8 июня 1944 г., четверг. № 135 (5815). 



КРаСНаЯ

З ВЕ З ДА

Расстановка партийных сил в танковой роте Танковый полк получил задачу под­держивать наступление пехоты. Мест­ность, на которой предстояло действовать, затрудняла применение больших танковых масс. Знакомя с театром боевых действий, особенностями обороны противника, командир полка предупредил офицеров, что придется действовать мелкими группами: ротами, взводами, а в отдельных случаях, возможно, п отдельными машинами. Всем присутствовавшим было ясно, что успех вомногом будет зависеть от степени ско­доченности экипажей, умения их действо­было и парторгу капитану Стражникову. Сразу же после совещания он решил проверить расстановку партийных сил в ротах, Из опыта прошлых боев парторг знал, , что от правильной расстановки партийных сил в роте зависит уровень партийно­политической работы, степень подготовки экипажей. Партийно-комсомольская про­слойка в полку большая, редкий экипаж, , гле не было двух-трех коммунистов. Это давало возможность хорошо поставить во­спитательную работу с бойпами каждой машины. Но кто ее будет организовывать? В недалеком прошлом это лежало на обя­занности парторга роты, Но практика показала, что парторг роты, а он, как правило, состоит в экипаже, отве­чает за определенный участок служ­бы, на поле боя часто отрывается от ком­мунистов. Экипажи часто выполняют са­мостоятельную задачу, и нередки случаи, когда коммунистов парторг долгое время не видит, не может проверить, как они действуют в бою, что делают и т. д. Воз­никла мысль - в каждом экипаже наз­начить группарторга, человока, отве­чающего за постановку партийно-воспита­тельной работы. Группарторгали назначи­ли наиболее подготовленных коммунистов, пользующихся авторитетом у личного со­става. Бой показал жизненность, целесо­образность этого мероприятия. Если рань­ше экішажи в период длительных сраже­ний были оторваны от событий страны, не знали положения на фронтах, не всегда знали, как себя ведут на поле боя това­рици, то теперь группарторги находили способ, чтобы достать оводку Совинформ­биро, узнать о действиях других экипа­жей и f. П. Поэтому не случайно капитап Страж­ников, придя в роты, в первую очередь проверил, во всех ли экипажах имеются группарторги, насколько правильно рас­ставлены партийные силы. Вместе с парт­оргами рот он подробно побеседовал с группарторгами о том, что они обязаны сделать, с тем, чтобы подготовить эки­пажи к боевым действиям в лесисто-боло­тистой местности. Грунарторги срезу же после совеща­омогать омандирам окилажейобо беседы о препятствиях, создаваемых про­тивником в лесу, о их преодолении, как с лучше ориентироваться, держать связь другими машинами, раз ясняли им по­личному составу рассказывает о героях бо­ев, о событиях на фронтах и в стране, про­водит беседы на различные темы из при­каза товарища Сталина № 70, связывая их с задачами, стоящими перед экипажем. Вместе с этим Иванов помогает команди­ру танка проводить разборы боевых дей ствий, на которых подводятся итоги ра­боты каждого члена экипажа, отмечают­ся педостатки и ставятся конкретные за­дачи. На одном из таких разборов командир танка сделал замечание радисту и осо­бенно остановился на недостатках его ра­боты. Группарторг собрал

Вооруженное столкновение между литовскими военными частями и немедкими войсками ,,СС  швед­Одновременно с этими событиями гестапо арестовало много литовских интеллиген­тов. Конфликт имеет следующую предисто­рию: с разрешення немцев генерал Плеха­вичус сформировал в феврале 14 литов­ских батальонов для поддержания порядка в стране и для борьбы с советскими пар­тизанами, оперирующими в Восточной Лит­ве. Литовцы считали формирование этих частей началом восстановления регулярной литовской армии, предназначенной для восстановления самостоятельности Литвы и для защиты страны от грозящих ей опас­ностей. Литовцы пред явили при этом ус­ловие, что немцы не имеют права пользо­ваться этими войсками в других местах. В каждом из 13 батальонов было по 750 человек. 14-й учебный батальон состоял из 1.800 человек. Немцы обешали также, что они откажутся от мобилизации литовцев для немецких войск. Тем не менее, немцы мобилизовали апреля контМы шкоПамепотеела полное курсантов. фиаско. После этого немецкая гражданская администрация постаралась заставить ли­товские батальоны войти в состав немецких войск «СС». Генерал Плехавичус отказал­ся. Немпы сообщили ему 13 мая, что ли­товские батальоны влиты в состав «СС». В тот же день Плехавичус посетил ге­В пот же дель Плехавинуе на и сообщил ему, что он распустит свои войска, если немцы будут настаивать на своем требовании. Когда Плехавичус по­шел к Гинце, он думал, что его вызвали  СТОКГОЛЬМ, 6 иювя. (ТАСС). В ских газетах опубликовано следующее со­общение Шведского телеграфного агент­ства с ссылкой на Берн: «Согласно сообщенно виленского вер­ховного комитета борьбы за освобождение Литвы, командующий местными литовски­ми военными частями, сформированными в феврале 1944 г., генерал Повилас Плеха­вичус и начальник его штаба полковник Урбонас были приглашены 14 мая в Кау­нас к немецкому полицейскому комиссару Литвы генералу войск «СС» Гинце. Оба офицера были немедленно арестованы и отправлены в Германию. Одновременно с о этим немцы окружили здание штаба литов­ских местных военных частей в Каунасе с намерением арестовать находившихся там

Началось!



Войска наших союзников высадились  поссилнаступление на побережьи Ла-Манша. Мы как бы слышим раскаты грома, и в них мы раз­личаем поступь истории. Мне хочется воскликнуть: друзья, в какие дни мы живем! Они перед нашими глазами незабывае­мые даты: 2 февраля 1943 года -- победа в Ста­линграде. 7 мая 1943 года - победа в Тунисе. 12 июля 1943 года - начало нашего великого наступления. в 6 ноября 1943 года - Киев. 2 апреля 1944 года -- Красная Армия Румынии. В этот светлый день солдаты Красной Армии с гордостью вспомнят былые горь­кие дни. Когда Гитлер напал на нас, гер­манская армия была первой армией мира. Немцы тогда не боялись ударов с Запада. Ла-Манш в те времена был для них Дюн­керком. Если Ла-Манш стал для немпев Гавром и Шербуром, в этом также за­слуга Красной Армии. Три года мы сра­жались против лучших дивизий Гитлера. Мы узнали всё - и горе, и смерть дру­зей, и пепел родного гнезда. Наши орудия пробили брешь в «атлантическом вале», ведь три долгих года мы уничтожали нем­цев, их генералов, их лейтенантов, их фрицев, их «тигры», их «мессеры», их веру в победу. Кровь России раз ела камни немецкой крепости. этим датам прибавилась еще одна: 6 июня 1944 года на песчаном побережьи Нормандии началась гигантская битва.край столько раз повторяли: «Если бы!»… Мы столько раз слышали: «Нака­нуне решающих боев»… Как хорошо, что это позади. hак хорошо, что решаю­щие бои начались!Забудем о сослагатель­ном наклонении. Нам больше не придется прибегать к глаголам в будущем времени. То, чего мы ждали, совершилось: начато на Германию с Запада. Плоский песчаный берег. Когда-то здесь были гостиницы, виллы. Парижане зато­рали на мирных пляжах… в часы отлива океан уходит очень далеко.он яростно кидается на землю, когда начинается при­лив. И прилив начался: рано утром ты­сячи транспортов подошли к французским берегам… Немцы изо дня в день твердили, что «атлантический вал неприступен». Может быть они думали воздвигнуть вал из ква­стливых слов, остановить союзников сила-будем ми генерала-от-радиовещания Дитма­ра? Слов нет, они укрепили, побережье Они знали, что союзники начнут насту­пление. Немцы хорошо приготовились. Но генерал Эйзенхауэр правильно оказал: те­перь не 1940 год. Еще один вал приказал долго жить, Снова доказана мудрость му­жества: оно опрокидывает все валы профызает все линии.ы Омаимной рои Сталинграда и Днепра гордятся сво­ими друзьями по оружию. Война перешаг­нула через Ла-Манш, и немцы в Герма-

нии уже чувствуют на себе ее горячее ды­хание. Рассвет 6 июня был пелегким для мпогих и многих. На землю войны выса­дились ткачи Манчестера, студенты Окс-

форда, металлисты Детройта, клерки Нью­Йорка, землепашцы Манитобы, эвероловы Канады. Эти люди пришли издалека, что­бы положить конец фашистской тирании. Солдаты, моряки и летчики Советской рес­публики хорошо знают, что такое вайша. Он изучили ее цвет и запах. Они помнят, как выглядит почь перед атакой. Обстре­лянные солдаты России честно, по-сол­латски, от всей души приветствуют своих боевых товарищей. В тылу у немцев высадились воздушные десанты союзников. В тылу у немцев весь французский народ. Зеленая Нормандия, пастбищ и яблонь, стала полем бит­вы. Но Франция не тольво театр военных действий, Франция это неукротимый на­род. Четыре года ждали французы этих дней. Теперь Рундштедт и Роммель узна­ют, что такое гнев Франции, Историки, описывая поведение французов в бою, не раз говорили о «furia francese» -- «фран­цузском неистовстве». Отступающим нем­цам придется на себе проверить эти сви­детельства лотописцев. Начинается облава на зверя. Немцы много толковали об окружении. Вот он, огромный «котел» - в нем Германия бу­дет кипеть, как грешники в сере. В июне 1942 года тазета «Дас райх» писала: «Конечно, война на двух фрон­тах была бы губительной для Германии, но прозорливость фюрера состоит в том, что он учел положение. Когда англо-саксы подготовятся к операпиям, Россия будет выведена из строя». «Прозорливый» фюрер оказался жалким слеппом. Союзники на­ступают. Россия - па переднем крае. Красная Армия - в Румынии, и никогда еще она не была такой сильной, как в преддверьи этого грозного лета. Немпы обожают всё «колоссальное». Их потрясает арифметика. Пусть они приза­думаются над цифрами: 4.000 кораблей, 11.000 самолетов. Теперь немцам придет­ся сражаться на нескольких фронтах. Надолго ли хватит у Гитлера и фрицев, и «тигров», и нервов? Когда я писал осенью 1941 года «Карфаген должен быть разрушен», это могло показаться вызовом судьбе, те­перь даже немецкий сопляк, и тот знает, что Карфаген будет разрушен, и что мы в Берлине. Часто говорят: «Переполнилась чаша». Да, переполнилась чаша нашего горя и горя Европы. Три года враг терзает нашу землю. Три года мы отдаем победе наших близких и нашу кровь. Время кончать с немцами! Наши танки рвутся к мостовым Берлина. Наши глаза летят на Запад. Довольно немцы топтали нашу зем­Повольно нонны тонтыаң нашу зок­зомзо. Гнов и налонда шират на­ши сердпа. Вот она перед нами, наша сестра, наша любовь победа. Илья ЗРЕНБУРГ. ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ИТАЛИИ

коммунистов экипажа, побеседовал с ними о выполне­нии Ком­офицеров. Офицеры оказали вооруженное сопротивление. При перестрелке было убито несколько офицеров. Остальных нем­цы взяли в плен. В ночь на 15 мая войска опытались обезоружить литовский ий на 1.600 человек и тадетено задач, поставленных командиром. мунисты обменялись мнениями и пришли к выводу о необходимости еще лучше изучать материальную часть танка. В итоге через небольшой промежуток

вре­мени добились безупречной работы каждо­в которой находилось 1.200 Бои продолжались до тех пор, пока ли­товцы не израсходовали все боеприпасы. Обе стороны понесли тяжелые потери. Пе­ред капитуляцией много литовских офице­ров покончили самоубийством. 7 литовских батальонов в районе Вильно были обезору­жены. Остатки 14 литовских батальонов. невежиса, были предупреждены во-время, так что им удалось бежать в леса, за­го члена экипажа и полной взаимозаме­ияемости. Старший сержант Иванов собирает ком­мунистов экипажа и по пругим вопросам их работы, связанной с боевой готовностью танка и с поведением того или иного козмуниста на поле боя. После одного из ооев командир танка, проверяя состояние машины, обнаружил, что комоомолец Пав­ленко небрежно отнесся к содержанию боеприпасов, и сделал ему замечание. Иванов нацелил экипаж па устрапение отмеченных недостатков.

хватив с собой всё оружие и боеприпасы. для новых переговоров».

ПИСЬМО бЫВШЕГО пРОФЕССОРА ВИЛЕНСКОгО УНИВЕРСИТеТА  мунисты желают сотрудничества с Совет ским Союзом. Есть еще польские демо­краты, которые желают этого. Они счи­тают несправедливым претендовать на украинские и белорусские провинции, где польское меньшинство составляет всего около одной пятой населения. Такие при­тязания вредны, ибо они стремятся об е­динить 8 млн. враждебно настроенных и мятежных украинцев и белоруссов с по­ляками, насчитывающими всего 21 млн., что не может сделать Польшу сильной». К несчастью, американская печать, пи­шет далее Завадский, до сих пор недо­статочно освещала взгляды польских де­мократов, в результате чего некоторая часть американских избирателей польского происхождения была введена в заблужде­ние небольшой, но крикливой группой не­разборчивых в средствах пропагандистов. Все разумные поляки должны осудить их НьЮ-ИОРК, 5 июня. (ТАСС). Бывший профессор Виленского университета д-р Богдан Завадский опубликовал в газете «Нью-Иорк геральд трибюн» 4 июня пись­мо, в котором пишет, что польские демо­тра­краты являются сторонниками сотрудни­В ГАЗЕТУ ,,НЬЮ-ЙОРК ГЕРАЛЬД ТРИБЮН 

В одном из боев был ранен помощник механика-водителя. На его место пришел старший сержант Сергеев. Группарторг дружески встретил его, рассказал ему о своей боевой машине, носящей имя люби­мого города-воина «Ленинград», сообщил о боевых делах экипажа, о порядках,

дициях, установившихся в нем. С особой теплотой рассказывал он о волевом и бес­чества между Польшей и СССР. Завад­ский осудил небольшую клику «неразбор­страшном командире танка, выход из любого положения. Старший сер­жант Сергеев, прииятый в боевую семью, страстно принялся за дело, приумножая традиции своих товарищей. находящем чивых в средствах пропагандистов», ко­торые стремятся ввести в заблуждение еамериканцев польского происхождения и американскую печать. Приводя выдержку из недавней передовой, в которой говори­лось: «Существуют народные польские Вторым важнейшим вопросом в расста­элементы, которые верят в сотрудничест­во с саже на жестких условиях, предложенных русскими», Завадский одо­бряет позицию газеты, но делает оговор­ку, что «советские условия не жесткие, так как русские предлагают взять линию повке партийных сил в роте является подбор заместителей парторгов рот. Важно здесь иметь заместителя из другого взво­да. Это

водить всем подразделением и ставить Керзона за основу переговоров». «Вопреки общему мнению, - пишет За­задачи перед группарторгами, агитатора­ми экипажей. В одной из танковых рот заместителем парторга был пазначен стар­ший сержант Миляев. В бою, в котором вадский, взвод действовал па труднопроходимой ме­стности, зампарторга выявил всех комму­нистов и комсомольцев в приданных под­разделениях и назначил в них парторга­силами

вредную политику. - не только социалисты и ком­ТИХОМ ОКЕАНЕ ВОЙНА НА ЛОНДОН, 7 июня. (ТАСС). Штаб об - единенного командования вооруженными союзников в юго-западной части

другие военные об екты на острове, Япон­цы безуспешно атаковали позиции союз­ников. лондон, 7 июня. (ТАСС). Штаб коман­довання вобст сокоников в ОгоВостонной на рабова Кохя

низаторов. командир вовода по­биевую авдету, собрал группарт радакйо Тихого океана сообщает, что американские му Мокмер (остров Биок, севаро-завадное предложил провести беседы с коммуниста­ковала японские артиллерийские позиции и пур). ми в экипажах и группах.

Правильная расстановка партийных сил в роте дает возможность не только

ма II

ставленную задачу. Проведенная перед поднять качество воспитательной работы с наступлением работа с экипажами сказа­лась в бою. Полк успешно выполнил за­дачу. Сейчас в танковом полку группарторги стали решающей силой, они наряду с парторгами рот занимаются воспитанием экипажей и являются боевыми, помощни­ками командира. Вот как, например, стро­ит свою работу группарторг старший сер­жавт Иванов. В свободное время оп всему! коммунистами, но и способствует выра­щиванию новых кадров партийных руко­водителей, дает возможность охватить партийным влиянием весь личный состав. все это, в конечном счете, сказывается на поднятии боеспособности экипажей, а значит и на боеспособности подразделения части в целом. Гвардии майор А. КЛЕЩЕЕВ. ЛЕНИНГРАДСКИИ ФРОНТ.

ая

ЛОНДОН, 7 июня, (ТАСС). Главный штаб войск союзников в Италии сооб­щает, что войска американской 5-й ар­мии, форсировавшие Тибр, продвигаясь вперед, встречали до сих пор лишь сла­бое сопротивление. В настоящее время они развернулись веерообразно приблизи­тельно в 16 км. от Рима. Ожесточенные бои сейчас происходят северо-восточнее Рима. ЛОНДОН, 7 июня. (ТАСС). Корреспон­дент агентства Рейтер при штабе войск со­юзников в Италии сообщает, что немцы в беспорядке отступают севернее Рима и вос­точнее Тибра. Бронетанковые части и пе­хота союзников легко смогли переправить­ся через реку в районе Рима и разверну­лись на широком пространстве в 8 кило­метрах западнее города. Другие пехотные части и механизированные войска находят­ся по ту сторону Тибра, приблизительно на полпути между Римом и Остией. Французские части пересекли в Тиволи главную дорогу, ведущую из Рима в Пе­скару на Адриатическом побережье. Фронт английской 8-й армии сейчас про-

стирается на расстояние 70 миль и сомк­нулся с фронтом американской 5-й армии в секторе Рима. Части 8-й армии, насту­пающие к центральной части полуострова, встречают упорное сопротивление против­ника на горном участке, где немцы всё еще ведут бои в 30 километрах восточнее Рима. Войска союзников заняли Гуарчино (16 километров севернее Фрозиноне). Тан­ки союзникоз продвигаются к Серроне (на полпути между Гуарчино и Палестрина). На участке фронта у Адриатического по­бережья тихо. НЬЮ-ЙОРК, 7 июня. (ТАСС). Как пе­редает корреспондент агентства Юнайтед Пресс при штабе войск союзников в Ита­лии, во многих местах отступление немцев превратилось в беспорядочное бегство. 2 тысячи немцев сдались в плен быстро продвигающейся колонне английских войск, которая окружила немцев на восточном бе­регу Тибра. Сообщения с фронта свиде­тельствуют о том, что войска разгромлен­ной немецкой 14-й армии оказывают лишь очень слабое арьергардное сопротивление.

,0

.

I.

ДОМ ОТДЫХА ДЛЯ ОФИЦЕРОВ ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 7 июня. (По щадка для игры в городки. На берегу озе­телеграфу от наш, корр.). В N соединении открылся дом отдыка для офицерского со­става. Дом отдыха расположен в сосновом лесу на берегу живописного озера. Он пред­назначен для командиров рот, батальовов, полков, Каждый отдыхающий пробудет здесь 8 дней. К услугам отдыхающих офи­перов - клуб, библиотека, настольные иг­ры, свежие газеты и журналы. Рядом с клубом - волейбольная площадка, пло­с о что при­ко­том, в ра строится водная станция с вышкой для прыжков в воду и лодочная пристань. В дом отдыха прибыла первая группа офицеров. Среди отдыхающих - кавалер ордена Красного Знамени и двух орденов Красной Звезды капитан Поздняков, кава­лер орденов Отечественной войны 2-й сте­пени и Красной Звезды старший лейтенант Бакурин и другие.

ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, Казаки на отдыхе. Снимок нашего спец. фотокорр. старшего лейтенанта Г. Хомзора. Отрывки из романа Книга третья - Молодец! Молодец!-закричал Петр Алексеевич. - Гляди, что делает! Вот это адмирал! Бом кливера ставит! Фор стеньга стакселя, фока стакселя ставит! Триселя ставит! Эх, чорт! Учись, Дани­уйдет! - стонал лыч! Ох, уйдет, ох, Меншиков.

Алексей ТОЛСТОЙ

ванивает, но калитан обнадежил, что сельди и солонину есть можно. Войска обложили Нарву подковой, упи­раясь в реку выше и ниже города. На другой стороне реки точно так же был окружен Ивангород. Рыли шанцы,об­ставлялись частоколами и рогатками. Рус-

больше всего он надеялся на Шлиппен­баха, ожидавшего подкреплений, чтобы сделать русским жестокий сикурс. Стоял он на ревельской дороге, в городке Ве­зенберге. Это установил Александр Дани­лович, сам ездивший в разведку. Бездействовали и русские войска: вся осадная артиллерия - огромные сте­нобитные пушки и мортиры для зажига­ния города -- все еще тащились из Нов­города по непролазным дорогам. Без тя­желого наряда нельзя было и думать штурме. фельдмаршала Бориса Петровича Шеремет-ва вести были тоже не слишком бойкие: Юрьев он осадил, окопался, ого­родился, повел подкоп для пролома стены и начал метать бомбы в город. «Зело нам докучают шведы, - писал он в нарвский лагерь Александру Даниловичу, - по сие время не могу отбить пушечной и мортирной стрельбы пеприятеля; палят из многих пушек залпами, проклятые, сажа­ют враз по десяти бомбов в наши бата­реи, а пуше всего стреляют по обозам. Так жебъемся - не можем достать язы­ка из города, только вышло к нам тва человока,чухны, ничего подлинно не знают, одно бредят, что Шлиппенбах об­належивает город скорым сикурсом…» Шлиппенбах был истино запозой, кото­рую налобилось вытащить как можно ско­рее. Об этом были все мысли Петра Алек­сеевича. Тогда ночью Меншиков не об­манул, - придя в шатер и выслав всех, даже Партова, опрассказал - какую придумал хитрость, чтобы отбить охоту у генерала Горна - налеяться на Шлип­пенбахa.Петр Алексеевич сперва даже рассердился «Опьяпу что ли придумал?…» Но, - походил по шатру, попыхивая трубочкой, и вдруг рассмеялся: А не плохо было бы одурачить херц, одурачим, ей ей - Это твое - «ей ей» - еще де­Гене-Мин

не rc­OM ло

ваша милость пишет о фаворитках, - он ехал крупной рысью в сопровождении полуэскадрона драгун к морскому берегу. (В лагеь к Апраксину было послано за двумя пушками и гренадерами). Солнце жгло, как скорпион перед гибелью, Вер­телись пыльные столбы на дорогах. морской пелене полосами пробегали вет­ры. Черная туча выползала из-за помрач­ненного горизойта. И море, наконеп, дых­нуло в лицо запахом водорослей и рыб­ной чешуи. Ветер, усиливаясь, засвистал, заревел во все нептуньи губы… Придерживая зюдвестку, Петр Алексе­евич весело скалился. Он соскочил с ко­ня на песчаный берег, - солице в по­следний раз блеснуло из заклубившегося края тучи, стеклянный свет побежал по завивающимся волнам. Сразу всё потем­нело. Валы катились выше и выше, обдавали водяной пылью. Громыхающая истино сию горячку лечить нечем… Од­но, старайся с сими мадамками делать симпатию и альянс…» Дышать уже было нечем в слоях та­бачного дыма. Петр Алексеевич с брыз­гами подписал,- «Птр» и вышел из шатра в нестерпимый зной, Отсюда, с холма, была видна в стороно Наровы пыльная туча, поднятая обозами и вой­сками, передвигавшимися из лагеря на боевые позиции перед крепостью. Петр Алексеевич провел ладонью по груди, по белой коже, медленно, сильно стучало в сердце. Тогда он стал глядеть туда, где необ ятном стеклянном море отсюда не­различимые дремали корабли адмирала Пру, набвтые добром, которого хватило бы на всю русскую армию. Земля и небо, и море были в томлении, в ожидании, сстановилось само время. Вдруг черных птиц беспорядочно пронеслось ми­Петр Алексеевич задрал

писал

Долгорукий

B. Sul

Изменился ли ветер немного или в ский лагерь был шумный, дымный, пыль­борьбе с морем взяло верх искусство ад­мирала, корабли его, лавируя на штормовых парусах, понемногу стали опять удаляться за горизонт. Только три тяжело груженые барки продолжало нести на песчаные отмели. Треща, громыхая ре­ями, хлеща клочьями парусины, они сели на мель шагах в трехстах от бере­га. Огромные волны начали валить их, перекатьваясь,- смывали с палуб лод­ки, бочки, ломали мачты. А ну, давай по ним огонь, с не­долетом, для испуга! -- крикнул Менши­ков пушкарям. Пушки рявкнули, и бомбы вскинули воду близ борта одной из барж. В ответ оттуда раздались пистолетные выстрелы. ный. Шведы с высоких стен угрюмо по­глядывали. После шторма, разметавшего флот де Пру, они были очень злы и стреляли из пушек даже по отдельным всадпикам, скакавшим короткой дорогойОт через луг мимо грозных бастионов. По приказу Петра бочки с сельдями и солониной, выгруженные с барок, были на виду шведов привезены в лагерь, - за телегами, украшенными ветвями, сол­даты несли толстого голого мужика, об­мотанного водорослями, и горланили ско­ромную песню про адмирала де Пру и генерала Горна. Бочки роздали по ротам и батареям. Солдаты, помахивая вздетой на штык селедкой или куском сала, кри­чали: «Эй, швед, закуска есть!» Тогда шведы не выдоржали: затрубили в рожки, забили в барабаны, мост опустился, и, төснясь большими конями в воротах, вы­ехал эскадроп кирасир, - нагнув головы в ребристых шлемах, уставя широкие шпаги меж конскими ушами, они тяжело поскакали на русские шанцы. Пришлось, побросав добро, отбиваться чем попало,- кольями, банниками, лопатами. Началась свалка, потиялся крик. Тут кирасиры увидели драгун, мчавшихся на них с тыла, увидели лезущих через частокол страшных гренадеров и повернули коней обратно, лишь несколько человек ос­талось на лугу, да еще долго скакалп испуганные лошади без всадников и бе­гали за ними русские солдаты. старика. Помимо таких вылазок шведы не вы­казывали особеного беспокойства. рал Горн, - как передавали языки, -

Сокаль

войск

бытием русских роль Август опять восприял чрезмерную отвагу и хочет встречи на бранном пюле с королем Карлом, дабы с божьей помо­щью генеральной баталией взять реванш за конфузию при Клиссове. На это бе­зумство особенно подговаривают его фа­воритки, - их теперь у него две и его сделалось весьма беспокойное. Дмитрию Михайловичу Голицыну с вели­ки трудами удалось отклонить его от пемедленной встречи с Карлом (который, как хищный волчеп, только того и ждет) и указать ему путь на Варшаву, остав­ленную Карлом с малой защитой. Что из сего может произойти - одному богу из­вестно… Петр Алексеевич терпеливо слушал длинное письмо, губа его с полоской уси­ков поднималась, открывая зубы. Дерпув шеей - пробормотал: «Союзничек!» По­додвинул чистый лист, скребнул ногтя­ми в затылке, и, едва поспевая пером за мыслями, начал писать, - ответ Долго­рукому: «…Еще напоминаю вашей милости, чтобы не уставал отводить его величество короля Августа от жестокого и пагубного намерения. Он спешит искать генераль­ного боя, надеясь на фортуну - сиречь счастье, но сие точно в ведении одного всевышнего… Нам же, человекам, разум­что - суть на

ax

ны дак­ады

туча из конца в конец озарялась мутны­Петр Алексеевич влез на лошаль и по­гнал ее в море. За ним с криками побе­жали гренадеры. Меншикову пришлось спешиться, - жеребеп заупрямился, - и он тоже зашагал в мутных волнах, от­плевываясь и крича: Эй, на барках! Прыгай в воду! Сдавайся! Шведов должно быть сильно испугал вид всадника среди волн и огромные уса­тые гренадеры, идущие на абордаж по грудь в воде, ругаясь матерно и грозя дымящимися гранатами. С барок стали прыгать матросы и солдаты. Они протя­гивали пистолеты и абордажные сабли: «Москов, москов, друг», и брели к берегу, где их окружали конные драгу­ны. Меншиков с гренадерами в свой че­ред забрался на барку, на резпую корму, взял на аккорд капитана,тутже снисходительно похлопав его по спине и вернув ему кортик, и закричал оттуда: Господин бомбардир, из трюмов по­ми вспышками, будто ее поджигали. Ос­лепила извилистая молния, упала близко в воду. Рвануло так, что люди на берегу присели, - обрушилось небо… Около Петра Алексеевича очутился Меншиков, -- тоже в зюдвестке, в курт­ке. - - Вот это шторм! Вот это - лю лю! прокричал ему Петр Алексеевич. Мин херп, до чего же ты догадлив - А ты сейчас только понял это? С добычей будем? Подожди, подожди… Лдать пришлось пе так долго. При вспышках молний стали видны совсем невдалеке военные и купеческие корабли адмирала де Пру,- буря гнала их к берегу, на мели. Они будто плясали, раскачивались голые мачты, развевались обрывки парусов, вздымались резные вы­сокие кормы с Нептунами и морскими ле­Казалось - еще немного и весь

стро поднимались прозрачные пленки об­лаков. Макаров!- позвал рить хочешь на десять ефимков? Макаров сейчас же вышел из шатра, востроносый, пергаментный от устало-- и бессонницы, с прямым ртом без улыбки, и потащил из кармана кошель: Как прикажешь, милостивый госу-

Абрр-

земле… Короче сказать, нерального боя весьма для него опасно, ибо в один час можно всё потерять… Не Петр Алексеевич махнул на него ру­кой: - Пойди, скажи Нартовы, чтоб подал нас всех, только от да ботфорты… меланхолию, удастся генеральный бой, боже, боже сохрани и его да и -его величество Август не шеприятеля будет ввергнут в но и от бешеных поляков, бра отечеству своему, будет со гнан и престола своего лишен… же ввергать себя в такое бедство? мне матросскую куртку, да зюдвестку Да крепили бы хорошень­Шторм будет лишенных до­знатный. Море всегда завораживало, всегда тя-

к

шево стонт… А не выйдет ничего? Не в шутку ответишь, куманек. будто бы сказал: «Русских я не боюсь, пускай с помощью своего Георгия-победо­Что ж, и отвечу… Не в первый носда осмелятся на штурм угощу их

киста икоги

лучше, чем в семисотом тоду…». Зерна, пороха и ядер у него было достаточно, раз… На олном ответе всю жизнь живу… ноДелай!

Для чего Что же нуло его к себе. В кожаной шапке, спу­щенной на затылок, в широкой куртке вами. разметанный караван прибьет к берегу.