой промышленности. Гевренов полно­стью признал себя виновным. Гевренов - выходец из кулацкой семьи, крупный про­мышленник. Гевренов давно знаком с под­судимым Иваном Стефановым. Они оба со­шлись на том, что им одинаково ненавист­на пролетарская революция. Когда царь Борис подписал указ о наз­начении Стефанова профессором торговой академии в городе Свищтове, показал Гев­ренов, он заявил: «Стефанов-безопасный коммунист. Он может быть профессором». В июле 1946 года Стефанов сообщил Геврепову о существовании заговорщиче­ского центра и рассказал о его целях и задачах. Стефанов сообщил мне, - сказал Гевренов, - что вовлекает меня в заговор по указанию Трайчо Костова. С Костовым вым и Кириллом Славовым посетил его в Центральном Комитете партии. - Когда мы вышли из Центрального Комитета,-показал Гевренов,- то по дороге поделились впечатлениями об этой встрече. Неболиев, Казанджиев и Славов отозвались о Трайчо Костове как о человеке, с кото­рым мы нашли общий язык.Я и раньше слышал от наших промышленников подоб­ные отзывы о Трайчо постове. Многие из них говорили следующее: «Если бы все коммунисты были такими, как Трайчо Ко­стов, то мы все, промышленники, также сделались бы коммунистами» (общий смех в зале). Как это видно из показаний, Сте­фанов возложия на Гевренова две задачи, именно: добиваться разложения коммуни­стов членов Союза промышленников и вербовать из их числа новых участников заговора. Таким путем в заговор были во­влечены Казанджиев и Михаил Герасимов, работавшие в министерстве промышленно­сти. Далее Гевренов перешел к описанию сво­ей вредительской деятельности в промыш­ленности. Инструкции и указания в этом отношении он получал от Кирилла Славова. Такие же инструкции и указания от Славо­ва получили Асланян из об единения шер­стяной промышленности, Стоян Тевекелиев из об единения консервной промышленности и Димитр Стоянов из об единения деревооб­рабатывающей промышленности.

Вечернее заседание 9 декабря Продолжение допроса Хаджи-Панзова СОФИЯ, 9 декабря. (ТАСС). На вечер­нем заседании суд продолжал допрос подсу­димого Хаджи-Панзова. Шпионаж в Болгарии, заявил подсуди­мый, первоначально был организован пос­ланником Югославии в Софии Николой Ко­вачевичем, советником Перо Манговским, первым секретарем Митко Зафировским и Перо Коробар и Перо Олиоловский. году по указанию югославского посла Димила Хаджи-Панзов занял пост отозванного Перо Манговского. Он устано­атташе по культурным вопросам Антоном Колендичем. Они вели широкую разведыва-Во тельную работу и вовлекли в нее Димитра Христова, братьев Боялцалиевых, Трайко Поп-Димитрова и Кирилла Николова. В 1947 году из Скопле в Болгарию был славской разведки. Для руководства шпион­ской деятельностью в Пиринский край бы­ли паправлены офицеры управления госу­дарственной безопасности Огославии Илья Пановский и Благой Петровский, а также вил связь с деятелем Центрального Коми­тета македонских культурно-просветитель­ных обществ в Болгарии Ангелом Дине­вым, который стал снабжать Хаджи-Пан­зова сведениями политического, военного и экономического характера. По личному распоряжению министра иностранных дел ПОгославии Симича, в Болгарии были спе­По-ораиованыдве молоежные бригады, которые также занялись разве­дывательной деятельностью. Хаджи-Панзова, Ангел Ди­указанию нев совершил поездку с разведывательны­ми целями в пограничные районы Болга­рии. В начале июля 1948 года Хаджи-Пан­зов и заместитель военного атташе Мила­тович, по распоряжению Ранковича, уста­новили своим агентам-шпионам ежемесяч­ную «зарплату» в сумме 15 тысяч левов. Кроме этого, шпионы Димитр Христов, Кирилл Соколов и Лука Джеров получили единовременное вознаграждение по 20 ты­сяч левов. В 1948 году, показал далее Хаджи­Панзов, когда я находился в отпуске в Белграде, заместитель министра внутрен­них дел Югославии Стефанович передал мне, что по решению правительства я дол­жен выехать в Болгарию, об явить себя там противником Тито и развернуть под­рывную работу среди югославских полит­эмигрантов. Вернувшись 27 ноября 1948 года в Софию, я приступил к выполнению полученного задания. время своей деятельности среди юго­славских политических эмигрантов я под­держивал связь с Моше Пьяде, от которо­го регулярно получал директивы. После опубликования резолюции Информ­формбюро и решений 16 пленума ЦК Болгарской компартии. Ввиду того, что ни­кто из ленов ЦК македонских культурно­просветительных обществ не согласилея подписать этот меморандум, Ангел Динев заставил подписаться под ним нескольких студентов-югославов. После этого меморан­дум был передан заместителю военного ат­таше Югославии Милатовичу. Об антинародной и антисоветской дел­тельности Грайчо Бостова, сказал далее Ааджи-Панзов, я узнал от посла Югосла­вии в Софии Цицмила в конце марта 1948 года. Цицмил указал, что Трайчо Костов ведет борьбу против руководства Болгар­ской компартий, возглавляемой Георгием о остовао еноя чо Костова и его тесные связи с Тито и другими югославскими руководителями, Цицмил подчеркнул, что победа Трайчо Ко­стова в Болгарии сказалась бы благо­приятно и на положении Югославии в случае такой победы, сказал мне авторитет Югославии неизмеримо возрастет и она займет положение первой страны на Балканах. С другой стороны, сказал Циц­мил, победа Трайчо Костова обеспечила бы нам самые близкие политические и эконо­мические связи с Болгарией. Хаджи-Панзов показал, что почти все члены югославского посольства в Софии занимались шпионажем и таким образом посольство превратилось в штаб-квартиру югославской разведки в Болгарии.

США ПРИБИРАЮТ К РУКАМ ТУРЕЦКИЙ ПОРТ ИЗМИр БЕЙРУТ, 8 декабря, (ТАСС). Газета «Сада-эль-Ахваль» пишет: «По сведениям, председатель общественного консультатив­ного совета управления экономического сотрудничества США Эрик Джонстон и представитель Международного банка ре­конструкции и развития Стюарт Мюссон подписали в октябре текущего года в Ан­каре соглашение, по которому США обязу­ются финансировать и руководить строи­тельством порта Измир. пере-Работы начнутся в начале 1950 года. По этому соглашению американцам выде­ляется в порту Измир специальная зона, где они построят склады,нефтехранили­ща и доки для американских военных ко­раблей, находящихся в Средиземном море».

мира по шахматам среди женщин Турнир на первенство конпресс Международной шахматной федерации поручил проведение турнира на мира по шахматам среди жен­щин шахматной секции СССР. Турнир состоится в Москве. Он откроется 19 декабря вЦентральном Доме Красной Армии. Оспаривать почетное звание чемпиона мира по шахматам среди женщин будут 16 сильнейших шахматисток мира, в том числе 4 шахматистки Советского Союза. Бол-Заявки на участие в этом турниро по­ступили от шахматисток Англии, Венгрии, Голландии, Германской демократической республики, Дании, Италии, Кубы, Польши, Соединенных Штатов Америки, Францип, Чехословакии. (TACC).

Допрос подсудимого Благоя Хаджи-Панзова Затем суд перешел к допросу подсудимо… го Благоя Хаджи-Панзова, бывшего совет­ника югославского посольства в Софии. Подсудимый признал себя виновным в со­вершении инкриминируемых ему преступ­лений. По окончании университета в Бел­граде и частной адвокатской практики, -- показал Хаджи-Панзов, - я вернулся в 1941 году в Скопле, где жил нелегально и участвовал в политической борьбе маке­донпев. В это время в Скопле начали прибывать люди Тито, которые были намерены при­брать к своим рукам македонскую компар­тию или, как ее тогда называли, «Окраин­ный комитет». Среди прибывших были Драган Павло­вич и Лазарь Колишевский, которые сразу же повели борьбу против бывшего тогда секретарем «Окраинного комитета» Мефо­дия Шатарова (Шарло). Они об явили его сторонником капитуляции перед болгарски­ми оккупационными войсками. В результа­те Шатаров был вынужден уехать в Бол­гарию, где в 1944 году погиб, будучи пар­тизаном в Пиринском крае. После от езда Мефодия Шатарова в ма­кедонской компартии началась чистка. По признанию Хаджи-Панзова, из партии из­гонялись сторонники Шатарова, люди Тито, прибывшие в Македонию, проводили бур­жуазно-националистическую, открыто вра­ждебную в отношении Болгарии, политику, Они стали принимать в партию людей с ярко выраженными проанглийскими симпа­тиями. Македонская компартия заполнялась людьми - сторонниками буржуазно-капи­талистического строя, настроенными анти­советски. В 1943 году, продолжал свои показания Хаджи-Панзов, в Скопле прибыл уполно­моченный Тито Светозар Вукманович, а перед этим, в конце 1942 года, в Скопле приехал Добривой Радосавлевич, нынешний министр финансов Югославии. После их прибытия проанглийские настроения среди официальных лиц приобрели еще более яс­ный характер. Люди, окружавшие Вукма­новича, начали открыто выступать в поль­зу Англии. В 1943 году по распоряжению ЦЕ ма­кедонской компартии и генерального штаба был образован так называемый инициатив­ный комитет для создания в Македонии на­родно-освободительных отборов (советов). Этот комитет, в который входил и я, по­казал Хаджи-Панзов, состоял из 8 членов. В сентябре 1943 года генеральный штаб, находившийся в руках генерала Светозара Вукмановича (Темпо), выступил с манифе­стом, в котором подчеркивалось, что осво­бождение Македонии возможно лишь в рам­ках Югославии. Инициативный комитет не согласился с текстом манифеста и зая­вил генеральпому штабу Вукмановича про­тест. Вукманович немедленно дал распоря­жение о роспуске комитета. - Весной. 1944 года, - продолжал Хаджи-Панзов, - мы прибыли в главный штаб Темпо, который находился в селе Стайовце, на реке Пчинья. Там нам сразу бросилось в глаза присутствие английской военной миссии в составе майора, лейтенан­та и сержанта. Все они были в английской военной форме. АДРЕС Английским офицерам в генеральном штабе Темпо оказывалось большое внима­ние, а представители болгарской компартии и Йорданка Чапкова, Благой Иванов Бай Иван находились в полной изоляции. Об этом распорядился Вукманович. В июле 1944 года в штаб Вукмановича прибыла и американская военная миссия, состоявшая из двух офицеров и одного сер­жанта. Когда прибыли американцы, парти­заны начали задавать вопросы генералу Темпо: «Почему нет советской миссии? В августе 1944 года, по решению рального штаба, я уехал на остров Вис, в верховный штаб, где находился Тито. Заехав в сербский генеральный штаб, на­ходившийся в горах, западнее Лясковеца, я увидел там много английских офицеров. Прибыв на остров Вис, я обнаружил, что он сильно укреплен. Повсюду я видел английские патрули. Я увидел также 20-25 английских самолетов типа типа «Спит­файр», украшенных югославскими флажка­ми. Мне сказали, что самолеты были «по­дарены» Тито англичанами для охраны острова. По городу расхаживали английские американские офицеры. Здесь же находи­лись и представители временного прави­тельства и национального комитета по освобождению Югославии - Тито, Джи­Когда Советская Армия перешла грани­цы Югославии, в штабе Тито наступили уныние и паника. Последовало немедлен­ное распоряжение об от езде в Югославию. В сентябре 1947 года Лазо Латинович главный секретарь министра иностран­ных дел Югославии, он же представитель управления государственной безопасности, сообщил мне, показал далее Хаджи-Панзов, что меня назначают советником посоль­ства Югославии в Софии. Мне сказали, я что, кроме дипломатической службы, буду заниматься и разведывательной дея­тельностью. В связи с этим я получил необходимые инструкции. Латинович зая­вил мне, что свою разведывательную дея­тельность в Болгарии я должен вести тер­пеливо и тактично и проявлять большую осторожность при секретных встречах C агентами. В своей разведывательной дея­тельности, сказали мне, я буду иметь то облегчение, что в Софии находится в ка­честве посла Югославии Ципмил, являю­щийся фактически начальником югослав­ской разведки. лас, Ранкович и др. Тито жил вне города в одной пещере, специально для него. Из пещеры он выходил очень редко и всегда в сопровождении Ранко­вича и сильной охраны. Перед его выхо­дом с улиц исчезали все люди, кроме английских и американских офицеров. В их обществе Тите видели часто. В конце марта 1948 года, - пока­зал Хаджи-Панзов, - посол Ципмил вы­звал меня в свой кабинет и сказал, что наступило время начать работу с помощью агентов, которыми до сего времени руково­дил советник посольства Перо Манговский, - Во время моей работы в югославском посольстве в Софии я видел по различным документам, что руководители Белграда и Скопле занимались разведывательной и пропагандистской деятельностью еще с 1945 года, сразу же после освобождения

Допрос подсудимого Ильи Боялцалиева вернулся в Болгарию, показал Боял­цалиев, и продолжал там работать до 1948 года. После появления в печати резолюции Информбюро оположении в югославской компартии я встретился в югославском сольстве с Хаджи-Панзовым, с которым был знаком с 1927 года. что необходимо усилить шпион­скую и подрывную работу среди македон­цев в Болгарии и настаивать на присоеди­нении Пиринского края к Югославии. - После того, как Хаджи-Панзов фик­тивно об явил себя сторонником резолюцииУже Информбюро, я, - продолжал Боялцалиев, - установил, 10 его совету, связьс Наумом Наковым, сотрудником югослав­ского посольства. Я, -- показал Боялца­лиев, - собирал данные об охране бол­гарской границы и вместе с другими шпионскими сведениями передавал их Науму Накову. После того, как Нау­ма Накова изгнали из Болгарии, на­чальник консульского отдела югослав­ского посольства в Болгарии Савич ового посоьстволтарии в моего брата Христо Боялцалиева и Наума елегатааоворуилимне продолжать ра­Накова. Они поручили мне продолжать боту в тесном контакте с Савичем. Две недели спустя, заявил Боялцалиев, я был арестован.ководителей Хаджи-Панзов настаивал на том, что­бы я приложил все усилия к тому, чтобы опорочить в глазах македонцев резолюцию Информбюро, и убедил их в правильности политики Тито. Василя Ивановского Мы возвеличивали Тито, раздували его роль. делал все возможное к тому что­бы воспитать партийные и военные кадры в духе ненависти к соседним народам и особенно к братским коммунистическим партиям. Темпо мне не раз говорил, пока­зал далее Ивановский, что Тито учит не ловерять коммунистическим партиям сосед­них стран. «Не обращай внимания на то, что это коммунистические партии», - за­являл ему Тито. B Скопле я работал редактором газеты «Нова Македония». На ее страницах я вос­хвалял Тито и популяризировал его став­ленников - Лазаря Колишевского, Любчо Арсова и других. Затем суд перешел к допросу подсуди­заявил, В августе 1945 года, показал Боялца­лиев, я ездил к своим родителям в город Гевгели, расположенный в Вардарской Ма­кедонии. Мой брат Христо Боялцалиев за­вербовал меня для работы в югославской разведке среди югославских и македонских политэмигрантов в Софии. По возвращении в Софию, продолжал Боялцалиев, я вел шпионскую работу по инструкциям и ука­заниям советника югославского посольства Благоя Хаджи-Панзова. Подсудимый рассказал, что в БолгариюЯ он прибыл из Югославии в 1931 году. В 1944 году, во время войны ему предложили вступить вряды бойцов народно-освободи­тельного движения. Однако он предпочел службу офицера в болгарском фашистском гене-оккупационном корпусе. мого Ильи Боялцалиева. Боялцалиев при­знал себя виновным по всем пред явлен­ным ему обвинениям. Боялцалиев развил активную вражескую деятельность среди македонской и югослав­ской эмиграции и превозносил Тито. 1946 году, при поддержке других атентов Тито, показал далее Боялца­иев меня побрали председателем маке­хопоких культурно-просветительных об­шеств в Софии. В это время я вторично поехал в Вар­оборудованнойо дарскую Македонию в качестве делегата на первый с езд македонского народного фрон­та. Там я снова встретился со своим бра­том Христо Боялцалиевым. Последний  Допрос подсудимого ниях. Во время второй мировой войны, пока­подсудимый, я оказался в тюрьмов Скопле. Бежав из тюрьмы, я присовдинил­ся к партизанам генерала Светозара Вукма­новича Темпо). После того, как Темпо убедился втом, что я являюсь сторонни­ком Тито, он предложил мне работу в аги­Последним был допрошен подсудимый Василь Ивановский. Он также признал се­бя виновным в пред явленных ему обвине-Тито тационно-пропагандистском отделе гене­рального штаба. Наша агитация и пропаганда ставила своей целью умалить успехи Советской Армии и скрыть ее великую освободитель­ную роль.

ПЕРВЕНСТВО СССР ПО КЛАССИЧЕСКОИ БОРЬБЕ ЛЕНИНГРАД, 9 декабря. (ТАСС). Сего­дня на зимнем стадионе начались финаль­ные встречи команд, участвующих в розы­грыше первенства Советского Союза по классической борьбе. В финал вышли бор­цы Москвы, РСФСР, Украины и Грузии, победившие своих конкурентов в предва­рительных встречах. противни-Проведенный сегодня первый финальный матч между сборными РСФСР и Грузии закончился с результатом 7:5 в пользу команды Российской Федерации.

Соревнования гимнастов столицы дирек-Вчера, 9 декабря, во Дворце физической культуры спортивного общества «Крылья Советов» начались спортивные соревнова­ния гимнастов на личное первенство Москвы. В соревнованиях участвует более 50 сильнейших гимнастов столицы. Среди нихабсолютные чемпионы ОССР по заслуженные мастера спорта Т. Камен­ская, Н. Серый. программе - классическое гимна­стическое шестиборье. Соревнования продлятся два дня. (TACC). Ответственный редактор П. МУСЬЯКОВ,

-  Государственное издательство «Физкультура и спорт» ПРИНИМАЕТСЯ ПОДПИСКА НА ФИЗКУЛЬТУРНЫЕ ПЕРИоДИЧЕСКИЕ ИЗДАНИЯ НА 1950 ГОД. Ежемесячный массовый иллюстри­рованный журнал . «ФИЗКУЛЬТУРА И СПОРТ» Подписная цена: на год 36 руб. на 6 мес. на 3 мес. 18 руб. 9 руб. Ежемесячный методический журнал «ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ» Подписная цена: на год 48 руб. на 6 мес. 24 руб. на 3 мес. 12 руб. Ежемесячный журнал «ШАХМАТЫ В СССР» Подписная цена: на год 48 руб. на 6 мес. 24 руб. на 3 мес. 12 руб. Подписка принимается в местных отделениях «Союзпечати» и на почте.

Американская печать о создании западногерманскойнью-йорк, армии НЬЮ-ЙОРК, 9 декабря. (ТАСС). Амери­канская печать продолжает публиковать сообщения об американских планах созда­ния западногерманской армии. Журнал «Ньюсуик» пишет: «Несмотря па настойчивые утверждения министра обороны Джонсона о том, что западные союзники не намерены в настоящее время восстанавливать немецкую армию, состав­ляются планы вербовки добровольцев примерно для 100-тысячной армии, коман­довать которой будут офицеры союзников».

Новые нарушения болгарской границы греческими войсками 8 декабря, (ТАСС). Секре­тариат организации Об единенных наций опубликовал текст телеграммы министра иностранных дел Болгарии Поптомова ге­неральному секретарю ООН Трюгве Ли от 5 декабря, в которой выражается протест против новых нарушений греческими ко­ролевскими войсками болгарской границы, В телеграмме говорится, что в полдень 26 ноября группа солдат греческого прави­тельства, численностью примерно в 15 че­ловек, заняла позицию на границе в ме­стечке Петчуза, приблизительно в 1,5 ки­лометра юго-западнее деревни Перица Неврокопской околии, и с провокационны-Девинской Утром 28 ноября греческий самолет пересек границу юго-западнее деревни ми целями открыла огонь из винтовок, автоматов и пулеметов в направлении де­ревни Перица. Оружейно-пулеметный огонь продолжался 3 часа 15 мин. Затем группа греческих солдат отошла в глубь грече­ской территории. 500 Болгарии примерно на 1 километр,совершив не­сколько кругов над деревней Кояре. Затем самолет возвратился в Грецию, перелетев через границу южнее деревни Воднипад околии. - доб. 00-48; отдел подписки - доб. 01-60;

РЕДАҚЦИИ и ИЗДАТЕЛЬСТВА: Москва, Большой Қозловский пер., дом 6. Телефоны: коммутатор К 0-26-80 ; для справок - доб. 02-87; начальник издательства  Г 17890. Типография центрального органа Министерства Вооруженных Сил Союза ССР «Красная звезда», Москва, улица Чехова, 16.

отдел писем - об. 01-71 и К 2-08-34 Зак, 3641