Очерк Л. ПЕРЛИНА бывают холодные, так что замерзают ручьи. Немудрено, что мы не сомкнули глаз от мороза. Рано утром двинулись дальше в путь. Недалеко от места ночевки нам пришлось перейти небольшой ледник. Ободренные вчерашним успешным переходом, мы не связались друг с другом веревками. Д-р Кольгаупт шел позади меня, шагах в пяти. Вдруг я услышал страшный грохот. Раньше, чем я понял, что случилось, мой спутник стал сползать вниз. Огромная льдина, толщиной метров в пять, обвалилась под Кольгауптом, и ноги его уже. висели над потоком, протекавшим под ледником. К счастью, Кольгаупт успел схватиться руками за лед и удержаться от дальнейшего падения. Я подбежал и помог ему вылезть ‘из опасного провала. Еще три часа пути, и мы вышли на обширное снежное плато. По cymeПогоншик быков. внешнего мира совершенно исключительная. Достаточно сказать, что даже до «центра» западного Памира, Хорога, письмо из культурных пунктов СССР путешествует месяцами. Известен исторический факт, что сообщение о смерти В. И. Ленина, посланное из гор. Оша в день смерти, достигло Хорога лишь в марте. Такая отрезанность объясняется почти полной непроходимостью путей, скорее отрезающих некоторые районы западного Памира от остального мира, чем связывающих с ним. Особенно славится в этом oOTношении долина р. Бартанг. Путь идет все время вдоль крутого скалистого берега, где нет ни дорог, ни тропинок. Через каждые несколько километров попадаются так называемые «оврынги» и «балконы». Оврынг представляет собой несколько тонких жердей, кое-как прикрепленных к скалам, над бурлящим внизу Бартангом. Идя по этому зыбкому мостику, иногда полкилометра над пропастью, приходится все время цепляться руками за малейшие выступы скал, так как опора под ногами совершенно ненадежна. Если переход через оврынги требует просто крепких нервов, то «балконы» Бартанга связаны с Рискованной и зачастую опасной для жизни акробатикой. Здесь приходится пробираться по совершенно отвесному берегу реки, повисая телом на малейшем выступе. Нередко встречаются выступы, висящие над потоком о и преграждающие путь. Их приходится обходить или, вернее, перепрыгивать, повиснув на одних руках и ставя ногу на какой-нибудь выступ в скале пониже; они-то и дают название «балконов» этим местам. Неделя ходьбы по таким местам вдоль Бартанга навсегда останется в памяти. Климат западного Памира сравнительно мягкий. Европейцы так редко заходят в эТи места, что мой приход с проводником-таджиком являлся большим событием. Население бросало работу и толпилось вокруг нас, с жадным любопытством наблюдая за каждым движением. Особенное изумление вызывали... несколько золотых моих коронок. Вид золота во рту настолько поражал таджиков, что они ко мне поочередно подходили и просили открыть рот, чтобы посмотреть на эту диковину. В пути вдоль Бартанга мне несколько раз пришлось переправляться через эту быструю и многоводную реку. Строить мосты или лодки горные таджики еще не научились, поэтому переправы совершаются на так называемых турсуках. Берут несколько цельных козлиных шкур, надувают их воздухом, кладут“ на ` перевязанные между собой палки — и плот, или турсук, готов. Пассажира или груз привязывают к турсукам, так как иначе на них не удержаться, а два таджика. HH? ЮГО-ВОСТОКЕ советской Средней Азии, между Афганистаном и западным Китаем вклинивается наша малоисследованная далекая окраина—- Горно-Бадахшанская автономная об‘ласть или, как ее чаще называют, Памир. Еще издавна этот край, прозванный китайцами «Крыша мира», привлекал внимание путешественников и исследователей. Однако, многие районы Памира еще до сих пор не исследованы. Летом прошлого года, в качестве одного из участников советско-германской Памирской экспедиции, мне пришлось провести четыре месяца в этой дикой и интересной стране. Немецкому альпинисту д-ру Кольгаупту и мне было поручено обследовать возможность перенесения лагеря экспедиции выше по течению реки Танымас, а также выяснить путь к Танымасскому леднику, в отношении которого и на картах, и в литературе были противоречивые указания. Захватив с собой провизии на два дня, а также маленькую палатку и некоторые теплые вещи, мы выехали из лагеря верхом 13 июля. Путь наш лежал по каменистому руслу широко разлившегося ‘Танымаса. Через три часа езды мы достигли конца ледника, сползавшего к правому берегу реки мощной стеной в несколько десятков метров вышиной и свыше километра в ширину. Поднявшись на вершину холма, мы увидели на западе очертания еще одного ледника, а вдалеке—и третий ледник. Легенда о едином Танымасском леднике, на который ссылались прежние известные исследователи Памира—Грум-Гржимайло, Косиненко и др., оказалась разрушенной: вместо одного ледника ‘их целых три. На следующее утро мы навьючили лошадей и попытались проехать дальше верхом. Это оказалось невыполнимой задачей. Русло реки суживалось. Пришлось итти по крутому берегу, пересеченному крутыми оврагами. Переправа через один такой овраг заняла у нас часа три, причем, несмотря на то, что мы поочередно тащили лопадей веревками, одна из них оборвалась и упала на дно оврага. Обескураженные этим, мы оставили лошадей на склоне горы и, захватив с собой остатки провизии и альпийское снаряжение, продолжали путь пешком. . Первое время мы шли левым склоном ледника, но затем, ввиду крутизны склона, нам пришлось перейти на самый ледник, предварительно связавшись друг с другом веревками. Часа два продолжался наш путь по леднику. Довольно часто встречались глубокие, но узкие трещины, ‘через которые мы без труда перескакивали. К вечеру сошли с ледника и решили переночевать на холме. На высоте четырех тысяч метров: с лишним ночи hs ству это был огромный лелник, шириной километров в пять, покрытый сравнительно свежим снегом. Сомнений не было: мы были на леднике Федченко, величайшем в мире, тянущемся на протяжении свыше 70 километров. Часть пути по леднику Федченко была наиболее трудной. Ноги глубоко погружались в снег, и в крайне разреженном воздухе стоило больших трудов продвигаться вперед. Солнце, отраженное снегом, буквально ослепляло, и палящие его лучи, как иглы, вонзались в кожу. Пересечь ледник и попытаться спуститься в один из видневшихся вдали возможных перевалов на западный Памир мы, однако, не решились, так как провизия была на исходе, к тому же и ночевка без палатки на такой высоте была рискованной. Из лагеря экспедиции, куда мы с Кольгауптом вернулись через два дня, началось мое путешествие пешком в западный Памир. В отличие от восточного Памира, где кочуют скотоводы-киргизы, западный Памир населен оседлыми земледельцами - таджиками. Отрезанность этих таджикских кишлаков от всего