из рода Акунька умерли от ужасной болезни — черной оспы, — Чем ближе к месту могилы брата, тем скорей мой дух повстречается с его духом. Я скоро буду умирать — объясняет старый ороч. Брат его Намунка Тимофей похоронен в стойбище Монгахю, на высоком берегу реки Хади, — вот почему потянуло сюда старика Чо-чо. Тимофей считался самым богатым человеком по всей стране орочей. Он имел 4 жены, 30 собак, 6 ружей и 2 юрты—зимнюю и летнюю. И когда Тимофей почувствовал -приближение смерти,— жен отказал братьям, а 00- гатство в золотых слитках, оценивающихся в 15000 рублей, где то тихонько, около бухты Ванино закопал на берегу моря. Напрасны были поиски его сыновей и родственников — тайну Намунка унес с собой в могилу. Сыновей же, передав им одни ружья и колчаны со стрелами, предупредил: «Орочу желтый ‘камень приносит беды, а ружье — счастье. Живите мирно и занимайтесь охотой». И. когда Тимофей умер, Чо-чо, забрав одну из жен к себе в юрту, похоронил брата с большим почетом, положил на могилу колчан со стрелами, любимую покойника соболью шубу,‘ котелок, кремень, трубку и даже небольшую «оморочку»— лодку. Три дня десять шаманов били в бубны над могилой Тимофея О, Чо-чо прекрасно знает, что все это пригодится брату, так как духу долго придется блуждать по тайге и рекам, пока дух брата не очистится от нечистых духов и не будет принят в подземное царство покоя. В юрту вошла инаки — жена Чо-чо, Авдотья (бывшая жена брата); сев У входа, она закурила трубку и ласково начала гладить остроухую белянку — собаку. Она еще не совсем старая женщина,— после смерти Чо-чо, должна перейти по наследству, ‘если не тринадцатилетнему Пужали то еще какому-нибудь почтенному ‘орочу из рода Чо-чо-Намунка, — Наш род считался самым большим родом, теперь наш род небольшой, потому что злые духи земли начали мстить нам за то, что наши инаки во время «эмухала» ели медведя. — Расскажи, Чо-чо, как это получилось,— прошу слепого. Старик что-то сказая Авдотье, она поднялась и покорно вышла из юрты. — Инаки нельзя слушать о своем грехе. Пусть уйдет! ОРОЧСКАЯ ЛЕГЕНДА Вот о чем рассказал Чо-чо. Давно, давно, когда орочей было так много, ‘как звезд на небе, у орочей в те времена были даже олени, охотились они только на соболей и чернобурых лисиц. Охотники этого зверя не успевали собирать из капканов, они водились, как белка при хорошем урожае‘ кедра. Народ был богат и счастлив, но вот однажды, чемто прогневив духов, орочи во время рыбной ловли были отрезаны от земли большой водой и оказались на острове. Вода прибывала все больше и больше ‘и, наконёц, затопив берега; а затем и весь остров. унесла ‘всех в море. Остались в живых брат и сестра. Когда вода спала, сироты перебрались на старые места, но вместо прежних юрт нашли пустое месго: «амба» все разорил. Построив новую, они зажили вдвоем. Брат стал ходить на охоту, сестра сушила юколу для себя и собак, приготовляла из рыбьъих кишек нитки и шила торбоза для неизвестных людей, которые огнем дышат. вот однажды, когла брат, гоняясь за кабаргой, далеко зашел в тайгу и пробыл там десять восходов солнца, в юрту к сестре заявился ueзванный гость — медведь, унес ее в тайгу и стал ее мужем. Брат ее, спустя некоторое время, примирился с. зятем-медведем и жил с ним дружно. Но как-то по весне, во время охоты, шурин, перепутав с другим медведем, убил нечаянно своего затя. Не желая бросать его труп в тайге, он принес его в юрту, содрал шкуру и, не сказав ни слова о событии сестре, велел ей засушить мясо на зиму. — Инаки ела мясо ‘своего мужа! — печально пояснил Чо-чо. С тех пор в жилах орочей течет медвежья кровь. — И когда женщине-роженице приходит время разрешиться, ее выгоняют в тайгу, где она очищается от медвежьей крови. Женщинам из рода Чо-чо добрыми духами запрещено есть мясо’ медведя, — закончил свое грустное, несложное, почти детское повествование старик. Из предания видно, что орочи когдато занимались оленеводством и жили значительно севернее, но частые набеги на их юрты «людей с красными глазами» —гольдов (среди которых свирепствует трахома) заставили их отступить к югу и заселить побережье. Семейный «строй» у орочей первобытный. Существует полигамия—неко. торые зажиточные орочи имеют по три-четыре жены. Часто бывает, когда шестидесятилетние старики женятся на десятилетних девочках и, наоборот, мальчики двенадцати лет становятся мужьями пятидесятилетних старух, оставшихся по наследству от умерших родственников, Но самое ужасное в обычае орочей, это изгнание роженицы из «болодже» во время родов. Роженицу считают нечистой и опасной, которая, якобы, привлекает своими родами нечистых духов. Благодаря такому жестокому обычаю, не взирая на 30—40-градусные морозы, несчастных выгоняют в тайгу. Дети кормятся грудью матерей до трех и более лет, с этих же лет приучаются и к курению табака. Мне приходилось наблюдать, как однажды один карапуз важно раскуривая трубку, вдруг неожиданно отложил ее в сторону, подошел к матери, оттолкнул меньшего братишку и начал распоряжаться с грудью, не обращая внимания на рев законного претендента. Орочи на Дальнем Востоке почти вымерли. Их сейчас насчитывается не больше 1000 человек. Они прекрасные охотники и добросовестнейшие хозяева над пушным зверем в этих таежных приморских дебрях. Отрыжки старого быта еще сильны среди орочей, но столкновение с новыми фактами пробило уже в нем глубокие бреши. С каждым годом приобщение орочей к советской культуре делает все большие успехи. Тигр, на нем верховой дух „аями“, на голове волшебная птица „ноори“; верховой и + птица уносят болезнь. Ддухи-покровители домашнего очага (муж. и женщ.; вырезаны из дерева). Шаманка орочей.