(582)

19

№

газета

литературная



ПРОВЕРЬТЕ ВАШ ПаРТИЙНЫИ БИЛЕТ авторитет Кутанова на ваводе, и его без всяких колебаний принимают в партию. Бдительность Анны усыпле­на, она промолчала о прошлом Пав­ла. Шорин дает ему рекомендацию в партию. Об ективно получилось, что хорошие люди, честные коммунисты (Шорин, Анна) в результате отсут­ствия бдительности открыли двери партии классовому врату. Проходит три года, в течение кото­Победное наступление социализма  на всех участках строительства вы­зывает ожесточенное сопротивление классовых врагов, пытающихся прод­лить исторические сроки своего суще­ствованИя. Остатки разгромленных классов, приспосабливаясь к новым условиям борьбы, меняют формы и методы своей вредительской деятельности. Вместо открыто враждебных действий

З А РУБЕЖОМ

В СТРЕЧА C МАЛЬРО Во время недавнего приезда Андрэ Мальро в СООР стахановцы Сталин­ской железной дороги (б. Екатеринин­ской) - читатели его книги «Годы презрения» -- послали ему в Москву приветственное письмо. Мне хотелось получить ответ на это письмо, уви­деть известного француэского револю­ционного писателя и побеседовать с ним. Миновав официальные пути, я об­ратился к нему запросто через пере­водчика и получил согласие на бесе… ду, Неомотря на то, что через несколь­ко часов он должен был покинуть столицу, беседа носила спокойный, деловой характер, Андрэ Мальро очень внимательно расспрашивал ме­ня о жизни стахановцев, о их куль­турном росте. Дедо дошло до таких подробностей, как форсировка котла, большой кла­пан, скорость, формирование поез­Я, волнуясь, излагал ему факты из производственной жизни паших ста­хановцев. К моему удивлению, мы пе­решли в беседе к вопросам перестрой­ки теюнологических процессов и даже коонулись партийной работы, Андрә Мальро особенно тщательно меня «допрашиват», какие измене­ния внесены стахановскими методами в оистему работы. Далее он заинтересовался работой инженеров и техников, их участием в стахановском движении, расспраши­вал, что такое «предельщики», как мы с ними боремся и т. д. Следующий вопрос был о том, как мы завоевали право носить великое имя Сталина и насколько у нас на дороге мощна волна стахановского движения, Выслушав с особенным интересом факты и примеры того, как мы «по… били …Екатерину», он задал мне еще песколько вопросов - о культурной работе на дороге, об искусстве и ли­тературе, после чего, тепло поблаго­дарив наших стахановцев за привет­ственное письмо, написал им краткии ответ и в заключение сказал: Передайте вашим рабочим, что о их счастливой жизни и работе, о за­мечательном стахановском движении я расскажу рабочим Франции. Что касается меня, то я себя здесь чув­ствовал и чувствую, как в братской родной семье. Эта беседа с молодым и обаятель­ным Андрэ Мальро, с автором «Годов преарения», о ярым врагом фашизма, с лучшим другом Советского союза останется в памяти навсегда. Днепропетровок. ДЬЯЧЕНКО 

С езд американских художников Арнольд Бланш: «Яприсутсиву на с езде американских художнико потому, что я верю, что только код лективным действием мы можен щитить себя от войны и фашизма Наша судьба тесно связана с дуд бою рабочих». Рокуэлл Кент: «Я присутотвую на этом с езде потому, что я вера в рабочие союзы, в политическов дев­ствие союзов, в сознательность худож… ников и поэтому надеюсь, что союв художников поможет единственом достойному политическому движению современности - коммунизму… На с езде было единоглаоно прина­то предложение Джорджа Виддля об отказе участвовать в выставке, орга­низуемой фашистским правитель­ством в Германии, «которое пропа­гандирует расовую ненависть, держи? под запретом свободу слова и просла­вляет войну». С езд вынес решение о созданы постоянной Лити американских ху­дожников и избрал организационный комитет в составе тридцати пнти чле­нов. С езд американскиххудожников явился показателем большой револю… ционной активности творческих оит Америки и продемонстрировал готов­ность лучших американских худож­ников бороться против реакции, про­тив фашистского варварства и войны, в защиту лучших традиций американ­ской и мировой культуры, в защиту единственной страны свободного твор­чества - Советского Союза. В феврале 1936 г. в Нью-Иорке про­исходил с езд американских худож­ников, на котором присутствовало около четырехеот делегатов со всех концов Соединенных штатов. Это пер­вый в истории Америки всеобщий с езд американских художпиков, об - единивший представителей всех ле­редовых художественных течений и группировок. Сезд проходил с исключительным под емом и плодотворностью. Даже те художники, которые почти до по­следнего момента старались держать­ся в стороне от происходящих собы­тий, замыкаясь в своих студиях, вы­ступали с трибуны с езда о страст­иыми речами в защиту культуры, против реакционных сил Америки, против войны и фашизма. Характер дискуссии лервого вечер­него заседания определило выступле­ние секретаря с езда Стюарта Дэви­са, который указал на фашизм, как на главную утрозу культуре, и при­зывал создать «оплот для защиты интеллектуальной свободы». Выступавшие делегаты особенно подчеркивали необходимость защиты Советокото Союза и борьбы против фашизма. Приводим выдержки из ре­чей; Маргерет Бурк-Уайт: «Фашизм яв­ляется реальной угрозой… Борьба ху­дожников и других творческих работ­ников совместно с рабочими и фер­мерами в защиту их общих прав мо­жет создать оплот плотив фашист­ской агрессии». Книга - свидетель защиты 25 мая в Финляндии возобновляет­ореди прочих документов, и романсо В прошлом году тов. Антикайнен был осужден по ложному обвинению к пожизненной каторге. Пересмотр де­ла вызван тем огромным движением в защиту финляндокого революцио­нера, которое развернулось в послед­нее время в самой Финляндии и в странах Скандинавии. ся процесс известного финляндского революционера Антикайнена, героя кегендарного лыжного рейда, решив­шего в 1922 г. судьбу белокарель­ской авантюры. B борьбе за освобожденне Анти­кайнена комитет защиты использует, «Книга написана живо, серьезно духопод емно. Последнее оообенно ценно в наши дни, когда обстоятель­ства угрожают дракой». ветского писателя Геннадия Фиша «Падение Кимас-озера», где Антикай­нен является главным действующим лицом. Книга эта недавно переведена на шведский язык и выпущена из­дательством «Арбетакультур». В пре­дисловии к повести Г. Фиша помеще­но впервые публикуемое письмо Ма­ксима Горького к ее автору, Поло­жительно расценивая повесть, М. Горький пишет: Антибольшевистская акадамия

скрытая подрывпая работа. Враг рых упрочивается репутация Кутано­становится особенно опасным, если он овладевает партийным билетом. Новые условия классовой борьбы требуют усиления политической вор­ва, он окружен любовью. Ему дове­ряют. С помощью брата жены он пы­тается поступить на военный завод. Связанный с контрреволюционной

вости и большевистской бдительности организацией и выполния ез задания, такова основная идея нового фильма «Партийный билет», выпу­щенното студней Мосфильм. (Сце­нарий К. Виноградской, режиссер И. Пырьев). Актуальность темы, лигически правильное ее разрешение делают фильм чрезвычайно ценным явлением. Классовая борьба и бдительность тема многих художественных произ­ведений. В «Партийном билете» эта тема достигает большой убедительно­сти, благодаря тому, что события взя­ты из живой действительности, Кон­кретность темы -- необходимость бе­режного хранения партийного доку­мента - делает фильм чрезвычайно доходчивым, действенным и своевре­менным. Центральной фигурой «Партийного билета» является Павел Куганов, в действительности сын кулака Зюбин, пробравшийся в процілом в комсомол н совершивший убийство секретаря комсомольской организации. В каче­стве рабочего он переезжает с одной новостройки на другую и наконец по­падает в Мосуву. Этим начинаются события фильма. В праздивчную первомайскую ночь, в залитой огнями и песнями проле­тарской столице появляется его мрач­ная фатура. Он знакомится с моло­дыми людьми Анной и Яшей и с помущью последнего поступает на за­вод рабочим, Внешне обаятельный, Амеющий значительный опыт в рабо­те, он скоро завоевывает репутацию образцового производственника и об­щественника. Хитрый и умный враг, он очаровывает улыбкой. Скромность его привлекает людей. Он изучает окружающих и находит с каждым нужный ему язык. Анна Куликова работает на заво­де, она член партни. Яша Шорин, близкий ее друг и товарищ по рабо­те, любит ее, но Куганов легко и бы­стро устраивает свой брак с ней, для того, чтобы войти в коммунистиче­скую семью Куликовых, в которой отец --- кадровый рабочий, орденоно­сец, старший сын -- военный инже­нер, орденоносец, младший - лет­чик. Этим, однако, не ограничивается хитрый враг. Цель его -- пролезть в партию, а затем на военный завод. где он намечает развернуть свою шшконскую диверсионную деятель­ность. Но тут линия удачи обры­вается. У Анны возникают подозре­ния по поводу прошлого Куганова. Куганов крадет у Анны билет. У здания Московского комите­та задерживают женщину с партби­по­летом Анны. Несмотря на то, что Ан­на Куликова доказывает свою неви­новность, ее - гордость заводского коллектива - исключают из партии за утерю партбилета. С особенной резкостью требует иск­лючения Куганов. Убийца и шпион упрекает Анну в потере классовой бдительности. Анна мучительно переживает свое исключение. Драматизм достигает здесь предела. Скупыми и очень вы­разительными средствами актриса пе­редает подлинное горе коммуниста. Анна, решившаяся во что бы то ни стало раскрыть тайну пропажи партбилета, узнает настоящее имя му­жа, Вернувшийся с колхозной рабо­ты Яша Шорин привозит материалы, изобличающие врага. Фильм кончает­ся арестом Куганова. Режиссерская работа и актерская игра подкупают художественной прав­дой, простотой, реалистичностью и отсутствием эстетских приемов. Работа всего коллектива, создавше­го фильм, подчинена единой цели - художественными средствами донести до эрителя глубоко волнующую тему. Цель безусловно достигнута. Большой удачей фильма является образ умного и смелого врага. Заме­чательно исполняет эту роль артист Абрикосов. На экране не плакатный кулак с звериной физиономией и об­резом в руках, а замаскированный враг, своим обаянием завоевывающий человеческие сердца и чувства. Уда­ча исполнителя роли Куганова заклю­чается еще в том, что несмотря на кажущееся обаяние, образ Куганова не завоевывает симпатий зрителя с самого начала. Зритель верит в си­лу обаяния Куганова, но сам не под­дается ему. Едва уловимыми штри­хами актер спасает от этого зрителя, постепенно подготавливая его к по­следней сцене, где раскрывается под­линное лицо «героя». Это достигается тем, что актер не перевоплощается в изображаемый им образ, но умело ерывает маску с изображаемого им врага. Целостность образа сохраняется на всем протяжении фильма. Ада Войцик создала очень убеди­тельный образ Анны. Особенно уда­лись ей последние сцены о Павлом и Яшей. Бодрый, оптимистический тон Шо­рина (арт, И. Малеев) кажется не-

    

Издательство «Академия» выпуска ат «Избранные произвадения» В. мы публикуем 1. Натан Альтман. иплюстрациями советских художников. Ряд рисунков в этом номере. Рисунок к стихотворению В. Маяковского «Загра­ничная штучка»

Девять советских опер столетия (либретто Пустыльник­«Се­мейство Гриншшан» - о судьбе рабо­чей семьи в фашистской Германии. того, начата работа над дву­мя операми: по роману Н. Островско­го «Как закалялась сталь» и по эпо­нее А. Серафимовича «Железный по­ток». Музыку к «Железному пото­ку» пишет В. Желобинский. Сообщение о предполатаемой опер­ной постановке «Железного потова» вызвало большой интерес среди ши­роких кругов зрителей. Мы получили письмо от комкора Г. Ковтюха, выве­денного в романе Серафимовича под именем «Кожух». Г. Ковтюх предла­гает нам свою помощь в работе над оперой. конца прошлого Ольги Форш), В беседе с корреспендентом «Лите­газеты» художественный ратурной руководитель ленинградского Малого оперного театра народный артист республики С. А. Самосуд и директорКроме театра С. Н. Гисин сообщили о новых советоких операх, над которыми ра­ботают композиторы и либреттисты совместно с театром. - Основная задача, стоящая перед нашим театром, -- заявили С. А. Са­мосуд и С. Н. Гисин, - это борьба за советкую классическую оперу. Эта ответственнейшая задача была выдвинута в беседе товарища Стали­на о авторами оперы «Тихий Дон» во время гастролей театра в Москве. Статьи «Правды» о музыке помо­гают нам в вышолнении большоit задачи, поставленной перед советским музыкальным театром. Готовя новый репертуар, театр осо­бое внимание уделяет созданию со­ветских опер. Авторы «Тихого Дона» - компози­тор И. Дзержинокий и либреттист Л. Дзержинский - работают сейчас над оперой «Поднятая целина» по роману М. Шолохова. Для нашего те­атра пишут оперы: Волошинов - разгроме японской интервенции на Дальнем Востоке в 1920--21 гг., Ше­балин -- о,народном герое Кабарди­но-Балкарии Бетале Калмыкове, Жи­вотов -- о Европе и Америке в годы империалистической войны (либретто по мотивам романа Дос-Пассоса «1919 год», пишет В. Стенич), Френ­кель - о революционном подполье

Сейчас мы узнаем о результатах работы, проделанной почтенным уче­ным обществом в целях выявления достойных этой премии. Два года тому назад Французская академия воспитания и обществен­ной взаимопомощи на торжественном заседании, состоявшемся в Католичес­ком институте под председательством архиепископа Бодриара, приняла ре­шение фонд для премирования художественного произ. ведения, в котором наилучшим об­разом будет изобличено пагубное вли­яние большевизма на семью и духов­ные ценности капиталистического ми­ра. состоялось торжественное за­ло.

седание Академии и на нем с отче­том выступил Анри Бордо, чье имя увековечено позорной подписью ма­нифеста 64-х «В защиту Запада». Премии распределены тажим обра­вом: 5.000 фр. --- генерал Краснов за роман «Ненависть»; 20.000 фр. фон-Кюхельт-Леубрин, немецкий пи­сатель, за книгу «Иезуиты, шпионы п большевики»; 50.000 фр. - Элиа Рах­манова, за роман «Фабрика новых людей». Пьер де Круадис, Ж. де Лонже­виль, аббат Шарпантье и Мадам Пи­кар удостоились похвального отзыва. Итак, «достойных» оказалось не ма-

письмо РОМЭ Н РОЛЛАНА

ЛЕНИНГРАД. (Наш корр.). Ромэп Роллан прислал автору детской пове­сти «Юнармия» Г. Мирошниченко письмо, в котором он между прочим, пишет: странеОпять «Эта небольшая книга еще раз по­казывает нам, как в вашей создается новое человечество, созна­тельное и свободное. Последние стра-

Они вызваны словами уборщицы за­вода: «Он не тот, за кого себя вы­дает», Павлу удается более или ме­нее сколько наигранным. Шалости и шут­ки Шорина не всегда производят впечатление непосредственности. Но правдоподобно об яснить Анне смысл этих слов: он сын кулака, ви­новен, что ральше не признался eйt в последних картинах Малеев дал образ настоящего большевика, зака­ленного в борьбе, глубоко человеч­в этом, и надеется, что это не ста­нет причиной разрыва между ними. Для того чтобы окончательно усы­пить подозрительность Анны и за­ставить ее умолчать об его «открове­ннях», Куганов решается на отчаян­ный поступок -- он вызывает корот­кое замыкание тока на заводе и сам тушит возникающий пожар, отделав­шись незначительными ожогами. Цель достигнута. У Анны исчезают всякие сомнения при виде «геройского» по­ступка Куганова. Никому в голову не приходит выяснить истинный смысл поступка и подлинное лицо «героя». Этот случай еще больше укрепляет ного, сильного большой человеческой любовью и великой ненавистью. A. Горюнов в роли секретаря парт­кома нашел теплые тона для несколь­ко шаблонных и трудных для актера положений, когда он должен провоз­глашать всем известные истины. Осо­бенно удались актеру лирические ме­ста. недостаткам. фильма следует от­нести некоторую растянутость отдель­ных кадров и недостаточно четко звучащий текст, заглушаемый во мно­гих местах музыкой. Однако этот не­достаток не умаляет достоинства глу­боко волнующего фильма. H. ДМИТРИЕВ

Новое издание французских революционных поэтов «Эдисьон Сосиаль Энтернаснональ» берет на себя инициативу по переиз­данию, совместно с Федерацией На­родной музыки (F. М. Р.) старых франпузских революционных песен. Рисунки советских В дальнейшем будут изданы совет­ские пеони. Одновременно будут изданы фран­цузские революционные песни наших дней для хорового и оркестровото ис­полнения. детей в Эдинбурге

Наконец О. М. Брик работает над ницы, где вы рассказываете о том,  либретто оперы -- о революционном Балтийском флоте в сентябре 1917 г. Композитором этой оперы намечен Д. Д. Шостакович. Разумеется, каждая из названных опер требует тщательной и длитель­ной подготовки. Ни одна из них не будет показана ранее 1937 г. Наряду с основной работой над но­вой советской оперой, мы продол­жаем работать и над величайшими произведениями мировой оперной классики. В этом сезоне театр по­кажет «Свадьбу Фигаро» в постанов­ке режзиссера Б. Зона В бушущем году, в ознаменование столетия со дня смерти Пушкина, мы покажем «Бориса Годунова» в постановке на родного артиста Вс. Мейерхольда. Ленинград. Б. РЕСТ. что случилось с вашими товарищами и лично с вами, желающим «итти вперед», доставили мне большое удо­вольствие. Я, к сожалению, не могу «дать вам советы» для вашей лите­ратурной работы. Я написал несколь­ко статей о литературе, они должны были появиться в «Литературной га­зете» в течение последних лет. Но я могу вам посоветовать, как и всем молодым писателям, возможно ше учиться, читать классиков рус­ских и иностранных и, если возмож­но, изучить какой-либо иностранный язык. Жму вашу руку, дорогой товарищ, и желаю вам удачной работы, здо­ровья и счастья. РОМЭН Роллдн» Вильнев, 19 марта 1936 г.

боль-Выставка рисунков советских тей в Эдинбурге, организованная Эдинбургским обществом культурного сближения с СССР, прошла с боль­шим успехом. Профессор искусства Эдинбургското университета Тальбот Райс в письме в БОКС отмечает вы­бокий художественный уровень ри­сунков, что является, по его мнени,

де­результатом системы художественно­го воспитания детей в СССР. Эдинбургская пресса помещает по­ложительные отзывы о выставке. Газета «Скотсмэн» в большой ста­тье пишет: «Это рисунки детей ре­волюции. Они интересны не только с точки врения искусства, но и как показатель изменения в психике стремлениях детей».

Bur 8.

Воспоминания Мэри Хитон Ворс

ЗАЩИТА ФРАНЦУЗСКОГО РОМАНА Л У И А Р АГ О Н Для этого он прибегает к несколь­ким способам, всегда одинаковым. Он использует капризы моды, стремле­ние молодежи отвергать то, что сде­лано ближайшим предшествующим поколением. Он находит различното рода замену действительности, а в области романа есть две таких заме­ны - вымысел и психология. Все красноречие Шатобриана было направлено к доказательству того, что романисты-энциклопедисты от­жили свой век. Находился ли Ренә в связи с своей сестрой, выезжал ли виконт за пределы Нью-Йорка, что­бы овнакомиться с Америкой, - вот какие темы оказывались достаточны­ми для того, чтобы об явить устаре­лым буржуазный реализм Дидро Психологизм сам претендует на ре­ализм. Поихологизмом созданы и ге­ний Бенжамена Констана и карьера Поля Бурже. И в том и в другом случае это - победа господствующе­го класса, ибо психологизм переклю­чает стремление романиста к реализ­му, направляет это стремление в ог­раниченную и безопасную область. Фантазия и фрейдизм - два клас­совых признака космополитического подствующего класса. С этим связан успех Пруста, Поуренса и романи­соднальные потрасения, преобразую­щие современный мир, должны при­вести к тому, чтобы навсегда покон­чить с созерцанием и размышлением, лишенными всякого содержания. Теперь не только массу читателей, но и избранное меньшинство нельзя обмануть и обольстить теми способа­ми, которыми это удавалось делать в течение двух веков. Как в начале XIX века увлечение замками с при­видениями, которому поддались луч­шие представители романтического поколения, было реакцией на глубо­кое потрясение религиозных, мифи­ческих основ; как после Коммуны, выступая против Золя, мнимый пси­хологический реализм с его нзощрен­ностью и премудростью направлял всю тревогу и волнение читателей в область безопасных психологических экспериментов, - так в наши дни господствующий класс надеется удер­жать творчество романистов в грани  

писателей, по той простой причине, что единственное имя, которое они мотут выдвинуть сегодня, - это Мо­риак, произведения которого ценны главным образом тем, что в них от­ражен чудовищный облик Франпуз­ской буржуазии Я не намерен ни подвергать здесь разбору книту «Кровь и свет», «удо­стоенную», как и следовало ожидать, гонкуровской премии вместо книги Гийю, ни критиковать ее автора Жозефа Пэйре. Но лишь сегодня один еженедельный журнал публи­кует заявление, сделанное им в ответ на вопрос, задавный интервьюером: Я вижу, что вы многое внаете о моих книгах и знаете прежде всего то, что я писал о Сахаре, ни разу не побывав там. Нет, не на Монпарнасе создал я «Белый эскадрон», Из трех моих юнит, посвященных Сахаре, од­ну я написал в своем родном город­ке Эди, а две другие - в Фонта­небло. «-- Вы с М Монпарнаса смотрели на Сахару? Несмотря на это, читатели ду­мали, что вы знаток пустыни, что у вас большой личный опыт. - Я горжусь тем, что читатели мо­их книг всегда думают, будто я сам пережил историю, которую я расска­зываю».  Эта тордость факт бодее сущеет датом Леона Додә. Такое издеватель­ское отношение к действительности осной в историшек го романа. возмож-Однако последнее распределение литературных премий должно наво­дить скорее на размышление, чем вы­зывать страстную дискуссию. Может быть, никогда еще живая действи­тельность со всей ее жгучей злобо­дневностью не была так изображена, как в тех книгах, среди которых мо­гли выбирать жюри различных ли­тературных конкурсов. Достаточно присоединить к имени Луи Гийю имена Леона Муссинака и Поля Нн­зана, автора «Троянского коня». Од­нако повсюду премии были присуж­дены произведениям, из которых дей­ствительность была изтнана, произ­ведениям по форме традиционным, авторы которых или по своему соци­альному положению или по своей личной благонамеренности мотут счи­таться социально совершенно безо­паоными. Тут нечем возмущаться, но у нас есть все основания в противо­

  Я высказываюсь в защиту фран­цуэского романа, и ето выражение, конечно, вызовет ряд вамечаний с не­которых сторон. «Крайние левые» во­спользуются случаем заявить, что не­мецкий роман, например, столь же заслуживает защиты, как роман французский, или что в интересах человеческого прогресса следует по­кончить с романом, Французским иным. Что касается первого замеча­ния, то оно указывает на факт, ко­торого нельзя отрицать, а что касает­ся второго замечания, то я против той анархистокой концепции, которая отрицает и роман, и театр, и семью, и родину. Наш французский роман не есть роман продавцов славыи пу­шек. Наш французский роман - это роман, который продолжает и утлуб­ляет живые традиции революцион­ной мыслизображает французский народ, достойный восхищения не то­гда, когда он идет на бойню ради сво­их повелителей, а тогда, котда он умеет побеждать их, народ, создав­ший уличные баррикады и энцикло­педию. Это не буржуазный роман, в котором нет ничего специфически Французского, если не считать фаб­ричной марки вес решитель­ной позиции, - также спределенно и решительно указать нашу повицию, что я и делаю. Да, я считаю, что проза проза Версаля, проза фашистеких позорной экоплоатации человека че­повеком как бы искусно выработан

Американская револющионная сательница Мэри Хитон Ворс, автор «Стачки», романа, в основу которого положена история стачки текстиль­щиков в 1929 г. (есть русский пере­вод), выпустила книгу своих воспо­минаний, относящихся к 1912 гг. (MaryHeaton Uorse. - A Footnote to Folly). Bорс описывает факты и события, свидетелем кото­рых она была во время своей дея-B тельности в Америке и Европе в ка­честве журналистки и участницы ра­движения. илибочего Воспоминания начинаются со вре­мени стачки текстильщиков в Лоу­ренсе. Грубое насилие и произвол со стороны предпринимателей оказали сильное влияние на мировозэрение Ворс. «Вещи, виденные мной в Лоу­ренсе, … пишет она, … важгли во мне пламя ненависти, которое не по­тухло до сих пор». к

пи-Ворс описывает стачку на шелко­вой фабрике Патерсона, бойню на угольных копях Колорадо, войну 1914 года, послевоенные годы, забастовку рабочих стальной промышленности, дни казни Сакко и Ванцетти, рево­люционную организацию эксплоати­руемой рабочей молодежи швейных фабрик Пенсильвании и ряд друтих событий. главах, посвященных войне послевоенным годам, главное внима­ние уделяется детям, растущим в ат­мосфере блокады, бомбардировок, воздушных нападений, стачек, детям недоразвитым и искалеченным голодом. Одна из глав книги М. Х. Ворс по­священа Советской России, где Воре увидела «возникновение нового, пе­бывалого мира». В. мо-

Индивидуалистический романтизм, выражавший авантюристические стремления буржуазии в эпоху под - ема, закончился анархизмом литера­турных течений, когда пришла пора империализма. Борьбой против реа­лизма отмечен апогей буржуазной культуры в тот предвоенный период, о котором так вздыхают люди, хоро­шо знающие, какие «дела» делались в те времена. Однако каждый раз ка­питалистический мир, подобно чело­веку, запутавшемуся в долгах и на­шедшему затем ловкий выход из по­ложения, вновь обретает веру в проч­ность своей системы. После хорошей войны, после хорошего кровопуска­ния, в результате которого для ряда могущественных групп снова стано­вятся возможными торговые дела, ре­ализм в определенной мере вновь проникает в буржуазную литерату­ру. Этим следует об яснить поворот послевоенного романа и новелл в духе Морана. Следует, конечно, остерегаться уп­рощений. В этой борьбе между дей­ствительностью и вымыслом писатели не разделены на два четко очерчен­ных лагеря. Прибегая к вымыслу, Вольтер лучше постиг и изобразил современную ему эпоху, чем аббат Прево, которого пытаются тся провоогла­енть натуралистом того времени. В истории романа есть периоды под ема реализма и периоды его упадка, своеобразно соответствующие манекены, его вымышленные персо­нажи, вроде Эрнани, образом реаль­ного Гавроша. Люди, которые творят историю, не однородны. Эти люди во­одушевлены различными интересами и разделены на противоположные ла­гери, и борьба этих противоположных лагерей и есть та сила, которая дви­гает историю вперед. Романист, от­ражающий (сознательно или бессо­знательно) эту борьбу, часто стано­вится игрушкой этой борьбы. Однако все происходит так, будто действия его продиктованы вполне сознатель­ными мотивами, И когда господству­ющий класс чувствует, что он попал в тупик, когда противоречия, зало­женные в нем, начинают невыноси­мо терзать его, тогда господствующий класс опасается разоблачения дейст­вительности, боится света даже в темной глубине романов. Тогда ус­тами самых умных сынов своих, лю­дей талантливых и лукавых, он пред­лагает романистам изменить метод и отказаться от реализма.

цах фантазии и психологических изысканий. Но господствующий касс пе может ничего поделать с тем фактом, что в течение пятнадцати лет наибольший успех имели два французских романа - «В огне» Бар­бюса и «Путешествие на край ночи» Селина, Буржуазия ничего не может поделать с тем фактом, что самый ве­ликий из ее писателей, Андрэ Жид, в творчестве которого был предельно выражен литературный идеализм, - напомним «Путешествие Юриена», стал теперь защитником Золя. Гос­подствующий класс не может ничего поделать с тем фактом, что Андрэ Мальро находит суровую красоту в той современной действительности, которую этот класс стремится при­крыть благочестивой литературной мантией, - в китайской революции, в душевных переживаниях борющих­ся германских коммунистов. Теперь, когда ясно вырисовывается револю-- ционный облик истинной Франции, господствующий класс ничего не мо­жет поделать с тем, что воплощени­ем французского романа, восприяв­шего наследство Вольтера, Руссо, Дидро, Бальзака, Стендаля, Флобера, Золя, Ромэн Роллана, является «Чер­ная кровь» Луи Гийю. Он не может ничего поделать их. Он не может ничего поделать, ибо его гегемония уже глубоко поко­ства, общества будущего… приостановить развитие новых идей хотя бы в области романа. Не могла Гонкуровская академия дать ность выпустить в сотне тысяч эк­земпляров книгу, за которую голосо­вал один Роллан Доржелес, - «Чер­ную кровь» Гийю, о которой буржу­азия устами Андрә Терива в статье, напечатанной в «Тан», выразилась так: «Не могу без иронии предста­вить себе то впечатление, которое произведет за границей этот доку­мент о жизни маленького француз­ского городка и о французском лицее в частности». Я спрашиваю г-на Те­рива, какое впечатление произвела за границей «Мадам Бовари»? Какое впечатление произвел «Жерминаль»? Наши националисты больше всего опасаются впечатления, которое про­изводит за границей то, что соадается истинным гением Франции. На самом деле, у них нет основания задумы­ваться над тем, какое впечатпение производят за границей романы их



 Круппа или Виккерса. Наш французский роман - французский, ибо он выражает самый дух фран­пузского народа, ибо он не отрекся от того, что составляет историческое ве­личие французского народа, ибо он решительно отмежевался от касты бо­гачей, ибо в современной социальной борьбе его голос - это толос нового французского общества, общества зав­трашнего дня, ибон - неотдели­мая часть той родины, где 50 000 фа­шистских затоворщиков противостоят он 500 ибо 000 истинных патриотов,

оружие в руках истинной Фран­ции против 200 семей, которые вла­деют банками, игорными притонами и публичными домами. И мы отлично энаем, что, как говорит Маркс, «ору­жие критики не может, конечно, за­менить критику оружием, материаль­ная сила должна быть свергнута си­лой материальной, но теория тоже превращается в материальную силу, котда она овладевает массами».

2. А. Дейнека.

Рисунок

стихотворению нахинь»

Маяковского

«Шесть