№

36(599)

газета

литературная



 ГОРЬНИЙ мира нового 

МАНСИМОВИЧ еловен Во всей мировой литературе нет пи­сателя, у которого жизнь и творчест­во были бы так едины, как у Мак­сима Горького. О нем недостаточно сказать, что в свои произведения он вложил глубокие иден и огромный жизненный опыт. Так бывало и других выдающихся писателей. Горького не только его литературная и общественная деятельность, но и основные факты его личной жизни все вначительно, и все это составляет единое целое. Он вошел в историю че­ловечества не только как писатель, автор многих замечательных произ­ведений. Значение его еще больше, еще выше. В жизни Горького, человека. из трудовых масс, в тяжелых боях и в напряженном труде отстаивающих будущее человечества, воплотился процесс величайшего всемирно исто­рического значения - рождение со­циалистического человека. Великие писатели прошлого созда­вали типические образы, через по­средство которых мы познаем совре­ности развития. Максим Горький - Алексей Мак­симович Пешков -- сам был художе­ственным, типическим образом, ко­торый создало революционное разви­тие русского пролетариата. Если бы Горький не был писате­лем, а работал бы в любой другой области труда, то и тогда его жиз­ненный путь - от неосознанного протеста против неправды жизни до сознательной борьбы за коммунисти­ческое переустройство общества, - и тогда его жизнеописание, очерченное добросовестным биографом было бы неоценимым памятником литерату­ры. Огромное массовое движение, соци­алистическая революция неизбежно должны были, рано или поздно, выд­винуть великого писателя. А этот пи­сатель должен был описать жизнь человека, похожую на жизнь Горько­то. Но случилось так, что большой литературный талант и большая жизнь, существенным содержанием Это может показаться случайно­стью, подарком судьбы. Но во вся­ком явлении, имеющем большое исто­рическое значение, под видимой слу­чайностью скрывается глубокая за­кономерность, Литературная деятель­ность Горького, как и вся его жизнь, воплотила в себе важную характер­ную особенность социалистической культуры. боль-Особенность эта заключается в том, что жизнь человека из трудящихся

АЛЕНСЕЙ

Накопление материалов и, в бенности, разработка их тольно начались, трудно предугадать, ко еще ценностей даст эта работа и среди того, что удалось уже брать, есть документы огромной Это прежде всего - непосредстве автобиографические рассказы чих и крестьян, а также работ бок о бок с ними научных раб ков и инженеров. Ценность их деляется этическим и твор превосходством трудящихся. Эт чества проникают во всю их Именноадесь находится и из которого вырастут лучшие ведения социалистической лт ры. подавляющееБиографический и автобиогра ский жанр занимает чрезвыч большое место и в современной жуазной литературе. Все это обл здесь своим особым характером же по своему отражающим состоя вебуржуазной культуры, «Личк сквозь восприятия которой изображается жизнь, единств рует такую эгоцентрическую ность. Круг реальных об ектов кето мира, на которые направлен внимание, в особенности явлени циальных, становится все уже 2р За их счетраздувается до коси все,ских масштабов нечто мелкое и б ержательное. Получается то, чо немецки называют «Ich-Roman доре-роман», роман о себе). Лично литературе уже перестала слу средством изображения общества васлоняет собою общество, весь всех людей, кроме автора, которы этого и сам перестает быть до ным звания человека. этой диаметральной протвв ложности двух литературных дв ний ясно сказалась пропасть ма художественной «культурой» б аэного упадка и гигантски раст пролетарской социалистической турой. Автобиография Горького - замечательного человека нашей ны - огромный вклад в мир лионов людей, идущих к кому му. культур-Борьба за коммунистическое рищество, об единяющая всех п о-щихся, за освобождение челов от буржуазного варварства - е-главное содержание всей жизн сима Горького. Это делает его великим произведением, создн великой эпохой. И это сделалоп нзведения Горького огромным вперед в художественном разви ловечества. 

ву одного из предпринятых им ли­тературных изданий -- серии «Жизнь молодого человека XIX столетия». Горький с гениальной чуткостью по­нял, где кроется максимальное выра­жение исторического смысла общест­венной борьбы минувшето столетия. Но своим творчеством и своей ли­тературно-политической деятельно­стью он указал нам также на корен­ное отличие новой художественной культуры, создаваемой пролетариа­том, от культуры всех предшествую­щих эпох, Всякая демократизация обществен ной жизни до пролетарской револю­ции могла быть лишь относительной. Осуществлялась она в ограниченной и противоречивой форме; большинство народа оставалось в подчинении у господствующих клас­сов. Основные массы трудящихся оставались изолированными от выс­щих форм культуры. Только пролетарская револющия дет к окончательной полной демо­кратизации общества, превращает собственными их усилиями стреми­тельно изменяется жизнь, миллионы людей видят, как в этом общем про­цессе изменяются они сами. В свете победы революционных идей особую яркость и ценность приобретает связанное с подготовкой этой побе­ды; выясняется вся значительность прошлой жизни не только руководя­щих, но и рядовых участников волюционного подполья и революци­онных боев. Мало того - жизнь тех трудящихся, которым нечего вспом­нить в своем прошлом, кроме тяж­кого труда и безрадостного сущест­вования, с новой точки зрения, по­рождаемой социалистической дейст-В вительностью, получает новый смысл и большую значительность. Сейчас нет биографии трудового человека, которая не была бы интересна, если не богатством фактов, то внутренним содержанием. Тем более значительны биографии передовых людей нашей страны, а таких людей - миллионы. Максим Горький с чуткостью, кото­ны», «Люди второй пятилетки» организацин, задача которых состоит в выявлении широчайшего песспоммунистичесного самовосии­посса комувапдо го, что рассказывают о себе массы годилшних строителей социализма. Тысячи людей откликнулись на это начинание Горького. Вокрут этих ор­ганизаций создалось общественное движение, эначение которого далеко не оценено в должной мере. Ф

слоев населения приобрела небыва­лую прежде значительность. Если и прежде, во всей предшест­вующей истории, в основе культуры лежала деятельность масс, то при­ниженное, бесправное положение этих масс приводило к тому, что в продуктах духовного творчества лю­дей дейтвительное содержание народ­ных движений и жизнь самого наро­да получали неполное, косвенное и, большей частью, искаженное отраже­ние. Правда, в эпохи великих исто­рических переломов, когда револю­ционные выступления масс достига­ли высшего напряжения, возникала подлинно высокая литература, со­здаваемая великими художниками, - а «если перед нами действительно великий художник», как писал В. И. Ленин, «то некоторые хотя бы из су­щественных сторон революции он должен был отразить в своих произ­ведениях». Действительно, творчество великих писателей, реалистов прош­лого, является для своего времени и наиболее демократичным, наиболее ским реализмом». В те времена, когда еще не созре­ли об ективные условия для победо­носной революции трудового народа, и результаты его восстаний неизмен­но присваивались новым, выходящим на историческую арену эксплоататор­ским классом, писатель еще не нахо­дил опоры для реалистического раз­вития своих положительных идеалов. Эти положительные идеалы зачастую превращались в утошии, в которых подлинно человечные и прогрессив­ные устремления выражались аб­страктно, в затемненной форме - как некое противоположение сущест­вующему, несправедливому обществен­ному порядку иного, более или менее отвлеченного общественного идеала. Горазде прямее выражалась демокра­тическая сущность таких писателей в критической стороне их творчества­в беспощадном разоблачении уродств современного им общества, в силе, с которой они клеймили его пороки. черты современного человека. Это связано с тем, что жизнь целого слоя населения, который прежде считал­ся мало интересным и недостойным того, чтобы быть тлавным об ектом художественного изображения, теперь приобретает всеобщую значитель­ность. В описании судьбы человека из этогобщественного слоя раскры­ваются наиболее глубокие вопросы современности. Это прекрасно знал Горький, и на это он указывал дру­гим. Именно эта мысль легла в осно-еще

Похороны А. М. Горького. Товарищи Стапин, Горького по Красной

Молотов, Димитров и Жданов несут урну с прахом А. М. тт. Ягода, Орджоникидзе и Андреев

Траурный митинг на Красной площади ца, ведущего за собою человечество дей не две даты их бытия в исто­рии - рождение и смерть, а только одна дата: их рождение. На этой древней площади, где на­род тысячелетия создавал для себя государство и где создал для всех высшие формы государства, мы соб­рались, чтобы поставить в Пантеоне урну с прахом нашего народного и мирового писателя. Дата рождения художника Горь­кого - девятисотые годы. Юноша Пешков собрал в дивном фокусе сво­ей души все варывчатые силы той предреволюционной эпохи: собрал весь гнев униженных и эксплоать поати-лой, руемых, все томительное ожидание, все страсти, которым не находилось выхода. Он своими боками испытал чугун­ную крепость купеческих, мещанских и полицейских кулаков. Он не раз дрался, как бешеный, один против многих, в защиту оскорбляемых и унижаемых. высоты. Он вел советскую литерату­ру единственным ее путем - реа­тоопрвирокото и глубокого поэнания всего многооб­разия нашей советской жизни. Его руководящей идеей была фор­мула Ленина: «Само стремление к обхвату общего - уже спасает нас от косности». Таков путь советской литературы; стремление охватить как можно ше, как можно глубже, как можно правдивее нашу сложную, творче­Товарищи, не похоронным маршем, a победной песней жизни встречаем великого художника, живущего с на­ми и продолжающего помогать нам своим неувядаемым словом, нести вы­соко, все выше факел советского искусства. скую, растущую, небывалую жизнь. На страже этого стремления стоял и стоит бессмертный Горький. Да живет вечно Горький в наших сердцах и в наших творениях! Речь тов. А. Н. Толстого От Союза Советских Писателей У кого живое сердце, сказал он, разбивай вдребезти проклятое ме­щанское опепенение. уходи напро сторы, зажигай костры вольной жи­зни! Широкими мазками, торопливо и гениально он рисовал тупое и звер­ское лицо класса эксплоататоров. Вот она -- российская, вымазанная пост­ным маслом ненасытная харя. Любуй­тесь! Я еще был мальчиком, я помию то впечатление грандиозного взрыва, отдавшееся по всему миру. В затх­казалось бы, такой прочной, бур­жуазной жизни была пробита брешь, куда устремились все, у кого было живое сердце. В какой-нибудь год имя Горького облетело весь мир. Он стал предте. чей революции, ее буревестником. Близость к Ленину организовала его бунт, устремила его искусство к ясно намеченным и конкретным це­лям. Речь французского писателя тов. Андрэ Жида* От Международной Ассоциации Писателей рожает культуре, это война, к кото­рой неотвралико ведут эти влобные национализмы. на международной конференции писа­телей для защиты культуры, которая сейчас происходит в Лондоне. Тре­вожные вести о состоянии здоровья Максима Горького заставили меня поспешить в Москву. И на этой Кра­сной площади, которая видела уже столько славных и трагических со­бытий, с этого мавзолея Ленина, на который устремлены все взоры мира, я хочу громко заявить от имени пи­сателей, об единенных в Лондоне, и от моего собственного имени, что за­итраоите культуры дожны взять на себя великие международ­ные революционные силы. Они дол­жны ее защищать и придать ей но­вый блеск. Судьба культуры для нас непосредственно связана с самой судь бой СССР. Мы будем защищать их. Так же как над частными интереса­ми каждой страны стоит великое единое стремление к сплочению про­детариата всех стран, так над кажло национальной литературой расцьета­ет культура общая и единая для все наций, культура, выросшая из того, что поистине живо и человечно, в осо­бенностях литературы каждой стра­ны, «национальной по форме, социа­иистической по содержанию», как нам оказал товарищ Сталин. Я часто писал, что чем больше у писателя своего, характерного, тем более широкий круг он привлекает в себе, потому что, будучи более ин­дивидуальным, он оказывается тем самым более человеческим. Ни эдин русский писатель не был более рус­ским, чем Максим Горький, И ни к одному из русских писателей не прислушивались с таким вниманием во всем мире. Я видел вчера, как шел народ мимо гроба Максима Горького. Ямог бы бесконечно смотреть на это не­сметное число женщин, детей, тру­дящихся всех профессий, чьим дру­гом и глашатаем был Максим Горь­кий. Я о грустью думал о том, что эти самые люди во всякой другой

И Х И Р И Н И

Р

Т

Ш

С Е М Е Н Волжская агитбригада имени Макси-Он ма Горького, с которой великий пи­сатель состоял в живейшей связи и репертуаром которой он специально занимался. Пение, пляски, хоровые номера, скэтчи, инсценированные сказки, акробатика, лихие гармони­сты и балалаечники - вся пестрая и брызжущая весельем жизнь канало­армейских агитбригад пользовалась исключительным вниманием нашего Алексей Максимович горячо под­держивал работу наших лагерных ху­дожников. Он особо интересовался та­лантами из уголовной молодежи. Еще на Белморстрое он заметил бывшего вора Степана Дудника, который те­перь заканчивает Академию худо­жеств ОССР, куда он был принят по рекомендации Горького. В Дмитлаге Алексей Максимович с любовью сле­дат ва интересной работой Централь­Глебом Кун, значкистом двух кана­дов. Центральная художественная ма­стерская Дмитлага за время своей работы создала сотни ярчайших по­потен и зарисовок и выдвинула око­ло двух десятков талантливейших лю­дей. друга, Лишь на-днях бывший вор Петр Гусев, ученик нашей мастерской, при­нес свой подарок любимому шефу каналоармейского искусства: портрет Максима Горького, артистически ис­полненный мозаичным опособом из соломы. Гусев мечтал о пе­релатого гортрета лично Алексею час уже невыполнима… * Море в тот день было неспокойно. Горький, задумавшись, смотрел вдаль, Вдруг, как бы отвечая какой-то сво­ей мысли, он заговорил о товарище Сталине, Волнуясь и покашливая, юношеским восторгом заговорил замечательном сталинском внимании к живому человеку, о гигантском об­лике нашего вождя. Он с увлечением заговорил о своих литературных пла­нах, о намерении запечатлеть образ товарища Сталина в новой книге об товарища Сталина в новой книге об изумительных победах Советского Со­Своимн письмами к каналоармей­ам,стропочтительно Волга, Алексей Максимович воспиты-Когда вал в них высоков чувство безгра­ничной любви к нашей прекрасной родине, к нашему великому Стали­ну. О вожде партии Горький всегда говорил с особой проникновенной лю­В декабре прошлого года я навестил Алексая Максимовича в Крыму. Под вечер Горький вышел погулять на берег моря. Алексей Максимович, че­ловек огромных страстей, любил сти­хию.

i

87

с безграничной любовью гово­рил о Сталине, о партии, о чудесных делах, творящихся на одной шестой части мира. * Я помню женский слет каналоар­меек Дмитлага в день 8 марта 1935 г. В Яхромском клубе строительстваКакая собрались лучшие ударницы канала, вчерашние воровки, балдитки - се­годняшние героини труда на чайшей стройке страны. Было во вре­мя этого слета много незабываемых минут. Но самым лучшим, самым яр­ким, самым радостным воспомина­нием для всех остались минуты, ко­гда зачитывалась телеграмма Максима Горького ударницам-каналоармейкам. «…Ваша работа еще раз показыва­правдой большевизма, как чудесно организует женщин делоЛенина Сталина». Делегатки слета, ватаив дыхание, слушали приветственные слова люби­мого писателя. <…Вашей работой вы хороните про­клятое прошлое, - всей душой же­лаю вам поокорее пережить настоя­щее и сохранить силы ваши для стронтельства будущего, - будущего, когда вы, свободные, познавшке ве­ликое значение социалистического труда, примете участие в деле даль­нейшего украшения и обогащения вашей родины, Сердечно приветствую, кланяюсь. М. замолкли последние слова «сердечно приветствую, почтительно кланяюсь», в притихшем зале раз­дались заглушенные рыдания. Это были потрясающие минуты, оставив­шие у всех неизгладимое впечатле­ние. *

правильное. Эти Ваши мале поэты и прозаики вернутся д действительно «перекованными ми и будут хорошо служитьв ду своему». Письмо заканчивается сп «Летом обязательно приеду в Дмитлаг». боль, когда подумаешь Горький безвозвратно ушел… *

Ночь в крематории. Сумеречная Красная площадь. Взволнованная речь товарища Молотова. Рядом с ним сосредоточенное и такое любимое лицо вождя. Траурный марш. За­тихшая многотысячная толпа. А по­том - последний скорбный путь к древней Кремлевской стене… Все это было только вчера. Все вто было, и тем не менее, до сих пор рассудок не может примириться тем, что Алексея Максимовича боль­ше нет, Горький никогда не умрет в наших сердцах, он навсегда останет­ся живым, жизнерадостным, полным кипучей деятельности, мятежным бу­ревестником пролетарской революции, пламенным бойцом за коммунизм. Когда-нибудь, - я в этом не сом­Когда­неваюсь, -- будет написано очень мно­го волнующих строк о неповторимой большенистокой работе Алекея Мак­одном из писем, обращенных к за­ключенным лагерей, Об этой титани­ческой и потрясающей своеt чело­вечностью съранице жизни Горького со временем будут написаны целые тома. Я здесь хочу лишь привести отдельные штрихи и факты из этой замечательной работы Горького. *

вели-Алексей Максимович приеы Крыма в Москву 27 мая, 28 ему послал рассказ бывшего воз ханла Брилева. Рукопись Бр была мне 2 июня возвращена с тальнейшими пометками на 14 ницах. Некоторые страницы був но исписаны критическими зам ми великого писателя. К ру приомео пасьмо ницах с подробнейшим художе в этом письме анализирует хар ные черты ведущего героя, узи ет автору на поверхностность ею хода к сложнейшим проблеман временности, вскрывает его фор стические ошибки. И письмо и заметки на поля писаны дрожащей рукой. Ал Максимович писал их, будуче женным смертельным недугом… 20 

стране, кроме СССР, были бы теми людьси, для которых был бы выпре­культуры наталкиваются на стращ­ное: «вход запрещен», «частное вла­дение». И слезы навертывались у ме­ня на глазах при мысли о том, что то, что здесь уже так естественно, кажет­ся мне, западному человеку, еще та­ким удивительным. И я думал также, что здесь, в Со­ветском Союзе, есть нечто новое и неожиданное: до сих пор во всех странах света крушный писатель по-О чти всегда был в той или иной сте­пени мятежником и бунтарем. Более сал всегда протия чего-тибудь. Он не сотлашался ничего одобрять. Он все­лял в умы и сердца брожение непо­корности, мятежа. Сановники, вла­сти, если бы они умели предвидеть, без сомнения угадали бы в нем вра­га. Сейчас в Советском Союзе вопрос впервые стоит иначе: будучи рево­люционером, писатель не является больше оппозиционером. Необорот, он выражает волю масс, всего народа и, что прекраонее всего, волю его во­ждей. Эта проблема как бы исчезает, и эта перестройка настольконеобыт сньоно на го, чем может гордиться СССР в эти замечательные дни, которые продол­жают потрясать наш старый мир, Советский Союз залеет в новом небе лемы, о существовании которых мы по сей день не подозревали. На долю Горького выпала удиви­тельная и славная судьба,связать этот новый мир с прошлым и пере­бросить мост в будущее. Он видел гнет позавчерашнего дня, трагическую борьбу вчерашнего. Он своими мощ­ными силами помог уверенной сияю­щей победе сегодняшнего дня, Он был выразителем тех, кто еще сам не мог поднять свой голос, и тех, чей голос уже звучит сейчас. Отныне Мак­сим Горький принадлежит истории. Его место в ряду самых великих.

Смерть Макоима Горького омрачи­тольно Советокую отрану, но и весь мир. Великий голоо русского народа, который доходил до нас че­рез Горького, нашел себе отклик в самых далеких странах. И вот почему я здесь выражаю не только свое личное горе, но горе французской ли­тературы, горе европейской культу­ры, горе культуры всего мира. Культура долгое время была преи­муществом привилегированного клас­са. Чтобы овладеть культурой, надо было иметь досуг. Целый класс тру­дился, чтобы дать возможность не­большому числу праздных людей на­слаждаться жизнью, пополнять свои анания. Сад культуры, литературы и анания. Сал кулуры, куда имели доступ не самые разви­тые, не самые способные, но те, кто с детства не знал нужды. Всегда бы­ло очевидно, что ум не обязательно овязан с богатством. Во французской литературе такие люди, как Мольер, Дидро, Руссо, вышли из народа, но их читатели все были людьми, имев­шими досут. Товла Великая Октябрьская рево­люция всколыхнула глубокие пласты народов, на Вападе говорили и пов­торяли, и даже почти верили в то, что этот огромный вал затопит куль­туру. Разве, говорили некоторые, культура, как только она перестает быть привилегией немногих, не на­ходитоя в опасности? В ответ на этот вопрос писатели всех стран сплоти­лись в сознании непреложного долга: да, культура в опасности; но опас­ность ей угрожает никак не со сто­роны освободительных и революцион­ных сил; наоборот, она угрожает со стороны тех слоев, которые пытают­ся подчинить себе эти революцион­ные силы, сломить их, наложить свое иго на самый разум, Угрозой для культуры являются фашизм и узкие искусственные национализмы, кото­рые не имеют ничето общего о на­стоящим патриотизмом, с глубокой любовью к своей стране, То, что уг­* Речь переводит на русский язык тов, Мих. Кольцов.

литературно-художественной ра­ботё каналоармейцев Дмитлага НКВД - участников исторической стройки адветкой тераторов Месквы и Лениятрада не раз говорилось о литературном жур­нале «На штурм трассы», о газете и библиотене «Перековка», Вся эта мно­гообразная, многогранная работа на­ми, чекистами-большевиками, прово­ар самом горячем участии и под непосредственным идейным руководством Алексея Максимовича, Недавно в нашем лагере по ини­циативе Горького был проведен кон­курс на каналоармейскую песню. Мно­гие к этому делу относились со сни­сходительным скептицизмом, не ве­рили в это начинание. Алексей Мак­много-симович насто Вареонкуре бы­ло представлено 112 мелодий, на­писанных 73 лагерниками, из кото­рых большинство никогда не анало нотной записи. «Количество песен, представленных на конкурс, - пишет автор оперы «Тихий Дон» И. Дзержинский, меня поражает… Отобранные жюри двадцать песен, авторы которых за­частую даже не знают нот, говорят о наличии серьезных композиторских дарований среди каналоармейцев».с Такие же теплые отзывы о канало­армейском музыкальном творчестве дали композиторы Белый, пабалев ский, Шехтер, Чемберджи, Старока­домский. Десятки блещущих огнем живого искусства каналоармейских агитбри­гад работают на всем протяжении

Смерть Алексея Макоимовти кого одела в траур всю нашу ку. Каналоармейцы-писатели, ливо и сердечно выращенные смертным певцом пролетариать звались на эту невознаградим рату целым потоком воспоми стихов. Лагерная библиотека Горький».осиспециальн тературный сборник, посв памяти нашего любимого д учителяСкромные строки кавы мейских поэтов мы возложии венок, на родную могилу наше забываемого Алексея Максаы Общую скорбь и наше общее ение выразил в этом сборнике а лоармейский поэт Николай Ащр с ский: p «О, эта смерть! Она пришла не в свой черед Явилась невпопад непрошенною птицей. Зачем в счастливый год опять скорбит народ И даже солнца лик готов с тоски затмиться! Не верьте в эту смерть и в медных труб надрыв, Ни сердцу, ни тоске, и ничему не верьте! Певец не умир он будет вечно жив, В сердцах народов он завоевал бессмертье… B)  на-г. Дмитров 21 пюня 1936

Горький с особой, я бы сказал, неж­ной, заботой относился к начинаю­щимлитераторам-каналоармейцам. Передо мной рукопись рассказа «Мя­тель» каналоармейца Н. Жигульско­го. Она вся испещрена внимательны­ми и любовными поправками Алексея Максимовича. Некоторые поправки он тут же на полях об ясняет: «бирюзу не гранят, а шлифуют», «ему, врагу, плохое и надо». А на заглавном ли­стке - дружеская ободряющая над­онпись. оАлексей Максимович с радостью отметил выпуск первых номеров на­шей специальной библиотечки «Пере­ковки», посвященных творчеству на­ционалов-каналоармейцев. В письме от 12 декабря 1935 г. он пишет: книжки … еще «Получил и прочитал две ст стихов и прозы националов, с раз Вам: новой Вы уверенностью делаете дело хорошее и

говорю и

трассы канала. Лучшая из них - юза.

стоящее,

культурно

политически