№

35

газета

(598) 

литературная

ГОРЬНИЙ  Меняются в почетном карауле пи­сатели, художники, артисты, предста­вители Красной армии, рабочей обще­ственности. Андрэ Жида, он так хотел поближе узнать этого замечательного человека, мощ­ный голос которого звучал на весь мир, человека, сыгравшего такую ко­лоссальную роль в повороте лучшей зарубежной интеллигенции к стране социализма. Он ускорил свой приезд сюда в надежде застать еще Горького живым и лично выразить ему свое уважение, свою любовь. и вот при каких условиях пришлось встретить­ся. Около 5 часов в почетном карауле появились товарищи Сталин, Моло­тов, Орджоникидзе, Андреев. народа пришли разделить с ним горь­кую скорбь утраты.

МАНСИМОВИЧ 7 392

АЛЕНСЕЙ і

НАСТОЯЩИИ РЕВОЛЮЦИОННЫ УЧИТЕЛЬ Смерть остановила сердце велшь го писателя и человека нашего вред ни Алексея Максимовича кото. Он принадлежит к плеяде гениальных художников, писател именами которых обозначают целы исторические эпохи; творчество как бы обозначает поворотные м ты, рубеязи во всемирной истории ловеческой мысли, культуры. Родившийся во второй полозка прошлого века, в годы глухой тельной борьбы, в годы предбуры накопления революционных сидм лодым русским пролетариатом, вскоре стал его великим писателе учителем, неутомонным, неутомпыы вещим буревестником. Современник и друг Ленина и С лина, гениальный художник бесподобный мастер, Горький на свод произведениях воспитал многие в сячи, сотни тысяч рабочих, револь ционеров, значительная часть в рых составляла твердый костяк боп шевиков партии Ленина-Сталина Горького теперь не стало… Известие о его смерти поражает глубины наши сердца, Рассудокн мирится с неумолимым фактом, нашего Максима Горького уже ореди нас, что закончил навсегда путь этот человек, который был дм большинства тем, чем не был и не стать ни одни писатель нашего вр мени. Я вспоминаю годы после тяж поражения революции 1905 года. ризм переживал Пиррову победу. Крэ вавой мести помещиков и «отрезви шейся» буржуазни отдана была передовая, лучшая часть рабочы Большевики загизны в подполье. П дательства, измены, ликвидаторсти общественное моральное разложени ерцыбашевщина, тупик в легальн литературе. И среди этого болота щественной жизии подымалась мон чая фигура Максима Горького, товы ща и сподвижника нашего Ленина Горький был для нас живой источником духовного пробуждени Через него мы шли к познанию кса, шли к Ленину, организуя ные кружки большевиков вступая в уже существовавшие, школах, мастерских, на фабриках Вождизаводах тысячи молодых пролетари обретали свое классовое сознание воліучени ниет Мрдодую пр Он ииепри  бовал книгах Горького, поворачивали путь революции, искали партийн! связи, нелегальных листовок, леи ских брошюр, писем. Словом, он бы тем человеком, кто своими бесс ша, пыми удожественными творени больш пробуждал разум и чувства вре чах, миллионах, открывая им на озаряя горизонты, толкая на пот щет средств и путей борьбы с кашь лизмом, за освобождение рабоч класса, за социализм. но счаст дейо достод тр Да дом трудо дания та, у моуч тенмного Устал Велик и плодотворен его талн его блестящий, глубокий, целиком ловечный гений, его бессмертная р бота настоящего революциони просветителя народа. Горький п художник, писатель, как неутомин боец за социализм будет всегда сан жить примером, как должен упорн настойчиво и неустанно работатьнкм собой человек, как он должен любл труд, ибо его пример показыв каким упорным трудом даже создает свои произведения. тен Жить, чтобы бороться за коит низм, бороться, чтобы жить полс стоящему! Трудящиеся нашей ваь кой свободной родины, руководим своим любимым Сталиным, к этог идут уверенно, твердым шагом, мы наверняка к этому придем. 19/VI 1936 г. Сталинград. И. ВАРЕЙКИС Бы чайш Не жотуч бурев

НЕВЫРАЗИМА СКОРБЬ Невыразима скорбы по поводу смерти нашего друга. Разделяем горе всех советских народов. РОМЭН РОЛЛАН Радость моего приезда в Москву почти сразу омрачена тяжелой вестью.О, я знаю, он очень был болен уже несколь­ко времени. Каждый день французские газеты давали бюл­летень о состоянии здоровья Горького; но мы чувствовали в Горьком такую необычайную слитность с живой жизнью, что надеялись, несмотря на все. Казалось, смерть должна отступить перед таким мужеством… Все же встревоженный, я стремительно покинул Париж в надежде его увидеть… Пе­ред огромным трауром всего мира --- как осмелиться гово­рить о своей собственной грусти: того, кого я уже называл своим другом, - нет. АНДРЭ ЖИД ПОСЛЕДНИЕ ПИСЬМА ГОРЬКОГО Огромный интерес представляют сцену вопрос сюжетности письма Горького, полученные не­сти. давно директором Гослитиздата тов. H. Н. Накоряковым. В этих письмах Горький о обычной для него силой «Мне кажется, - пишет что то и другое братских клеймит равнодушие писателей к то­му, что происходит в нашей стране, и образно­Горький,- выражается поэтами республик наших более бо­гато и образно, более «эпично». Мы живем в стране и в атмосфере, для









отмечает недостаточный их интерес к завоеваниям науки, в особенности к героям стахановского движения. В частности, крупнейшим грехом нашей литературы Горький счнтает которых характерна именно эпика, а не лирика. Поэтому «Антология» дол­жна включить в себя наибольшее ко­личество «легенд», поэм, таких, при­мерно, как «Дума об Опанасе» Ба­уход от интернациональной тематики. Указывая на рост революционного  движения во всем мире, на рост клас­сового сознания зарубежных масс, A. М. Горький пишет: «Люди страны, строящей социализм, равнодушны к битве пролетариев. Ди­пломатия мешает? Пустая отговорка. Писать можно обо всем, была бы охо­В другом письме Алексей Максимо­вич высказывает свои соображения по поводу «Антологии советской позаии ва 20 леть, к изланию которой Гослит­излат намеревается приступить. «Соображения эти, - пишет А. М. опираются на твердую мою уверен­ность в интернациональном значенни нашей всесоюзной литературы, и, в настности, поззни, Мне ке прозаикам и поэтам нашим это зна­чение их работы неясно, я я думаю, что если бы они понимали, чего тре­бует от них история, они, может быть, стеонялись бы сочинять так много не­ряшливых и плохих стихов». Дальше Горький указывает на не­обходимость полчеркнуть интернацио­нализм советской поэзии посред­ством включения в «Антологию» пере­водов грузинских, армянских, и др. поэтов братских республик. Разумеет­ся, эти переводы будут тоже стихами русских поэтов, но здесь является настыдный». грипкого, поэма Асеева о партизане, «Улялаевшина» и стихи Ник. Тихоно­ва, такого тона, как: «Гвоади бы делать из этих людей, Не было б в мире лучших гвоз­дей». В первых стихах Тихонова немало героического настроения. Я очень на­стаиваю на сюжетности стихов, на их конкретном историческом содержании. Господа поэты, чрезмерно и в ущерб содержанию увлеченные мастерством формы, весьма, привыкли щеголять и кокетничать оным мастерством, аабы­вая, что по этоп линии им не удастся переплюнуть французов и англичан. Поэты, вероятно, будут настаивать на показе им с нимиоь Однако, время еще не потеряно и. может быть, найдутся поэты, которые заполнят этот постыдный пробел. А пробел-то, ведь, действительно по­Мастерство, конечно, полжно быть показано, но, некренность и силу влохновения. И­покажите интернзипональные мотивы поэзни вашей. Интернационалисты, a жизнь соседнего пролетариата не волнует их, не возбуждает ни гнева, ни радости, ни ненависти. Очень странно!

М. Горьного

Товарищи Стапин и Молотов в почетном карауле у гроба А.

От комиссии по органИЗАЦиИ похорон товарища АЛЕКСЕЯ МАКСИМОВИЧА ГОРЬКОГО Сегодня, 20 июня, на Красной площади состоятся похороны товарища Алексея Макспмовича Горького.

зале. Огромное количество детей. Отцы и матери высоко их приподымают, пусть вглядываются, пусть запомнят. трогательно салютуют под­рук. Многие из них украша­ют гроб свежими полевыми цветами. ГорькогоПионеры Зеркала и люстры Колонного зала и прилегающих к нему фойе покры­ты черным крепом. Не умолкают зву­ки траурной музыки. Вот он в гробу, находящемся на возвышении. Родное, почти не изменившееся лицо: дня.слегка пожелтевшее, оно хранит при­вычное для него выражение строго­сти и добродушия вместе. Мимо про­ходят рабочие и ученые, колхозники и педагоги, инженеры и школьники, красноармейцы и вузовцы, писатели и служащие, -- нет такой профессии, которая не былабы представлена се­годня в этом утопающем в венках

Доступ вПолонный зал дома союзов для прощания с прахом покойного товарища Алексая Максимовича Горьного прекращается в 4 час. 30 мин, Выное урны с прахом товарища Алексея Максимовича Горького из Дема Союзов состоятся в 5 час. 30 мин. дня.

Члены ЦК ВКП(б), члены бюро МК и МГН ВRП(б), члены Президиума ЦИК Союза ССР и ВЦИК, члены СНК Союза СОР, члены бюро помиссии партийного и советского контроля, члены Президиума Исполкома Комин­члены Президиума Мособлисполкома терна, члены ЦК и бюро Мh ВлКСМ,

и Моссовета, члены Президиума Правления Союза советских писателей про­ходят на трибуны по своим мандатам.

Представители остальных организаций проходят на трибуны по специ­альным пропускам.

По прибытии урны ы с прахом товариша Алексея Максимовича Ленина состоится траурный митинг.нятием на прасную площадь, у мавзолея В, И.

Доступ на Красную площадь прекра щается в 5 час. дня, Н ,З Н А Л , Мне трудно писать о Горьком. Мы почти современники. Я видел первые его взлеты, преклонялся перед его та­лантом и перед его революционным темпераментом еще в то время, когда имя Горького только что начинало появляться на страницах журналов. То было время, когда партия «Народ­ной воли» была раздавлена, а осно­впозледствии Лениным Союз борьбы за освобождение рабочего класса еще не возник. Это были последние годы царствования Алек­сандра III, годы жесточайшей реак­ции, годы, когда к нам, ссыль­ным, проникали из центра только го­лоса уныния, разочарования, без­надежности, - годы, когда нужна бы­ла вся сила революционной веры, что­бы не поддаться этому упадочному на­строению. Горький не знал и, к несчастью, уже не узнает, какую роль сыграли для ссыльных его бодрые революци­онные призывы. Люди очнулись, обо­дрились… «Рожденный ползать - летать не может» - подчеркивал Горький… «Летать рожденный - пол­зать не может» - ободряли себя ссыльные. Луч света проник в мрак реакции. Никакой историк никогда 

С Ч А С Т Ь Е  учтет, сколько сосланных в мо­розную Якутскую область ссыльных было вто время спасено от отчаяния, а, можетбыть, и от разложения Горь­ким. Я помню, когда в ссылке был по­лучен номер «Русского богатства», в котором был напечатан «Челкаш».

«Черная черта смерти» подвела итог жизни гениального писателя-револю­ционера. Не улалось спасти Горького. Умолк навеки человек, поднявшийся на большую высоту, но на протяже­нни всей своей жизни не отрывав­шийся от рабочего класса. Умер пе­вец ненависти к гнету, пошлости, ме­щанству, певец любви к свободе, люб­ви к человеку, борец за человека.ванный «Жизнь, - писал М. Горький в ста­тье, посвященной Ленину, - устрое­на так дьявольски искусно, что, не умея ненавидеть, невозможно искрен­но любить. Уж только эта одна, в корне искажающая человека, необхо­димость раздвоения души, неизбеж­ность любви сквозь ненависть осу­ждает современные условия жизни на разрушение». «Я славно пожил! Я знаю счастье! Я храбро бился, я видел небо!» - говорит горьковский сокол, и окрыля­ет его как борца вера в победу. В песне о «Буревестнике», предвещая революционную грозу - «в гневе гро­ма он давно усталость слышит, он уверен, что не скроют тучи солица» он как «пророк победы» кричит: «Пусть сильнее грянет буря!» И буря грянула.

ближайшим соседом, Гаврила был, по выражению Челкаша,«гнусом», не умевшим даже «блудить». Другие мог­ли и не быть гнусами… но индиви­дуализм, забота только о себе, о сво­ем хозяйстве была свойственна все­му тогдашнему крестьянству, и для того, чтобы и крестьянство приблизи-

МИРОВАЯ ЛИТЕРАТУРА ПОТЕРЯЛА СВОЕго ВОЖДЯ Мировая литература потеряла сво­его вождя. Проезжая сеголня по пол­ным веселья окрестностям Москвы, где еще люди не знали о том, что че­рез час заставило содрогнуться каж­дое сердце, каждый камень в этой стране, я повторял с недоумением: «Горький умер?». Еще год назад мы ждали его при­езда в Париж на Международный конгресс писателей. Тогда ом тоже был болен. Но этому как-то не вери­лось Имя Горького ведь связана с жизнью, а не со смертью. И вот он умер в момент, когда­трудящиеся Франции, усваивая уроки 1905 года. успешно добиваются осуществления тех требований, которые родились еще в те времена, когда Горький пи­сал «Мать». Горький не умер. Горький, люби­мый трудящимися всего мира, будет жить в каждой улыбке ребенка, в красоте девушек, в свободной юно­сти счастливой страны. ЛУИ АРАГОН

лось к революции, нужны были дол­Этот рассказ не гармонировал тогда со всем обликем этого журнала. Чел­кашу - пьянице, вору - противопо­ставлялся деревенский парень Гаври-Эта ла, мечтающий об укреплении своего хозяйства и не гнушающийся для этой цели даже убийством шего его Челкаша… Во мне рассказ возбудил еще одии, очень важный в то время для меня вопрос Среди ссыльных были различ­ные группы, но, отличаясь, в сущно­сти, в очень незначительных оттен­ках, все они были народниками, все видели в крестьянстве основной дви­жущий фактор революции, Горький мастерски обнажил душу индивидуа­листа-крестьяпина, грезившего о зем­ле, но только для себя, не интересо­Гадливое чувство вывывал Гаврила, чувство невольного уважения выаывал Челкаш… гие годы ленинско-сталинского пере­воспитания крестьянства. черта, обратившая в то время мое внимание, не гармонировала со всем обликом «Русского богатства». выручив-Горький в то время еще не был марксистом, но как зоркий наблюда­тель-реалист, он подметил эту черту и резко и четко подчеркнул ее. Больше сорока лет прошло с тех пор. Горький дожил до победы со­циализма, В последние дни его жизни был опубликован величественный про­ект сталинской Конституции. Нема­лая доля в достижении результатов, подытоженных этим проектом, при­надлежит и Горькому. Он не дожил до развернутого коммунизма, но он, как егораненый сокол, уже видел небо социализма, видел счастливые народОССР, он «знал счастье».

Мозг А. М. Горького доставлен в Институт Мозга Вечером 18 июня мозг скончавшегося величайшего писателя современ­ности Алексея Максимовича Горького доставлен в Институт мозга в Москве. Директор Института мозга С. А. Саркисов сообщил сотруднику ТАСС следующее: - На-днях мы приступим к микрофотографированию всех поверхностей. После этого с мозга Алексея Максимовича будет сделан слепок, который навсегда сохранит и точно воспроизведет форму и размеры мозга, рису­нок его борозд и извилин. Затем мозг будет подвергнут детальным науч­ным исследованиям. в E. УСИЕВИЧ вал воспитывать в человеке поэт ре­волюционной демократии Некрасов Необузданную, дикую К лютой подлости вражду И доверенность великую К бескорыстному труду. Произведения писателя Горького были набатом, будившим спящих, призывавшим на борьбу с загромоз­дившим мир собственническим свин­ством и озверением, на борьбу со вся. ческим унижением, угнетением чело­века человеком, на борьбу за счастье людей, за высокую, чистую человеч. ность. Каждая строка Горького звала на бой с созданной собственническим обществом нелепостью, бессмысленно­стью, грубой жестокостью жизни, ка. ждая ст я строка, каждый как будто слу­чайный эпизод. Пау прынасдоаов Горького в кой девочни: «Он, мамочна, ой, ми разбудить жкгучую ненависть к под­лой действительности, где возможен такой детский крик, чтобы толкнуть как удар по овоему сердцу, для ко­торого художественное творчество было средством активного вмешатель­ства в жизнь, средством изменения жизни. «Итак, на вопрос, почему я стал писать? - рассказывает сам A. М. Горький. - отвечаю: по силе да­вления на меня «томительно бедной жизни» и потому, что у меня было так много впечатлений, что «не пи­сать я не мог». Первая причика за­ставила менн попытаться внести в

вавшегося тем, что будет даже с его ФЕЛИКС Кон  ностями. И запомнила потому, что это   был единственный случай, когда на иногдаПродетариат выдвинул из своих илов великого писателя и великого человека, благороднейшего защитника честныхетоЕго ненависть к тупым и злобным угне­Горь-рти тенным и внепловтируемым посите­трудицемся массам всего мира. защиту истязуемой женщины, на­встречу озверевшей, опьяненной дур. маном вековых предрассудков старо­го общества толне, кинулся прохо­жий человек. Этот человек был Мак­сим Горький. Не в силах вынести зретища истязуемого я оплевываемо­го человека, он бросился заслонить его собственным телом. И движимый том же чувством, он написал свой рассказ об этом случае, не упоминая о овоей ролн. Так всегда он бросался в гущу схватки с силой царящего в мире зла, и своим пером, и голыми могучими кулаками, и силой своего живого голоса. Такова была связь Горького с действительностью. И со­вершенно естественно, что такого ро­да связь с действительностью была крепкой, нераарывной связью с про­летариатом, с его партией, с его вож­дями Лениным и Сталиным. Одну из своих публицистических пн-стаен содбницистических ной на русском языке «Немецкой  принижснным, порабощенным, през­ренным существом».

Был - праздник, была победа чело­века над скотом, а ты сыграл в анар­хизм, и заставил скотское, темное торжествовать победу над человече­ским». . Горький концентрировал в себе эти новые черты. И именно это дало ему тот своеобразный, ни на кого не­похожий, невыразимо милый, невы­разимо прекрасный нравственный облик, который позволял ему силой обаяния собственной личности заставлять верить в правоту дела пролетариата колеблющихся людей буржуазного общества. Видя и показывая пороки и язвы загнанного капитализмом в темный тупик человечества, великий человек великой эпохи - Максим Горький не верил в торжество «скотского, темпого над человеческим», и он был глубоко прав. Носимая им в себе кон­центрированная человечность, его высокон мужественное благородство. его уважение к человеку и любовь к нему были чертами трудящегося че­ловечества, уже пробивающимися на­ружу из-под слоя нанесенных господ. ствующими классами предрассудков. Сила М. Горького в том, что что наллоо еко олоко было тевал на де 

доверие к таящимся в человечестве силам, вся та любовь к трудящимся, унижаемым, доводимым до отупе­ния, иногда до бессмысленной жесто­кости и все же таящим в себе неис­чернаемые родники глубокой человеч. опро все произведения Горького-писателя. Это доверие, эта любовь к трудяще­муся человечеству и обусловливали суровый и мужественный реалнам Горького, позволявший ему не прикрашивать так горячо лю­бимых им людей, показывать их та­кими, какими их делала беспощадная, грубая эксплоатация господствующих классов, указывать на часто свой­ственную им грубость и невежество: но вместе с тем вскрывать таящиеся под этой грубостью огромные запасы чуткости, товарищества, способности к подвигу, которые нужно только раз­будить. И здесь мы снова сталкиваем. ся с Горьким - человеком. Ибо ог­ромное человеческое мужество нуж­но для такого писательского реализ­ма. Но Горький, смело обнажая дейст­вительные язвы трудящегося челове­действителаноо порои в проново борьонанотвв простно и ненстове, нещадя бзижай.У яростно и неистово, не щадя ближай. ших друзей, клеймил попытки «обы­на вопрос Андреева, мотивировал приня-разрыв: «А почему случилось? - скажу: первое - «Тьма». Обиделся я на те­бя за нее, ибо этой вещью ты украл у нищей русской публики милосты­ню, полапную судьбой. Дело про исходило в действительности-то не так, как ты рассказал, а лучш, человечнеее и значительнее. Девица оказалась выше человека. который перестал быть революционером и бо­сказать об этом себе и людям. деревня с именами,

волюции, пройдя с рабочим класом из недр которого вышел, все тр вавые схватки с царизмом и ка тализмом, как передовой борец, ксей Максимович Горький, велик Максим Горький закрыл свои, не усталые, еще зоркие орлиные за, увидев воочию победу дела, которое боролся, увидев расцвет щее на шестой части мира свобод человечество. Он вышел в вместе с рассветом освободитель движения пролетариата. В послеши дни его жизновая Конституци сударства рабочих и креотьян то ственно констатировала уничтож в нашей стране паразитических плоататорских классов, незыба права человека на свободный тв скай труд, нерушимость братском юза трудящихся различных расб пиональностей, осуществление кого сопиалистического гуманизми торый грезился Максиму Горьком! бимгы A, 1) Ест смерт страна отвре быть сората его юных мечтах, заржество он боролся до последнего своей жизни. произведения переживут По ним наши далекие потомкив дущем развернутого коумуша элоху борабужа кохмунам б они бурт скому обществу черты мужествен чистоты чувств коммуцистие чистоты чувств коммуцистичесно глубокой, непостижимой для преде вителей собственнического общесть ской этики, что он был таким, кан пролетариата, потому, что он к олицетворял в себе развитие прив тариата к бесклассовому общес страна дераза умер. Но не умрут не толь произведения. В памяти всех, ко по-настоящему дороги борьба да пролетарната, будет жить веческий облик МаксимаГор заражая волей и страстью самых лучших людей нашан е нового обравца, Пре человео мужественной

е H

Две недели страна с затаенным лыханием следила по газетным бюл­летеням за пульсом А. М. Горького, за его температурой, за его упорной борьбой со смертью. И вот он умер. Умер великий писатель. Ушел из жи­зни огромный человек, один из тех. которых до сих пор скупо и редко рождала земля. Настоящих исследований о Горь­ком-писателе до сих пор не написано, и не скоро они будут написаны. Еще много надо расти нашей критике, от многих предрассудков придется еще ей освободиться, чтобы понять то ог­ромное и новое, что внес М. Горький в литературу, чтобы проследить те гениальные прозрения о будущем че­ловеке, о зарождении его свойств в среде страдающего и борющегося про­летариата, которыми пронизаны все произведения М. Горького. почини Пронведения Горьного, свелнын посами рацама ма Сма несли в себе тот высокий тмалном, сейчас социалистическое государство рабочих и крестьян. не был действователем в истории и не играл такой важной роли в обще­стве или умственном мире, а был бы безвестен в тиши». M. Горький обладал художествен­ным геннем, Но основная его сила как писателя заключалась в другом очень мало межно найти в истории людей, существование которых при­носило бы такую честь человечеству, как жизнь Горького. Все его суще­ство с ранних лет характеризовали свойства, которые когда-то призы-

«бедную» жизнь такие вымыслы, «выдумки», как «Сказка о соколе и уже», «Легенде о горящем сердце», «Буревестник», а по силе второй при­чины я стал писать рассказы «реа­листического» характера: «Двадцать шесть и одна», «Супруги Орловы», «Озорник». Он писал, потому что не мог мод­чать о том, что видел, не мог не пу­стить в ход того страшного по силе оружия, которое было в его руках. Но он видел то, чего не видели мно­гие, даже находившиеся в примерно равных с ним условиях, потому, что в каждый момент своей жизни он чувствовал себя частью огромного че. ловечества. В биографии М. Горького есть одна деталь, на которую до сих пор очень мад обращали виизания, хотя она норных верт которого было то что которую он сам, с неподражаемой, ему одному свойственной образно­стью, определял, как «склонность ного из таких разговоров, выйдя на улицу и влумываясь в эту, тую им всерьез теорию, Алексей Максимович упал в обморок. Мысль том, что он не часть огромного, страдающего и борющегося человече­ства, a некий «самодовлеющий суб ект», мысль, столь соблазнитель­ная для многих, оказалась для М. Горького непереносимой. Ибо если он один, то нет выхода из причиня­емого жизнью страдания. В этом бес­сознательно сказалось все то огромноеится

нас сейчас много говорят и  М. Горького, Одним из ярких при­меров такой связи является случай, рассказанный года полтора тому на­зад в «Правде». Речь идет о рассказе Горького «Вывод», Это­потрясаю­щий своей негодующей правдивостью рассказ о тупом и жестоком нстяза-Всю нии всей деревней молодой женши­ны, нарушившей обет верности. И вот, много лет спустя, что из многих

Эти слова Маркса были основным содержаннем и жизни и творчестваОн великого писателя пролетариата. свою жиань, все свое творче. ство, все силы он отдал делу уничто­ження «всех отношений, всех усло-

вий, в которых человек является приниженным». Начав свою жнзнь выяснилось, таких случаев данная двцже став буревестнком реной, творчество на варе рабочего заномниа один этот случай ння в России, датой, со всеми подроб