Но именно последние годы особенно остро чувствовалось отсутствие понимания как вообще необходимости в этом направлении пользоваться музыкой, так и тех методов, посредством которых мы должны эту задачу выполнять. Теперь директивы даны, и перед нами стоит задача—приложить все усилия к тому, чтобы провести их в жизнь, повернуть работу соответствующих учреждений на тот путь, который указан в резолюции и детализован в постановлениях секций конференции. Печатаемая ниже резолюция 1-й музыкальной конференции по докладу тов. Луначарского (см. 31 стр. настоящего № журнала) отражает установку партийного совещания по вопросам музыки при АППО ЦК, незадолго до конференции достаточно широко и глубоко обсудившего вопросы политики в области музыки и вынесшего по ним определенное решение. Каков же основной смысл этой резолюции и выработанных на ее основе постановлений? Первое, что констатирует резолюция — это то, что наша музыкальная жизнь переживает полосу классовых боев. Две силы противостоят друг другу. Один лагерь, это — реакционные группы, известные открытыми попытками утвердить свое господство в консерватории и опере. Сюда же примыкают и группы, протаскивающие под видом „достижений“ современную буржуазную или мелко-буржуазную, псевдо-революционную, упрощенческую музыку. Другой, противостоящий этому лагерь—выросшая рабочая музыкальная самодеятельность, пролетарские музыканты и попутнические, близкие рабочему классу, музыкальные слои. Вот истинная расстановка сил на музыкальном фронте. Второе. Резолюция недвусмысленно заявляет, что необходима преимущественная поддержка пролетарских музыкантов, усиление пропаганды их достижений и творчества, выдвижение их молодых кадров в опере, концертной работе, науке и педагогике. Третье. Всемерно используя в музыкальной работе силы специалистов, ставя их в наиболее благоприятные условия работы, необходимо одновременно. помнить о наличии среди них враждебных нам групп, о необходимости ‘борьбы с этими группами, о сохранении руководства в руках рабочего класса и о недопустимости передачи его в руки специалистов, свидетелями чего мы были, например, в Московской консерватории. Четвертое. Необходимо усиление внимания к музыкальной рабочей самодеятельности, обновление ее руководства, продвижение туда наиболее квалифицированного и идеологически близкого нам молодняка, усиление оказываемой ей материальной поддержки и помощь выдвижению ею в музыкальную школу своих кадров. Пятое. Все музыкальные учреждения это прежде всего культурно - просветительные центры, которые должны ориентироваться не на узкий круг музыкантовпрофессионалов и интеллигенции, но на широкую рабоче-крестьянскую массу. Отныне критерием для оценки деятельности радио, Софила, консерватории, ученых музыкальных учреждений явится степень удовлетворения ими культурных запросов этих широких масс. Совершенно очевидно, что проведение в жизнь этих положений потребует огромного напряжения сил, огромной работы, так как оно встретит и уже встречает на своем пути значительное сопротивление всех тех, кто отрицает наличие классовой борьбы в музыке, кто стоит за „гражданский мир“, за „достижения“ современной буржуазной музыки, за насаждение „хорошего“ фокстрота в рабочем клубе; всех тех, кто вчера еще „поддерживал“ ВАПМ путем удушения ее журнала, кто сегодня беззубо шамкает об отсутствии у ВАПМ каких-либо творческих достижений, кто травил и травит близких нам попутчиков, всячески тормозит организацию рабочих концертов, пролетаризацию музыкальной школы, обновление оперы и т. д. и т. п.