11 июня 1944 г., всснресснье.

(5818).

№ 138



A C H A Я



 передовых позициях выми ветками. По длинному подземному­коридору бойцы прошли в соседний от­сек - «парное отделение». Огромная ка­менка, в которую был вмазан семидесяти­ведерный бак, полыхала жаром. Чувство­валось, что «банщики» не пожалели дров. У самых дверей стояли две бочки, до краев наполненные холодной водой. Верх­ний полок - место для любителей креп­кого пара - был чисто вымыт. На нем блестели поставленные в один ряд тазы, сделанные самими бойцами. Зашипела на каменке вода. Клубы го­рячего пара ударили в потолок. Трое бой­забравшись на верх, уже хлестали себя вениками, охая от удовольствия и поддразнивая товарищей, разместившихся влизу. С каждой минутой в бане станови-Весь лось жарче, шумнее и веселее. Где-то не­подалеку рвались вражеские мины, но в бане, казалось, никто не замечал грохота. они­Не холодно вам, орлы? - послышал­ся от дверей знакомый голос командира батальона. - Просим, просим к нам, товариш майор! - наперебой приглашали бойцы. …Когда батальон занял позиции в этом лесиетом районе, комбат в числе первых вызвал командиров санитарного и хозяй­ственного взводов.

Американские летчики Постепенно набирая скорость, бежит по взлетной полосе четырехмоторный воздуш­ный корабль. Проходит несколько се­кунд, -- и вслед за ним, гудя моторами, идет вторая такая же серебристая ма­шина, потом третья, пятая, одиннадца­тая, тридцатая… Это те самые «Летаю­щие крепости», массированные удары ко­торых обрушиваются на различные горо­да фашистской Германии и подвассаль­ных ей стран. Теперь, совершив перелет с авиабаз, расположенных в Италии, и попутно угостив врага хорошей порцией бомб, американские пилоты продолжают свои боевые операции с новых баз на советской территории. Проходит время, потребное на сбор всей массы кораблей в воздухе. Эскадрильи «Летающих крепостей» принимают уста­новленный приказом боевой порядок. Для нынешней операции командир «крыла» полковник Чарльз В. Лоренс из­брал плотный боевой порядок пескольких эскадрилий, причем самолеты идут в строю семерок. Пилотируя флагманский корабль в голове одной из ведущих групп, полковник дал по радио команду: - Лечь на курс… На боевом счету полковника Чарльза B. Лоренса числится несколько десятков дальних бомбардировочных операций. Вме­сте с штурманом капитаном Джонсом и бомбардиром старшим лейтенаптом Кол­ся в заблуждение противник. Его посты наблюдения сначала видят только «Лета­ющие крепости» и оповещают об этом си­стему противовоздушной обороны, «Му­станги» же появляются неожиданно для противника, когда боевой порядок его истребителей рассчитан для атаки, на­правленной только на «Летающие крепо­сти», идущие без сопровождения. Так и получилось в одном из бомбарди­рсвочных налетов, произведенных амери­канскими воздушными кораблями с со­ветских авиабаз. Група «Мустангов», ко­торую вел подполковник Честер Л. Слю­дер, появилась около «Летающих крепо­стей» как раз в тот момент, когда им грозила атака со стороны «Мессершмит­тов», «Мустанги» тотчас же отсекли нем­цев от «Летающих крепостей» и в счи­танные минуты сбили несколько враже­ских самолетов. В этой скоротечной схват­ке капитан Хогг точными атаками сразил два «Мессершмитта». Одного немца сбро­сил на землю и сам командир группы. Пока «Мустанги» Слюдера вели воздуш­ный бой, нескольким немецким истребите­лям всё же удалось прорваться к строю «Летающих крепостей». Они попытались атаковать группу, ведомую летчиком Лауэ­ром. Плотный боевой порядок бомбардиров­щиков дал возможность стрелкам открыть сосредоточенный огонь из многочисленных крупнокалиберных пулеметов, установлен­(От специального корреспондента «Красной звезды»)

советное забвленне черчилля РУЗВЕЛЬТА О ХОДЕ подводнон войны ЛОНДОН, 10 июня. (ТАСС). От имени Черчилля и Рузвельта опубликовано сов­местное заявление о ходе подводной вой­ны в мае, В заявлении говорится, что по­тери союзников в судах в мае месяце были значительно меньшими, чем за все другие месяцы войны. Потери союзников предста­вляют собой незначительную долю потерь, нанесенных германским судам английскими и американокими военными кораблями и самолетами, хотя торговый флот противни­ка очень невелик по сравнению с торго­вым флотом союзников. В действиях подводных лодок, говорится далее в заявлении, отмечается затишье, которое, возможно, свидетельствует о под­готовке к новому наступлению. Несмотря на то, что в море находится немного под­водных лодок, на каждое потопленное тор­говое судно сейчас приходится несколько подводных лодок, в то время как раньше каждая подводная лодка стоила потери значительного количества торговых судов. «Это следует приписать,-говорится в за­явлении, - бдительности и неослабным наступательным действиям наших англо­американских, канадских и других сил, на­правленных на борьбу с подводными лод­ками».

Баня на

НАЛЕТ НА БЕРЛИН ЛОНДОН, 10 июня. (ТАСС). В Лондоне об явлено, что английские бомбардиров­щики совершили в ночь на 10 июня налет на Германию и оккупированные ею терри­тории. Соединение самолетов «Москито»

Двум красноармейцам, посланным стар­шиной роты в батальонный тыл, работы хватило на всю короткую летнюю ночь. Бойцы привезли из соседнего леса дрова, распилили их, нагрели два полных бака воды, приготовили мыло, белье. Потом они облили водой раскаленные камни, что­бы сошел горький и угарный дух, и стали ждать посетителей. Первая группа в десять человек явилась рано утром. Пришел пожилой, усатый сер­жант Иван Иванович Федов, четырежды ранения вбоятшутливо уверявший своих товарищей, что каждый раз после бани он раз поцов, Прибыл красноармеец Алексей Иванов, участник боя горсточки наших разведчиков с тридцатью гитлеровцами. Явились стар­ший сержант Василий Трофимов, любители первого, самого горячего пара Шмаков, Чащин и другие бойщы. По дороге наломали свежих, с зелеными, еще клей­кими листками березовых веток. - Эй, банщики, не заморозьте нас! - Покрепче парку поддавайте! А то бу­дет вам баня от комбата!… Бойцы раздевались в первом отсеке блиндажа-бани. Стены здесь были выло­жены белыми березовыми поленьями, пол устлан пахучей хвсей и зелеными березо-

щую, с парком, - сказал им комбат. - бомбардировало Берлин. Даю вам неделю сроку. Действуйте. Лейтенант медицинской службы сандр Миронов и старшина Леонид Кор­шунов уже через пять дней доложили:

тинзом полковник участвовал лет. опытом. уста­каждого скоростью, ных на борту каждой «Летающей крепо­сти». Немецкие истребители, понеся поте­ри, отвалили в сторону и больше уже не повторяли своих атак. Однако вернемся к боевому полету, со­вершаемому сегодня. Проходит несколько часов, и на центральном посту управле­ния авиабазы уже получена краткая ра­диограмма. Командир «крыла» сообщил, что цель поражена и «крепости» легли на обратный курс. К моменту их появления возле авиабазы поднялись в воздух для встречного эскорта советские истребители. Кроме того, для контрольной разведки В район цели пошли «Лайтнинги» - амери­капские дальние разведчики. Наконец, над аэродромом появились пер­вые эшелоны «Летающих крепостей» и «Мустангов». Пока тяжелые воздушные корабли один за другим приземлялись и разруливали по стоянкам, «Мустанги» патрулировали над аэродромом. Часть из них, следуя традиции американских лет­чиков, отделилась от общего боевого по­рядка и проделала несколько фигур груп­пового высшего пилотажа. Это были те летчики, которые сбили сегодня немецкие самолеты. Идя четким, сомкнутым строем, самоле­ты один за другим выполняют горизон­тальные «бочки». Лица обслуживающего персонала - механики, вооруженцы, де­журные офицеры - следят за «Мустан­гами» и считают количество «бочек». С каждой фигурой растет напряжение. На­конец, пилотаж закончен. - 0 кэй! - экспансивно аплодируя и подбрасывая вверх пилотки, кричат на­ходящиеся на земле американцы. высоту, бомбардировщики, эскадрильи бомбардировщиков. Такой ме­тод, во-первых, позволит сэкономить нуж­ное истребителям горючее, потому что они Боевой день летчиков закончен. Они идут отдыхать. Штабные офицеры офор­мляют результаты полета. Вскоре из походной фотолаборатории приносят пер­вые контрольные снимки целей. Именно там; где было намечено по плану налета, всё затянуто клубами разрывов. Но како­во же действительное поражение об ектов? Эти сведения привозят возвратившиеся из разведки «Лайтнинги». Они засняли пель уже тогда, когда дым рассеялся. На сним­ках видны теперь большие воронки, за­метны разрушения военных об ектов, по­жары, бушующие в районе цели. кй! - одобрительно говорит командиру «крыла» один из советских авиационных офицеров, присутствующих на базе. Подполковник Н. ДЕНИСОВ. вылетают со своих баз позднее, нежели «Летающие крепости». Во-вторых, вводит­ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. a aшоссе H нопи

Алек-ВОЕКНЫЕ ДЕЙСТВИя В



- Баня готова. …Когда бойцы вымылись, в первом от секе - раздевалке - их ждало чистое белье и продезинфицированное обмундиро­вание. Дезинфекционная камера хитроумно что преследовать Заняты нее Чи­вита-Веккиа). Войска английской 8-й армии ведут бои оборудована в одном из соседних отсеков, а пореди отсека установлена жестяная с арьергардами противника восточнее реки Тибр. Взяты Мориконе (северо-восточнее печка, догонявшая температуру до 100 градусов. Рима) и Арсоли (северо-восточнее Рима). B Адриатическом секторе войска союзни­день из восьмой роты, ков форсировали реку Форо в нескольких расположен­ной на переднем крае, в 800 метрах от ба­тальонной бани, приходили пунктах. Заняты Гуардиагреле и Орсонья. ЛОНДОН, 10 июня. (ТАСС). Специаль­группами в 10-12 человек бойцы и офицеры. Через полтора часа они возвращались в свои ный корреспондент агентства Рейтер при штабе союзников в Италии сообщает, что на всем блиндажи и траншеи, раскрасневшиеся, до­вольные, и, как говорит сержант Федов, помолодевшие на несколько лет, Майор Н. ШУВАЛОВ. протяжении итальянского фронта союзные армии преследуют отступающие войска немцев. 5-я армия по пятам пресле­дует 14-ю германскую армию и очистила от противника сектор, простирающийся Снимок М. Пригожина. баню. соприкосновение с отступающими немцами. Официально сообщается, что 14-я герман­ская армия отступает из района севернее Рима «совершенно беспорядочно». Части союзников захватывают всё больше дезер­тиров и отставших. разведка. Он устроил засаду у переправы, СОСТАВ НОВОГО а одного красноармейца послал предупре­дить остальные подразделения. ИТАЛЬЯНСКОГО ЛОНДОН, 10 июня. (ТАСС). Агентст­Вскоре бойцы обнаружили вражескую разведку и встретили ее огнем. Немцы ки­ПРАВИТЕЛЬСТВА во Рейтер передает полученные сведения кабинета Бономи: Узковасоставе Либерал граф Казати - военный ми­нистр и министр авиации.Адмирал де Куртен остается морским министром. Представитель партии христианских демо­кратов Тупини назначен министром юсти­ции; коммунист Гулло остается на посту мннистра земледелия; представитель со­циалистической партии Ромита - министр общественных работ; представитель пар­тии христианских демократов Пронки министр труда; представитель «партии Сильента - министр финансов. вылазкаАльберто Чанка, вошедший в кабинет в качестве министра без портфеля, являет­ся бывшим издателем ежедневной римской газеты «Иль Мондо» и членом исполни­тельногкомитета «партии действия». Он председатель конгресса антифашист­ских партий в Бари. Другими министрами без портфеля назначены: граф Сфорца, профессор Бенедетто Кроче, лидер комму­нистов Тольятти (Эрколи), Сарагат, де Гаспери и Руини. Таким образом, среди министров без портфеля представлены все шесть антифашистских партий. Седьмой-- граф Сфорца - вне партий. Энрико де Гаспери является лидером христианско­демократической партии. нулись обратно к мостику, но здесь на­толкнулись на засаду. По команде бойцы открыли огонь из автоматов, бро­сили несколько гранат. Шестеро немцев было уложено на месте, а остальные по­бежали к речке, чтобы перебраться через нее вплавь. В это время разведчики захва­тывающей группы Дудыкин, Бахматов и Дымников поймали одного гитлеровца и притащили его в свое расположение. Через некоторое время немцы попыта­лись вести разведку на участке подраздействия» ления лейтенанта Синявина. Эта врага была тоже отражена. Она стоила немцам десяти убитых. Несколько раз пы­тался враг подобраться в эту ночь к на­шим позициям, но безуспешно. Потерпев урон, немцы вынуждены были возвращать­ся назад. В одном из таких столкновений пулеметчик Бандарев ранил убегавшего немца, а затем выскочил из траншеи, до­гнал его и захватил в плен.

Неудачи вражеской разведки

Медицинская сестра общественница C перзых дней великой Отечественной войны Роза Юльевна Димитрова ведет большую работу в N воинском госпитале. Она проявляет материнскую заботу о ране­ных воинах, ежедневно навещает их. Лю­бовь и уважение раненых воинов патриот­ка-общественница заслужила благородным, самоотверженным трудом. Не ограничиваясь общим уходом за ра­неными, она начала изучать медицину и экстерном сдала экзамен на операционную сестру. Часто Розу Юльевну можно ви­деть не только в палатах у постели тя­жело больных, но также и в операционной госпиталя, принимающей непосредственное участие в оперировании раненых. В сте­рильном халате и перчатках, с марлевой маской на лице, сестра-общественница по нескольку часов находится в операционной. Она быстро и умело подает инструмент, необходимый для оперирования, обслужи­вая одновременно по два операционных стола.

ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 10 июня. (По телеграфу). На одном участке фронта за­метно активизировались разведывательные действия обеих сторон. В частности, нем­цы не раз пробовали скрытно подобраться к нашим позициям. Однако советские вои­ны бдительно охраняют занимаемые рубе­жи, и неприятель каждый раз терпит не­удачу. В ряде случаев наши подразделе­ния не только отраждот вылазки неприя­теля и наносят ему урон, но и захваты­вают в плен немецких разведчиков. В одном месте на наше боевое охране­ние напало более тридцати немцев. Стрелки и пулеметчики встретили врага сильным огнем. Шесть гитлеровцев было убито, а остальные начали отходить. Тут же группа бойцов во главе с офицером Васильевым контратаковала врага и захва­тила одного немца в плен. В другом районе группа наших развед­чиков, которую возглавлял младший лей­тенант Узков, отправилась в ночной поиск. Дойдя до речки, бойцы заметили только что перекинутый кем-то штурмовой мостик. Офицер Узков понял, что к на­Тшим позициям проследовала вражеская

Более 3.000 различных операций в гос­питале произведено с участием патриотки Розы Юльевны Димитровой.

ются первыми поселенцами, но еще много и землянок, и блиндажей, и утепленных шалашиков. - Писала я на фронт своему, он про­тив, - говорит хозяйка такого шалаши­ка, румяная, бойкая краспоармейка с та­ким веселым лицом, будто выпадало на ее долю одно хорошее. - Отчего же против?

сверху лесу стучит топор. Среди хаоса поваленных деревьев поет пила. На безлюдной поляне, вдали от чело­веческого жилья, высится братская мо­гила, убранная почти свежими цветами. Кто и откуда приходит к кей? Кто бере­жет ее для потомства? Спросил об этом. «Все ходят, - сказал подросток-пастух.- Проезжающие и проходящие, все ходят. Може, свой брат тут лежит». Слились с землей и бесславно исчезли в ней лишь «немецкие выселки» - клад­бища фрицев, - но почти у каждой де­ревни есть такие свалки в безымянных оврагах и балках, о них говорят с презре­нием, с пенавистью, как о местах гряз­ных, ни на что хорошее не пригодных. Аорошее слово: «немецкие выселки»! На б сохраниться ему века б сохраниться ему как названию сва­лочных мест за нашими городами и се­лами. Развалины немецких танков и пушек вмонтированы войной в нашу природу. Полуприкрытые березняком, заросшие мхом, они постепенно превращаются в брощеннойвойсковизениПригля-де-лая, низенькие курганчики, каждый со своей биографией. Реальные события и молодые легенды переплетаются здесь между со­бою, рождая новый фольклор и придавая всему уже давно глубоко мирному быту воинственный отпечаток. Несмотря на то, что не везде есть ра­дио и редко газеты … любая новость про­бегает по Варшавской дороге со скоростью телеграммы. Рассказысражениях, пленных так же естественны и необходимы здесь, как разговорыоработе селью, Воинственный дух дороги не замирает ни­где. Санитарные автомобили, бегущие со стороны фронта в тыл, обозы, идущие со стороны тыла к фронту, возвращенцы, солдаты-отпускники и выздоровевшие ра­неные, районные работники и, так ска­зать, коренное население дороги - ев ре­гулировочные посты и ремонтные группы, - составляют особый мир, жителей осо­бого города, - он растянулся на многие сотни километров и имя ему ВАД № 2. На его питательных пунктах и в его го­стиницах течет своеобразная жизнь при­фронтового «города», вытянутого в одну линию вдоль всего шоссе. Таких длин­ных дорог в Европе нет. Но, несмот­ря на свою длину, дорога живет жизнью улицы. Могилев и Бобруйск недалеки, До Березины можно по паль­цам пересчитать все об езды и мо-

стики, не за горами и Брест. Немало лю­дей из-под Кричева побывало - в не­мецкие дни за Бугом, они знают, что там сейчас творится. Шестнадцатилетний парень прибыл в прошлом году, как раз незадолго до от­ступления немцев, из Лейпцига, идя два половиною месяца по ночам без карты и компаса. - Вы теперь завяжите мне глаза, спу­тайте ноги, я эту проклятую Германию по запаху узнаю, подошвами почувствую. Сонный, я и то разберу, кто рядом - наш или немец. - говорил оп своим, со­бираясь в партизаны. Семидесятилетняя старуха, неграмот­ная, полуслепая, обнаружила в прошлом году уже после прихода Красной двух переодетых немцев и немедленно сообщила о них командиру красноармей­ской части. От горизонта доносится глухое ворчанье далекой капонады, кое-где лепечут зенит­ки, в воздухе шум самолета, а на земле никакой толчеи, никаких пробок, ни­чего такого, что бы подсказало сознанию, что мы вблизи фронта. Войска научи­лись быть невидимыми. Я их узнавать наловчилась,Организуйте рассказывает она. -А чего! У меня в хате вся Европа перебывала - и финны, и испанцы, и австрияки, и итальянцы. милые при-нюательные Пригля-де-лась я, милые, при-ню-ха-лась! у и ну. Теперь немец от меня хоть в любую одежду спрячется - я всё одно найду. Мне бы только ему в глаза по­смютреть - тут уж я сразу скажу - немец он или кто… Штабеля воинских грузов. Ящики, тю­ки. Семена, удобрения. Слышится речь­белорусская, польская, украинская, уз­бекская, русская. Вот обрывки невольно подслушанного разговора:

ОБРАЩЕНИЕ ПАЛЬМИРО ТОЛЬЯТТИ (ЭРКОЛИ) К ПАТРИОТАМ ИТАЛИИ АрмииВашей ближайшей непосредственной за­дачей является теперь немедленная органи­зация всеобщего восстания. Восставайте против немцев и фашистских предателей и гоните их вон из нашей страны! по всей Италии всеобщее восстание! Это является нашим долгом пе­ред родиной, нашей помощью Англии и США, проводящим в этот момент реши­операции, помощью нашим рус­ским братьям, которые в течение трех лет войны вынесли на себе всю тяжесть на­тиска противника. АЛЖИР, 10 июня. (ТАСС). Радио Бари передало вчера обращение Пальмиро Тольятти к патриотам районов Италии, оккупированных немцами. «Настал решительный момент, - заявил Тольятти, - для борьбы итальянских па­триотов против своих врагов. Вы должны приложить максимальные усилия к тому, чтобы нанести смертельный удар немцам и местным фашистам. Всеобщее восстание - вот вклад, кото­рый итальянские патриоты должны внести немедленно в общее дело борьбы с вра­гом… Становитесь во главе рабочих коми­тетов, организуйте население. Используйте для борьбы все средства, все виды ору­жия. Нападайте на немцев и на их италь­янских агентов, уничтожайте их. Исполь­зуйте отступление немцев! Возродите ге­роически традиции Гарибальди!» НОВОЕ ГРЕЧЕСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО КАИР, 9 июня. (ТАСС). В Каире офи­циально об явлено о составе нового гре­ческого кабинета министров. Премьер-ми-

Москва кончается в сущности за По­дольском. И почти сразу же начинается огромное поле отшумевшего сражения, идущее к западу вдоль пути на Малояро­славец, Медынь, Юхнов и Рославль - к Бобруйску. За линией фронта шоссе пере­секает Березину и через Брест выходит к Варшаве. Места звучные, памятные… Нет ни одного города на этой старой военной дороге, который не был бы вос­петто в летописях 1812 года, то в свод­ках Совинформбюро за годы Отечествен­ной войны, но есть немало и таких, что обессмертили себя дважды. Дорога эта, с тех пор как ее помнят русские люди, всегда приводила к побе­де. В сущности, это был кратчайший путь из Москвы не только к Варшаве, но С годами изме­нилось лишь в том смысле, что теперь из Москвы на Берлин не одна дорога, а больше. Овеянная славой 1812 года, стол­бовая Смоленская дорога, она же Можай­ская, ныне стала Минскою магистралью… За Подольском, за его чистенькими, точно выставочными огородами у каждого за его аккуратными улицами, по Первый звук рассвета вблизи Малояро­славца оказывается ревом трактора. Истерзанный город, составленный из от­дельных, почти не связанных друг с дру­гом кусочков, тесно окружен густо веле­ным морем озимей, темными полосами яро­вых. Огороды своей гофрированной отдел­кой украшают все пустыри между дома­ми, свисая даже по краям крутых овра­гов и прижимаясь к шоссе вблизи регу­лировочных пунктов. Огороды в садах, огороды на площадях, огороды вокруг са­раев, даже в палисадничках перед уч­реждениями и магазинами. На подокон­никах вместо излюбленной герани торчит рассада в ящиках из-под мин или в не­мецких касках. Деревни по сторонам шоссе, то чудом уцелевшие, то выжженные дотла и за­копавшиеся в землю, - безлюдны: все на полях. Изредка вприпрыжку промчит­ся мальчишка лет двенадцати с холшевой сумой за плечами - колхозный рассыль­ный или письмоносед. Он останавливает любую машину. По колхозной надобности! -- и смело лезет в кузов, будь это «Бюик» или кома, которым - это было в воскресенье - люди с лопатами и граблями в бу­«Виллис». Время от времени вдоль шоссе попада­шли иажных футлярах, напоминающими издали тенниеные ракетки, за рядами новых жи­лых домов, убегающих в открытые поля, другими деревнями и селами - ются груды мешков с картошкой и узлов с пожитками, охраняемые премлющими ребятами. Рядом горят костры. Женщины помоложе хлопочут у чугунков, постарше глазами почти сразу, без долгого предисловия, начинается окраина сражения, которое, шло летом 1941 года на - пасут поджарых коровенок с диких коней. На языке дороги это - возвращенцы. Немцы сняли их в свое вре­подобно лавине, восток, а зимой повалило с востока на запад. мя с насиженных мест и увели за собой. Отбитые от немцев где-нибуль на Моги­Точно гигантский ледник прополз по отим местам. Он изломал леса, разметал мосты, вдавил глубоко в землю деревни, размолол города. За два года сгорело столько деревень, сколько не сгорело, долж­но быть, за много веков. Немец хотел от­бросить Россию к дикой пещерной жизни, чтобы десятилетиями бродили мы одичав­шими толпами по выжженным равнинам, но вырубленным лесам. Этого не произошло. Не оказалось на свете силы, способной повернуть нас назад. С шоссе, бегущего к Варшаве, видно, как днем нарастает жизнь в левщине или отсидевшиеся от них в глу­хих лесных болотах, они сейчас же раз­вели на новом месте огороды, посадили картошку и только потом - сняв уро­жай -- стали потихоньку путешествовать в родные места. Полхозный плотник Павлов из-пол Мятлево, сбежавший от немцев на тер­ритории Белоруссии, возвращаясь домой, поставил двенадцать изб, восстановил че­тыро моста. Он говорит: -- Ребятишки про­сят: «Дедушка, сделай нам домик, хо­лодно нам в землянке». Ну, я не ирод. Обстраиваю народ, помогаю государству. с каждым местах, казалось бы, на век умерщвлен­ных. Деревни вдоль шоссе поблескивают но­выми срубами, точно места эти заселя-

- Да чего ж нам, сами подумайте, старую избу отстраивать? Пожили, слава богу, в ней. Теперь думаем получше до­мишко поставить, комнатки на четыре, по-городскому. А дело это сейчас пе под силу. Отвоюемся - тогда вот… Мысль о том, что после войны жизнь непременно должна стать еще лучше, чем была, волнует многих. Деревни возрожда­о пасто пвека ются часто на новых местах, а не там, где их столетиями держал помещик, а по­том привычка к родному месту, из низин они перебираются на высокие косогоры, от болот на берега рек, с проселка - к большаку. Иные деревеньки вдруг начи­паются, казалось бы, ни с того, ни с сего, возле сего, возле брошенной войсковой баньки или пустого интендантского склада с об­пирными навесами и полуподвалами. Это не случайность, а тонкий расчет, эконо­мия сил и времени. Интендантский склад­чишко - уже готовая колхозная кладо­сегодня хоз. А кстати рядом проходит военная доротажерданка».Опа тоже не должна зря пропадать, она удобнее, чем мокрый, горбатый проселок, и ее следует вепользовать как можно скорее обжить. «на все сто».





От «Красного Ручья» сохранилась всего одна изба, но табличка с названием де­ревни гордо поблескивает на стволе ста­рой березы, как раз напротив одиночки­избы. Хозяин ее - не довелось мне по­видать его лично почту за всех отсутствующих односельчан и отве­чает всем землякам на фронт. Пробовали к «Что ж деревне-то пропадать. һак я стерегу де­ревню, так о ней имеется понятие, а уйдешь­сотрется из вамяти, а людям, как верпутся, куда итти?…». Упрямый старик так и сторожит свою исчезнувшую, но живую в сознании лю­глухом, обкусанном 

Что на передном, не знаете? Шу­му что-то сегодня много. Нервы! У него? - Конечно. Бьет с утра в белый свет, как в копеечку. -Это хорсшо. По шоссе проносится грузовик с бой­пами юрожного батальона, лопатами, пи­нистр, министр иностранных дел, воен­ный министр - Папандреу; заместитель председателя совета министров - Вени­зелос; министр финансов и реконст­рукции - Қанелопулос; министр печати информации - Қарталис; министр об­щественного благосостояния - Лондос; министр военного флота - Милонас; ми­нистры без портфеля - Рендис и Сака­лис; министр просвещения - Скурицас; министр снабжения - Теотекис; министр юстиции - Паиос; министр торгового фло­та - Василпадис; заместитель министра иностранных дел - Драгумис; замести­[тель премьер-министра - Тамбрианидис дами. Они мчатся на ямочный ремонт - засыпать на шоссе лунки. П. ПАВЛЕНКО.