одно ясно — деньги на поход нужно Co ‘бирать уже сейчас, заранее, ...На школьном дворе оживление. На нас с любопытством посматривают малыши из 2-го класса. На носилках по-двое мы тащим груды ржавого железа. Миша возится в углу двора около забора, укладывая в пирамидку чугунные колосники от котлов, Дмитрий Игонькин и Коля Жиганов, чихая и отплевываясь, вытягивают из окна котельной изъеденные временем колосники. Дмитрук яростно бьет ломом засохшую землю, пытаясь извлечь ржавую рельсу. Бусарев и Цейтлин тянут откуда-то старую трубу. Сбор железного лома идет полным ходом. Эта операция увеличила кассу нашего похода на 250 рублей. В зимние вечера, после занятий в школе, мы, разбившись на четверки, по очереди уходим разгружать вагоны. Так мы создавали свой небольшой коллективный денежный фонд, Однажды в конце зимы нас вызвали на Городскую детскую экскурсионно-туриетскую станцию и предложили исследовать р. Тверцу в Калининской области. ‘ Еще в ХШ в. предприимчивые новгородцы использовали р. Тверцу в числе других рек как водный путь, соединявший Каспийское море с Балтийским. Деревянные «кочи» новгородцев, груженные товарами, проходили по Волхову, через озеро Ильмень и по рекам Мсте и Цне. Перетащив лодки небольшим волоком, выходили в р. Тверцу и спускались по ней в Волгу. Петр Первый хорошо оценил значение этого удобного водного пути, который связывал новую столицу на берегах Балтики с внутренними частями страны. Он строил шлюзы, плотины, мосты, углублял русла рек. По р. Тверце до войны 1914 г. плавали барки, груженные товаром, Во время войны царское правительство перестало заботиться о облагоустройстве водного пути. Шлюзы. и плотины на р. Тверце постепенно разрушались и размывались водой, сплав леса приводил к временному обмелению некоторых участков реки. Водный путь был скоро совсем забыт и оставлен. Нужно было пройти Тверцу, исследовать все русло этой реки, нанести на карту песчаные перекаты и быстрины, промерить глубины и скорость ее течения, найти и обследовать размытые шлюзы и плотины. Наконец, сделать предварительное заключение о возможности восстановления судоходства по Тверце. Мы с энтузиазмом принялись готовиться к походу. „Два месяца спустя на берегу Тверцы у Вышнего Волочка закипела работа. Застучали топоры, запахло варом. Скоро мы спустили на быструю воду свои «корабли». Так начался поход. Меткий выстрел Чуть забрезжил рассвет, когда Дмитрий Игонькин вышел из спящего лагеря и углубился в лес. Дзревья еще ие стряхнули с себя ночную мглу, и густая трава была вся мокрая от росы. Митя осторожно пробирался по лесу, раздвигая кусты и, наконец, вышел к обрыву, откуда открывался вид на широкий плес реки, потонувший в белом предутреннем тумане. С высоты обрыва, словно задумавшись, смотрели на реку громадные сосны. Казалось, будто великаны вышли из непробудной тьмы леса и встали рядышком зачарованные, тихо покачивая мохнатыми шапками. Первые лучи солнца оживили молчаливый лес. Где-то совсем близко затрещала сорока. В ответ ей послышалось карканье вороны, звонко защебетали пичужки, застучал дятел, и утренний ветерок донес запоздалый пронзительный крик совы... Поправив ружье, Дмитрий весело зашагал на сорочий крик. То и дело стали попадаться кусты можжевельника с мягкой, как у туи, хвоей. Под ногами лежал ковер из зеленого мха и опавшей хвои. Около высохшей одинокой сосенки виднелся муравейник. Тут и там ползут муравьи со всякой всячиной. Один тащит стебелек, другой — гусеницу, а большой коричневый муравей тянет за лапку мертвого жука, Вытащив из кармана компас, Митя проверил, находится ли муравейник с южной стороны дерева. — Верно, муравейник расположен с юга, На вершине березы сидит сорока. Неожиданно камнем падает она в высокую траву. Митя знает, что она будет следить за ним. Не скрываясь, он быстро идет по высокой траве... Вдруг из-под ног с шумом взлетает черная птица и с криком, похожим на булькание: «ко-ко-ко», летит от него в сторону. Почти не целясь, Митя стреляет ей вслед. Хлопая крыльями, она падает в траву. Раздвигая траву, наш охотник видит черную птицу с синеватым отливом перьев, распластавшую крылья. На кончике клюва повисла рубиновая капелька крови. Тетерев! Работа гидрологов Река, стесненная берегами, с ревом мчится по каменному ложу. Вода плещется у камней, покрываясь пеной. Голоса не слышно и приходится орать изо всех сил. Здесь надо во что бы то ни стало сделать промеры глубин поперек русла реки. Приготовив фукшток, Дмитрук, Киселев и Бусарев, ‘покрепче схватившись за руки, идут в воду. Вода с силой хлещет по ногам, за ними гудит водяной вихрь, летят белые клочья пены. Скользят на камнях ноги — только встанешь на камень, а он уж ползет, переворачивается в воде и, глухо ударяясь, катится по дну, увлекаемый потоком, Ноги коченеют в холодной воде. Ребята медленно двигаются, крепко держась друг за друга. Через каждые полметра Коля Бусарев опускал фукшток, промеряя глубину. Рейку трудно было удержать рукой, и он наваливался на нее всей своей тяжестью. Становилось все глубже и глубже. В воздухе над порогами стояла мелкая водяная пыль, и, когда солнце поднялось ИЗ-за леса, над ними повисла разноцветная радуга. Она то загоралась, TO опять потухала. Ребята вышли на стрежень реки — вода с ревом обрущивалась на них. Неожиданно Миша Киселев поскользнулся, товарища не удалось удержать и его потащило вниз по течению, другие тоже были сбиты с ног. Бусарев крепко вцепился в фукшток, плыть невозможно. Река тащила с неудержимой силой. Ударяясь о камни, кое-как отталкиваясь ногами ото дна, юные гидрологи, наконец, ‘выбрались на берег метрах в семистах ниже по течению. На галечной отмели, отплевываясь, сидел Миша с мокрыми и спутанными волосами и, радостно улыбаясь, что-то возбужденно кричал, показывая на белые буруны потока. Всем было ясно, что таким путем никогда не добраться до противоположного берега и не измерить глубины потока. Но промеры нужно было сделать во что бы то ни стало — эти данные помогут установить пригодность Тверцы для судоходства. Ребята решили сделать вторую попытку с помощью веревки. Захватив веревку, они отправились вверх по течению и по тихой воде переправили один ее конец на другой берег. У порога забили покрепче колья и протянули над порогом веревку. Получилось нечто вроде парома-самолета. Взяв фукшток, Михаил смело пошел в воду. Веревка натягивалась словно струна. Михаил медленно и осторожно шел, хватаясь за веревку. Так была измерена глубина порога. Два часа мы делали этот промер на пороге возле деревни Боровое. Почему произошел взрыв? Стемнело. Поужинав, мы тихо сидели У костра. Лес негромко шумел в такт нашим мыслям. В небе холодно поблескивали звезды. Высоко-высоко взлетали искры и ‚ гасли в ночной темноте. Гуданов затянул несню, мы подхватили, и полилась песня в девять звонких голосов, разбудив за рекой эхо. Пел даже Бусарев, забыв о болевшем зубе, и фляга с кипятком, служившая ему грелкой, мирно лежала около костра. Подул ночной ветерок, ярче разгорелся костер. Коля Дмитрук решил всех нас сфотографировать у костра. Не спеша расставив штатив и привинтив аппарат, он стал наводить на резкость. Силуэты ребят четко вырисовывались на матовом стекле. Вдруг что-то со свистом пронеслось мимо фотографа и раздался оглушительный взрыв. Испуганно оглянувшись, Коля не увидел ни костра, ни ребят, На том месте, где был костер, сиротливо поблескивали угольки, раздуваемые ветром. Молнией пронеслась мысль: «Патрон!? Магний!?» Но нет, этого не’ могло быть, взрыв был слишком силен. Постепенно из темноты стали показываться перепуганные лица ребят, но никто толком не понимал, что случилось. Ощупав себя, мы убедились, что все были целы и невредимы и лишь немного оболокены горячей пылью. Оказалось, что грелка Коли Бусарева — фляга с кипятком — каким-то образом попалав костер. Произошел взрыв, разметавший все дрова, и фляга, словно ракетоплан, со свистом унеслась вверх. Несмотря на тщательные поиски, злополучную флягу мы ‘так и не нашли. *,* 15 июля закончился поход. Мы причалили к пристани г, Калинина. Река занесена нами на карту со всеми ее деревнями на берегах и островами, с перекатами ни старыми плотинами, Промерены глубины реки. Мы пришли к убеждению, что если Heмного углубить реку в нижнем течении, восстановить Прутнинский шлюз и Осугскую плотину, снять некоторые наплавные мосты, то можно полностью восстановить забытый всеми водный путь, соединяющий два моря. Прутвинский шлюз. Измерение глубины реки