АЛЬТА СООЖЖФА СУЗОРОВА Осипов в тяжелое положение. Чтобы помочь о6- ходной колонне, он решил атаковать перевал в лоб, с юга. Утром 13 (24) сентября русские войска с трех сторон повели наступление. Французы умело и храбро сопротивлялись, поражая из прикрытия карабкавшихся по кручам солдат, Русские солдаты два раза выбивали противника, но всякий раз французы переходили на новую, еще более сильную.позицию. Условия местности были таковы, что каждый утес, каждая скала представляли собой крепость. В четыре часа вечера русский полководец Дерфельден вновь повел штурм, но был отбит; повторная попытка, предпринятая через час, также окончилась неудачей. В этот момент над головами французов появились батальоны Багратиона, посланные Суворовым в «частный» обход. Почти одновременно с тем, как войска Дерфельдена и Багратиона опрокинули противника, в тылу у него появились батальоны Розенберга. Французы поспешно отступили. Победа досталась дорого, но вход в Швейцарию был открыт. Фельдмаршал переночевал в Сен-Готардской обители, а на утро повел дальнейшее наступление. Теперь предстояло самое трудное, в’ сравнении с чем Сен-Готард казался легким предприятием: предстояло пробиться через Урзернское ущелье и Чортов мост, Недалеко от Сен-Готарда дорога из Урзернской котловины замыкается огромными скалами. Через эти скалы пробит длинный узкий тоннель, называвшийся во времена Суворова «Чортовой дырой». По выходе из тоннеля тропинка вьется.Уу подножия каменных громад и обрывается у берега реки Рейссы. Глубоко внизу с ревом и грохотом несется река. Над ее пенистым течением стоят столбы водяной пыли; брызги долетают до верхней тропинки, кружащейся на 20-метровой „высоте. Здесь-то и находится Чортов мост, единственный путь на другой берег Рейссы. Во времена Суворова это была голая каменная арка, содрогавшаяся от рева проносящихся далеко внизу водных потоков. Трудно придумать более удобную для обороны, более неприступную позицию. Французский командующий, генерал Лекурб, сам смелый и энергичный человек, настолько был уверен в невозможности для русской армии пробиться здесь, что не взорвал Чортова моста. Он расположил небольшой отряд при выходе из Урзернской дыры и два батальона на берегу Рейссы, по ту сторону реки. Колонна Милорадовича втянулась в тоннель, но, встреченная картечью и пулями, каждая из которых поражала кого-нибудь из шедших вплотную солдат, отступила. Новая попытка только показала полную невозможность пройти через Урзернскую дыру: картечь била в упор, и ни один человек не мог пробежать невредимым длинный тоннель. Но оставалось еще средство, действительность которого была блестяще подтверждена под Сен-Готардом, — обход. Два отряда егерей были отправлены по скалам в обход неприятельскому отряду. Карабкаясь по совершенно неприступной на вид крутизне, они совершили труднейший путь и появились над головами опешивших французов. Воспользовавшись возникшей в рядах противника паникой, русские батальоны вновь устремились в Урзернскую дыру и на этот раз прорвались. Французы были переколоты или ©брощены в реку. Развивая успех, войска устремились к Чортову мосту, но тотчас отхлынули обратно. «За каждым камнем, за каждым выступом скалы, и вдоль самой дороги, и ниже к реке, и вверху по горам — везде торчали ружейные дула, отовсюду летели ел 11799 год. Под знойным небом Италии неумолчно гремели пушки. Французские войска, под командой лучших генералов республики, сражались с русскоавстрийской армией, во главе которой стоял семидесятилетний фельдмаршал Суворов. В короткий срок Суворов нанес французам ряд поражений, очистил Италию и с0- бирался вторгнуться на территорию Франции. Но австрийцы, стремившиеся остаться хозяевами в Италии, уговорили сумасбродного русского императора Павла Т перевести русскую армию с ве вождем в Швейцарию. Не известив еще даже об этом решений Суворова, австрийцы вывели из Швейцарии болыпую часть своих войск. Там остались только 27-тысячный русский корпус под начальством Римского-Корсакова и австрийский корпус генерала Готце. Французы же имели в Швейцарии 80-тысячную армию, во главе которой находился энергичный полководец Массена. Следовательно, для того чтобы спасти оставленные в Швейцарии корпуса, предотвратить разгром их гораздо более сильной французской армией, нужно было, дорожа каждым часом, итти на соединение с этими войсками, перевалив через Альпийский хребет. Приближалась осень, самое трудное время для перехода через горы, а русские войска совершенно не были снаряжены для горной войны. Но выбора не оставалось. В последних числах августа (по старому стилю) Суворов выступил во главе 20-тысячной армии в Швейцарию, Проведав о выступлении Суворова, французы тотчас начали продвижение в Италию, стремясь в первую очередь освободить осажденную австрийцами крепость Тортону. В сущности, русские войска уже не несли обязательств по обороне Италии. Но Суворов с отличавшим его всю жизнь благородством решил еще раз спасти своих союзников. Он повернул обратно и заставил французов отступить от Тортоны. Потерю трех дней фельдмаршал возместил быстротой марша. Утром 4 (15) сентября русская армия пришла в город Таверно, лежащий у подножия Альпийских гор. Увы, поспешность оказалась напрасной: австрийцы должны были приготовить в Таверно , 12-дневный запас продовольствия и полторы тысячи мулов: ни того ни другого они не приготовили. Достать в горах продовольствие для 20- тысячной армии было невозможно. Приходилось экдать, теряя драгоценное время, ждать, зная, что каждый день промедления может привести к катастрофе, что французы могут задавить отряды Корсакова и Готце. Даже в случае прихода суворовской армии в Швейцарию французы сохранили бы численное превосходство. Но этого Суворов не опасался: он никогда не знал поражений и был уверен, что сумеет разбить Массена, как разбил Макдональда и Моро. Пять долгих дней простояла русская армия в Таверно, прежде чем удалось раздобыть хотя бы Т-дневный занас продуктов и продолжать поход. Суворов избрал кратчайший путь чеpes горный проход Сен-Готард. За Сенотардом лежит город Альторф, а оттуда, по уверениям австрийцев, вела дорога вдоль Люцернского озера в Кантон Швиц, Вступив в Швиц, ‘армия устанавливала связь с корпусом Корсакова и сразу занимала угрожающее положение на фланге у Массена. Фельдмаршал разделил войска на две колонны: одна под командой Розенберга была направлена в обход Сен-Готарда; другая, при которой остался сам полководец, пошла прямо на Сен-Готард. Поход начался в неблагоприятных условиях. непрерывно лил дождь. Промокшие до нитки солдаты с трудом совершали подъем по размытой дороге, которая с каждым часом. становилась уже. Случалось, что К 140-летию со дня смерти А. В. СУВОРОВА поскользнувшийся мул с поклажей скатывался в пропасть. Старый фельдмаршал в легком плаше ехал на казацкой лошадке среди солдат. Всюду, где он появлялся, раздавались смех и веселые восклицания, лица светлели, трудности похода казались не столь страшными. Еще тяжелее приходилось колонне Розенберга. «В суровой пустынной стране, А, В. Суворов на высоте 8000 футов, войска в холодные и бурные ночи не имели даже хвороста, чтобы обогреться у бивуачных костров... Выюки отстали и тянулись длинной нитью по узкой дороге». Оба. отряда почти одновременно подошли к Сен-Готарду. Вершину перевала занимали французские войска, Их было всего 9000, но они были отлично вооружены, снабжены специальной горной обувью, привыкли к горной войне, а главное, занимаемая ими позиция на отвесных обледенелых скалах была почти недоступной. Сперва Суворов воздерживался от атаки, выжидая результатов обходного движения, но от Розенберга не было вестей. У фельдмаршала зародилось опасение, что французы отбили его натиск и поставили его