соприкасающиеся с музыкой, обратили внимание на факт колоссального влияния так называемой „цыганщины“, фокстротчины и т. п. нэпманской гнили; все заговорили об этом, начали дискуссировать, появились определенные лагери— кто за „легкий“ жанр, кто против, кто занимал промежуточные позиции: я, мол, против, но не согласен с чересчур резкими формами борьбы. Расслоение взглядов, споры, —все это было чрезвычайно важно, так как содействовало активизации рабочего класса на музыкальном фронте, беспощадноинаглядновскрывало половинчатый, двурушнический, соглашательский характер борьбы некоторых организаций и лиц с нэпманской музыкой. Параллельно с этой борьбой и в полной связи с ней происходила активизация массового музыкального движения, вовлечение его в русло движения пролетарской музыки, его борьбы и творчества. Огромное значение для этого имело создание журнала „За пролетарскую музыку“. Вопрос об организации этого популярного массового журнала мы поставили еще в 1929 году, т. е. тотчас же, как только получили возможность издавать журнал „Пролетарский музыкант“. Мы делали его прежде всего доступным не только всякому рабочему— члену музыкального кружка, но и тому, который любит музыку, интересуется ею, аккуратно, скажем, посещает концерты ит. д. „ЗИМ“ стал таким журналом. Если вы прочтете те письма, которые посылали нам с мест в связи с выходом „ЗПМ“ (впрочем, многие из вас, наверное, сами присылали эти письма), то вы поймете, каким хлебом насущным явился этот журнал для низовых работников. Некоторые из них писали нам: до сего времени, когда я боролся с „Цыганочкой“, „Кирпичиками“ я зачастую выходил из спора с ребятами не то, что побежденным, но во всяком случае и не победителем, у меня не было определенного метода, убеждения, не было настоящих аргументов; теперь же, когда я прочел целый ряд статей, мне удалось в такой-то избе-читальне, в таком-то клубе переубедить группу молодежи, увлекавшуюся „Цыганочкой“, разагитировать её, добиться того, что эта группа молодежи перестала петь такието вредные песни. Начиная приблизительно с осени 1929 года, мы подошли вплотную к выполнению этих исторических задач. Что достигнуто нами по сегодняшний день и что еще осталось сделать? Организация массового движения пролетарской музыки Начну по порядку. Как только партийное совещание по вопросам музыки и Всероссийская музыкальная конференция закрепили за нами определенные позиции, как только мы получили журнал и в некотором смысле приобрели права гражданства в нашей в основном еще буржуазной музыкальной жизни, мы сейчас же организовали непримиримую борьбу с так называемым легким жанром в музыке. Эта борьба имела и имеет большое историческое значение, и так как именно это некоторые склонны недооценивать, я должен остановиться на этой борьбе. Говорят так: „Ну что же, очень многие и до этого ругали легкий жанр и всякую музыкальную пошлятину и вульгарность, так что заслуги РАПМа в этой области не так уж велики“. Товарищи, капитализм, социальное неравенство ругали многие, но только коммунисты поставили на практическую почву эту борьбу и добились конкретных результатов. Важно понять, что вся борьба некоторых интеллигентских кругов с так называемой „бульварной музыкой“ это было только вегетарианщиной, толстовчциной, это, если хотите, даже было в известном смысле внутренним разделением труда среди буржуазных музыкантов: я буду ругать этот жанр, а ты будешь насаждать его--вот какую форму носила эта борьба. Мы же поставили себе совершенно иные цели и действовали иными методами. Мы поставили эту борьбу на рельсы подлинной классовой беспощадной борьбы, мы совершенно не скрывали того, что в конечном счете мы добиваемся уничтожения этой продукции, прекращения ее издания и исполнения; . Встав на рельсы этой ожесточенной классовой борьбы, мы добились сразу же чрезвычайно многого. Прежде всего мы добились того, что рабочий класс, все обшественные организации, как-либо