денабря 1945 г., среда.

5

№ 285 (6273).

кра сн а Я

Зве Зд а

3

Процесс главных немецких военных преступников в Нюрнберге казывают, что кроме инструкций судетские гитлеровцы получали для своей подрывной деятельности также и деньги: с 1935 го­да - по 15 тысяч марок ежемесячно ген­лейновской партии и по 3 тысячи марок берлинскому представителю этой партин. По мере приближения сроков нападения гитлеровские чиновники принимают непо­средственное участие в военной подготовке. Германский воздушный атташе в чехосло­вацкой военной форме ездит по Чехосло­вакии и выбирает аэродромы для герман­ских воздушных сил. Одновременно гитле­ровцы раздувают беспорядки в Судетах. Чехословацкое правительство принимает меры. Оно арестовывает, как это видно из официальных германских документов, 150 гитлеровских заговорщиков в Судетах, В ответ на это германское правительство без ВЕЧЕРНЕЕ ЗАСЕДАНИЕ 3 ДЕКАБРЯ «совершенно секретный» и датированный 21 октября 1938 года, гласит: «Будущие задачи вооруженных сил и приготовления для ведения войны, вытекающие из этих приготовления атаки. нет необходимости, состоянии бы задач, будут указаны мною в более поз­дней директиве. До тех пор, пока эта ди­ректива не вступила в действие, женные силы должны быть подготовлены для следующих возможностей: первое - обеспечение границ Германии и защита их против неожиданных атак; второе - лик­видация остатков Чехословакии, третье - оккупация Мемельской зоны». Обвинитель зачитывает только второй приказа, гласящий: «Ликвидация Чехословакни». Должно быть возможно в любое время разбить остатки полжны быть слеланы вооруженными си­лами для этой цели будут значительно

На суде и вне суда День за днем продолжается обстоятель­ная, терпеливая работа Международного Военпого Трибунала в Нюрнберге. Лишен­ный внешних сенсаций, процесс главных немецких военных преступников постепен­но во всех подробностях развертывает пе­ред миром мрачную историю Третьей им­перии. Мпогие стороны преступлений гит­леровских заправил уже исследованы. Но впереди еще много дела - сотни и ты­сячи документов, большое число свидете­лей. сТерманский фашизм был преисполнен лютой злобы ко всему, что носит печать своб свободы, демократ ратин ократии, человеческого стоинства. Он замыслил и осуществил преступный заговор против многих госу­дарств и обездолил миллионы людей всех национальностей. Нет почти ни одной значительнорныврооапризнал, страны в Европе, которая в той или пной степени не пострадала от гитлеровекой аг­рессии. Но мы, советские люди, присут­ствующие на процессе, гражданетой ст страны, которая понесла наибольший ущерб от германского нашествия, есте­ственно прислушиваемся с особым внима­нием ко всему, что касается нашей Ро­дины. И надо сказать, что слова «Рос­Разрушая и грабя европейские госу­дарства, Гитлер, фашистская партия, не­мецкий генштаб и гитлеровское правитель­ство с особенной ненавистью относились к Советскому Союзу и в любом своем сивном плане рассматривали положение также и с точки зрения будущего дения наСреди пред явленных об­винением документов мало таких, в ко­торых не упоминалась бы наша страна и наши народы. Вот, например, германский генеральный штаб составляет планы ок­купации Рейнской области. Это в другом конце Европы, но и в этом плане гово­рится о Советском Союзе. В плане «Отто» (нападение на Австрию)посвяща­ется абзац. Необходимость Австрии хозяй­ству Германни мотивируется, между про­чим, и тем, что «война на Востоке потре­бует много материальных затрат». В тек­сте «зеленого плана», направленного про­тив Чехословакии - Россия и Советский Союз опять склоняются по всем падежам. На всех совещаниях Гитлера, на совеща­ниях в генеральном штабе каждый говорит о будущей войне с СССР. Наш самый главный и самый ный противник - Россия, - повторяет Гитлер. - Нам нужно сокрушить Советский Союз и тогда мировое положение Герма­нип будет обеспечено, - вторит ему Ге­ринт. B немцах гитлеровцы воспитывали сызмальства ненависть к нашей стране. В самом факте существования Советского Союза фашизм видел угрозу своим пла­материальные средства для этой войны, тренировали свои армии на полях Европы и истытывали там свое оружие, прежде чем напасть на нас. Война на Востоке будет самой тя­желой, - предупреждал Кейтель армию, Она потребует от нас напряжения всех сил. Россия не Франция. Это надо иметь в виду всем господам командую­щим. Суд еще не рассматривал материалы советского обвинения, Но в силу многих причин, изложенных выше, буквально на каждом заседании речь неизменно заходит об отношении нацистов к советской стра­пе. Два дня тому назад перед судом пред­стал первый свидетель обвинения, бывший начальник второго отдела разведыватель­ной службы германского генерального штаба генерал-майор Лахузен. Это австрий… ский разведчик, с первого же дня окку­пации Австрии перешедший на службу в немецкую разведку. Он был вхож на са­мые секретные совешания у Гитлера, Ге­ринга, Риббентропа, И хоть сейчас Лаху­зен старается всячески подчеркнуть свое недовольство гитлеровцами и несогласие с их «методами» ведения войны, видно, что это опытный шпион высшего полета. I вот этот первый свидетель тоже боль­ше всего и дольше всего говорил о Со­ветском Союзе. Он расеказал о приказах до-Гитлера, о клеймении советских военно­пленных, о том, что во время поездки по восточному фронту ему приходилось ви­деть умерших от голода людей в лагерях для советских военнопленных, избитых, покалеченных красноармейцев. Лахузен что всё это делалось под руко­родством и по директивам германского верховного военного командования, в част­ности Кейтеля и Иодля. Значит, всё это делалось по дирек­тивам германского военного командова­ния? - переспрашивает главный совет­ский обвинитель тов. Руденко. - В какой-то мере, да, - выдавли­вает из себя Лахузен. Между прочим, Лахузен стал заметно слово для вопросов советскому представи­телю. агрес--Начальник смены или лагеря, отвечает свидетель. Кто решал, кому из военноплен­ных жить, кому умирать? -- спрашивает тов. Руденко. напа-Пропесс продолжается. Потребуется еще много серьезной работы, чтобы дать полную картину преступлений, совершен­ных подсудимыми, фашизмом. Но вне за­ла суда уже раздаются кой-какие голоса, что заседания, якобы, «стали скучными», «обвинение повторяется». Некоторые га­зетчики ищут сенсаций здесь, в Нюрн­берге и, на худой конец, придумывают их. Одна американская журналистка сообщила на-днях в свою газету, будто нацисты в Нюрнберге делают глубокий подкоп под лание суда и что с минуты на минуту ожидается взрыв. Из Америки сообщили, что двойной тираж номера, в котором оыла напечатана эта сногсшибательная повость, разошелся за три часа. ораторПюрноергские немцы стараются делать вид, что суд их не касается. опас-Геринг и Франк может быть в чем и провинились, - говорят нюрибержпы, а мы тут не при чем. Германия не виновата, что у нее нашелся один Геринг и один Франк. Точно такие же слова мы читали не­давно в одной немепкой газете, Кстати говоря, эта газета очень умилялась эпи­зодом, происшедшим недавно во время за­седания Трибунала. Американский обвини­тель читал стенограмму балконе в своей берлинской квартире, а Риббентроп находился в Лопдоне. Геринг инструктировал германского посла, как надо об яснять вторжение в Австрию. Инструкция наглая и нахальная. Когда обвинитель читал этот разговор, происхо­дивший 7 лет назад, Геринг и Риббен­троп рассмеялись. И вот немецкая газета расписывает этот смех на целый столбец, замечая, что «рейхсмаршал» и «рейхсми­нистр» смеялись как в былое время. «Приятные минуты пережил зал», добав­ляет репортер. Так подсудимые и втайно сочувствующие им проходимпы пепляют­ся за призрак прошлого, которое кануло разговора Теринга невозвратно. П. ТРОЯНОВСКИЙ. НЮРНБЕРГ, 4 декабря. (По телефону). О ВЫБОРАХ В АЛБАНИИ ляет корреспондент, - проявляли женщи­ны-избирательницы». Лондонский корреспондент газеты «Нью­Йорк таймс» сообщает, что во время выбо­ров в Албании царили полный порядок и спокойствие. Корреспондент отмечает вы­сокий процент участвовавших в голосова­нии. Корреспондент агентства Ассошиэйтед Пресс в Тиране также подчеркивает, что выборы прошли спокойно. (От специального корреспондента «Красной звезды»)

Этот меморандум в качестве еще одного НЮРНБЕРГ, 3 декабря, (ТАСС). Се­родня на вечернем заседании Международ­ного Военного Трибунала представитель американского обвинения Олдермен про­должал изложение обвинительных мате­рналов, касающихвя подготовки гитлеров­ских заговорщиков к нападению на Чехо­словакию. Он напоминает Трибуналу об Мюнхенском пакте. Как известно, 29 сен­тября 1938 года Соединенное Қоролевство и Франция заключили соглашение с Герма­нией и Италией, предусматривавшее уступку Германии Судетской области. Мир никогда не забудет Мюнхен­ского пакта и последовавшего за ме­ждународного кризиса, - говорит Олдер­мен. Олдермен подчеркивает, что об этом соглашении нельзя не вспомнить, чтобы не пережить вновь все ужасы войны. Гит­леровские конспираторы испюльзовали Мюнхенское соглашение, как трамплин для дальнейшей агрессии. Олдермен говорит, что, подписывая Мюнхенское соглашение, гитлеровские заговорщики разрабатывали пред являет Трибуналу документы, состав­ленные самими заговорщиками. 27 сентября 1938 года генерал Иодль записал в своем дневнике подробности плана нападения на Иодль, а погода может вызвать задержку авиации на несколько часов. Иодль пред­лагает начать атаку в 6 часов 15 минут (день выступления в записи не указывает­ся), независимо от военно-воздушных сил, которые могут начать действовать, когда им будет удобно. В этот же день, 27 сентября, Кейтель послал Гессу и Гиммлеру меморандум, в котором он сообщает им о приказании Гитлера мобилизовать все силы, в том чи­сле гитлеровские партийные организации, с тем, чтобы подготовка к выступлению осу­ществлялась точно в соответствии с пла­ном. доказательства вероломства гитлеровских заговорщиков передается обвинителем Трибуналу. Как следует из документов американ­ского обвинения, Гитлер приказал выдви­нуть на линию границы первый эшелон с тем, чтобы перейти в решительное насту­пление 30 сентября. Гитлеровские заго­ворщики делают последние и всесторонние приготовления к выступлению. Радиостан­ции в Дрездене, Бреслау и Вене переда­ются в ведение министерства народного просвещения и пропаганды. Геббельсу по­ручено поме помешать работе чехословацких радиостанций. Итак, нацистские армии, говорит Олдер­мен, находятся у границ Чехословакии и готовы наступать, однако военное насту­пление не проводилось изолированно. Ему предшествовала мастерски проведенная кампания, которая имела своей целью вы­звать неподчинение гражданского населе­ния чехословацкому правительству. Наци­стекие заговорщики в течение долгого времени применяли деньги, пропаганду и силу, чтобы подорвать сопротивление че­хословаков. немцев против Чехословакии». Суммируя обзинительные материалы, Олдермен заявляет, что подрывная дея­тельность гитлеровцев в Чехословакин на­чалась с первых же дней существования гитлеровской партии. В 1932 году руково­дители судетских гитлеровцев принимали 21 пункт программы германских гитлеров­цев. Они планируют открытое выступление. Их судят. В 1933 году руководители че­хословацких гитлеровцев об являют о ро­спуске своей партни, а сами бегут в Гер­манию, Но это - очередной маневр и об­ман. Гитлеровцы продолжают орудовать в Чехословакии подпольно. В 1934 году инструктор спорта Генлейн создает так называемый германский «Хайматфронт». Подрывная деятельность усиливается. Однако Генлейн отрицает какую-либо связь с германскими гитлеровцами и об - являет себя лойяльным чехословацкому правительству. О цене этих заверений можню судить по последующим событиям. 3 года спустя Генлейн и его последова­тели потребовали полной автономии Су­детской области. Они добиваются создания государства внутри государства. Еще год спустя чехословацкие гитлеровцы всё бо­лее наглеют. Они действуют по методу гитлеровской пятой колонны. Усиливаются террор, шпионаж и проникновение гитле­ровцев во всю жизнь населения Судетской области, особенно в деловые фирмы. Ген­лейновцы стараются привлечь на свою сторону директоров банков и фирм, под­держивая в то же время контакт с гер­манскими чиновниками. Гитлеровцы прово­цируют всевозможные инциденты, чтобы вести «войну нервов». Они ведут бешеную подрывную пропаганду по радио, заявляя, будто Чехословакия - это «гнездо боль­шевизма». Они не жалеют ни денег, ни оружия, чтобы держать страну в состоя­нии беспокойства. Гестапо пересекает гра­ницу, чтобы увозить чехов в Германию. Руководит всей этой подрывной работой германское посольство в Праге. Телеграм­ма германского посла в Праге от 16 мар­та 1938 года, адресованная германскому министерству иностранных дел, убедитель­но свидетельствует о том, что движение Генлейна было только инструментом гер­манских гитлеровских конепираторов и на­правлялось из Берлина. Даже речи судет­ских гитлеровских вождей правились гер­манскими властями. В упомянутой теле­грамме германский посол сообщает, что он «задал взбучку Генлейну» и получил от него обещание, что «линия германской внешней политики, так как она будет пе­редана германским посольством, является единственной политикой и руководством для тактики партии судетских немцев. Мои директивы будут соответствующим образом исполняться в публичной речи и пресса будет координироваться согласно моим указаниям». Взбучка Генлейну дала результат. Ген­лейн обратился к Риббентропу с письмом, полным всяческого низкопоклонства и уни­жений. Он называет его «высокочтимым министром иностранных дел», он клянется, что судетские немцы всеподданнейше бла­годарят Гитлера за внимание и клянутся, что они усилят и даже удвоят свое усер­дне на службе «фюреру». Генлейн слезно просит, чтобы его допустили на совещание, имеющее быть в Берлине и касающееся дальнейших действий в отношении Чехо­словакии. Риббентроп не оставил письмо Генлейна без внимания. Генлейна пригла­шают к Гитлеру на совещание, состояв­шееся 29 марта 1938 года. Генлейн полу­чает подробные инструкции. Последующие документы обвинения до-

должны держаться в готовности таким образом, что­они могли либо обеспечить безопас­ность границ, либо быть посланы вслед за атакующей армией. воору-Воздушные силы. Быстрое продвижение германской армии должно быть обеспече­но самым ранним уничтожением чешских воздушных сил. С этой целью неожидан­ная атака должна быть подготоалена аэродромов мирного времени Потребуют­ся ли для этого более значительные си­лы, будет определено только военным по­ложением в Чехословакии. В то же самое время должна быть подготовлена одновре­менная концентрация всех оставшихся во­17 декабря 1938 года Кейтель отдал приказ, касающийся «уничтожения остат­ков Чехословакии», в котором говорится: «Внешнему мару должно казаться, что де­ло идет только об акция умиротворения, а не о предприятии военного характера. Акция поэтому должна быть осуществле­на вооруженными силами мирного време Приказ подробно описывает, какие меры должны быть приняты, чтобы обмануть не только чехов, но и мировое общественное наскироваться под

всяких на то причин арестовывает в Гер­манни такое же число чешских подданных в меньшими, нем это предусматривалось кзеленым планом» (план нападения на Че­хословакию), однако они должны гаран­тировать постоянное и значительно более высокое состояние готовности. Организа­ция, боевые приказы и состояние готов цели, должны быть так подготовлены в мирное время для неожиданной атаки, что­бы Чехословакия была лишена возможно­сти организованного сопротивления. Об ек­качестве заложников и предупреждает, что за каждого расетрелянного в Чехосно вакии гитлеровца будет расстрлованких подданных. После короткого перерыва Олдермен продолжает развертывать детали немецко­во загонора против Чехословакии до Мюн: ленными документами, захваченными союз­никами в архивах штаба Гитлера и в гер­манском министерстве иностранных дел, Олдермен доказывает, что гитлеровское правительство фактически вело войну про­тив Чехословакии в течение лета и осени 1938 года. Так называемый «свободный корпус» Генлейна, созданный летом 1938 года, был еформирован и экипирован по приказу Гитлера, который распорядился дать генлейновцам австрийское оружие. В своем дневнике Иодль отмечает, что Гит­лер приказал верховному командованию вооруженных сил Германии принять этот «свободный корпус» на свое попечение. Несколькими днями позже он отмечает, что «свободный корпус» вызвал более 300 инцидентов на чехословацкой границе. В результате этой активности корпус Ген­лейна понес большие потери, За короткий срок генлейновцы потеряли, помимо полу­тора тысяч человек, всё свое тяжелое ору­жие. Дело пошло так плохо, что Гитлер распорядился пополнить редевшие ряды су­детских бандитов за счет германских эсэсовцев. Обвинитель цитирует приказ Кейтеля о том, чтобы два батальона из состава дивизии СС «Мертвая голова» не­медленно были передан рас «свободного корпуса» Генлейна, щтаб ко­торого находился на немецкой территории недалеко от Байрейта. Деятельность и состав «свободного кор­пуса» разоблачаются показаниями свидете­ля Бергера, бывшего оберфюрера СС, ко­торый был тогда офицером связи между корпусом Генлейна и штабом СС. Показа­ння Бергера даны в письменной форме. На этом основании защита пытается от­вергнуть этот документ, требуя вызова свидетеля в суд для перекрестного допро­са. Обвинитель возражает, указывая, что Бергер не является посторонним человеком, заявляет, что если защита хочет вызвать Бергера в качестве свидетеля защиты, она может сделать это. Что же касается обви­неңия, то оно удовлетворено письменным показанием. Суд, коротко посовещавшись, отвергает возражение защиты, добавив, что защита может вызвать Бергера в качестве свидетеля защиты, если найдет это жела­тельным в интересах обвиняемых. Суд ре­шает приобщить к делу показание Бер­гера, в котором между прочим разобла­чается подлинный характер так называе­мого «свободного корлуса» Генлейна. «При исполнении моих официальных обя­занностей при штабе Генлейна, - пишет Бергер, - я познакомился с составом и активностью свободного корпуса. Под командованием Генлейна были сформиро­ваны три группы. Предполагалось, что эти группы составлены из беженцевиз Судетов, которые перебежали через гра­ницу в Германию, но фактически они бы­ли составлены из германских подданных, служивших уже в штурмовых отрядах и нацистском мотокорпусе. Именно эти нем­цы образовали основу свободного корпу­са. На бумаге в свободном корпусе чис­лилось 40 тысяч человек. не знаю его действительный состав, но я уверен, что он был значительно меньше его числен­ности на бумаге. Корпус был вооружен винтовками Манлихера со складов немец­кой армии в Австрии. В дополнение в распоряжение Генлейна были даны не­большое число пулеметов, гранаты и два захваченных противотанковых орудия. Часть экипировки была дана Генлейну штурмовыми отрядами». Показания другого свидетеля, видного работника германской «службы безопас­ности» Альфреда Науйокса подтверждают, что «свободный корпус» Генлейна вел ши­роко поставленную разведку всякого рода по заданию командования германских во­оруженных сил. Обвинитель читает несколько приказов Кейтеля, показывающих, что, во-первых, обвиняемый Кейтель был одним из актив­нейших участников заговора против Чехо­словакии и, во-вторых, что генлейновский «евободный корпус» вливался в состав германской армии на время подготовки вторжения немецких вооруженных сил в Чехословакию. Неопровержимыми доку­ментами обвинитель доказывает, что гер­манская армия вела открытую войну про­тив Чехословакии в то время, когда гер­манское правительство лицемерно, двуруш­нически выступало в защиту так называе­мого немецкого меньшинства в Чехосло­вакии Одновременно германские войска готови­лись для вооруженного удара против Че­хословакии. Этот удар не состоялся, по­скольку вследствие Мюнхенского согла­шения Чехословакия была вынуждена от­дать немцам Судетскую территорию со всеми укреплениями. Обвинитель приводит выдержки из речи Гитлера, произнесенной им за несколько дней до Мюнхенского соглашения. В этой речи Гитлер давал торжественную клят­ву, что решение судетского вопроса удо­влетворит последнее территориальное тре­бование Германии. Он дважды подчерки­вает, что Германия не имеет больше ни­каких территориальных претензий. Однако через две недели после произ­несения этой речи и через десять дней после подписания Мюнхенского соглаше­ния, 10 октября 1938 года, Гитлер дает распоряжение составить план полного за­хвата Чехословакии. Через 11 дней это указание принимает форму приказа, под писанного Гитлером и инициалами подсу­димого Кейтеля. Приказ, помеченный, как

бы оборонительные мероприятия на западеного были полностью проведены. Детальные. задачи армии и воздушных плана нападения на Чехословакию включилось и министерство иностранных дел. В меморандуме о встрече Риббен­тропа с тогдашним чехословацким ми­сил следующие: нистром иностранных дел Хвалковским 21 января 1939 года рукой самого подсуди­мого Риббентропа дописаны следующие строки: «Я указал Хвалковскому, что быстрое уменьшение чешской армии было бы решающим для нашей оценки» (оценки добрых намерений чешского правитель­ства в отношении Германии). На этом вечернее заседание Трибунала закончилось.

 

Армия. Для неожиданной атаки должны быть выделены части, расположенные вблизи границ Богемии и Моравии, и не сколько моторизованных дивизий. Их чис­ло будет определяться количеством во­оруженных сил, оставшихся в Чехослова­кии. Должен быть обеспечен быстрый и решительный успех. Должны быть разра­ботаны способы концентрации войск и

УТРЕННЕЕ И ВЕЧЕРНЕЕ ЗАСЕДАНИЯ 4 ДЕКАБРЯ и поддержка которых дала Гитлеру то могу­щественное положение, которое он зани­мал. Это - люди, сотрудничество и под­держка которых сделали возможным суще­ствование нацистского правительства Гер­мании. Это - люди, умение и хитрость, старания и деятельность которых сделали возможным для Германской имперни рвать существующие договоры и заключать но­вые, а затем снова рвать их, свести ме­ждународные переговоры и дипломатию к простой комедии, уничтожить велкое ува жение к международному праву и его дей­ственность и пойти против народов мира для того, чтобы добиться господства, к которому они стремились как заносчивые члены самозванной расы господ. Если их преступления были в известном смысле преступлениями нацистской Германии, то они также виновны как отдельные лица, которые помогали, поощряли, советовали и обеспечивали и делали возможным совер­шение того, что происходило. Теперь, когда стим кошмаром покончено и мы начинаем размышлять над тем, как следует жить ничегоПравительства Соеднненного Королевет­ва и Британского содружества наций, которого они поставили себя в такое положение, когда они смогли совершать убийства и грабежи. Если бы история их «дипломатии», основанная на хитрости, иемерии и недобросовестности, рассма­тривалась как прецедент для поведения в сфере международных отношений, то по­следствия этого несомненно привели бы к гибели цивализованного общества. Без до­верия и веры между нациями, без уверен­ности в том, что подразумевается именно то, что говорится, и что обязательства бу­дут соблюдены, невозможна никакая на­дежда на мир и безопасность. Соединенных Штатов Америки, России и Франции, поддерживающие и выступающие от имени всех других миролюбивых наций мира, соединились поэтому для того, что­бы привести на скамью подсудимых на этом процессе инициаторов и проводников этой нацистской концепции международныхНЬЮ-ИОРК, отношений. Мы делаем это для того, что­бы эти подсудимые были наказаны за их преступления. Мы делаем это также для того, чтобы их поведение было вскрыто во всей его вопиющей безнравственности. Мы делаем это в надежде, что совесть и чув­ство добра во всем мире помогут людям понять последствия такого поведения и конец, к которому оно должно всегда не­избежно привести. Восстановим же снова здравомыслие, а вместе с ним и святость наших обязательств в отношении друг друга». НЮРНБЕРГ, 4 декабря. (ТАСС). Се­годня на утреннем заседании Международ­ного Военного Трибунала выступил англий­ский обвинитель Шоукросс, который поевя­тил свою речь анализу обстоятельств гер­манского нападения на Польшу, Югосла­вию, Грецию, Голландию, Данию, Бельгию, Норвегию и Францию. Выступление Шо­укросса продолжалось и на вечернем засе­дании. Шоукросс, приведя многочисленные юри­дические аргументы, показывает, что агрес­сивная война была определенным и явным преступлением против международного права со времени пакта Келлога от 1928 года и что Германия и ее главари должны быть признаны виновными в этом престу­плении. Шоукросс отверг утверждение о том, будто Международный Военный Трибунал опирается на «законодательство пост-фак­тум», подвергая суду обвиняемых за дей­ствия, которые якобы не были преступны­ми во время их совершения. Ссылаясь на многочисленные договоры между государ­агрессии. Государства осудили агрессивные войны. Никакой государственный или по­литический деятель, заявляет Шоукросс, не мюг сомневаться, начиная с 1928 года и впредь, в том, что агрессивная война, т. е. всякая война, за исключением веду­щейся в порядке самозащиты, во имя кол­лективного осуществления закона или же против государства, которое само наруши­ло договор, является незаконной. Между­народное право еще до того, как был при­нят устав Международного Военного Три­бунала, считал агрессивную войну пре­ступным актом, Таким образом в этом от­ношении в положениях устава нет существенно нового. Он просто возла. гает ответственность за преступления ясно устанавливаемую как таковую поло­жительным правом на его фактических но­сителей. Он заполняет пробел в междуна­родной уголовной процедуре. Шоукросс заявил, что нет такого опре­деления слова «агрессия», которое не охва­тывало бы во всех существенных деталях предумышленное покушение Германии на территориальную целостность и политиче­скую независимость большого числа госу­дарств. Обвинитель обрисовал агрессивные войны, проводившиеся Германией, в том числе нападение на Польшу, Норвегию, Данию, Бельгию и Голландию, Грецию и Югославию. «Вот в чем обвиняются, - сказат он, эти подсудимые, как прави­тели Германии, по разделу 11 настоящего обвинительного заключения. Это - люди,





  

АМЕРИКАНСКАЯ ПЕЧАТЬ 3 декабря. (ТАСС). Амери­канская печать сообщает, что выборы в Албании были проведены честно и органи­зованно. Корреспондент газеты «Нью-Йорк геральд трибюн» передает из Тираны, что выборы были «абсолютно справедливыми и голосование было тайным». Корреспондент сообщает, что во время выборов царило праздничное настроение, народ танцовал на улицах и пел: «Нас миллион, и мы против короля». «Наибольший энтузиазм, - заяв­Гане



Й З ВЕР И Н ЕЦ

ФА Ш И СТ С К И Гесс.

Зарисовки из зала суда Бор. Ефимова.





Геринг

Риббентроп.

Дениц.

2.-45 Коркаерг

Кейтель.

Розенберг.

Иодль.

Франк,