Бои за перевод всего массового музыкального движения на более высокую ступень и втягивание его в русло движения пролетарской музыки еще впереди, ибо естественно, что когда этот вопрос развернется и станет вплотную перед каждым кружком и всеми кружками вместе, — мы будем иметь большое сопротивление. Mu будем иметь сопротивление со стороны части отсталых кружководов, которые привыкли к чисто исполнительским формам, мы будем иметь сопротивление и со стороны части отсталых слоев кружковцев. Эти последние элементы в большинстве своем состоят из совслужащих, а частично из той части рабочих, у которой еще очень сильна связь с деревней. Несомненно сыграют свою роль и моменты неправильного руководства самодеятельностью, имеющиеся в некоторых культотделах союзов, в домах самодеятельного искусства. Из всего этого ясно вырисовываются задачи: шире развернуть подготовку новых кружководов, больше освещать конкретные уродства, цеховую замкнутость и ограниченность, встречающиеся в работе кружков, уродства только пассивной исполнительской, (хоровой, оркестровой) работы кружков, уродства отсутствия учебы, Эти моменты нужно освещать совершенно конкретно (в таком-то кружке. делается вот то-то). С другой стороны необходимо шире развернуть освещение опыта работы лучших передовых кружков, искание новых форм работы. Гораздо больше внимания нужно уделить работе музыкальны хагитбригад, осветить. их опыт. Необходимо проникнуть в профсоюзную и наркомпросовскую прессу, не замыкаться только в своей музыкальнойпрессе, нужно помочь профработникам-культурникам понять и осознать необходимость новой полосы в работе самодеятельности, проникнуть на профсоюзные совещания по культработе, ставить там все эти вопросы. Необходимо добиться значительного увеличения тиража журнала „За пролетарскую музыку“, который сейчас расходится на 4-й день после выхода номера и который покрывает одну треть спроса. Необходимо далее организовать ‘новый журнал музыкальной учебы широких пролетарских кадров, Этот журнал, при непосредственном участии и руководстве профсоюзов, НКП и комсомола, должен быть живым руководителем и помощником музыкантов-кружковцев и одиночек из рабочего класса и крестьянства, которые еще не могут в силу целого ряда причин начать учебу в музыкальной школе. Основной недостаток журнала „Заочное музыкальное образование“ заключался в следующем: 1) вопросы музыкальной политики ставились вне всякой связи с учебой и зачастую подменялись политической трескотней, дублированием (недостаточно интересным и мало талантливым) статей, появляющихся в „П. М“.и „3. П. М. м; 2) музыкальная учеба велась оторвано от задачи повышения общего уровня музыкальной культуры кружковца, оторвано от его музыкальной практики, от текущей музыкальной жизни; 3) музыкальную учебу начинали с элементарных вещей, не понимая, что в огромном большинстве случаев рабочему-кружковцу чрезвычайно много известно из практики, что он ждет ознакомления с формой, с гармонией, инструментовкой на живых, конкретных, ярких, близких ему ‘примерах. Всего этого не было в „3. М, О“, все это должен дать новый журнал музыкальной учебы пролетарских кадров и опять таки радио. Но этого мало: наша обязанность дать этой широкой подымающейся волне музыкальной учебы новый учебник, музыкальный инструмент. Это — забытые участки работы. Мне кажется, что через музыкальную секцию и-та ЛИЯ Комакадемии мы должны поставить перед соответствующими учреждениями вопрос о неблагополучии на этом участке работы. Уже сейчас наблюдается настоящий голод в‘рабочей среде на музыкальные инструменты. Выпускаемые в ничтожном количестве инструменты ужасны по качеству. А в ближайшие годы потребуются многие сотни тысяч инструментов. Мы должны поставить вопрос, во-первых,