трещин, загораживавших нам дорогу наверх, и высоту каменных стен, сжимавииих ледник с запада и постокя. Вдруг мое внимание привлекла узкая, покрытая редкими кустиками травы осыпь, спускавшаяся слева от нас с грейня хребта между двумя его скалистыми выступами, врезавшимися в лед. Осыпь эту раиьще снизу, от подножия ледонада, мы видеть це могли -— ее загораживали скалы. Осыль была крутая и полиималась от края ледника вверх метров на сто, как раз к тому месту, где сходил па-нет скалистый гребень; отграничивающий лединх ¢ запада. -- Аитен, а ну, ногляди-ка сюда. . Загрустивший было Цак понял меня без слов. Наметаиным глазом опытного альинниста‘окняул он осынь, сообразил, какое расстояние отделяет нае от ее, куда можио с осыпи выбраться, и сразу повеселел. Ключ к нерховьям лединка Беляева finn найден! Добраться до осыпи особого трула не составило. Хотя к ней нам и приниюсь немного спуститься, но неерке в основном ‘нам карабкаться принытось уже не понерек трешин, а вдоль их. Вию немного — и мы оказались наверху скал, на равной травянистой. илоиадке. ` Площадка эта поднималась над ледникем. точно балкон углового дома над двумя улицами. © площадки открывался замечательный вид во все стороны. Под ногами у нас лежала ледяная громада ледника. Беляеву представлялось, что цирк этого ледника имеет четыре небольших боковых ледниковых ущелья. Ма деле оказалобь не так. Перед нами лежала целая система горных ущелий, сплон» заполненных льдом. Не четыре, а добрый десяток ледников насчитали мы с Антоном © высоты гребия, на который мы поднялись. Белое патио, расвифровать которое ставили своей задачей экспедиции Рикмер-Рикмереа и Беляела, представляло. собой лишенную органической жизни ледниковую пустыню, замкнутую хо всех сторон скалистыми хребтами. Над этими хребтами на огромную высоту поднимались отдельные зёржины, напоминавшие. формой то пирамиды, тю купола мусульманских мечетей, то красноармейские богатырки, то развалины башек средненекового замка. Мы долго сидели молча, не отводя глаз от сомкнувшегося вокруг нас ледяного кольца. Площадка, ла которую мы вый! нм, находилась как раз над второй развилкой ледника Беляева. Западный его ноток складывался из трех мощных самостоятельных ледников долниного тила, которые нам были вилны до самых их истоков. Северный же, повидимому OCновной иоток ледника вскоре же за развилкой круто заворачивал за выступ скалистой горы, поднимавмейся, над ним © востока. Выстун этох мешал нам разглядеть, что собой представляет пирс ледника, Чтобы заглянуть за этот выстуи, мы использовали остаток дня на восхождение на одну из вершин гребня, полходившего к воротам нашего ледника © югозапада (это был гребень хребта ОПТЭ, открытого экснедицией 1931 г.). Но н отсюда, © высоты в 5 с лишним тысяч метров, мы не могли установить, куда уходит и чем заканчивается северный ‘рукав ледника, Надо было продолжать нашу разведку по леднику. День угасал. Спустившись с вершины, мы отдыхали. у пхода в палатку, неторояливо потягивая горячий чай, глядели И. не могли наглядеться на чудесную картину заката. Солнце уже скатилось за гребень Дарпаза, а снежные вершины, увенчивающие массив Гармо, еще долго розовели в солнечных прощальных лучах. А потом холод загнал пас п слальные мешки, Следующий день принес нам победу. яйня белови ‘ ими. была рлекрыта. Проф. Щербаков на ледфке Capea (фото А. Поляксиа: Как же однако быть с подступами к иле чам пика Евгении Корженевской? Мо жет быть, веверный склон хребта Петра Великого. такол, что’ восхождение пб нему к эхим плечам не прелетявлиет труд ностей? Ответить на этот вопрос, сидя на фирие дедника Беляева, мы очевидно не моёли. Тем ие менее лам не хотелось возвращаться, не сделав даже попыткя: найти ответ, раснияфронать ‘белое пятно до Kouца, И мы © Антоном решили взобраться на одну из вершин, поднимающихся мах фирновым полем ледника, и с цее попробовать заглянуть на гребень хребта Петра Великого, Почти лее веринны кругом уходили } высь па 6 000-65 500 метров. Крутизна их склонов, сплопиь исчерченных лавинами, снеговые карпизы, бордюром. иавиешие сперху и грозившие обвалами, — все ото гасило мысль о восхождениях в самом пачале. Только одна зершива, порядка до 6 000 м, казалась нам более или менее доступной -- ве местоположение было весьма выгодное — у центре цирка — н у нас были все основания прединолагать, что с ее верхуники мы узидим уже не только карнизы, тависние на гребне хребта, замыкажмиего цирк лейника, а самый гребень и даже, может быть, сумесм заглянуть через него на другую сторону, определить точно местоположение пика Евгении Корженёяской. Наша палатка стояла на высоте прнмерно 5 100-5 200 м. Здесь ужее не было никяких признаков расти: Чьностя. He было и живых существ, Лед и снег таяли только в самую жаркую пору дня, и о если солнце ие было закрытое облаками. Ночь была страшно холодная; вероятно температура спускалась до Н)-12` градусов мороза. К счастью для нас, ночью совсем не было ветра, а то спать вероятно было бы холодновато. Котелок с водой, который мы имели неосторожность оставить снаружи палатки, промерз сверху и до самого дна. Однако ночь провели мы превосходно и хороню отдохнули Весь следующий день с утра и до вечера мы убили на восхождение. Облюбованная нами верлиниа оказалась гораздо более крутой и чотому более трудной, чем мы думали, но, к сожалению, не такой высокой, как нам хотелось бы. _ Мы карабкались наверх несколько часов под ряд —- то по крайне ненадекным скалам, сложенным из ломкого шифера, слои которого падали нам навстречу, то по фирну, то по ледяным скатам, прорупая для пог ступеньки. Связавияеь Beревкой, мы упорно ползли в высоту, преодолевая ‘склоны, достигавшие зачастую уклона в 60 градусов. Здесь, на высоте, пушевал ветер. Ош налетал порывами, Уньнчинн Се Ц т ив Ледники и фирны, составляющие верховья ледника Беляева, и окружающие HX вершины и гребни горных хребтов легли каравдашной схемой на странички моей записной киижки. Дальнейший путь по леднику уже не представлял трудностей. С нашей лужайки оказалось совсем просто спуститься на другую сторону хребта и выйти снова па ледник, но уже там, гле тремин было совсем мало. А дальше — порога перед нами была открыта. Достигнув поворота ледника за скрыпавитую от нас его верховья скалу, мы снова наткнулись на ледопалд. Но нам удалось легко обогнуть его, не переходя на. берег, м выбраться уже неносредственно па фириояое поле ледника. Здесь. на ровной, свободной от снега площадке, на берегу замерзшего морениого одерка, мы поставили свою палатку. Первая поNOBHHA задания начальника экспедиции была выполнена: мы поднялись к фирнам лединка Беляева. A crananoce вынолиить вторую HOO} нину. Однако разведка инерх по фирновому полю показала, что эту половину залания мы выполнить пе в состояний. Мы с Цаком прошли фирновое поле до концаи уперлись в совершенно отвесную каменную стену. С ледника не было вы хола наверх. Ровное, как скатерть, фирновое поле было окружено со всех стоpow бссснежными черными сланцевыми скалами, полнимавиимися пад фирном на высоту в тысячу-полторы тысячи метров. Сверху OTH скалы были прикрыты огромными массами снега. Это н были иовидимому те самые спежные поля, которые в 1931 г. лт. Крыленко н Бархаи видели издали. Снега сползали вниз и лависали пад ледииком чудовищными карнизами в тысячи тоин весом, Время от времени куски этих карнизов отваливались и с гулом, пнапоминавшим раскаты грома, катились вняз, образуя сметающую все на своем пути лавину и поднимая целые тучи снежной пыли. Мы находились у подножия главного гребня-хрейта Петра Великого, как раз в том месте, где он смыкается с хребтом Академии. Над хребтом здесь подаималось несколько высочайших вершин. Которая из них была пиком Евгении Корженевской-—мы не знали, Возможно, “то мы стояли у ве подножия, во возможно, ито она поднималась на северной стороне хребта и мы ее не могли видеть. Долго, прислушиваясь к грохоту лавин, мы обсуждали с Антоном вопрос © возможностях подняться на гребень хребта Петра Великого, В конце концов приили к заключению: из каменного мешка, в котором мы находились, был только один выхой -— вниз по леднику, туда. иску да мы принце.