12 апреля 1944 г., срада. № 87 (5767). B

краснаЯ

зве Зда

K P bl

Передача самолета, построенного на средства колхозника Василия Конева 11 апреля. (От передача истре­бителя, построенного на личные средства колхозника артели «Большевик», Сталин­градской области, Василия Викторовича Конева, представителям Н-ской авначасти. Па заснеженном поле, поблескивая све­жей краской, стонт «Лавочкин-5». На са­молете надпись: «От колхозника Конева Василия Викторовича». По просьбе колхоз­Конева на самолете сделана еще одна надпись: «Имени Героя Советского Союза подполковника Конева Г. Н.». Подполков­ник Григорий Николаевич Конев пле мянник колхозника Қонева.

M

П

рол и в (От специального корреспондента «Красной звезды»)



Холодное, пасмурное утро. С высокого гребня Турецкого вала, на котором раз­местились наши наблюдательные пункты, как на ладони, видна лишенная расти­тельности желто-бурая равнина, На ней там и сям клочки тающего, пепельно-се­рого снега, нити пемецких траншей. Вид­ны и контуры города Армянска. Перед валом и позади него­многие сотни орудий различных калибров, готовые открыть огонь. Идет обычная артиллерийская пе­рестрелка. И, кажется, ничто не предве­щает близкой атаки, направленной на прорыв немецких укреплений, запирающих вход в Крым. Злесь ключевая позиция неприятеля. Сюда в начале ноября прошлого года под­ступили наши войска. Они внезап­ным ударом овладели тогда Турецким валом и наглухо замкнули вражес­кую группировку в Крыму. Немцы про­бовали выручить ее, но безуспешно. Но они вс же расочитывали удоржать за кий район, базу блота, отронный план­дарм для развития наступательных дейст вий на юге. Генерал Копрад, командую­щий северной немецкой групой, писал в

Возможность фланговых ударов здесь совсем исключена, и нашим частям, фор­сировавшим Сиваш, пришлось атаковать в лоб. В первый день на многих участ­ках были захвачены передние линии траншей и песколько ключевых позиций. На второй день наступающие наращивали удар. N стрелковая дивизия, действующая на одном из узеньких перешейнов, вочью перешла вород топкое соленое озероника утром, при поддержк танков и авиации, мастерски нанесла врагу удар в районе трех высот. К вечеру после упорного боя части этой дивизии захватили высо­ты и вышли к селу Томашевка. Дефиле пройдено, самое трудное позади. Другие части тоже дробят немецкую оборону, от­резают противнику пути возможного отхо­да и уничтожают его гарнизоны. В эти дни, штурмуя сильно укреплен­ную оборону немцев на Перекопском пе­решейке и южном побережье Сиваша, ты­сячни бойнов и офитеров Краспой Арини 1920 года, Гвардезц сержант Семен Ива­первым достигнувший вражеских тран­шей, был ранен, но не вышел из боя. погда у него кончились патроны, он по­добрал немецкий автомат н продолжал бой. Он застрелил. несколько вражеских пулеметчиков, захватил пулемет и два автомата. Когда вечером генерал награ­дил Иващенко орденом «Славы» и пред­тожил ему отправиться в санитарный ба­тальон, храбрый сержант попросил раз­решения уйти с ротой в бой. « здоров», -сказал он и снова пошел вперед. К исходу третьего дня боев части, на­ступающие на Перекопском перешейке, подошли к Ишуни. В это же время в тыл Ишуньским позициям вышли войска, таковавшие противника в районе Сиваш­ского межозерья. К утру 11 апреля наши войска пре­одолели все основные укрепления против­ника в полосе Перекопского перешейка, южного пюбережья Сиваша, Чопгарского полуострова. Укрепления немцев в этой полосе строились, главным образом, на множестве озер, проливов, лиманов. На расстоянии нескольких километров нашим войскам приходилось преодолевать всё это в тяжелых боях. Войска наступали через лиманы и озера. К 11 апреля всё этоо воз-сновном, уж позади. Перед па­ступающими всюду, за исключением от­дельных -участков, простерлась ровная степь, открылись возможности для на­ступательных действий более широкого масштаба круппыми силами. Чтобы не дать противнику притти в себя, нужно было нанести ему новые удары, и эти удары последовали один за другим на ряде участков. После того, как была прорвана оборо­на немцев в озерных дефиле на южном побережье Сиваша, наступающие вышли в район севернее Джанкоя. B были введены танки и мотопехота N сое­динения. Расчленив боевые порядки про­гириика, танковые и моторизованные ча­сти вырвались к наша авиания, Джанкою. В это время сопровождавшая танки,

(От специального корреспондента «Красной звезды»)

Это произошло штормовой ночью, не­сколько раньше нашего последнего на­ступления на Керчь. Ветер и тьма. Иногда над проливом вставал белесый, колеблю­щийся свет - немецкие ооветительные ракеты. При этом свете вражеские наблю­датели и часовые вглядывались в черную препасть пролива, по не замечали ничего. Между тем здесь, на таманском берегу, все приготовления были закончены. В пол ной готовности стояли в укрытиях мото­боты, катера, баржи. Изредка, среди гула ветра и грохота прибоя, слышались ко­послеопе-оаносимые полушепотом слова роткне, произносимые полушепотом сова команды. Самолет летит над кубанскими плавня­ми, Внизу бескрайные вязкие пространства желтого камыша да большие и малень­кие озера, где плавают стаи диких уток. Мелтые извилины реки Кубани; то здесь, то там мелькнет остроносый челн рыба­ка. Утреннее солнце озаряет этот пейзаж, и всё вокруг кажется тихим и мирным. Здесь прошла война, сюда вернулась пишина здесь плывет уже над наскоро сложенными крышами мирный дым печей, но земля, исполосованная траншеями, во­ронками, танковыми колеями, долго еще будет безмолвно рассказывать о свирепом напряжении боев, которые тут разыгры­вались. Внизу проплывает город Темрюк, ра­скишувщийся на склоне небольшой горы, самолет снова пересекает реку Кубань, и справа мелькает нечто голубое. Это Азов­ское море. Вот голубые пятна показыва­ются и слева. Это лиманы. Белые обшир­ные рыбальи селения вдоль берегов. Бли­Он возникают на горизонте с отчетливо различимыми, резкими контурамикрым­ских берегов и песчаными отмелями Та­манского полуострова. Самолет делает крут над отмелями, врезающимися в воду ост­рыми языками. Отсюда начался наш де­сант в Крым. В назначенный час в полной тьме на­чала бить паша артиллерия. Батареи даль­побойшых орудий обрушились на враже­ские позиции в Крыму. Свинцовые воды пролива окрасились в слабый оранжевый цвет. Темп стрельбы всё увеличивался. Стволы орудий накалились так, что крас­ка на них пошла пузырями. И вот сигнал. Катера, боты штурмовых десантных отрядов отшвартовались от таманских берегов. Их вели опытные офи­церы, участники не одной десантной опе­рации. Они шли в абсолютной тьме. Вол­ны захлестывали катера, штормовой ветер сбивалюдей с ног. Вспыхнули вражеские прожекторы. Пот­час они впивались в какое-нибудь суде­нышко, и сколько пи старалось оно увер­нуться, не выпускали его. По этому су­денышку, схваченному лучами прожекто­ров, били немецкие пушки, Судно проделывало всевозможные эволю­ции, стремясь уйти от ударов. Артиллерия большой мощности, бившая клубаТаманского полуострова, прижимала цев земле, гасила их прожектора, гро­мила их батареи. Под защитой таманских пушек, под вой снарядов, перелетавших пролив, десантники выпрыгнули на берег. Крым!» - крикнул сержант-сева­стополец Курков, одним из первых всту­пиший на землю. Раздался разрыв, и эхо покатилось по горам.«Здоровается ста­рик!» - удовлетворенно добавил он. Маленький отряд Куркова первым про­рвался через проволочные заграждения, опутавшие весь берег. Остатки этих про­волочных заграждепий, через которыз про­бились наши войска, можно видеть о сих пор. Волны пролива набегают на проволо­ку, столбы вбиты в землю, покрытую галькой и ракушками­Судно за судном подходило к береговой кромке. Заработали первые пулеметы: они хлестали по немецким прожекторам. Вот уже первые бронебойщики выпрыгнули на крымскую землю. Стягивали на галь­ку первые пушки. Начались рукопашные схватки. На крутых скатах, в траншеях, в глухой ночи, под адским ветром, среди скользящих отблесков обезумевших про­жекторов вспыхнули разрывы гранат, за­стучали автоматные очереди. Восток едва посерел, когда в воздухе раздался рев моторов. Это шли наши штурмовики. Они рванули по немецким батареям и огневым точкам. Как только стало светло, немпы броси­лись в контратаку, стремясь опрокинуть де­сант в море. Пехоте предшествовали тан­ки. Девятнадпать контратак продприняли немцы на этот первый десант. Девятнад­цать раз рвались вперед танки и девят­надцать раз отступали, оставляя на ка­менистой крымской земле черные костры металла с дымящимися хвостами. Девят­надцать раз грудью встречала горстка высадившихся в Крыму людей вражеский удар, и бессчетное число раз за этот хму­вый пепастный депь видел каждыйиз этих людей смерть перед собой, глаза в глазаA катера, захлебываясь в штор­мовой волне, подвозили и подвозили под­крепления, оружие, боеприпасы. Ветер валил баржи с боку на бок. Волны захле-

стывали людей, одежда обледеневала. Но катера, мотоботы, поптоны, тендеры, бар­жи шли и шли. Здесь вы услышите о многих замеча­тельных подвитах этих героев пролива. Вы услышите о мотоботах, таранивших немецкие торпедные катера,о матросах, механиках, рулевых, не раз нырявших в ледяную воду, чтобы освободить руль или винт от намотавшихся на них обрывксв­рыболовных снастей и тросов. Вам рас­скажут о командире тендера Панкове, ко­торый, будучи сброшен взрывом бомбы в воду и четыре раза ранен в грудь, до­плыл обратно до тендера и, сбливаясь кровью, довел свое судно до Крыма. Вы узнзете о поистине богатырских подвигах офицеров и бойцов, которые на обломках подорвавшихся судов подтягивали сохра­нившийся от взрывагруз к крымскому берегу. …Эй, друг, скоро отваливаешь? опраляшает о отвализнешь? моториста, стоящего за рулем катерка. - Прыгай, отходим! Стучит мотор, катер, ныряя, уходит в ночь. Он тянет тяжелую баржу. Кромеш­ная тьма над проливом. Тольно где-то да­леко-далеко вспыхивает и гаснет ситналь­ный огонек на крымском берегу. Сильный ветер продувает насквозь: околько ни ку­тайся, прохватит до костей! Люди на палубе баржи сбились в кру­жок и сидят, тесно прижавшись друг к другу. Это группа сержантов и старшин, возвращающихся в Брым из однодневной командировки. Курят в кулаки, в рука­ва шинелей, чтобы не было видно огня. Ведет разговор веселый старшина. рассказывает сначала о Севастополе, по­том о знаменитой «Малой Земле» под Но­вороссийском. Рассказывает живо, сбраз­но и в самых интересных местах оста­навливается, чтобы закурить, еще большо разжитая этим любопытствослушателей. пу, и побывал же этот человек в пере­делках. Воевал и на Пруте, и в Одессе, и в Севастополе, и под Моздоком, защищал Владикавказ, брал Новороссийск. ＿ Да ты кем в «пражданке»-то был? спрашивают его. - Я часовщик, - отвечает он, и все глядят на него с удивлением, потому что действительно трудно увязать представле­об этом человеке со столь мирной и тихой профессией. минометы.Огромные черные тени от «лампы» про­жат, изгибаются. Кажется, что всё кру­жится и пляшет вобруг. Взрывы бомб, удары зениток. Где-то справа ударяет одинокая зенит­ка за ней другая, третья. Сонмы разры­вов появляются в небе и плывут над про­ливом, следуя за невидимым самолетом. Голубое пламя вспыхивает внезапно дале­ко вверху и озаряет воду странным про­зрачным светом -Лампу повесил, - говорит один из пассажиров баржи. нем-День. Крымский берег. Вот и прича­лы, построешные нашими саперами под непрекращавшимся артогнем. Селение Ма­як, характерные крымокие дома, сложен­ные из белого камня. На гребнях высот автоматические зенитки, брошенные ном­цами при отступлении. Рыбачье селение Еникале с разрушенной старинной крепо­стью. Недалеко от берега, на грунте про­лива, немецкий корабль, развороченный нашей авиабомбой. Каменистая дорога ведет к Керчи, про­бегая среди небольших высотов. Керчь близка. Территория металлургического за­вода. Зияющие пробсины в цехах, разру­шенные мартены. Сохранившаяся, но поржавевшая домна какого-то рыжевато­красного цвета. Горы шлака и штабели металлических чушек. Вот позиции батареи береговой охраны. Сегодня здесь удачный день. Орудия ба­тареи разбили немецкую баржу. Шесть немецких моряков пытались спастись па лодке. Шторм вынес лодку к нашему бе­регу, и батарейцы взяли немпев в плен. Наблюдательный пост батареи находит­ся неподалеку. Свирепый ледяной ветер прохватывает трех людей, находящихся па посту, - двух наблюдателей и одного связиста. В стереотрубу наблюдателям от­четливо видны улицы Керчи, безлюдные, с разрушенными домами. Огоньки разрывов над улицами. Хлопья шрапнельных вспы­шек. Сльшна пулометная стрельба, то затихающая, то возникающая вновь ожесточенной силой. Но вот спова яростная дробь пулеметов. Начинают рявкать минометы, за ними пуш­ки. Это значит, что немпы пошли в очеред­ную контратаку. Наши бойцы встречают врага мощным огнем. Над Керчью взлетает огненно-черный клуб дымаи слышен глухой, сотрясающий землю взрыв: наша артиллерия подожгла немецкий снарядный склад. И еще долго буравят небо дымные воплески и долго сотрясается земля… Проходят дни, ночи ожесточенных боев, над городом восходит заря севобожде­и ния. КРЫм. E. ГАБРИЛОВИЧ.  

перешейке потребовал оообой продолжи­тельности артиллерийской подготовки. Бва с лишним часа здесь бушевал артиллерий­ский ураган невиданной силы. Опытный артиллерист полковник Амельчик, огля­дывая окутанное дымом поло боя, ска­зал, что подобной мощности огня он не видывал за всю войну. Сначала наша артиллерия вела огонь на разрушение, затем последовал интенсивный огневой налет на передний край, потом ложный перенес в глубину, второй огневой налет, спять перенос в глубину, третий огневой налет на траншен переднего края про­тивника. …Близится миг атаки, но пехота на­чала сближение с противниюом еще до тоо, нак взвилась в небо ракета, воз­ский и мивометный огонь еще бушует в конца артиллерийской подготовки, подни­маются во весь рост и по развороченной, дымящейся земле депями стремителько

Выступивший на коротком митинге, по­священном передаче самолета, колхозниж Конев сказал: - Воодушевленный победами героиче­ской Красной Армии, я внес из своих лич­ных средств 100 000 рублей и просил, что­бы на эти деньги был приобретен боевой самолет. Я рад, что моя просьба удовле­творена. Летчика, который будет на моей машиие промит вряга, пропу писатине Представитель авиачасти, принивший са­ствовавших на митинге, что советские лет­чики будут беспощадно бить врага до тол­ного его разгрома.

приказе по 49-му горно-стрелковому кор­пусу: «Мы должны защищать крымские позиции или мы все погибнем». бегут за огневым валом. Двинулись атаку танки. Сопротивление немпев первой линии траншей парализоване. Германское командование стало усили­вать группировку своих войск на полу­острове, подвозя в Крым морем и по воз­духу люлей, вооружение, боеприпасы. Вскоре эта группировка была увеличена на две дивизии. Одновременно немцы ук­репляли свою оборону на Перекопском перешейке, создав второй оборонительный рубеж в районе Ишуньских позиций, также возводили сооружения в районе Си­ваша. Позиции на перешейке и в неж озерных дефиле на Сиваше представляли собой весьма выгодные естественные ру­бежи обороны, которые можно щать сравнительно пебольшими силами. Однако неприятель построил здесь укрепления, глубоко эшелонировав проме­жуточные и тыловые рубежи, споясавшие всё межозерье от Армянска до Чонгара и Арабатской стрелки. Помимо нескольких линий трапшей, минных полей и прово­лочных заграндений, в районе меж­рыолнниымент рвы, заполненные водой. Вся оборона бы­ла сильно пасыщена огневыми средства­ми. О прочности вражеских дзотов можно судить по следующему факту. Чтобы раз­рушить один из этих дзотов, нашим ар­тиллеристам потребовалось добиться пяти пряхых попаданий. За такими укрепле­Через двадцать минут на команиный гункт приводят первую партию пленных немцев и румын с позеленевшиму страха лицами. Они сообщают, что почти все солдаты, находившиеся в первой ли­нии траншей, погибли. Так сокрушителен был огонь нашей артиллерии. Те же, кому довелось каким-то чудом уцелеть, увидев нашу пехоту в своих траншеях, подняли руки, не пытаясь сопротивлять­сяВраг был ошеломлен силой артилле­иоогооняНокое-е ообенно в быоширинскоокоесобенновмощь третьей линии траншей, оп успел прит­ти в себя, и его огневые точки ожилы. Своевременный под ем пехоты в атаку во многом решил успех дальшейших боев мощныесорпреидиях прадилей разгорелись упорные бон. Здарная сила нашей пехоты, отвата и мастерство бой­цов и офицеров сломили сопротивление немцев. Вскоре N часть ворвалась на ва­падную окраину Армянска. В этот мо­штурмовики наносили удары с луха по отновым позициям поменкой тя­желой артиллерии. Наша артиллерия не­прерывно сопровождала огнем наступаю­шую пехоту. Идея прорыва на Перекопском пере­шейке состояла в том, чтобы расолоть

Специализированный госпиталь для инвалидов Отечественной войны Инвалиды Отечественной войны, ваходя­щиеся ва излечении в госпитале, имеют возможность здесь получить не только квалифицированную хирургическую по­мошь и необходимое дечение в и необходимое лечение в послеопе рационный период, но и подготовить себя, к дальнейшей трудовой деятельности. B Московском специализированном эва­когоспитале проводится лечение раненых, нуждающихся в протезах. Госпиталь имеет хорошо оборудованные физиотерапевтиче­ское и механотерапевтическое отделения, свою лабораторию, мастерскую для изго­товления лечебных протезов. Раненые, поступающие в госпиталь, бе­рутся на специальный учет, для них орга­низованы производственно-технические кур­сы. Наркомзем СССР организовал в госпи­тале курсы колхозных счетоводов и бух­галтеров машинно-тракторных станций. По окончании курсов и получении ранеными новой квалификации Наркомат земледелия заключает с ними трудовые дотоворы, га­рантирующие им постоянную работу с пре­доставлением жилилощади и приусллебного участка земли. В госпитале созданы также курсы упра­вляющих домами, нормировщиков-диспет­черов для городского транспорта и другне Московским городским отделом народ­ного образования организовано обучение раненых по общеобразовательным предме­там в об еме начальной и средней школы, развернута работа по подготовке их к по­ступлению в вузы и специальные школы, проводятся индивидуальные занятия с ра­неными под руководством квалифицирован­ных педагогов. Открытие офицерского КАРЕЛЬСКИИ ФРОНТ, 11 апреля. (По телеграфу от наш. корр.). На-днях состоя­лось открытие вновь оборудованного офи­церского клуба. Первое офицерское собра­Джанкой.ибылопосвященоорганизапконнымво«Есть просам. Был избран совет собрания, в ко­торый вошли наиболее авторитетные и за­служенные офицеры. Совет назначил хозян­ком сфицерского собрания подполковника Анохина. Сейчас в помещении офицерского собра­ния развернута большая работа. К услугам офицеров - библиотека, хороший и свет­лый читальный зал, биллнард, шахматы, ателье бытового обслуживания. 

била по отступающему противнику, уве­личивая панику в его рядах. Штурмовая и бомбардировочная авиация нанесла так­сильные удары по станции Продвижение танков было настолько стремительным, что немцы не смотли за­держаться в районе Джанкоя, хотя и ока­зывали сопротивление. Наши части бы­стро овладели городом и станцией. Таким образом к концу дня наши ча­сти уже овладели значительной частью тероитории Брыма, расположенной в по­носе северное Пжанкоя. Онншен от немнар Майәр В. КОРОТЕЕВ. ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. (По телеграфу). также Ченгарский полуостров.

земле, овеянной славой героев Фрунзе. вых частей.

Справочная о местожительстве семей офицеров Офицер Палей долгое время разыскивал свою жену и трех детей, эвакуирсвавшихся в глубь страны. Но только на-днях ему удалюсь установить их точный адрес. Розыскать семью старшему лейтенанту Палей, как и многим другим офицерам, помогли в Финансовом Управлении Крас­ной Армии. Здесь ведется учет местожи­тельства семей офицеров, имеется прием­ная, куда ежедневно обращаются многие командиры и члены их семей. Благодаря богатой картотеке адресов, заведенной Финансовым Управлением, ты­сячи офицеров сумели выяснить, где нахо­дятся их семьи, о которых они длительное время не имели сведений.

Характер неприятельской обороны на В это время за Сивашем идут упорные боп на узких межозерных дефило. Гитлеровское командование и в прика­зах, и в других своих -документах не раз восхваляло свою керченскую оборо­ну, считая ее неприступной. Слодует ска­зать, что укрепления противника в районе Керчи, особенно в самом городе и па окраинах его, действительно отличались большой прочностью. Они создавались в течение долгого времени. Буквально на всех направлениях у немцев имелось много противотанковых и противопехот­ных препятствий и еще больше минных полей. Огневые средства пулеметы, артиллерийские орудия, минометы - как правилю, размещались в блиндажах тяжелым покрытием. Здания здесь также были превращены в огневые точки, Понятно, что для сокрушения такой обороны потребовались прежде всего большие усилия наших артиллерийских частей. Сосредоточив на основных на­правлениях достаточное количество ар­тиллерии и минометов, а также авиации, наши войска на рассвете подвергли вра­жескую оборону сильному обстрелу и бом­бардировке. Мощность огня была исключи­тельной. На ряде участков огневая систе­ма противника была подавлена уже в те­чение первых 30-40 минут. На окраине города, в районе рабочего поселка, совет-

На Керченском полуострове  По сообщению берлинского корреспон­дента газеты «Универсул», политические и военные немецкие комментаторы рассмат­ривают движение по отрыву германских войск от противника, как новый вид не­мецкой стратегии на Восточном фронте. Хотят спастись любой ценой: Фашисты думали нас сокрушить войной. Мы им отпор жестокий дали! Теперь они, нажав педали, Шут с ней с побитою спиной! Пусть погибают хвост и грива, Нутро б лишь было спасено! Однако ж и теперь дурацки и смешно Они бахвалятся - сколь эта мразь брехлива! - Своею новою «стратегней отрыва»! Подобный камуфлет и едко и умно Народ наш высмеял давно:

в Керчи стало заметно слабеть, когда наши подразделения начали быстро про­двигаться вперед на флангах. Тем временем другие наступающие части усиливали свои атаки на вражеские позиции, расположенные на окраине города. В результате многим под­разделениям удалось пробиться на улицы. Здесь наступающие встретились с сильно укрепленными опорными пунктами внутри самой Керчи. Завязались короткие бои, в которых наши бойцы и офицеры показали пе только мужество и самостверженность, но также умелую тактику уличной Мелкими группами они просачивались по узким переулкам, по дворам, пробирались к вражеским опорным пунктам, забра­сывали их гранатами и подрывали. Утром Керчь была освобождена от гитлеровцев. Выбив пеприятеля из города, паши ча­сти продолжали преследовать его. Нанося немцам огромный урон в живой силе и в технике, наступающие продвинулись на запад от Керчи до 30 километров и за­няли более 40 населенных пунктов. Майор Н. ПРОКОФЬЕВ. ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. (По телеграфу).

(От специального корреспондента «Красной звезды»)

ские артиллеристы уничтожили подавляю­щее большинство противотанковых пушек, пулеметных гнезд, минометных батарей. Многие минные поля также были подня­ты на воздух снарядами наших артилле­ристов. Такая артиллерийская подготовка сыг­рала серьезную роль в прорыве немецкой обороны. Она дала возможность нашей пе­хоте и танкам в первых же боях разгро­мить несколько опорных пунктов, кото­рыми прикрывался противник в Керчи, и прорвать все три сборонительные полосы. Многое сделали те наши подраз­деления, которые напосили удары целью выхода на пути отступления про­тивника. Прорвав немецкую оборопу, эти подразделения одно за другим начали просачиваться в глубину. Как только неприятель почувствовал угрозу его ты­ловым дорогам, он сразу же резко изме­нил свое поведение в городе. Здесь снова сказался страх немцев перед окружением, их чувствительность к фланговым ударам наших частей. Сопротивление неприятеля

 борьбы.уральский военный округ 11 апреля. (По телеграфу). Закончил работу семидневный семинар секретарей красно­армейских газет, созванный Политуправле­нием УРАЛВО при окружной гавете. На семинаре были прочитаны лекции: «Задачи военной печати в дни Отечественной вой­вы», «Вопросы боевой подготовки в газе­те», «Партийная жизнь и вопросы пропа­ганды на страницах газеты», «Вопросы культурного воспитания в газетах», «Ин­формация в газете», «Массовая работа га­зеты», «Литературная правка» и другие.

Демьян БЕДНЫЙ

ИСПЫТАННЫЙ ПРИЕМ 

- Ты что пыхтишь-кряхтишь так, Федя? - Да вот… Ух, ч-ч-ор-р-т!… Поймал медведя! - Медведь большой ли? С корыто жиру обещает! - Крупный, да! - Ну, волоки ж его сюда! - Дык он меня не отпущает! ＿ Захват врага в кольцо - классический прием, И уважение к нему мы сохраняем, Так: мы - открыто признаем - В борьбе с фашистским вороньем Его охотно применяем. По существу прнем каков? Охват и - трепещи душа в немецком теле! Прием - вет спору, он не нов, Но до чего ж ҳорош на деле!

В КРЫМУ, Переправа артиллерии

через Сиваш, Снимок

нашего спец. фотокорр. А. Боровского,