ЛИСТЪ ВТОРОЙ.

Воскресенье, 16-го (29-го) декабря 1901 г. Телефонъ редакціи и конторы № 558. Изданія годъ девятнадцатый

1901

г.

денабря

(29-го) 2696

Воскресенье, Телефонъ реданцін и конторы № 558.

16-го

  

иЛЛЮС

ГРИРОВАННАЯ

ГАЗЕТА

6650

 I.

На портеръ перешелъ и ужъ съ не­знакомыми. Вчера отъ Тъстова сдълали переходъ въ большую Московскую. Пере­ходъ близкій, не затруднительный. Боль­шихъ дъловъ еще не было. На бъгахъ сто цълковыхъ проигралъ и опять очищеной ошибся. Какая-то ба­рыня въ долю играть начала. Все ставила на «Витязя» и все на мои деньги. Еще какой-то, съ усами большими, навязался. Надо, говоритъ, играть на наъздника, а не на лошадь. Онъ и билеты бралъ и по­лучать бъгалъ. Тамъ отъ однъхъ литеръ, отъ двойныхъ до тройныхъ голова закру­жится и у третьяго. Сначала выиграли по шести съ полтиной, а посль сотню и про­ухалъ. Да я впрочемъ и билетовъ-то не видалъ. Бралъ-ли еще усатый-то? Можетъ одна мистификація. Барыня при мнъ, а тотъ исчезъ, въ родь какъ Мефистофель. Съ бъговъ съ барыней вмъсть уъхали. На извощикъ по имени отечеству сталъ ее звать: Аделаида Андревна. Шляпа бордо съ бълымъ плюмажемъ, аграмадная. У Яра очутились. Хоръ былъ. Съ Христофоромъ на бутершафтъ пили. Перешли на По­мери. Передъ каждымъ бокаломъ Аделина говоритъ: «Помри!» и цопъ на лобъ. Очень это нравилось. Возвращались съ ней вмъсть. Она меня Жоржемъ звала, а я ее Аделькой. Съ утра въ поправлялись. Біо­Прагь графію свою она мнъ разсказывала. До слезъ довела и сама плакала. Дочь мор­ского генерала, а мужъ инженеръ изъ-за

въстностью, настоящей дитературностью; на всъхъ нихъ лежитъ печать несомнън­наго таланта, знанія, изящнаго вкуса. До настоящаго дня Вейнбергъ велико­лъпно владъетъ стихомъ и распоряжается имъ, какъ настоящій виртуозъ; стиль у него безукоризненный; задушевность, теп­лота и сила являются отличительными чер­тами его поэзіи. Статьи его всегда со­держательны, ясны и общедоступны, ибо авторъ ихъ надъленъ умъньемъ бесъдо­вать съ читателемъ, прекрасно знаетъ, чъмъ и какъ затронуть его любопытство. Юморъ же его свъжъ и легокъ, прони­кнутъ простотою и заразительною весе­лостью, но незлобивъ, не затрогиваетъ личностей, не переступаетъ границъ пре­краснаго. Много Вейнбергу обязана рус­ская публика превосходными во всъхъ отношеніяхъ переводами произведеній ев­ропейской поэзіи, главнымъ образомъ - Шекспира. Онъ далъ намъ на родномъ языкъ почти всъ комедіи, также нъсколько трагедій геніальнаго драматурга, которыя, по мнънію Чуйко, составляютъ ,,положи­тельный вкладъ въ русскую литературу*; изъ нихъ въ особенности ,,Конецъ-всему дълу вънецъ , ,,Какъ вамъ будетъ угодно и ,,Комедія ошибокъ , которыя ,,могутъ быть поставлены въ примъръ всъмъ пере­водчикамъ  великаго Шекспира. Чрезвы­чайною красотою, звучностью, правиль­ностью стиха, поразительною върностью духу и даже буквъ подлинника отлича­ются и переводы Вейнберга другихъ ан­глійскихъ поэтовъ; равно какъ нъмецкихъ и французскихъ, которые, какъ Байронъ и Шелли, Лессингъ и Гуцковъ, Шериданъ и Коппе, проходятъ предъ нами во всей силь и прелести своихъ талантовъ. Однако, такими переводами и ориги­нальными стихотвореніями далеко не огра­ничивалась дъятельность Вейнберга. По­мимо массы статей о различныхъ про­изведеніяхъ русской и иностранной изящ­ной словесности, онъ напечаталъ нъсколь­ко монографій, обнаружившихъ въ немъ широкое знакомство съ европейскими ли­тературами, каковы этюды о Гейне, Берне, Г юго, Фрейлиграть идр.; издалъ весьма

Не знаемъ куда ъхать и на что пе­рейти. Всъ мъста изъъзжены и всъ прейс­куранты изсяк. Капитанъ выдумалъ: Шведскій пуншъ. Сидъли вдвоемъ и пили и вдругъ вмъсто одного капитана два очу­тилось. Съ нами крестная сила! Прохора прислали. Битва была. Мы съ капитаномъ изъ небели фортецію сдълали. Доброволецъ кричитъ: не сдавайтесь, по­слъдніе буры! Прохоръ всъхъ одолълъ. Сдался. Капитанъ на прощанье говоритъ: дай намъ хоть десять рублей, а то мы опять безъ тебя въ житейскомъ моръ уто­немъ. Прохоръ далъ рубль. Сижу запёр­той. Чемоданы увязаны. Ужъ и будетъ баня отъ Палагеи Семеновны! H. Вильде.

на правый бокъ, унея шляпа на лъвый­вердегри съ желтымъ плюмажемъ. Нътъ, скоръй надо капитана корабля да и въ плаваніе. А то пойдетъ семейная канитель. А на экватерь на все наплевать. Извъстность пріобрътаю. Лихачи и отъ Никитскихъ и отъ Арбатскихъ и отъ Ку­печескаго кричатъ: Егоръ Пафнутьичъ!

Отъ Астраханскихъ родственниковъ Оша­льшевыхъ въ домъ купца Самопрядова пришло сльдующее письмо: «Достолюбезный дяденька Константинъ Хрисанфовичъ! По полученіи сего письма не откажите увьдомить, праведны ли ть слухи, что братъ нашъ Егоръ Пафнутье­вичъ ужъ который день въ Москвъ кру­жится и видъли его на улицахъ и въ те­атрахъ и прочихъ заведеніяхъ не въ сво­емъ видъ и не въ своей компаніи. А если это справедливо, и онъ, какъ вы знаете, подверженъ слабости запоя и замъсто дъла чертитъ, не поъхалъ въ Петербургъ, а опять держитъ фантазію насчетъ круго­свътнаго плаванія, то мы немедленно вы­шлемъ Прохора для доставленія его домой, иначе это и для него пагуба и конфузъ всей фамиліи. Съ уваженіемъ къ Вамъ и всему семейству Вашему почтительный и любезный племянникъ Андрей Ошальшевъ». 



Юбиляръ-литераторъ. Широкою и вполнъ заслуженно.о из­въстностью въ журналистикъ и публикъ пользуется Петръ Исаевичь Вейнберго, превосходный знатокъ едва-ли ни всъхъ литературъ Запада, образцовый перевод­чикъ, даровитый поэтъ и журналистъ, вы­дающійся юмористъ, торжественно справ­ляющій наступающаго 16-го декабря 50-ти­лътіесвоей самой разнообразной и высоко­плодотворной литературной дъятельности. Въ самомъ дъль, едва ли найдется та­кое, сколько-нибудь порядочное русское періодическое изданіе, въ которомъ онъ не принималъ бы участія. Начиная съ ,Библіотеки для чтенія  и ,Современника , ,Русскаго міра  и ,,Новостей  вплоть до ,Искры , ,Будильника  и ,,Стрекозы , онъ печаталъ свои стихотворенія оригиналь­ныя и переводныя, серьезныя и юмори­стическія, переводы беллетристическихъ

Изъ походнаго журнала путешествен­ника Егора Ошальшева. Закрутилъ! Гуляю и никакихъ. Съ про­шлаго Николы не пилъ ни званія, чистыйнъ былъ, какъ стеклышко. Акуратъ годъ. Вчера мечта вошла. Что наша жизнь? Шпильки, булавки, атласъ, канифасъ. Желаю на экваторъ. Только-бы капитана корабля найти. Походный журналъ завель для обозначенія событій дня. 

Извъстный педагогъ-литераторъ В. Я. Стоюнинъ. (Къ исполняющемуся сегодня 75 - льтію его рожденія).

Будочники даже многіе знакомые, козы­ряютъ, въ родь, какъ генералу. Все съ Аделью. Вчера опять хоткла на кривую дорогу поставить, къ серьгамъ подговари­валась. Далъ десятичницу-будетъ съ нея. Капитанъ нашелся. У Яра подошелъ: усы большіе, только одинъ, какъ будто, короче другого. Глаза красные, а отъ го­лосу одно званіе осталось. Отъ колконды въ моръ, говоритъ, потерялъ. Чай отъ разныхъ марокъ и прейскурантовъ. Андрей Ульянычемъ зовутъ. Человъкъ опытный. Всъ меоридіаны знаетъ и про Бермудскіе острова разсказывалъ и какъ въ Японіи на прокатъ женятся. И видно, что путе­шественникъ. Изъ Яра въ Гурзуфъ по­везъ, а оттуда чтобы въ Золотой Якорь въ Сокольники. Въ Якорь не попали, а въ Молдавіи съ цыганками въ восемь утра яичницу бли. Бздилъ съ капитаномъ, а Аделька куда­то скрылась. И сто ц ълковыхъ изъ пор­томоне пропало. Не иначе, что она. Опять на кривую дорогу поставила. Перешли на хересъ. Капитанъ говоритъ -самый круго­свътный напитокъ. Лихо пьетъ и все съ приговоромъ. Про Занзибаръ разсказывалъ. Давай, говоритъ, назанзибаримся. Очень это мнъ понравилось. Прибываетъ нашего полку. Бурскаго до­бровольца въ свою свиту записалъ. Въ Стръльнъ къ намъ присоединился. Ръчь говорилъ: Спасемъ народъ угнетенный! Какъ за бокалъ, такъ и за угнетенный народъ. А капитанъ и тутъ словечко нашелъ: давай, говоритъ, набуримся. Ну и набурились. Большое д ъло было. Гд ъ-то Ездили и пъшкомъ ходили и въ снъгу утопали. Гдъ­то задерживали. Отбивались. Кричали: Держи! Протоколъ! Веди въ участокъ! Цьпь прорвали. Проснулись - пичего со­образить нельзя-ни время ни м ъсто: не то у Буровъ не то на Бермудскихъ остро­вахъ. Посреди комнаты доброволецъ, безо всякой подстилки, кулакъ подъ голову. На дивань капитанъ. Лицо огнедышащее, только одинъ усъ еще, какъ будто, ко­роче сталъ. Помнится-кто-то его съ на­шей тройки за усъ тянулъ. Газету началъ читать-какъ будто, по русски, а удиви­тельно. «Передается вдова на полномъ ходу». «Лавка среднихъ лътъ». «Сетеръ красной масти ищетъ мъста по хозяйству». На улиць въ колокола звонятъ, а понять нельзя: къ заутренъ, къ объднъ или к всенощной?







MUN

ULADS

NOSEB

ASQU

Лордъ Розберри произноситъ свою знаменитую ръчь въ Честерфильдъ. (См. ,,Нов. Дня , № 6644) произведеній, критическіе этюды, компи­ляціи, фельетоны, статьи о театръ, раз­личныхъ явленіяхъ общественной жизни. Всъхъ подобныхъ трудовъ нашего юби­ляра, накопившихся за столь продолжи­тельный періодъ времени, такое огромное количество, что простое перечисленіе ихъ заняло бы нъсколько листовъ. Весьма естественно, нельзя не удивляться трудо­любію, плодовитости Вейнберга; но еще болье поразительно, что всь работы его не только крупныя, но и мелкія, спъш­ныя, отличаются всегда большою добросо­интересныи трудъ ,,Историческія пъсни объ Иванъ Грозномъ , подъ своей редак­ціей выпустилъ въ свътъ сочиненія Гете и Гейне, избранныя произведенія Берне въ переводахъ собственныхъ и другихъ русскихъ писателей; подарилъ насъ ря­домъ сборниковъ-,Европейскій театръ«, ,,Русскіе писатели въ классъ , ,,Русская исторія въ поэзіи , ,,Европейскіе классики и проч., служащихъ учебными пособіями, имьющихъ столь немалое воспитательное значеніе. И это еще не все. Вмъсть съ Дружининымъ, Кавелинымъ и Безобразо-

Извъстный поэтъ-переводчикъ Петръ Исаевичъ Вейнбергъ, вчера отпраздновавшій 50-лътіе своей литературной дъятельности. Самая жизнь, когда мечта есть. Безъ мечты я купецъ Егоръ Ошальшевъ, а съ мечтой капитанъ Гатерасъ или Деветъ. Честь бурамъ! Кабы меня въ дътствъ аршиномъ по головъ не били за Жуля Верна да Майнъ-Рида, я бы, можетъ, от­крытія дълалъ и всъ меоридіаны превзо­шелъ. Вчера у Тьстова листовкой огор­чились съ знакомыми. Духъ, поэзія. Чисто березовая роща.  легкомыслія въ острогь померъ. По ро­жденію выходитъ самаяплавательнаяштука. Опять Помри пили съ жаренымъ минда­лемъ. А посль этого на кривую дорогу поставила: къ Лорье завезла и брошь я ей въ двъсти цълковыхъ купилъ. Никакъ вчера я Константина Хрисан­фыча встрътилъ? И съ тетенькой? Бхали съ Аделькой на лихачь, у меня цилиндръ