№

20

(60%

газета

иитературния

Великая конституция M. шагинян материальные предпосылки в данных общественных отношениях. Вот поче­му нашей Конституции нельзя подра­жать ни одному буржуазному госу­дарству, покуда оно не уничтожит частную собственность, т. е. себя са­мого. И вот почему наш народ, раду­ясь и сравнивая, чувствует и сравни­вает не написанные слова, а свою ре­альную жизнь Высказались миллионы людей. Об­суждение продолжается. В этой ста­тье я хочу коснуться вопроса о выс­шей школе. По этому вопросу вдум­чивых замечаний было меньше, чем формальных и неверных, «Проект Конституции не предусмат. ривиет организации Наркомпроса СССР. Руководство средними и на­чальными школами будут осущест­влять наркомпросы союзных респуб­лик. Между тем единственным источ­ником пополнения вузов скоро станут исключительно средние школы. Если руководство средними школами цели­ком передать наркомпросам союзных республик, то не будет обеспечен оди­наковый уровень подготовки учащих ся. В то же время каждый окончив­ший среднюю школу должен иметь возможность поступить в любой вуз любой республики Советского Союза. Во избежание разнобоя в подготов­ке учащихся в средних школах нуж­но предусмотреть в Конституции ор­ванизанию Паросного вомиссариать назахского государственного универ­ситета. Этот ответ, поддержанный боль­шинством голосов, несомнено пра­вилен. Не только потому, что, полу­чив большую ответственность, наш самый слабый комиссариат вынужден будет и гораздо лучше работать, - а еще и потому, что согласно самой Конституции, поручающей во второй главе (пункт «с», статья 14) установ­ление «основных начал в области про­свещения и здравоохранения» Союзу советских социалистических респуб­лик, заложено требование сделать Наркомпрос всесоюзным. Иначе как же он будет вырабатывать основные начала для всего Союза? Ущемить интересы союзных лик, для которых дело культуры име­ет огромнейшее значение. это. ко­нечно, не должно, и в состав союзно­республиканских наркоматов необхо­димо вводить местные комитеты по делам школы, комитеты по делам здравоохранения, сохраняющие об ем и аппарат старых комиссариатов, но возглавляемые «уполномоченными об­щесоюзных наркоматов». Мне думает­ся, если народный комиссар просве­щения Армении, или Украины, или Белоруссии переменит название и станет называться уполномоченным общесоюзного Наркомпроса, сохранив при этом весь свой аппарат, ему от этого меньше чести не будет, а зна­чения, как представителя дела обще­союзной важности, не убавится,а только прибавится, так же как и воз­можности непосредственных связей с центром. Такое положение поможет и общесоюзному Наркомпросу гораздо лучше и конкретнее знать и прово­дить всю систему народного просве­щения в Союзе. У меня есть еще одно предложение, против которого, я знаю, посыплются протесты. Мне кажется, необходимую эпоху диференциации комиссариат­ских фушкций, когда высшая школа была выделена из Наркомпроса и роз­дана по соответствующим наркома­там, мы уже начинаем изживать. Сей­час у нас на очереди другая забота, нам надо наконец сдвинуть ножнипы между средней и высшей школой, прекратить такое положение вещей, когда у наших высших школ семь нянек, а дитя без глаза, и левая рука народного просвещения по средней и низшей школе не ведает, что делает правая рука по высшей школе. На мой взгляд, Наркомпрос общесоюзный должен об единить руководство всем народным образованием, как выспим, так средним и низшим, создав такую   КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ   Мих. ЛИФШИЦ сты» в течение многих лет игнориро­вали народную основу искусства и презрительно третировали Белинского за употребление таких ненаучных по­нятий, как «народность». Стало быть, именно Нусинов и его друзья дурма­нили голову читателю «или форма­листической чушью или социологиче­ским шаблонизированием и пародией на марксизм». Все это можно было бы просто забыть в расчете на даль­нейшие успехи просвещения. Беда в том, что просвещение Нусинов пони­мает «по-ташкентски». Оно для него только дело моды, прикрытие собст­венного злостного невежества. Сделав оговорку на счет влияния народа, Нусинов бьет в набат, Ему, видите ли, хотят навязать теорию, согласно которой Сервантес, Шекспир, Вольтер, Гете, Пушкин были идеоло­гами «пролетариата и крестьянства». А на самом деле, утверждает Нуси­нов, все эти писатели были «идео­логами аристократии, буржуазии, ре­акционного мещанства, мелкой бур­жуазии», короче говоря - «идеоло­гами эксплоататорских классов». Поп­робуйте доказать, иронизирует Нуси­нов, что «Пушкин и Гоголь были идеологами русского крестьянства». «Мы предлагаем М. Лифшицу сделать выводы… Пусть он имеет мужество заявить, что Бальзак был выразите­лем борьбы пролетариата и кресть­янства и т. д.». Страсти-мордасти! Ответим покуда Нусинову аналогичным предложени­ем. Пусть И. Нусинов имеет мужество заявить, что «Утраченные иллюзии» Бальзака, или «Борис Годунов» Пуш­кина­это идеология эксплоатации, что именно поэтому указанные про­изведения великих писателей имеют для нас такую ценность. Мы со своей стороны предлагаем Нусинову сделать выводы. Пусть он выступит перед всей советской общественностью и до­кажет, что наша страна превращает чествование памяти Пушкина в на­родный праздник именно потому, что вышеозначенный Пушкин, идеолог аристократии, неустанно защищал в своих произведениях интересы экспло­ататоров. было время, котда Нусинов не стеснялся проявлять подобное «муже­ство». «В чем об ективный критерий художественности?», спрашивал он в­специальной статье, посвященной указанному вопросу, и незамедлитель­но отвечал: «Художественное творче­ство служит: классовому самосохране-

Сакен Сейфуллин К 20-ЛЕТию литературной ПОЗТ СОВЕТСКОГО КАЗАХСТАНА Советское правительство высоко оценило деятельность представителей казахского искусства и лучших из государ-нарадио орденами. Ореди на­гражденных -- поэт Сакен Сейфул­лин. Сейчас, Казахстан отмечает двадца­тилетие литературной деятельности поэта-орденоносца. Сакен Сейфуллин родился в 1894 г. в семье крестьянина-середняка. Дет­ство свое поэт провел на Нельдин­ском заводе, тде и получил началь­ное образование. С 13-14-летнего возраста Сейфул­лин стал писать стихи. Печататься нача еще студентом омской семина­рии. Первый сборник стихов Сейфул­лина «Минувшие дни» вышел в 1915 г. В партию С. Сейфуллин вступил в 1918 г. В первые годы советизации Казах­стана писатель создает поэму «Мар­сельеза», пьесу «Красные соколы» и целый ряд других произведений. На­ходясь на посту председателя Сов­все-Вовремя борьбы с колчаковщиной т. Сейфуллин попадает в «вагон ти» белогвардейского атамана Аннен­наркома Каз. АССР, т. Сейфуллин продолжает свою литературную дея­тельность. кова. Его подвергают всевозможным пыткам и заключают в концентра­ционный латерь. Эти события послужили материалом для налисания большого автобиографического романа «Тяже­лый путь» (1926 г.). Роман этот поль­ауется большой пошиляртостию сре казахских читателей. Результатом многолетнего серьезно­го изучения богатейшего фольклора явилась большая стихотворная по­есть «Кокче-Таy» (192829л)втрудящимися которой поэт воосоздает картину сного прошлого колониального стана. Одним из выдающихся произведе­ний Сейфуллина является поэма «Со­ветстан», в котором поэт прославля­ет страну Советов и рассказывает о социалистическом строительстве в На­захстане. В 1933 г. Сейфуллин пишет поэму «Кзыл-Ат», посвященную борьбе за под ем животноводства и отмеченную большой политической страстностью. За последние годы Сейфуллин на­писал ряд прозаических произведе­ний: повести «Землекоп», «Айша», «Плоды» и др., Деятельность Сейфуллина много­образна. Он работает над соданием истории дореволюционной казахской литературы и истории казахского на­рода. Немалую работу провел он по собиранию и изучению устного твор­чества казахов. Под редакцией поэта вышел большой том казахского бога­тырского эпоса. Большую борьбу Сей­Фуллин провел за латинизацию ка-А захского алфавита. Начиная с 1916 г. он систематически занимается пе­датогической деятельностью, в насто­ящее время работает в качестве до­цента по истории литературы. К 20-летнему юбилею литературной деятельности художник полон смер-Сплен новой пьесой для музыкального те­атра и над большим романом «В те годы» (1915-1916 гг.). писателюрпооСакллипринимает ближайшее участие в составлении очерка по истории казахской литера­туры, является главным редактором переводов А. С. Пушкина и редакти­рует сборник рассказов, посвященных  Тысячью нитей связан поэт-юбиляр Казахстана. Он вырос* ужа-термоеновПоэма, ее литературы. С. М. Кирову. Казах-мастером П. МАГЕР деятеЛьности ЮБИЛЕЙ САКЕНА СЕЙФУЛЛИНА 13 нюля в Казахстане юбилейные торжества по поводу два­дцатилетия литературной деятельно­писателя-большевика, орде­сти ноносца Сакена Сейфуллина. В торжественном собрании, орга­низованном союзом советских писа­телей в Алма-Ате, приняли участие представители всех общественных ор­ганизаций столицы Казахстана. большим докладом о творческом пу­ти юбиляра выступил казахский пи­сатель Сабит Муканов. Крайком ВКП(б) и Совнарком Ка­захстана в приветствии на имя Сей­фуллина пишут: «В период колониального порабо­щения казахского народа царизмом, в годы революции, гражданской вой­ны и социалистического строительст­ва вы своим художественным словом вдохновляли казахских трудящихся на борьбу с классовыми врагами ка­захского народа, с врагами пролетар­ской революции, крепко держали зна­мя великой партии Ленина­Стали­на. Крайком ВКП(б) и Совнарком Казахской АССР вам, орденоносцу, заслуженному солдату пролетарской революции, желают дальнейших ус­пехов в вашей литературной работе»» ЦИК Казахской республики вынес постановление о присвоении имени Сакена Сейфуллина Семипзлатин­скому учительскому институту, не­скольким школам, улицам в Акмолин­ске и Кокчетаве, а также станции  По телеграфу из Алма-Аты начались Карагандинской Балхашской дороги. ЦИК республики наградил юбиля­ра легковой машиной. «Казахстанская правда» и другие краевые газеты посвятили специаль­ные номера творчеству Сейфуллина. Юбиляру посвящен также третий но­мер журнала «Литературный Казах. стан». Крайогиз выпускает на русскок языке книгу повестей Сакена Сейфул. лина. На имя юбиляра получены мног­численные приветствия от писателей братских республик, от обкомов других партийных и общественны организаций. Казахокое издательство художест венной литературы, в связи с двад­цатилетием литературной деятельно­сти поэта-орденоносца Сакена Сей­фуллина, выпустило второе - ил­стрированное - издание автобногра­фического его романа «Тяжелы путь». Готовится к печати сборник избрат. ных стихотворений поэта. Об ем кни ги - 20 печатных листов. Государственная публичная библи отека, библиотека «Федерации», пар культуры и отдыха устраивают вы ставки, художественные вечера и д клады, посвященные юбиляру. Каздрамтеатр готовит к постанов пьесу С. Сейфуллина «Красные со колы». М. АЛТАЙСКИЯ. Нокчө-Тау  А счастье сам себе лобуду»… В заключительной главе поэт рас сказывает, что на месте кровавых по го-боищ прошлого Октябрь создал мечательную здравницу трудящии -новый советский курорт. Хотел, чтобы любимый сын Его Адак жил побогаче, И к баю прочил пастухом Его устроить, но иначе Решил Адак. «Ничьим рабом, Сказал, я не был и не буду, раз-Поэма ярко показывает критически освоение Сейфуллиным казахск фольклора, над изучением которм долго работал. Наперекор традиц ям казахского дореволюционного эп са Сейфуллин разоблачает и высыь игает баев и феодалов и выдвиг героем подлинного представителяни рода (Адак). Это сделало произвед­ние интересным и ценным в социал­но-художественном отношении. До гой замечательной чертой поемн является ее интернационализм. Опять таки наперекор традициям эпоса, всегда калмыки изображались варн рами, Сейфуллин правдиво изобр жает этот мирный народ и вскрыве! истинные пружины национальн вражды, которую разжигали ханы д своей пользы, натравливая один род на другой. Поэт верно вскрывн исторические корни вражды: Казахи с калмыками жили Соседями, но никогда 3. Co Друг с другом они не дружил, Была между ними вцажда. И вечно они воеваля. Как-будто в степях теснота доби-Столетьями там процветали Набеги, разбой, баранта. Большая ценность поэмы втом, поэт сумел вложить в нее ту нари ность, о которой неоднократно рил А. М. Горький в своих васт лениях. все места поэмы сделаны одн ково сильно, полнокровно: прекры сделана, например, легенда «Бт бай», значительно слабее мавас ветском Кокчетаве. Перевод Феоктистова сделан в д лом добросовестно и внимательно. Следует отметить в заключение, тираж книги - 3 тысячи әкземп ров - недостаточен. H. ДМИТРИЕВ Изог 



Мы, советские люди, которых, ка­валось бы, уже ничем не удивишь,- таких чудес общественного творчест­ва насмотрелись мы и наслушались, опять оказываемся захваченными врасплох, потрясанными, а чувства наши настроенными еще на один регистр выше, - от неожиданного зрелища того, как гений масс рас­крывает перед нами существо новой Конституции. Но это не значит, что всенародное обсуждение Конституции оказалось для советского гражданина полнейшей новостью. До него был обсужден закон о запрещении абор­тов. Те из нас, кто молчали во время обсуждения, не верили в силу своего слова, думали по привычке, что за­коны «не про нас писаны» или «свы­ше даются», оказались на бобах; про­моргали действительную возможность и свое слово сказать о собственных интересах, а главное - суметь пере­жить ни с чем несравнимое чувство включенности, чувство, когда ты вхо­дишь в круг. Если раньше это был для нас круг общественного творче­ства, и люди к нему из года в год привыкали, то сейчас это уже круг государственного законодательного творчества. Но обсуждение Конституции -- ши­ре и важнее обсуждения проекта од­ного какого-нибудь закона. Если там на первый план выходит практиче­окий интерес, то здесь во весь рост сы, И мы видим, какую высокую от­метку заслужила наша страна в по­нимании этих вопросов. Обсуждение началось с первого дня опубликования Конституции. Внача­ле оно вылилось в приветствия. Под шумок к ним двинули было свою пыльную артиллерию и те, кто при­вык по всякому поводу составлять резолюции. Но мелькнувшую было официальщину закрутило, словно су­хой листок в потоке, простой че­ловеческой искренностью задетых за живое миллионов. Во всех концах Союза встают взволнованные люди, и «оратор» в них незаметно уступает «рассказчику», - тянет сравнить с прошлым, повспоминать на людях. Многое такое, чего ни из каких ар­хивов не узнаешь, в эти дни у нас всенародно рассказано. Читая бесчисленные рассказы, где дается параллель «раньше так было, а вот сейчас», мы видим, что все без исключения рассказчики сравнивают прошлое не с текстом Конституции, т. е. не с написанными на бумаге бла­гами, а с нашей действительной со­ветсной жизнью, т. е. с теми же бла­гами, но уже осуществленными и действующими на нашей земле. Здесь мне тоже хочется сравнить и вспомнить. Свыше тридцати лет назад, когда я была «пансионеркой» в гимназии Ржевской, т. е. училась в так назы­ваемом закрытом пансионе, нам ве­чером подали чай с кренделями - в честь «дарованной конституции». Чай с кренделями был необычен, консти­туция была необычна. Ее «даровали» самодержавно в стране, где до тех пор это самодержавие царило неограни­ченно. Мы, выпускники, были друж­ны со многими своими учителями, го­политике, учителя ворили с ними любили либеральничать, и, как сейчас помню, за чаем мы слушали втихо­молку недоверчивые усмешечки и скептические шуточки. Никому в го­лову не пришло сравнить прошлое с настоящим, никто не сказал, а вот су нас сейчас», даже самые доверчивые ждали, чтоб это дарованное «сейчас» перешло в жизнь, а оно тотчас пере­шло в еврейские погромы, в подавле­ние штыками и нагайкой свободы де­монстраций, в белые полосы газет, где пензура выкранвала ножницами ссво­боду слова». Настоящая конституция не может быть «дарована», она может лишь выявить и закрепить те обы­чаи и права, для которых имеютя Из статьи «Новая Конституция», которая целиком будет напечатана в 8-й книге «Красной нови».

триединую структуру аппарата, при которой это триединое руководство было бы целикомобеспечено и повсе­дневная связь между тремя отделами гарантирована. А наркоматы, до сих пор имевшие в своем ведении высшие школы и, надо сказать, не сумевшие оправдать этой меры, во всяком слу­чае не сумевшие сделать для своих школ то, на что надеялись сами шко­лы и учащиеся, - эти наркоматы должны бы оставить за собой роль только материальных и бюджетных шефов (помогайте!) и только первых потребителей кадров (давайте заявки на кадры и все замечания и запросы по, поводу кадров!). Поэтому я решительно не сотласна с проф. Плеснером, предлагающим создать отдельный комиссариат по высшей школе, а стою за расширение Наркомпроса в общесоюзный и обще­школьный, с максимальным усилени­ем его бюджетных средств, в частнос­ти и по линии шефствующих нарко­матов. Не совсем ясен вопрос и с наукой. Ряд ученых, даже целые организации - Теплотехнический институт, груп­па астрономов и т. д. -- требуют ор­ганизации Комитета по делам наук при Совнаркоме. Огромное количест­во научно-исследовательских учреж­лений и лабораторий нуждается в ор­ганизационном центре. И если б выс­ная школа бала вклучена в струк солютно необходим и восполнил про­бел. Это ведь и потому еще правиль­но, что высшая школа как нукак учебное предприятие,aисследова­тельский институт - ученое, и гораз­до больше принципиальной связи между десятилеткой и вузом, нежели между вузом и ученым учреждением. Взаключение - маленькая концов­ка. В проекте Конституции есть ста­тья 71, где говорится, что на запрос депутата Верховного совета СССР правительство обязано дать ответ не позже, чем в трехдневный срок (на­писано «не более, чем в трехдневный срок», но лучше было бы тут ска­зать «не позже»). Дворник М. Тугов респуб-сотласен с этим. «Я предлагаю развить статью 71 проекта новой Конституцив. Наше правительство и все органы ственной власти сильны своей связью с избирателями, с народом. Нужно предоставить каждому изби­рателю делать запросы своим депута­там по отдельным вопросам наказа. M. ТУГОВ, дворник» («Вечерняя Москва», 1 июля). Когда-то Пруссия неимоверно ко­кетничала своим мельником, судив­шимся с прусским королем Фридри­хом II и выитравшим у короля про­цесс на суде Мы своим дворником не кокетни­чаем, а просто думаем, что он прав, и, если не в самой статье 71-й, то в друтом местеправе запроса каждого депутата у своего избира­теля - сказать следует. И вот еще голос ленинтрадца, члена коллегии защитников, М. Ра­вича: «Советская страна создала новое мощное орудие демократии - народное обсуждение законопроек­тов. Недавно всенародно обсуждался проект закона о запрещении абор­тов, сейчас обсуждается проект Кон­ституции. Эта форма, немыслимая в буржуазных странах, должна быть зафиксирована в Конституции в ста­тье 49-й, пункт, «т», который нужно дополнить так.: «а также передает на всенародное обсуждение, до ут­верждения их Верховным советом, законопроекты, имеющие особое по­вначе­(«Правда», 2 июля). литическое и общественное ние».

C

Стихотворная повесть выдающего. ся казахского поэта и прозаика Са­кена Сейфуллина создана под боль­шим влиянием казахского народно­го эпоса. Это наложило на вещь свое­образный отпечаток: книга харак­терна своей простотой, доходчивостью, подлинной народностью. основу фабулы автор положил летенды о Кокче-Тау - голубой ре, но взяв этот материал, поэт подо­шел к нему по-новомуи показал про­шлое в правильном историческом резе. Основа сюжета -- изображение ве­ковой вражды казахских хапов-феода-он лов и их борьба с калмыцким наро­дом, кровавые набеги, истязания мир­ных жителей и т. д. Поэт с подлинным сарказмом, в ре­алистических тонах создает отвра­тительный образ кровожадното хана Аблая и его приспешников. Телько кровь была дорогой славы… Каждый хан лишь тем был знаменит, Что устраивал набеги и облавы И хвалился ими, как джигит. В повести рисуется кровавая битва полчищ хана Авлая с калмыками, оканчивающаяся поражением калмы­ков и лютой расправой: Забирают на седла к себе молодух, мужьям рубят головы сразу… Словно волки рычат. Забегают в юрты, И в припадке звериного гнева Извлекают младенцев из чрева… твор-Воины хана Аблая захватывают в красавицу-калмычку. Все ваются ее любви. Устраиваются гран­диозные состязания, в результате ко­торых победителю достанется краса­вица-калмычка. Несмотря на все ста­рания баи-воины оказываются трус­ливыми, жалкими, беспомощными. Поэт едко высмеивает дружинниковНе Аблая, и вот победитель скромный воин Адак, сын бедняка: У беременных женщин, вспоров жи­воты, Он родом был из Куандыка. Отец его старик Аргин, Юрты единственной владыка Санен Сейфуллин. Кокче--Тау. перевел и обработал Н. Ф. Фе­октистов. Гослитиздат. стр. 101,т. 3000. Цена в переплете 3 р.

К этому голосу не присоединиться нельзя.

Какая чушь! Подобное отделн классовой позиции писателя отд вительного, об ективного содер борьбы классов и является шим меньшевизмом в теории а социологов. об -Теперь понятны все полеми ют борьбе «против фащизма ивмт ализма». Не шутите, читатель! думать, скоро нам покажут, чу Булгарин с Гречем -- классик вой литературы. А так как даже ние секретных фашистских тов, опубликованных в «Корична кните», очень поучительно и весы помогает борьбе с фашизмом, гласно теории Нусинова, ГитдерПожн Розенбергом также нужно великим писателям. «Идеологами плоататорских классов» они но являются, «об ективное знача для коммунистической пропаганды писания имеют. Следовательо,оа признаки налицо. довакены «Новой Б то,дя Ну отнесПрибан безусИта а,Т Тоестого првоторый Нусинова это называется воречиями собственнических клас Его философия художественногоать; чества складывается из следу двух положений: 1) вся мироваа тература соадана руками Шулыа 2) эта эксплоататорская, собствеве ская литература «об ективно»етна большое художественное и реви онное аначение. ча , woen щедоста подоб доводы Нусинова. В статье «Ленинизм и художи ная критика» мы писали, что в лость массового движения в пр и его противоречивое нарастанте тории «лучше всего об ясняш противоречия великих писатели дожников, гуманистовпрош Приведя эти слова, Нусинов са играет: Как? Значит массы ви ты? «По Лифшицу выходит, велины или Аксаковы и Фетыа ли идеологами классовых экеп торов». Нет, не выходит. Кавед разумеется, были идеологами ва вых эксплоататоров. Но еси хотите опровергать вышепри положение, то докажите сиз Кавелины были «великими ми, художниками, гуманистами про пого». А пока вы будете при ши детье Кавелиных зачислять ологи классовых эксплоати писателей, как Пушки (до его «Выбранных мест) стой «Войны и мира», - при никто вас слушать не с доказательство того, де-писатели, художники, гума шлого» были идеологами эксплоатации. Нусинов ссв лее на… Сруве, Щепетовых, также предшественников», , ОКОНЧ, СМ. НА 3-й Стра

ции человека человеком все великое в  лиза! Но для чего же вы столь на­старой литературе не погибло (как возвещал я в один голос с буржуаз­ными идеологами), а наоборот-осво­бодитилось от ограниченной и узкой оболочки, получило новую серьезную и глубокую жизнь в сердцах милли­онов, Не умер Пушкин, он только начинает по-настоящему жить. Отсю­да видно, что величие классической литературы - это одно, а «идеоло­гия эксплоататорских классов» - дру­гое. Между этими явлениями всетда существовало известное противоречие, которое именно теперь и выступило с полнейшей очевидностью. Вот чего я никогда не мот понять, ибо я никогда не учился ленинизму, а позаимство­вал весь свой небольшой багаж из со­чинений Богданова, Фриче и тому по­добных источников. Так сказал бы своим читателям во­ображаемый, добросовестннй Нуси­нов, Но, увы, это только сон Живой Нусинов цепко держится за свое ме­сто под солнцем и пытается обма­нуть читателя при помощи довольно бездарного фокуса. 4. вМесто диалктики породив-Времена откровенности для вуль­гарной социоловии прошли. Свою позицию Нусинов выражает теперь в гораздо более осторожной форме. Если Шекслир, Пушкин, Го­голь-только «художники собственни­ческих классов», то в чем их значе­ние для людей, которые видят овою задачу в борьбе против всякото ственнического овинства Чтобы от­ветить на этот вопрос, И. Нусиновми проводит строгую грань между кпас­совым характером художественного произведения и его значением для классовой борьбы: «Я думаю, - пи­шет Нусинов в своей последней ста­тье, - что творчество Вальзака, Гого­ля для нас важно не потому, что они были писателями таких-то собствен­сских кстассов ии социальных прупп, потому, какое значение их творнсство об ективно имеет для тор­жества сопиализма над фашизмом и империализмом». Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. ототько споны и чернил пролил Ну­Всеов д пого, тобы доказать соб­рево-сннинеский, зксплоататорекий ха­рантор творений великих художников прошлото, а теперь оказывается, что ниги-вэто совсем на важно. Эх, вы, бо­то-а паажное для торжества соци­такимаиистории литературы является изучение об ективного хода эксплоата-оо развития Если верить Нусинову, то именно в этой области вопрос о классовом характере литера­турной деятельности не имеет стойчиво разыскиваете пресловутую «прослойку»? Из чистого любопытства, ради статистики? Или для того, что­бы на собственном примере доказать, что «витийство лишнее природе злейший враг»? Классовый анализ в понимании Ну­синова действительно совершенно ни­кчемная игра в бирюльки; нужна и полезна она только тем, кто сделал из нее для себя пожизненную про­фессию. Для борьбы за торжество со­циализма она бесполезна, как приз­нает и сам Нусинов. Настоящий клас­совый анализ начинается именно там, где наши социологи складывают свое оружие. Мы уже указывали на этуУ новейшую и вместе с тем очень ста­рую тенденцию вульгарной социоло­гии. Как только речь заходит о том, какое значение классическое искус­ство имеет для нас или, выражаясь словами самого Нусинова, какое зна­чение оно «об ективно имеет для тор­жества социализма», - эти люди по­спешно открещиваются от всякого классового анализа. Здесь, якобы, совершенно неважно, что те или друпие деятели литературы «были пи­сателями таких-то собственнических классов или социальных групп». Почему же, собственно, неважно? Каким образом можно определить ективное значение творчества писа­теля, минуя вопрос о его отношении к угнетению и эксплоатации? Сущест­вует ли какая-нибудь разница между соб-Пушкиным, Гоголем, Толстым или Че­ховым, с одной стороны, и писателя­типа Булгарина, Каткова, Сувори­на, веховцев, с другой? Сточки зрения Нусинова все они одни миром маза­ны. Все это «идеологи эксплоататор­ских классов» или «собственнических классов». Но договаривайте же! Пока­жите, что и Булгарин с Катковым «об ективно» имеют большое значение для борьбы с фашизмом. Ведь с ва­шей точки зрения не важно выро­сло ли данное произведение из защи­ты эксплоатации и угнетения челове­ка человеком, или, наоборот, из про­теста против этого угнетения. В самом деле: еще в 1934 году для подтверждения своей теории о разде­лении классового и об ективного Ну­синов ссылался на пронзведениеих белогвардейца Шульгина «1920 год», Шульгин писал свою книгу, исходя из интересов белой эмиграции, а получи­лось очень поучительно и для проле-В тарского читателя, Так же обстоит и остальны­ло с Гоголем, Пушкиным ми «писателями

ними немедленно возникает вопрос: как должно поступить коммунисти­ческое человечество с «Дон-Кихотом», «Евгением Онегиным» и прочими ху­дожественными символами эксплоа­тации? Очень просто, - отвечал в 1930 г. мужественный Нусинов. Вы­бросить их в «мусорную яму исто­рии». «Сервантес, Шекспир, Мольер, Пушкин, Гоголь, Толстой, Достоев­ский, создали образы, до конца воп­хотившие в себе социальную сущность их класса… Конец классового общест­ва будет и концом этих образов. С утерей власти человека над челове­ком, с уничтожением классов, собст­венности эти образы потеряют их «об­щечеловеческую», по существу обще­классовую значимость». С победой со­циализма, предсказывал Нусинов, об­разы классической литературы утра­тят для человечества всякий худо­жественный интерес. Некоторое исклю­чение он делает лишь для «Фауста» и «Гаммета». Эти произведения «могут волновать человечество в течение изве­стного ряда поколений», a затем, вместе с окончательным уничтожени­ем всех пережитков капитализма в со­знании людей-они также «отойдут в прошлое как и века, их шие».2). Вышеизложенная теория имеет од­но неоспоримое достоинство: она пос­ледовательна. И если бы Нусинов не был Нусиновым, он должен был вы­ступить сейчас совершенно открыто и заявить: Товарищи! Теперь, когда со­здание социалистического общества,- совершившийся факт, пора, наконец, выбросить за борт Пушкина и прочих классиков мировой литературы. Ведь мы искореняем всякие остатки идео­лорни эксплоататорских классов, а великие писатели прошлого потому и назывались великими, что они наи­более полно выразили в своих про­изведениях эту идеологию. Но если бы Нусинов хотел проя­вить настоящее мужество, он должен был выступить перед читателем по­иному. Товарищи!-сказал бы вооб­ражаемый добросовестный Нусинов, -теперь, когда социалистическое об­щество создано, вы видите ясно, ка­кой чепухой я морочил вам головы видом классового анализа. мои предсказания опрокинуты люцнонной действительностью, все мои рассуждения о будущем были продуктом мещанского лизма. Вышло как раз обратное му, что я предрекал вам с апломбом. Благодаря уничтожению ху-частной собственности и ) См. «Литературную Энциклопе­дию», т, 11, ст. «Вековые образы»,

5. КАК ПИШУТСЯ ОПРОВЕРЖЕНИЯ Нет, не любит, видно, чорт табаку! Гоголь. Заколдованное место. В статье «Вынужденный ответ» нам поневоле пришлось заняться литера­турной деятельностью И. Нусинова. Стоило лишь бегло ознакомиться с некоторыми из многочисленных сочи­нений этого плодовитого литератора, как обнаружились вещи поистине чу­довищные, Мы привели образец пря­мой полемики Нусинова с Лениным. Строго говоря, нашему социологу ос­тавалось только одно: либо признать свое преступление против ленинизма, либо открыто заявить о разрыве с ним. И. Нусинов предпочел третий, вооб­ражаемый выход: он изворачивается. В его ответе нет ничего, кроме стрем­ления запутать читателя и перекри­чать всех. Статья Нусинова интерес­на только в одном отношении. Она по­казывает, как далеко зашло обособ­ление вульгарно-социологической сек­ты от подлинного, живого марксизма. Остановимся на некоторых положе­ниях этой статьи с единственной целью - дать читателю дополнитель­ный материал для суждения о лите­ратурной деятельности наших социо­логов. В последнее время они усиленно стараются не отстать от века. Прочти­те, например, следующий отрывок из статьи Нусинова: «Народ, народное творчество, борьба народа против сво­их утнетателей оказали огромное вли­яние на творчество Сервантеса и Шек­спира, Вольтера и Гюго, Стендаля и Бальзака, Пушкина и Гоголя, Тол­стого и Достоевского. Вне исследова­ния значения народного творчества для этих писателей, вне уточнения значения борьбы народных масс про­тив своих угнетателей для этого твор­чества, всякого рода писания об их произведениях будут или формалисти­ческой чушью или социологическим шаблонизированием и пародией на марксизм». Совершенно верно. Жаль только, что Нусинов не договаривает: ведь именно он и ему подобные «маркси­от редАКцИИ: Дальнейшее обсуждение вопросов борьбы с вульгарной социологией, по договоренности с редакциями, пере­носится на страницы наших литера­турно-критических журналов.  

нию, классовому самоутверждению. Оно художественно совершенно или ущербно в зависимости от того, в ка­кой мере оно способно выполнить свою функцию, а не в зависимости от того, какой идеей оно проникну­то1. Вот что мы называем последователь­ностью! Почему велик Гоголь? Пото­му, что он лучше, чем другие писате­ли, помогал «самосохранению» поме­щиков. Чем замечательны классиче­ские писатели прошлого? Тем, что они были самыми последовательными и верными «идеологами эксплоата­торских классов». Так отвечал «име­ющий мужество» Нусинов. «Клас­сик - писатель, творчество которого дает синтетическое, типизирующее выражение психо-идеологии его клас­са».   Возьмем пример: кто из современ­ных западных писателей ближе к ис­тинному искусству? - те, которые наиболее правдиво отражают действи­тельность, приближаясь к идеям ком­мунизма, или, насборот, писатели ре­акционного направления? Последние, отвечает Нусинов в полном согласии со своей теорией. «Замечательно, что шедевры создают лишь писатели, да­ющие синтетическое выражение само­созерцания уходящих из мира, само­углубление осознавшето, что все -- в прошлом, и создают писатели, эклези­астически признающие суетность ми­ра (Пруст, Джойс)». В этом выводе нет ничего неожи­данного. Он прямо вытекает из осно­вной посылки Нусинова. Классик разлагающегося класса - тот писа­тель, который разлагается глубже всехИ наоборот: меньше всего шан­сов на бессмертие имеют те совре­менные западные писатели, которые хотят порвать со своим классом, вос­стают против эксплоатации и пыта­ются выйти на другую дорогу. Это явная ошибка с их стороны и даже преступление против «теории базиса и надстроек». Они не учли того об­стоятельства, что классическими пи-под сателями прошлого были люди, наи­более полно выразившне «идеологию эксплоататорских классов». Веселая теория! Заметим покудатолько что ее сторонники попадают в самое затруднительное положение, Перед 1) В чем об ективный критерий дожественности? «Литература и марк­сизм» № 1 за 1931 г.Последующие цитаты ваяты из этой же статьи.

собственнических классов». Социальным эквивален­том их творчества был некий, ныне

ния. Хорош защитник классового ана­значе-иокопаемый род белогвардейщины, - «об ективно»