Иногда давали до смешного маленький щипок лепешки или полуобглоданную кость. Умар дошел до того, что стал собирать дынные корки — за сладкой мякотью охотились бродячие собаки. Нищий вступал с ними в ожесточенные схватки. Иногда собиралась целая толпа любопытных и глазела, как изможденный голодом человек, отбиваясь палкой, старался отнять съедобные отбросы у целой оворы рычащих псов. По узкому переулку недалеко от вновь строящейся мечети проходила пруппа стариков. Здесь были все богачи и самые знатные люди города. Их было человек десять. По всем чайханам и лавкам народ вставал и кланялся в пояс. Можно было подумать, что это все только слуги, которые. завидели своего хозяина. Никто не смел сесть, пока старики проходили. Арбакеши* спрыгивали с коней и сворачивали прямо в арык *. Конные сходили с седел. Пешеходы жались к дувалам, не смея загородить собой узкую улицу. Они стояли, потупив глаза вниз. Наконец, старики дошли до постройки. Здесь кипела работа. Оглушительно скрипели арбы *, трелями звенели молотки каменщиков по глыбам гранита. Полуголые и босые, почернелые от солнца, они с утра до вечера непрерывно кланялись в своей работе. Молотки брызгали острыми осколками и рассыпали каменную белую пыль. В стороне, в тени, задумчивый мастер чинил инкрустацию двери, вставляя узоры из слоновой кости и перламутра. Разноязычный говор толпы гудел и сливался. Верблюды важно проходили, волоча по земле прикованные цепями неотесанные бревна. Рядом с постройкой, во дворе старой древней мечети, вокруг небольшого возвышения сидели муллы и советовались о стоимости постройки новой мечети. Худый”` трясущиеся от голода, с муткыми глазами, люди наполнили двор и покорно стали просить работы. Получив отказ, они безропотно вышли на улицу и уселись в пыль на дороге. Так они провели весь остаток дня, пока не наступила ночь. Ш. Борьба с голодом Умар с двумя безработными быстро вошел во двор древней мечети. Сырой прохладный сумрак густой тенью наполнял все пространство под деревьями. Белые блики луны безжизненными пятнами дрожали на стенах, на песках и по краям заплесневелого древнего водоема. Днем здесь всегда была целая толпа богомольцев. Арык звенел не переставая, и освежал воду. Огромные рыбы поднимались на поверхность. Их толстые спины от воды казались зеленоватыми. Иногда они поднимали легкие водоросли и лениво выставляли тупые холодные морды вожидании лепещшек, 1 Арбакеш — грузчик. * Арык — оросительная канава, заменяющая водопровод. 3 Арба — двухколесная телега. От медленных движений они казались древними, как сама мечеть. Паломники кормили их непрерывно. Горсть зерна широко сыпалась` на воду. Звонкие капли от зерен коротким аккордом нарушали тишину двора. Тотчас же блестящие морды, темнозеленые сверху и серебряные снизу, медленно схватывали зерна. Умар и остальные двое растянули что-то ‘белое и опустили с края водоема. Нагнувшись, они медленно прошли по его краям, с усилием волоча концы. Вода закипела. Рыбы всплескивались и сверкали серебряной чешуей, когда сквозь листву прорывались лунные пятна. Умар вынул из-за пояса нож. Он торопливо наступал коленом то на одну, то на другую и дорезывал их. Холодная липкая слизь вымазала ему руки. На земле побежали мокрые черные пятна. Умар положил трепыхавшийся большой мешок и поволок его по земле. Заметив в стороне большую рыбу, он сделал несколько шагов, и хотел поднять ее. Но в это время чьято рука грузно легла ему на плечо. Умар выпрямился, как пружина, и обернулся. Перед ним стоял МирзараИМ. — Ты пролил, как воду, холодную священную кровь? Ona хранилась здесь со времен Тамерлана! — медленно проговорил он.— Кто еще здесь с тобой? Вас надо побить камнями. Не ожидая ответа. Мирзараим поднял крик и стал звать на помощь, но голодающие, взвалив мешки на спины, быстро скрылись в темноте. У. Божье дело Богатства старой мечети были неисчерпаемы. По васике какого-то Мирали было пожертвовано четыре слитка золота. Кроме того, он же завещал караван верблюдов, которых следовало продать. Сады и поля, луга и целые кварталы домов тянулись перед глазами слушателей. Все это были вакуфные (выморочные) владения старой мечети. Едва старик перебрал половину документов, как в комнату ворвалась целая толпа безработных и голодающих, вооруженных чем попало. Впереди всех был Умар. — Я пришел от гончаров, арбакешеи, каменщиков, гранильщиков и всех остальных. Мечеть наняла людей — семьсот человек. Вы должны нас накормить. Я пришел говорить о хлебе. У вас есть засеянная земля и сады, дома и золото. Вы должны накормить нас,— упрямо повторил Умар. Мирзараим встал. — Уйди, брат и помощник дьявола! — не помня себя от гнева, закричал купец. — Отдай, — твердо сказал Умар и, протянув руку, вырвал у вали все документы. — Все имущество мечети возьмут себе голодающие и союз кошчи (бедняков). Он отдал одному из безработных узелок с документами, и комната опустела. Голодающие ушли. — Хорошо, — неожиданно мягко проговорил Мирзараим.—Если ты у них такой большой человек, останься здесь, и мы переговорим с тобой обо всем. Ведь, ты все-таки мусульманин. Ты не должен допустить, чтобы божье дело осталось недоконченным. . — Мы не хотим голодать, твердо проговорил Умар. Мирзараим подошел к двери, выглянул во двор и, увидев, что голодающие ушли, плотно прикрыл дверь. — Этот человек украл священные рыбы из водоема мечети!—громко проговорил Мирзараим, обращаясь к старикам. Слушатели содрогнулись. — Передай твоим голодающим, которые ценят хлеб и пищу больше, чем божье дело, наш ответ. Старики шумно и одобрительно заговорили все сразу. Умар поднял руку, чтобы заставить их замолчать, но Мирзараим всадил Умару нож по самую рукоятку. Нищий взмахнул руками и без звука опустился наземь. Мирзараим шагнул через труп и спокойно заговорил,» — Я стар, мне ничего не надо, но мечеть будет выстроена. С этими словами он стал рвать на себе платки, которыми был опоясан, 1 30- лотые монеты зазвенели и покатились во все стороны. Все долго молчали. Потом старый вали сказал* — Аорошо, когда кровь отступника льется, как вода. Ты сделал доброе дело. Вали долго подбирал золотые. Потом старики стали расходиться. Шагая через труп, лежавший на пороге, они брезгливо подымали полы халатов, чтобы не оскверниться прикосновением к трупу тяжкого грешника. Вокруг небольшого возвышения в доме Мирзараима сидели старики. Груды фруктов, дыни, нарезанные ломтями, и сладости лежали на подносах. Слуга подавал чай. Старый Baan? достал из-за пазухи пестрый узелок. В платке пачками были сложены документы. Это были духовные завещания. Он начал их читать. Тут были старые пергаменты, пожелтевшие от времени, и простые бумаги. Витиеватая рукопись перечисляла дары умерших богачей. Почти все дарители были неграмотны, и на документах вместо печати были грубо пришлепнуты чернильные отпечатки пальцев. 1 Вали — духовное лицо, ведающее имуществом мечети.