№ 6594

НО ВОСТИ дНЯ.

9

Нъсколько Словъ еологіи Въ прошломъ году профессоръ цюрих­скаго университета д-ръ Э. Мейманъ про­изнесъ публичную ръчь «о возникновеніи и цъли экспериментальной педагогики», въ которой, между прочимъ, сказалъ сль­дующія знаменательныя слова: «Научная педагогика, а сльдовательно косвенно и школьная практика стоятъ въ настоящее время передъ дилеммой: или усвоить себъ успъхи и результаты экспе­риментальнаго изсльдованія психологиче­скихъ проблемъ, или-же отказаться отъ названія науки и даже названія научнаго толкованія практическихъ данныхъ. Школь­ная-же практика должна ръшить вопросъ: надо-ли ей пользоваться въ важныхъ во­просахъ методами обученія и воспитанія обширнымъ и цъннымъ матеріаломъ но­выхъ познаній, примъняя его въ педаго­гическомъ смыслъ, или-же сльдуетъ ей представлять изъ себя (при оцъикъ, при­м ъняемой въ наши дни къ научному тол­кованію «практики») ни что иное, какъ практическую рутину». Ни для кого, конечно, не можетъ быть сомньнія въ томъ, какъ ръшаетъ эту ди­лемму самъ Э. Мейманъ, какъ за нимъ стараются разръшить ее и лучшіе изъ педагоговъ. Уже въ началь XIX въка на­учное стремленіе къ сближенію психоло­гіи съ педагогикой стало вполнъ опре­дъленнымъ, и въ трудахъ Гербарта выво­ды, добытые наукой о душъ человьче­ской, экскурсировали въ область педаго­гики. Съ тъхъ поръ педагогика неизмън­но пользуется данными науки, и въ нихъ все больше и больше чернаеть указанія для своего развитія. Дбло въ томъ одна­ко, что нъмецкая психологія, a вмъстъ съ ней и нъмецкая педагогика всегда бы­ли по преимуществу системами отвлечен­наго характера, носили на себі печать метафизической мысли, отръшенной отъ живыхъ наблюденій, не в ъдающей опыт­наго метода научнаго изельдованія, и велъдствіе этого разобщенной съ жизнью. Такой характеръ психологической науки, какое-бы значеніе онъ ни имълъ для са­мой психологіи, особенно вредно и тле­творно отражался на наукъ о воспитаніи, имъющей своимъ объектомъ совершенно неизельдованный міръ дътской души, тре­бующей особенно осторожнаго отношенія, налагающей въ школьной практикъ на воспитателя-педагога такія многоотвът­ственныя и сложныя обязанности. Само­наблюденія и наблюденія надъ душевной жизнью другихъ людей, которыми психо­логія пользовалась, какъ своими метода­ми и средствами знанія, ограничивались кругомъ психическихъ измъненій и коле­баній лишь созръвшей и установившейся души взрослаго человъка, а, между тъмъ, выводы, полученные изъ этихъ наблюде­ній, служили отправными началами и ста­новились принципами, которыми опред ъ­лялась система воспитанія дътей, въ сущности совершенно непохожихъ на насъ существъ. Отсюда и выходила вся ложь педагогическаго д ъла, вся без­плодность его направленія и безпочвен­ность самой педагогики, какъ науки. Успъхи экспериментальнаго метода и, въ частности, его примьненія въ области психологіи, не ограничились одними на­блюденіями надъ душой развившагося взрослаго человъка, - экспирементальная психологія стала завоевывать себь все мъста въ области больше и больше пе­дагогики, настойчиво опрокидывая старыя положенія метафизическаго воззрънія на дътскую душу и ища новыхъ данныхъ и новыхъ педагогическихъ теоремъ въ изу-

цифрахъ результаты этого изученія, со­ставляются графическія таблицы, произво­дятъ эксперименты надъ разными возра­стами, въ разныхъ обстановкахъ, въ раз­ныя времена года, дни недъли, часы дня… Не такъ давно, напримъръ, вышла замъчательная диссертація приватъ-доцента петербургскаго университета, A. II. Не­чаева («Современная экспериментальная психологія въ ея отношеніи къ вопросамъ школьнаго обученія», 79 таблицъ. 1901 г.). На западъ Эрдманнъ и Доджъ, у насъ А. Трошинъ выпустили свои изсльдованія о психологическихъ основахъ процесса чтенія и т. д. и т. д. Теперь при московскомъ педагогиче­скомъ обществъ учреждается особая ко­миссія при отдвленіи по вопросамъ се­мейнаго воспитанія, -педологическая. Проскользнувшее въ газетахъ извъстіе объ ея образованіи такъ и осталось толь­ко однимъ извъщеніемъ, никому ничего, однако, не объяснивъ, и только подало поводъ къ различнымъ кривотолкамъ, ко­торые, конечно, ничего, кром ь вреда но­вой комиссіи принести не могутъ и дурно отзовутся на судьбі д ъла, на отношеніи къ нему общества, въ частностн роди­тельскаго персонала, привлечь и заинтере­совать который составляеть немаловажную и не послъднюю задачу педологической ко­миссіи, такъ какъ она пресльдуетъ своей цълью не только распространеніе педологи­ческихъ знаній въ средъ обшества и родите­лей, но также-и это главное -дальнъйшую разработку педологической науки, а для этого ей естественно придется войти въ сношеніе съ родительскимъ персоналомъ.  

въ нихъ соціальнаго чувства, на тъхъ мо­тивахъ, которыми вызываются у нихъ ть или иные поступки, и т. под. вопросахъ. Занятія комиссіи будутъ посвящены ознакомленію съ существующими методами изслъдованія дътской природы и при ихъ помощи методической разработкъ отдъль­ныхъ вопросовъ. Впослъдствіи, такимъ образомъ, явится возможность собрать до­статочное число данныхъ для составленія психологіи русскихъ д ътей. Такимъ образомъ, педологія является тъмъ мостомъ, который соединяетъ опыт­ную психологію съ педагогикой, по кото­рому методы изслъдованія первой прой­дутъ въ науку о воспитаніи, и послъд­няя при ихъ посредствъ провъритъ свои

педологіи здьсь является американскій ученый Бернсъ, авторъ «Studies in Education, Earl Barnes», издаваемаго въ Калифорніи. Ему-же, главнымъ обра­зомъ, обязанъ своимъ существованіемъ журналъ «Педологистъ» («The paidolo­gist») и общество «Изученія дътской души». Въ Италіи педологическое изученіе со­средоточивается преимущественно около дочери II. Ломброзо, и хотя педологиче­скаго органа здъсь не выходитъ, однако, им ъется не мало отдъльныхъ, очень цън­ныхъ работъ. Во Франціи въ послъднее время орга­низовалось общество подъ руководствомъ лучшихъ педологовъ, между прочимъ, Компэйре и Бюйссона. Предъ тъмъ, какъ поставить посльд­нюю точку, не лишнимъ считаемъ сооб­щить, что засьданія комиссіи будуть но­сить характеръ публичный, что привлече­ніе интереса и участія въ обществ ь и среди родителей-составляетъ одно изъ пепрем ънныхъ условій успъшности и пло­дотворности работъ педологовъ и что ко­миссія предполагаетъ устраивать праздни­ки для дътей и организовать курсы для матерей. Пожелаемъ-же симпатичному пачинанію всякаго успъха, ибо въ немъ залогъ луч­шаго будущаго не для однихъ теоретиче­скихъ теоремъ, но и для насъ, для на­шихъ дътей, для живого дъла воспитанія живого челов ъчества. Пе. 

-Господь съ вами, и въ умъ ничего подобнаго не было. -Какая вы хорошая, добрая женщи­на! Видите, я былъ правъ, я угадалъ по вашему лицу, что вы женщина съ серд­цемъ, съ отзывчивостью. Я почувствовалъ пепреодолимую потребность откровенности. Вы внушаете такъ много довБрія, такъ много сознанія и успокоенія, что тебя по­нимають, сочувствуютъи жальютъ. Спа­сибо вамъ, милая, хорошая барыня, спа­сибо отъ всего моего больного, падорвал­наго сердца за эту невольную, хорошую 

Ген. Френчъ, командиръ 1 - го англійскаго армей­скаго корпуса, замъстившій уволен­наго ген. Буллера. ласку. Вы истинная женщина! 0, если бы ей чуточку вашей доброты и чуткости… Вы разр ьшаете закурить? - Пожалуйста, но только потруди­тесь открыть дверь,-попросила Зацьпина, только теперь вспомнивъ о всемъ непри­личіи замкнутой двери въ продолженіе чуть не двухъ часовъ. Она вся вспыхнула и смъшалась. Передъ ней вдругъ мельк­нули лица трехъ пассажировъ, могущихъ подумать о ней Богъ знаетъ что, благо­даря этой, вдругъ затворившейся двери. Сама не своя, вертъла она маленькіе ча­сики, смотръла въ окно и положительно не знала, что предпринять. Господинъ, погруженный въ собствен­ную задумчивость, не обратиль на нее вниманія. Раскрывъ портсигаръ, онъ вдругъ протянулъ ей небольшой портретъ въ плю­шевой, красной рамкъ. -Вотъ она, моя радость… взгля­ните. Еще не пришедшая въ себя Задъпина старалась пристально всмотръться въ лицо взящно одътой барыни, небрежно обло­котившейся на стулъ. Тщетно искала она чего-нибудь неземного, воздушнаго, мечта­тельнаго, сокрушеннаго, какъ ей казалось, необузданной страстью грубаго мужчины. Изъ рамки на нее смотръла, правда, кра­сивая рожица, но съ несомнънной пусто­той веселенькихъ глазокъ, съ вздернутымъ носикомъ, съ начесанными локончиками пушистыхъ и взбитыхъ волосъ, съ кокет­ствомъ и притязательностью гризетки дур­ного тона, -и больше ничего. Неожиданно для самой себя она высказала громко свое впечатльніе: - Совсъмъ обыкновенная красивая дь­точка. Я думала найти нъчто не отъ мі- рa сего… Вдругъ, лицо господина подернулось, потемнъло, голосъ изм ънился и онъ почти грубо взялъ у нея портретъ. - Ну-ну-ну! Можете не продолжать, я этого не люблю. Не надо, барынька, забывать, что это моя «жена!» Зацъпина, ни слова не говоря, подня­лась, взяла свою небольшую сумочку, кни­гу, ножъ, быстро перешагнула черезъ его протянутыя ноги и выскользнула изъ купэ, бросивъ ему ничего не значущее: Pardon. Онъ вдругъ, опомнился. Понялъ всю безтактность и грубость своей выходки, сконфузившись тъмъ, что Зацъпина бро­сила его въ купэ, желая выйти изъ не­ловкаго положенія, тоже поднялся и не­ув ъренно подошелъ къ ней. -Вы сердитесь? - Нътъ, я просто устала. Вы раз­строили и утомили меня своимъ нерво­зомъ, я хотьла бы остаться одна. Онъ больше не настаивалъ и, припод­нявъ шляпу, пошелъ въ другое отд ъленіе. Зацъпина съ облегченіемъ вздохнула. « Къ чему подобныя сцены? Ни за что, ни про что нарываться на оскорбле­нія. Инстинктивно она всегда сторонилась отъ случайнаго, неопред ъленнаго знаком­ства въ дорогъ и вотъ,какъ нарочно, не­жданно-негадано, натолкнулась и испила горькую чашу его. Она по опыту знала, что каждая женщина, въ особенности Бду­щая въ одиночествь, вынуждена обстоя­тельствами и тъмъ страннымъ отношені- емъ мужчинъ, которые еще смотрятъ взглядомъ прошлаго стольтія на женскую самостоятельность, быть очень осторожной, корректной, холодной и скромной, чтобы не навлечь на себя могущихъ быть не­пріятностей, оскорбительныхъ qui pro quo, если только она недурна и молода. Ни на

Стапція безпроволочнаго телеграфа на o. Гельголандъ.



Внутреннее устройство станціи безпроволочнаго телеграфа на о. Гельголандъ. Въ купэ. прежніе выводы, обогатится новыми на­учными точками зрънія, вооружится но­выми научными данными и выдвинетъ для школьной практики иные принцыпы, быть можеть, совершенно отличные отъ которыми ей приходилось руководиться до сихъ поръ въ своемъ чреватомъ всякими не­ожиданностями, противоръчіями и непо­сльдовательностями прошломъ. Педологія­это экспериментальная психологія ребенка, имъющая цълью внести этимъ путемъ ра­зумное направленіе въ науку о воспитаніи, а отсюда возсоздать и школьную практи­ку на новыхъ началахъ. Родина педологіи-Германія, здъсь она возникла и сдблала первые шаги по пути своего развитія. Книга одного изъ вид­ныхъ нъмецкихъ педологовъ имъется въ русскомъ переводъ, это -«Изученіе дът­ской души», Прейера, съ именемъ кото­раго, главнымъ образомъ, и связано раз­витіе педологіи въ Германіи. Но, возник­нувъ здъсь, свой ростъ и развитіе педо­логія получила особенно въ Америкъ, гдъ имбется въ настоящее время цълая съть педологическихъ обществъ, среди которыхъ центральнымъ считается общество Кали­форніи, а наиболе крупными Чикатское, въ штать Иллинойсъ, затьмъ въ Масса­чусетсъ, гдъ издается даже журналъ «Педологическая семинарія». Въ Иллинойсь періодически выходятъ труды «Общества изученія дътей» подъ названіемъ «Transak­tions of the Illinois society for Child­Study». Серьезно и обстоятельно проходятся отд блы педологіи въ американскихъ уни­верситетахъ, въ «пормальныхъ школахъ» (наши учительскія семинаріи), въ жен­скихъ обществахъ «круглаго стола» и пр. Что касается Англіи, то она не можетъ похвалиться своими собственными учеными и главнымъ двигателемъ интереса къ



Кто-же чаще сталкивается, ближе знаеть и легче можетъ изучать дътскую природу, какъ не родители и педагоги? Одинаково считая интересными и важ­ными изсльдованія психологіи до-школьна­го возраста, какъ и школьнаго, комиссія справедливо полагаетъ необходимымъ орга­низовать и производить ихъ не только членовъ, но также въ осо­лицъ, по своему положе­роду занятій стоящихъ дътямъ. Вотъ почему въ ея интересахъ правильное представленіе объ ея цъляхъ и задачахъ. Уже теперь на разосланныя предложенія прислано болъе ста отвътовъ, обсужденію и разработкъ которыхъ будутъ посвящены ближайшія засъданія комиссіи. Хотя окончательный планъ послъдовательнаго веденія опытовъ пока еще не выработанъ, однако, общій характеръ тъхъ вопросовъ, съ которыми будетъ им ъть дъло комиссія, установленъ и теперь уже вполиь ясно. Между ними особенно любопытными является изученіе тъхъ разсказовъ, кото­рые обращаются въ устной передачъ сре­ди дътей; это изученіе даетъ выводы для заключенія о томъ, что именно особенно нравится дътямъ, какого рода сюжеты, герои и обстановка наиболъе привлека­ютъ и останавливаютъ ихъ вниманіе; за­тъмъ будутъ подвергнуты научному раз­смотрънію дътскіе рисунки. Особенно вни­мательно придется остановиться на отно­шеніяхъ дътей къ разнаго рода суевърі- ямъ, на проявленіе у нихъ страха, аль­труизма, на ихъ играхъ,-особенно на тъхъ, которыя ими придуманы безъ вся­каго посторонняго внушенія, по собствен­ной иниціативъ; на д ътскомъ коллекціо­нерствъ, на проявленіяхъ въ нихъ эсте­тическаго чувства, на ихъ отношеніяхъ къ природъ, къ наказаніямъ, на развитіи

тъхъ,Онъ вдругь зарыдалъ, прижавъ руки къ головъ, и настолько громко, чго проходя­щій мимо кондукторъ остановился и сдъ­лалъ шагъ впередъ къ купэ Зацъпиной, но, быстро замътивъ это, господинъ стре­мительно захлопнулъ дверь и повернулъ замокъ, застыдившись своего порыва от­чаянія и чисто женской слабости. Замокъ щелкнулъ; три пассажира, сидящіе въ са­лонъ и прислушивающіеся до сихъ поръ къ разговору, вдругъ встрепенулись; тотъ, что въ цилиндръ, даже приподнялся и съ недоумъніемъ посмотрълъ на не менъе удивленнаго кондуктора, потому что онъ, несомнънно, им ълъ больше преимущества удовлетворить его любопытство, какъ бли­жайшій свид ътель къ таинственно и смъло захлопнувшемуся күпэ. Соблюдая свой престижъ, кондукторъ глубокомысленно прошагалъ по вагону и, не произнося ни слова, вышелъ на платформу. Растеряв­шаяся Зацъпина не обратила вниманія на всъ эти мелочи. Она старалась утьшить и успокоить сосъда, какъ ребенка: (разсказъ). (Продолженіе. См. № 6587). - Ну милый, ну, успокойтесь, ради Бога, умоляю васъ… въдь еще не все по­теряно, она такъ молода, не знаетъ вамъ и вашему чувству цъны; вотъ подождите, пройдетъ нъкоторое время, она поиспыта­етъ горечь разочарованій, людской низо­сти, проснется и у нея страсть и потреб­ность ласки и нъжности и, вы увидите, какъ она васъ вспомнитъ. Тронутый ея искренностью, онъ въ порывъ благодарности кръпко поцъловаль ея руку. -Вотъ и теперь… вы можетъ быть думаете, что это пьяныя слезы,говорилъ онъ, всхлипывая.

ченіи самой души ребенка: такимъ обра­зомъ только и можно проложить новые пути лучшаго будущаго для науки о вос­только при условіи научной по­чрезъ своихъ бенности чрезъ нію, профессіи и ближе къ питаніи, становки системы педагогики должно ждать отъ нея какихъ-нибудь цънныхъ и плодотворныхъ результатовъ. Понемногу это стремленіе и осуществляется теперь въ научныхъ работахъ такихъ психоло­говъ-экспериментаторовъ, какъ B. Анри, Бинэ и др. Работы ихъ переведены уже на русскій языкъ, и опытный методъ из­слъдованія въ психологическихъ лабора­торіяхъ прим ъняется уже и у насъ,-его горячимъ сторонникомъ и проводникомъ былъ, напр., покойный проф. А. A. То­карскій, основавшій и въ Москвъ та­кую лабораторію. Среди педагоговъ, какъ людей ближе всего стоящихъ къ дътскому міру, тоже не мало теперь такихъ, которые оперируютъ надъ живыми объектами сво­ей аудиторіи, съ цълью получить путемъ непосредственнаго опыта тъ или иные выводы, могущіе освътить съ разныхъ сторонъ душевную жизнь ребенка, его силы и симпатіи, егo наклонности, ть из­мъненія, которыя претерпъваетъ его пси­хика, этотъ загадочный и скрытый отъ насъ міръ близкой, но непонятой еще и до сихъ поръ души, -- отъ разныхъ воз­дъйствій, -непріятности, испуга, удоволь­ствія, переутомленія, чтенія, игръ, раз­сказовъ и т. П. Изучаются психологическіе процессы дътэкаго воспитанія, записываются въ