_x Постараюсь проиллюстрировать свои слова рядом примеров. Тов. Щепкин говорил об отсутствии ‘инструкторов, которые так нужны на местах. Но два года уже идет борьба за жизнь инструкторско-педагогического факультета консерватории, выпускающего столь нужных местам работников. Вопрос стоял именно о том, чтобы этот факультет закрыть и этих работников не выпускать. Дальше насчет концертного обслуживания рабочей аудитории. Софил утвер-. ждает, что дефицит его, достигающий почти ста тысяч рублей, будет покрыт правительством. Но этот дефицит создался не из-за обслуживания рабочей аудитории, а, прежде всего, из-за бесхозяйственности, из-за дорого стоющего аппарата и т. д. Этот дефицит может быть покрыт фактически только за счет массовой музыкальной работы. Далее: у нас существуют ножницы в отношении поддержки молодежи. В то время, как рабфаковцы погибают от отсутствия помещений, инструментов, а порой и простой нотной бумаги (а без всего этого музыкантом не сделаешься), в это же время бросается не мало денег на поддержку так называемых „вундеркиндов“, посылаемых за границу Наркомпросом. Они болтаются за границей, приезжают, и мы не можем использовать их порой из-за их художественной непригодности и идеологической чуждости. Еще пример: т. Чичеров говорил о том, что у нас нет массовой песни. Правильно, но нужно обратить внимание на массовый отдел Гиза, ибо при другой политике мы все же имели бы большее количество массовых песен. У руководителей массового отдела Гиза хвостистская ориентация. Они считают, что массовая песня—это такая, которая „без специальных усилий“ становится достоянием масс. Товарищи, вспомните о какой песне идет речь, какой песни мы добиваемся? Конечно, речь идет не о жестоком романсе, не об уличной песне, речь идет о новой пролетарской массовой песне, которая неизбежно будет внедряться в массы, конечно, с некоторым сопротивлением, с некоторым усилием со стороны массы и со стороны нас, культработников, ибо пролетарское искусство не может сейчас мирно распространяться. Эту песню неизбежно надо будет насаждать и пропагандировать. Теперь о композиторах. Здесь некоторые товарищи говорили о том, что часть очень близкой нам молодежи порой творит произведения совершенно нам чужие. Человек как-будто бы нам близкий, а творчество—чужое. Это происходит оттого, что мы неправильно ориентируем, неправильно воспитываем нашу молодежь. Я приведу очень показательный пример, который в какой-либо другой области искусства не может найти себе места. У нас недавно исполнялось произведение современного итальянскогокомпозитора. Респиги „Пинии Рима“. По идеологии это произведение ярко фашистское. Это видно уже из программы, которой снабдил „Пинии Рима“ сам Респиги. Вот эта программа: yl. Пинии виллы Боргозе. Веселые игры детей под песнями виллы Боргозе. Танцы и хороводы. Наиболее резвые играют в солдаты и войну. Они опьянены собственными криками и свежим воздухом, как ласточки на закате дня. Наконец, они убегают. Картина сразу меняется. 2. Пинии у катакомб. В тени пиний у входа в катакомбу. Из мрачной ее глубины слышится скорбное пение. Оно усиливается, переходит в торжественный гимн и снова таинственно замирает. 3. Пинии на Яникуле. Легкое дуновенье ветерка. В ясном свете луны четко вырисовываются пинии. Слышно пение соловья. 4. Пинии на дороге Аппиа. Рассвет. Аппиа окутана дымкой. Одинокие пинии, как часовые, охраняют трагический ландшафт римской кампании. Неясно слышится беспрестанный ритм множества шагов. В воображении поэта вновь оживает древняя слава: под трубные звуки букцин приближается консул со своим войском, чтобы в сиянии восходящего солнца по священной дороге подняться к триумфу на Капитолий“.